Фотографии
11 июня 2018 г., 11:00
Тэхён всё ещё спит, обнимая себя ручками, потому что холодно. А Хосок умиляется этому зрелищу и смеётся тихо, когда читает сообщения от Чонгука.
00:03 Кому: Малыш Чон «Ах, Чонгук, я то знаю, как ты хочешь быть здесь. Завидно, да? Мой Тэхёни, так что не заберёшь! И вообще, Чонгук, Тэхён тебя точно по головке не погладит, если узнает, что дрочишь на его фотографии. И мне тоже влетит, так что тихо, ясно?» 00:04 «Я, кстати, поговорил с ним по поводу секса и так далее. Чонгук, он любит тебя, но не готов совсем, а ещё боится, что будет больно и ты потом уйдёшь. Так что не смей давить на него, намекать или что-то ещё, он сам придёт, когда будет готов. Но давай ускорим этот процесс? 00:05 «Чонгук, мне нужна твоя сексуальная фотография. Только Тэхён о том, что я получил её от тебя, ничего знать не должен. И что ты знаешь о том, что он видел это, тоже! Спокойной ночи, Чонгук».
Издеваясь, пишет Хо, а после скидывает фотку, как он обнимает Тэхёна, и как омежка в ответ его обнимает, утыкаясь носиком в шею. И не будь Чон омегой и его лучшим другом, это выглядело бы ну очень интимно. Но они так с детства вместе спали, у Кима привычка уже обнимать кого-то во сне и утыкаться носиком в шею. Так спокойнее.***
Наутро Тэхён просыпается раньше Хосока и улыбается тепло, аккуратно укладываясь обратно к лучшему другу. — Уже проснулся? Пошли кушать? — смеётся Хо, поднимаясь и аккуратно стаскивая Кима за руку с кровати, а после утаскивая его на первый этаж на кухню. — Кофе и булочки? — Чон наклоняет голову, когда замечает на столе пару пирожных и круассанов и два кофе.«Омежки, вы так долго спите. Хосок, я вечером приду, сейчас с друзьями, так что не волнуйся. Передай своему красивому другу привет, и позавтракайте, а то знаю, как ты снова стал бы пихать в себя пиццу».
— Что это? — тихо спрашивает Тэхён, глядя на своего рыжеволосого друга, активно изучающего записку. — Хён купил нам еды! Ва, он знает, что я люблю круассаны! Садись кушай, он, кстати, тебе привет передаёт. — Твой брат? Мм… Это мило, — Тэхён улыбнулся тепло и сел за стол, взяв стаканчик с кофе, который был подписан его именем и небольшой звёздочкой. Но на стакане Хосока ничего не было. Мальчишка аккуратно отпил ещё горячий кофе и взял круассан, как и Чон. — Вкусно. — Хей, а у меня почему ничего не написано? — возмущённо вскочил Хо, глядя на свой стаканчик. И он на секунду задумался над тем, что Намджун, кажется, правда влюбился, но Чон быстро откинул эти мысли. Его брат же сказал, что это не так, а значит он должен ему верить. — Думаю, просто у тебя другой кофе, который ты любишь, а это чтобы не перепутать, — и Тэхён вдыхает аромат своего кофе глубже. От Чонгука пахнет точно так же… Как же омежка хочет уже увидеть своего альфу! Чонгук долго не мог уснуть, так как не знал, что ответить на предложение Хосока. С одной стороны, это могло бы помочь в развитии их с Тэхёном отношений, но… Как бы брюнет потом объяснил своему омежке, откуда взялась эта фотография у его друга? Поэтому парень колебался, стоит ли делать такое. Однако уже наутро Чону пришла новая идея. И, улыбаясь самому себе, альфа пошёл в школу. Вот только у Тэхёна с Хосоком сегодня не было уроков, так что Чон спокойно ест и смотрит на своего друга, вдруг убегая за телефоном. Ну и где сексуальная фотка от Гука? Как Хосок должен соблазнить Тэхёна без доказательств, что это того стоит? На это парень хмыкает недовольно, спускаясь вниз, а после падает за стол, смотря на Кима, который так красиво сейчас ест и смотрит в окно. Хосок аккуратно делает фотографию и улыбается сам себе. — Тэхён-хён, ты такой красивый! Я скину эту фотку Чонгуку? Ах, милый такой, посмотри на себя! — и Хо протягивает телефон, а Тэхён поражается. Это правда он? Достаточно худой и аккуратный омежка. Ким смущается даже и убирает телефон от себя. — Спасибо, Хо, — шепчет Ким в ответ на комплимент. — Но не отправляй Чонгуку. Он же учится. Может, ему вообще не понравится… — Поздно, Тэхёни, я её уже отправил! — радостно сказал Хо, а старший омежка лишь сжался сильнее. Чёрт… И… Что Чонгук ответит?09:00 Кому: Малыш Чон «Чонгук, мне срочно нужна сексуальная фотография. Давай быстрее там». 09:01 «Или у тебя не настолько идеальное тело, как говорят все остальные?»
И Чон сам себе усмехается, тут же очищая историю сообщений. Он же не дурак, он не может спалиться.***
Сидя на скучном уроке, Чонгук чуть ли не засыпает, в то время как учитель Юн ещё раз старательно вдалбливает в мозг каждого как расписываются задачи на нахождение производной и прочую ерунду. Однако альфу это совершенно не интересует, ведь место рядом с ним неприятно пустует. У класса Тэхёна и вечно активного Хосока по неизвестной причине отменили уроки и это хорошо так сказалось на младшем. И за свой невнимательный вид он быстро поплатился тем, что к нему подошёл учитель. — Чон Чонгук! Хватит летать в облаках. Я понимаю, что мои уроки тебе неинтересны, но сделай вид или хотя бы просто не спи, хорошо? — учитель нахмурился и просто пошёл обратно к доске. — Да, простите, учитель, — тоскливо пробурчал Чон и уткнулся в тетрадь. То, что старшего с рыжеволосым сегодня не было, означало, что он так и не сможет спросить то, что хотел. А жаль. И Юнги сегодня тоже отсутствовал неизвестно почему, поэтому день казался ещё скучнее. Однако всё не могло быть просто так, и точно так же Хо не мог так просто ничего не добавить, не прислать ещё несколько сообщений. Когда открыл их диалог, первым делом альфа заметил фотографию такого милого и красивого Тэхёна, которого так сильно хотелось прижать к себе прямо сейчас. Но парень был всё же немного разозлён содержанием сообщения.09:10 Кому: Хосок-хён «Хён! У меня нормальное тело, что это за вопросы такие?! Просто… Как ты объяснишь Тэхёни, откуда у тебя моя фотография? Тем более такая. И я не хочу, чтобы он снова разочаровался во мне. У тебя есть какой-то план?» 09:12 «И вообще, я хочу ещё. Мне мало тех фоток! Я хочу больше. Много-много Тэхёни! А ещё лучше вообще вживую. Я так хочу к Тэхёну! Верни мне моего парня! >: (» 09:15 «А насчёт фотографии… Как буду дома. Сейчас уроки и неудобно будет». 09:15 «Хотя… Посмотрим;) У нас сегодня физ-ра, так что… Может, скину даже две.»
Фотографию Чонгук всё же решил скинуть, но на последнем уроке физкультуры. Пробежав почти десять кругов по стадиону и покидав мяч в кольцо, Гук раньше всех направился к раздевалке. Достав телефон и встав напротив зеркала, альфа нажал на экран, получив фото, на котором тот был в практически насквозь вымокшей футболке: она прилипла к телу, натянулась на сильных руках и стальном прессе, а от бега слегка спала с одного плеча, оголяя ключицы, которые от капель пота, медленно стекающих с лица по шее вниз, отражались бликами под светом из окна. Чонгук приоткрыл губы, смотря прямо в камеру. Фотка улетела Хосоку вместе с новым сообщением.15:40 Кому: Хосок-хён «Может, когда буду дома, кину что-то более открытое, просто сейчас уже ребята зайдут, и это будет странно выглядеть. Надеюсь, из этого не выйдет ничего плохого, иначе ты огребёшь и сам всё Тэхёну будешь объяснять».
***
Собравшись за десять минут, Юнги вышел на улицу. Выпить ему было сейчас необходимо — родители снова переругались и, как обычно, наорали на Мина младшего. А это очень давило на него и действовало на нервы. Поэтому предложение друга детства было очень даже кстати. Хотелось скорее забыться и отдаться в мир спиртного. С Чон Намджуном они познакомились десять лет назад, когда родители потащили их обоих на очередную светскую встречу. Парни быстро нашли общий язык и теперь были хорошими друзьями. Намджун выходит из метро и сразу же замечает Юнги, стоящего у небольшого фонарика. Альфа усмехается и сразу подбегает к другу, вешаясь на него и дуя губки. — Юнги-я, я так скучал, — и Нам выглядит так глупо и смешно. Да, ему сейчас грустно. Да, с утра Тэхён выглядел абсолютным милашкой, да, вчера он выглядел прекрасно. И да, это делает Намджуну больно. Потому что на шее так ярко виднелась метка. Но он знает, что Юнги сейчас куда более тяжело, так что он даже не собирается начинать говорить о своих проблемах. — Юнги-я, пошли уже пить, а?***
— Намджун, я делаю что-то неправильно? — задал давно интересующий вопрос Юнги. — Иначе как ещё объяснить их поведение? Я не понимаю, — для Юнги всё было так странно и тяжело. Именно поэтому прямо сейчас он сидел за барной стойкой рядом со своим давнишним другом, рассматривая тающие кубики льда в стакане с коньяком. Горько, но помогает. — За что они так ненавидят меня? Но от этого не так больно, как когда они ненавидят Ми… Это разрывает мою душу на части. — Они у тебя повернуты на деньгах, понимаешь? На своей работе. Они хотели наследника для этой работы, а не сына для себя. Но в итоге не получили того, что хотели: компания тебе не нужна, а сыном ты для них никогда не был. Юнги, выдохни и успокойся. Сейчас школу закончишь и свалишь от них вместе с Юнми. Найдём подработку, да и ты можешь поступить на стипендию. И, может, всё же поступишь ко мне в универ? Музыка — это же твоё, Юнги, я же знаю. Хей, расслабься, — Намджун улыбнулся грустно. — Тебе бы пару найти, а то ты так напряжён постоянно. Когда у тебя вообще в последний раз было? — и, наверное, это очень личный вопрос, который должен смутить. Но они ведь лучшие друзья, они всё друг о друге знают. Потому что в первый раз они пошли на американские горки вместе, а потом спустя несколько лет рассказывали о первом поцелуе с омегой, они пробовали алкоголь вместе, и вообще-то Джун первый рассказал, что у него был секс. Мин снова думал о родителях. Да, так или иначе, они были теми, кто подарил ему жизнь. Он уже давно понял, что это было сделано только ради наследства, но всё же… Они те, кто может дать если не любовь, то хотя бы место, где Юн может жить. Деньги, на которые он живет — но живет ли? — и, конечно же, любимого брата. Так или иначе, это были его папа и отец. И Юнги любил их, несмотря ни на что, даже если и не показывал этого. За все эти годы он отлично научился скрывать свои истинные чувства и свои эмоции. Научился не плакать навзрыд, закрывшись в ванной под звуки льющейся воды, от обиды, что отец снова просто запер его в комнате на время какого-то торжества у них дома, брезгуя и даже не думая показывать сына гостям, а папа лишь презрительно прошёл мимо, не обращая на Юнги никакого внимания. Всё было в прошлом, в далёком прошлом, когда забота и ласка родителей была нужна альфе как никогда. Мин не то чтобы не хотел, он просто не мог показать свою боль. Только не когда рядом был Юнми. Ведь ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы омежка увидел, как на самом деле слаб его брат. Что ему всё это совсем не безразлично. Что он тоже может чувствовать боль своим, хоть и огороженным высокой каменной стеной, но все же невероятно ранимым и добрым сердцем. — Джун… Это слишком тяжело. Ведь дело даже не в том, что я не хочу в компанию. Этого они не хотят. И никогда не хотели. Конечно же, кто будет подчиняться такому директору, который не особо-то и на альфу похож. Умный? Да. Красивый? Ну, допустим. Омеги хотят меня? Окей, есть такое. Но что тогда не так? Почему я на альфу не похож? И это не я сказал, а наш многоуважаемый господин Мин. Это ему что-то там не понравилось. Вонючий кусок дерьма, — выругался Юнги и сделал несколько глотков, после чего кивнул бармену на свой опустевший стакан, прося повторить. — А знаешь, что самое интересное? Я чертовски хочу в твой универ. Просто до безумия. Но последним желанием дедушки было именно то, чтобы я возглавил компанию в будущем. Он так хотел, чтобы я сохранил весь его труд. И я не могу так просто взять и откинуть в сторону последнюю волю человека, который заменил мне родителей. А ты бы смог, хён? Ещё раз глянув в телефон на предмет наличия смс или пропущенных звонков, но ничего не обнаружив, Мин усмехнулся и несильно толкнул телефон. Если Хосок не будет ходить на дополнительные с Юнги, то не видать альфе автомат. Вообще-то, у него и так должен был выйти отличный балл — первое или же второе место, — но тогда пришлось бы написать ещё переходной экзамен по математике в конце года, а автомат полностью освобождает от этого. Вот почему Мин теперь злился. Возможно, было очень странно — как же на протяжении всей их с Намджуном дружбы Юнги ни разу не видел брата своего хёна. Он часто говорил Юну про своего младшенького, но как его зовут, как он выглядит и многое другое Мин благополучно пропустил мимо ушей, а после как-то и не интересовался особо. Услышав очередной вопрос друга о его половой и личной жизни, Юнги, ожидаемо, не смутился, и на его лице промелькнула лишь сухая усмешка. — Ты имеешь в виду секс? Или нормальные отношения? Второго у меня никогда не было, ты же это и так знаешь. А касаемо первого… Вчера? Позавчера? Хер его, я уже и не помню, на днях, короче. Подцепил какую-то омежку, дабы снять напряжение. Как обычно — на одну ночь, без обязательств. Даже лица не запомнил, мы хорошо выпили, так что плевать, если где-то и пересечёмся — я не сплю с кем-то больше одного раза. Для меня… — внезапно издевательская усмешка сменилась на немного грустную. — … Для меня, вероятно, разделить постель с омегой больше одного раза — вот, что зовётся отношениями. Просыпаться вместе. Готовить завтрак, получать нежные объятия и поцелуи на прощание, а когда возвращаешься домой, тебя встречает любимый человек, тепло и чувственно, спросив, как прошёл день, и сильно ли ты устал. Ужинать вместе, а затем засыпать в объятиях друг друга. Вот, хён, что такое настоящие отношения. И я прекрасно знаю, что такое любовь, но всем этим шлюхам нужны лишь мои деньги и залезть ко мне в постель. Наверно, даже и… — на мгновение в голове вспыхнул образ парня, что так сильно липнет к Юнги в последнее время. Каким же был этот Хосок? Он такой же? Ему нужно то же, что и другим? Мин ведь только снаружи весь такой холодный. Дай ему хоть немного тепла, и парень тут же растает, ведь этот парень на самом деле ждёт своё солнце, что согреет его. Но никто не спешил подарить этому ледяному принцу хотя бы лучик, не прося ничего взамен. Всем всегда было что-то нужно. — Всё очень сложно, хён. Намджун слушает лучшего друга и вообще-то ему больно за него. Да, с самого детства в его семье неполадки. И Джун ведь постоянно пытался развеселить Юнги, чтобы ему было легче. Но что-то легче не становится. Старший отпивает немного, глядя на Мина, который так болезненно всё рассказывает. И который усмехается так грустно на вопрос об омеге. — Юнги, хватит трахаться с омежками на ночь, я серьёзно, — Чон и сам так делает, но… Взглянув сегодня на Тэхёна, он понял, что хочет уже любить кого-то, а не просто самоудовлетворяться. И любить не кого-то, а именно того розоволосого омежку. — В этом мире в любом случае есть человек, который полюбит тебя. Просто так, Юнги. И, может, он уже есть, может, ты просто не замечаешь? Кто-нибудь достаточно милый и шумный для тебя. Будь я омегой, я бы был твоим омегой, но нет. Я альфа и, к сожалению, я тоже хочу любви… Пиздец, Юнги, я так вляпался. И Намджун буквально в лице меняется. Секунду назад старался быть сильным, старался поддержать, успокоить. А сейчас сам не лучше друга выглядит. Он только прикидывается, что всё хорошо, а на деле истинные чувства только Мину и показывает. — Вчера пришёл домой, а мой братик лучшего друга притащил. Аккуратный, маленький омежка. Такой хрупкий и нежный. Милашка просто. И я поговорил с ним. Юнги, он же идеальный! Вот только я настолько размечтался, что не заметил метки на шее. Я облажался. У него уже есть альфа. Альфа, блять, малолетка. И вот скажи, какого хуя мелким достаются такие омеги? Я хочу его себе, но братик сказал, чтобы я даже думать об этом не смел. Они ведь любят друг друга. Они же, сука, прошли через многое. И я головой понимаю, что нахуй забыть его нужно, что я не имею права разлучать их, мешать им, что я, блять, вообще никаких прав на него не имею. Вот только ты это объясни моему больному сердцу, которое утром так желало поцеловать этого котёнка, пока он спал. Он просто спал, Юнги, а я уже был готов душу продать за то, чтобы на нём была моя метка. Моя, сука, метка, — болезненно говорит Намджун, вспоминая картину утром. И кофе, который он занёс омежкам. — Пиздец мы с тобой неудачники, — усмехнулся альфа и залпом выпил ещё. — А по поводу дедушки… Он же любил тебя. Юнги, он действительно любил тебя. Не компанию, не наследника в твоем лице, а тебя. Мне кажется, он будет счастлив там, если ты пойдешь за своей мечтой. Откроешь студию, агенство. Ты же об этом с детства мечтаешь. Писать музыку. Писать тексты к ней. Твой дедушка, наверное, хотел бы сейчас изменить своё последнее слово. Я не могу утверждать, но, вспоминая его любовь к тебе, я могу предположить это. И как там Юнми? Омежке нужен папа-омега и отец, но у него есть только ты. Юнги, найди пару для себя и для своего братика. Кого-то, кто должен любить вас обоих. Если твой омега не полюбит Юнми… Посылай его нахуй. Если что, мы можем прогуляться как-нибудь с ним. Что-то соскучился я по твоему братику. — Джун, даже если где-то и ходит такой омега, который полюбит меня за то, как я играю на фортепиано, как играю в баскетбол, как выгляжу по утрам, а не когда навожу порядок и красоту… Даже если и есть такой человек… Где же он сейчас? Он всё ещё не нашёлся, и я уже устал искать. Сколько бы не пробовал, все они — второсортные шлюхи, которым только и подавай хороший трах. Ни одного пока не встретил, кому нужен не только секс. Хотя… Нет, есть, наверное, три. Насчёт одного я пока не уверен, но те двое… Возможно, ты уже понял, что один из них — Юнми. Он — самое чистое существо на планете, поэтому я просто не могу думать о Ми так же, как о других. Он, наверное, ангел. Ангел, которого мне подарили свыше за то, что родители так поступают со мной. Однако и он когда-нибудь найдёт того самого, и тогда я не смогу ничего сделать — мне придется отпустить его. Юнги снова опустил голову. Мысли, что и его малыш станет взрослым, встретит свою вторую половинку, возможно, даже истинного, и уйдёт от брата. Что же тогда Мин будет делать? — Второй же… Боже, ну от него я точно такого переворота не ожидал, — усмехнулся Юнги. — Короче, один мальчик так изменился ради своего парня, это просто нечто. Был весь такой серой мышкой, над которым не издевался только похуист — ну, короче, я. Ну, а когда они познакомились — не самая приятная стори — то он так изменился… Жесть просто. Я его даже не узнал, признаться честно. И ладно бы он фифой стал, так он же вообще к себе никого, кроме своего парня и друга не подпускает. К тому же ещё и не хочет близости. И не хочет — ещё мягко сказано. Чёрт, Чонгук уже мне все уши проел тем, что ему не дают. Короче, чувствую, не выдержит и сорвется мальчик. Хотя, зная этого альфу, он запрётся в комнате на десяток замков, наденет на себя наручники и выкинет ключ в окошко на время течки своего омеги. А всё ради того, чтобы не навредить. Эх… Мне бы такую любовь, — театрально расстроился и смахнул невидимую слезу Юнги. Всё же алкоголь хорошо так развязывает язык. Вот и он, кажется, немного, но успокоился. — И вообще, Джун. Когда это ты успел влюбиться? А как же я? Кинуть меня решил? Ну вот… Даже ты влюбился. Мне-то теперь что делать, а? — в шутку разозлился Мин, легонько стукнув хёна по голове, словно жена в чём-то снова провинившегося мужа. — Ничего-ничего, если ты действительно… Если он правда нравится тебе, то нужно бороться! Когда это ты сдавался, а? Где мой друг, Чон Намджун? Это мне положено быть лужей из соплей рядом с тобой, а ты у нас всегда за старшего. Вот и не раскисай. Нужно добиваться своего! Уверен, ты достоин этого мальчика больше, чем тот мелкий. Дерзай, короче. Но ведь Юнги и понятия не имел, что его хён говорит о его… Друге Чонгуке и его парне Тэхёне, которые на самом деле любят друг друга. И что в данной ситуации достоин-то как раз-таки именно Чонгук, а не Намджун. Но это он узнает намного позже, когда уже нельзя будет исправить очень многое. — И да, Юнми недавно спрашивал про тебя. У меня, может, не будет времени, но возьми его как-нибудь погулять, он правда много раз просил.***
Хосок, наконец-то, улыбается победно, сохраняя фотографию и убирая все лишние сообщения, а после он показывает Тэхёну переписку. Только там видны лишь сообщения, где Чонгук в открытую говорит, как сильно хочет забрать омегу сейчас к себе. — Ему мало этого, Тэхёни… Я ему ещё вечером скинул фотку, как мы спим в обнимку, так что он, бедненький, совсем там ревнует, — Чон прикусил губу, хитро глядя на красные щёчки Тэхёна. — Хо, нельзя так! Он же на уроках! А ещё и фотки мои тихо скидывал. Зачем? — Ким нахмурился сильно, стараясь унять красноту своих щёк. — Не нужно заставлять его ревновать! — Ну, просто недавно я случайно получил эту фотку. Чонгук просил не показывать, ещё извинялся так смешно, но я не могу тебе это не показать. Не волнуйся, Чонгук мне её случайно скинул вместе с домашкой по химии, — Хо открывает фотку в галерее и протягивает телефон Тэхёну, который смотрит ровно секунду, а потом сразу же закрывает глаза руками, вызывая смех рыжеволосого. — Ты чего? — Удали это, Хосок! — Тэхён, да ты посмотри только на своего альфу! Он же такой сексуальный! И совсем не похож на маленького мальчика! Он уже взрослый мальчик, у него такое тело! — но Ким мотает головой, не собираясь открывать глаза. — Да если бы мне другой альфа не нравился, я бы по Чонгуку тёк просто! И все другие омежи текут, Тэхёни, с ним же каждый хочет побыть вместе. Хотя бы недолго. Хотя бы одну ночь. А он для тебя только старается, а другим омежкам остаётся только завидовать тебе. Этот альфа ведь точно хочет только одного омежку, — но Тэхён даже руки от личика не убирает, заставляя Хо нахмуриться. — Ну и ладно, значит вторую фотку не покажу. — Не говори так. Не хочу об этом слышать. И не нужно мне ничего показывать. Удали! Сейчас удали! Это… Мой Гуки, не хочу, чтобы у тебя были эти фотографии. Так же как и не хочу, чтобы другие омеги даже думали о нём! — Ах, пойми, что ты не менее прекрасный парень. И многие альфы из школы тоже хотели бы побыть с тобой, ты и сам знаешь. Но ты не хочешь даже Чонгука, хотя он твой красивый и сексуальный альфа! Да вы просто парочка, которая сводит с ума всех в школе. Как каждый по отдельности, так и вместе. Ладно, Тэхёни, всё-всё, — Хо улыбнулся тепло, понимая, что сейчас не сможет уломать Кима. — Не нужны мне фотки твоего Чонгука. Не переживай, я их только тебе скину и сразу удалю. Эх… А у тебя случайно нет фотографий Юнги? Чёрт! Я же забыл! Чёрт! — Чон тут же набирает номер Мина и звонит ему, молясь, чтобы его не придушили. Он забыл про занятие! Со своим хёном! — Мой братик если узнает, что я в него влюбился, убьёт. Он мне серьёзно сказал, чтобы я даже думать об этом не смел. Но, блять, как-то не получается. Хотел бы я указывать своему сердцу, да не могу, — Чон выпивает ещё и ещё, стараясь забыть этот невинный взгляд, эти сладкие губы и невероятный запах. — Бороться… Доказать и братику тоже, что я достоин его больше, чем этот малолетний парень? Да… Спасибо, Юнги, я заполучу этого котёнка, — Джун улыбнулся, как прежде, и вздохнул. — А третий какой? И… Юнги, ты не понимаешь ещё, что тебя полюбят не за что-то, а наоборот. Не за то, какой ты холодный принц, а за то, как сладко ты улыбаешься иногда. Не за фортепиано и баскетбол, а за… Хер его знает… За математику! Юнги, не за то, за что можно полюбить, а за то, о чём ты даже не думал ни разу. Ты встретишь его, я знаю. Только пообещай, что я первый узнаю, что ты влюбился, — Намджун усмехнулся и поднялся. — А с Юнми я готов хоть завтра погулять. Боже, Юнги, ты только подумай, твой мальчик вырастет и станет сексуальным омежкой. Красивым и милым. И он будет проводить течки с кем-то. Пиздец, в голове не укладывается. И мой братик так быстро вырос, хотя вроде недавно ещё был пухленьким и замкнутым в себе. Давай я завтра в час зайду за Юнми? Всё равно выходной, думаю, стоит сходить с ним в парк. — Это у тебя выходной, мой дорогой студент, а у него школа. Так что приходи часика в четыре. Думаю, Ми обрадуется. Я уже слышу его крики и вижу, как он счастливый бегает по дому, — по-доброму усмехнулся Юнги. Он уже давно подозревает уж слишком тёплое отношение брата к своему другу. Но омежке он этого никогда не говорил — это его дело, может, подрастет чуток, вот тогда Юнги и заведет разговор с братишкой. — Он только и может, что говорить о том, как же ему скучно дома сидеть. Этот ребенок слишком активный, даже в школу чуть ли не летит. И в кого он такой? Уж точно не в меня. Намджун спросил насчёт третьего человека. Но… Стоит ли говорить о Хосоке? Джун сразу же начнёт с этим задалбывать и причитать, выпрашивая рассказать об этом все подробности. Но ведь это его лучший друг, да и насчёт Хосока Юнги не совсем уверен. Этот до ужаса странный парень просто невероятен. И Мин понятия не имел, в каком смысле он невероятен — хорошем, или же наоборот. — Я не знаю даже. Этот парень слишком странный, к тому же я знаю его не так давно, а своим уж слишком весёлым поведением он выел мне весь мозг. Хороший ли он? Или, может, очередной? Я понятия не имею, Джуни. Поэтому я и запутался. Даже его отношение настораживает меня, что уж говорить об остальном. Ладно, давай к тебе? Мне совсем не хочется домой. Ах, нет, вы же завтра идёте гулять, — стукнул Юн себя по лбу и поднялся с места. — Тогда нам нужно закругляться. Я не позволю, чтобы мой брат гулял со страдающим от похмелья придурком. Так что ты тоже едешь домой. И обязательно выпей с утра чего-нибудь. Я знаю, у тебя потом жуткая головная боль. А я на такси поеду. Доберись до дома целым, брату привет. Мин махнул рукой на прощание и пошёл к выходу. Всё же с Намджуном он смог немного выговориться, хоть и ненадолго.
