ты, детка, сидишь на допросе

ты, детка, сидишь на допросе, я за дверью как потерпевшая, хотя на деле-то и не терпела, сразу пошла и сдала, ты знаешь. мы так любили, тому есть свидетель: целая ночь пролетевшая, из тебя выбивают «зачем?», из меня бьется «зря», ты меня презираешь. мы так любили, но я сразу сказала, где есть границы, ты непослушная, ты их обрушила при первом же взгляде, а на второй раз утром я сразу пошла в полицию (ходила-бродила долго, что-то решая, попутно глядев на культурность столицы), — где ты была вчера ночью? за что гражданку ударила? но если быть совсем честной, и не ударила ты (за дверью ты все отрицаешь), просто так в сердце запала, что больно ходить, в тюрьме тебе самое место. (вот так и бывает обычно, дура, своей пылкостью всех распугаешь), но если быть совсем честной, это совсем перебор — аресты. забрала заявление, ты рада? я — да; прости меня, сволочь такую, я была не права. ты молчишь, я все понимаю, но я бы орала, что тебя держит? мы идем через поле, ты говоришь: «полежим? размягчала трава», мне пора поучиться: вот такая она — любовь без драм и издержек.