Тёмные времена

Трансгрессия. Шум в голове, подавленность и опустошенность. Слёзы, одна за другой, стекая по щекам Гарри, оставляли светлые дорожки на грязном лице и капали на тёмный паркет. Они оказались в поместье Малфоев. Он и Снейп. В доме было холодно, сыро и пусто, лишь камин, почему-то всё ещё горящий в огромной гостиной, напоминал о недавнем присутствии магов. — Ступай, — Неожиданно тихо проговорил Снейп и подтолкнул Гарри к длинному столу. Юноша лишь кивнул, прошёл через зал и занял место за столом. Профессор Снейп, ступая практически бесшумно, проследовал за ним и сел рядом. Взгляд его карих глаз был мрачен, однако, несмотря на это, в них промелькнула теплота. — Ты поступил правильно, — произнёс он, глядя на Гарри, — Подними голову. Посмотри на меня. Гарри, утонувший в пучине своих чувств, не откликнулся на мягкий приказ и тогда Снейп твёрдой рукой, взяв юного мага за подбородок, заставил его поднять голову. — Не забывайся, Поттер. Несмотря на сложившуюся ситуацию, ты всё ещё обязан слушать и делать то, что я тебе велю, — тоном, не терпящим возражений, сказал Снейп, — Твоя жизнь и жизнь тех, кто остался в Хогвартс более не под угрозой. Ты должен собраться, взять себя в руки и решить, сможешь ли ты играть по новым правилам. — А разве у меня есть выбор? — В голосе Гарри звучало отчаяние, — Разве есть, профессор?

* * *

Гарри лежал в тёплом кольце рук Малфоя, наслаждаясь тем спокойствием, что разливалось у него в душе. Сейчас не имели значения ни наказание директора, ни озлобленные гриффиндорцы. Ничего, кроме дыхания Драко, легонько обдувающего его лоб. Поттер осторожно отодвинулся, выбрался из крепких объятий и сел на краю постели. Близилась ночь, вдвоём они провели прекрасное утро и день, наслаждаясь друг другом и не вылезая из постели. Пропустили обед, не обратили внимания на солнечную погоду, оставив этот день исключительно для них. Гарри кончиками пальцев коснулся опухших после пылких поцелуев губ и мечтательно улыбнулся. Почему этого не произошло раньше? Зачем они столько времени держали дистанцию? Ответов на эти вопросы у новоявленного слизеринца не было, да и зачем? Всё встало на свои места, дружба переросла в нечто большее. Взглянув на спящего блондина, Гарри поднялся с постели, оделся и, решив выйти за пределы замка, покинул комнату. В гостиной Слизерина было пусто. И к лучшему. Гарри не хотел встречаться с любопытными взглядами и робкими расспросами, которые, несомненно, начнутся не сегодня, так завтра. Он плотно затворил за собой дверь в гостиную и прошёл по коридорам, ведущим к выходу из замка. В конце одного из них Поттер столкнулся с Гермионой. Её лицо выражало крайнюю степень недовольства и, при виде Гарри, стало ещё суровее. — Ты поступил как последняя задница, Гарри Поттер, — Продолжая хмурить лоб сказала она, — Я ожидала, что ты… Что ты перестанешь быть одним из нас, но не думала, что это произойдёт так быстро, да ещё и при таких обстоятельствах. Гарри издал тяжёлый вздох и пожал плечами. — Обстоятельства, Гермиона, порой складываются совсем не так, как нам хочется. Тебе ли не знать? — Гарри хмыкнул и, подойдя ближе, обнял девушку, которая моментально ответила ему тем же, — Тебе не следует сюда приходить, могут заметить. Это довольно рискованно, учитывая нынешнее положение дел. В следующий раз, если захочешь встретиться, дай знать, и я придумаю безопасный способ поговорить с тобой. Гермиона, продолжая хмуриться, кивнула. — Тебя не было весь день. Прячешься? — Был занят, Гермиона. Почему ты интересуешься? Что-то произошло? — Во взгляде Гарри мелькнуло любопытство. — Вся школа только и говорит о тебе, о твоём… О твоём переводе на Слизерин. Рон, кхм, слишком зол на тебя и считает, что ты снова предал нас. Остальные, к сожалению, вторят его словам, — Девушка немного замялась, с беспокойством глядя на Гарри, — ты же сдружился с Малфоем, да? Старайся не ходить один, Гарри. Я боюсь, что кто-то может сорваться и… И тогда не произойдёт ничего хорошего. Гарри закатил глаза и ухмыльнулся. Его позабавило предупреждение Гермионы. — Ты же знаешь, никто не осмелится на это. Никто не пойдёт против меня, поскольку им известно, что наказание последует незамедлительно и будет весьма сурово, — его ладонь легла на плечо подруги и слегка сжала его, — Не посмеют. Выброси из головы. А теперь ступай, пока нас не увидели. — Будь осторожен, Гарри, — Гермиона убрала руку Поттера с плеча и, бросив на него последний встревоженный взгляд, ушла. Юноша постоял ещё пару минут, а затем, наконец, покинул пределы замка. Ему нужно было побыть в одиночестве, чтобы обдумать события минувшего дня. Ноги сами привели его к месту, где не так давно директор застал его спящим. Гарри уютно устроился под деревом и, глядя на темнеющее небо, позволил себе расслабиться. Иногда он жалел, что у него нет персонального Омута памяти. Копаться в голове самостоятельно и расставлять все по полочкам — занятие не самое увлекательное и простое. Особенно в случае, когда события наваливаются одно за другим. Итак, теперь он окончательно упал в глазах бывших друзей и сокурсников. С одной стороны, Гарри был рад, поскольку это позволит ему избавиться от чувства вины за прощальный «подарок» в виде снятых с факультета очков, а с другой их тайные отношения с Гермионой придётся скрывать ещё тщательнее, а возможно и вовсе прекратить, хоть и на время. Раньше, живя в одной башне, они могли устроить короткую встречу в гостиной глубокой ночью, используя всевозможные заклинания, чтобы об их разговорах не было известно. Теперь придётся проявить фантазию, иначе и его бывшие друзья, и Снейп обрушат на Гермиону свой гнев. Интересно, как поведёт себя Малфой? При мысли о нём блаженная улыбка вновь озарила лицо волшебника. Драко… Он стал для Гарри другом, опорой, защитником, а теперь и… Кем? Любовником? Возлюбленным? Гарри не совсем понимал, станет ли всё по-другому или останется по-прежнему, но одно он знал наверняка, никто не посмеет отнять у Гарри эти чувства, ни Снейп, ни сам Тёмный Лорд. Малфой стал тем, кого Гарри будет защищать до последнего вздоха. На душе стало тепло, однако в глубине его подсознания тревожный голос кричал, что где-то кроется подвох, что его чувства обманчивы, и нельзя им доверять. Но голос был слишком тихим, игнорировать его не составляло труда. Солнце давно скрылось за горизонтом, ночная тьма опустилась на замок и его окрестности. Гарри, потянувшись, поднялся с земли. Пора было возвращаться в замок, иначе в этот раз наказанием он не отделается. Чёрт. Мысли Поттера резко вернулись к Снейпу. Свиток пергамента, присланный директором, так и остался лежать запечатанным где-то в недрах его мантии. Гарри хмыкнул, осознав, что своими руками усугубил положение, но сделать что-либо было слишком поздно. Вновь взглянув звёздное небо, он зашагал обратно в замок. Странно, но при мыслях о директоре ни одна струна его души не дрогнула. Не было прежнего трепета, только слабое чувство благодарности за то, что тот когда-то не дал Гарри провалиться в бездонную пропасть отчаяния и печали. Такой расклад несколько удивил Поттера, но ненадолго. Снейп был вытеснен образом очаровательного зеленоглазого блондина. Гарри ускорил шаг, вошёл в замок и поспешил вернуться в спальню. Всё, что ему хотелось — вновь оказаться в требовательных и нежных руках Драко. Он переступил порог слизеринской гостиной, закрыл дверь и, кивнув паре сидящих на диване однокурсников, проследовал к себе. — Поттер! — Резкий окрик заставил Гарри вздрогнуть от неожиданности, — где ты, мать твою, шлялся? Гнев Драко был практически осязаем, казалось, ещё чуть-чуть и вокруг него затрещит воздух. — Я проснулся, а тебя нет. Ваше Высочество даже не потрудились предупредить, — Драко вплотную приблизился к замершему брюнету, — ладно я, а если бы ты снова попался на глаза Снейпу? Ты об этом подумал? Разумеется, нет, ведь думать — не в твоей компетенции. Надеюсь, возвращаясь обратно, ты хотя бы догадался свериться с картой. Малфой, обратив внимание на виноватый взгляд Гарри, сгрёб того за воротник и притянул к себе ещё ближе. — Только не смей говорить, что ты не взял её, Поттер, — прошипел он. — Драко… — Рука Гарри обхватила запястье блондина, — Остынь. Я в порядке и не собираюсь оправдываться. Но ты прав, мне стоило предупредить тебя. Извини. Малфой закатил глаза. — Ты слишком полагаешься на удачу, очкарик, — он разжал пальцы, отпуская Гарри, глубоко вздохнул в попытке усмирить злость, а потом подался вперёд и поцеловал его. Гарри оказался пойман врасплох, но практически моментально охваченный пламенем желания, ответил на поцелуй, сжимая запястье Драко. Из головы вылетели все посторонние мысли о наказании, о Гермионе и прочих несущественных вещах, оставив место страсти и вожделению. Только голос в его голове неслышимым шёпотом умолял остановиться, ведь он не там и не с тем. Малфой нагло протолкнул язык в его рот и заставил отступить к закрытой двери. Поцелуй становился всё глубже, дыхание сбивалось, но прекратить не получалось ни у кого из них. Гарри выпустил руку Малфоя из крепкой хватки и, покусывая его губы, вплёл пальцы в светлые волосы и легонько потянул, тем самым все же прервав их затянувшийся поцелуй. Стон разочарования вырвался из уст Драко. Они держали друг друга в объятиях, но Малфою этого было мало. — Остановись, — прошептал Поттер, — нам надо остановиться. Я не понимаю, что происходит между нами. Я запутался, Драко. Каждое слово давалось с трудом, его влекло к этому зеленоглазому дьяволу, но почему-то Гарри казалось, что так быть не должно. — Гарри? — недоуменно спросил блондин. — В чём дело? Минуту назад ты был всем доволен… Тёплые пальцы Малфоя коснулись щеки Поттера, очертили линию губ, мягко легли на шею и немного сдавили её. — Остановись. Гарри тяжело дышал, устоять перед этими ласками было трудно, но ему пришлось, невзирая на изголодавшееся по близости тело. Он отвёл руки, заставив Драко сбиться с толку, и отодвинул от себя. — Что происходит, Поттер? — Я не знаю. Ещё утром я и представить себе не мог, что протрахаюсь весь день со своим лучшим другом. Какого чёрта? Мы с тобой были близки, но не так. Раньше у меня не было желания брать тебя в любое свободное время, не было желания целовать тебя и не отпускать от себя ни на шаг. Что изменилось? — голос Гарри дрожал от похоти, сдерживаемой с трудом, — Почему я столь сильно желаю тебя, Драко? Почему сгораю изнутри, стоит мне увидеть или коснуться тебя? В комнате повисло молчание, казалось, протяни руку и оно станет осязаемым. Гарри не отрывал глаз от Малфоя, стоящего напротив, который, очевидно, не торопился с ответом. Он нагло смотрел в глаза брюнета, скрестив руки на тяжело вздымающейся груди. Наконец, позволив себе ухмыльнуться, он заговорил. — Я не знаю, что ты хочешь услышать от меня, Поттер. Возможно, — пожал плечами он, — утренние события подтолкнули тебя к этому. Возможно, ты осознал, что мы больше, чем просто друзья и моя красота склонила чашу весов в нужную сторону. А возможно недостаток секса заставил тебя лечь в мою постель. Драко продолжал ухмыляться, смотря на Гарри. Он знал, что эти слова возымеют нужный эффект, и Поттер доказал его правоту. — Прости меня, — выдохнул Гарри, выдержав долгую паузу.– Прости. Ты ведь знаешь, после всего, что было, сложно признать… Сложно, признать, всё это. — Что «это» , Поттер? Гарри провел рукой по волосам, взъерошивая их ещё сильнее, и опустил взгляд в пол. — Сначала мне было сложно признать, что мы можем дружить. После того разговора со Снейпом, — Гарри поморщился, — я не думал, что будет хоть кто-то, кто не откажется от меня. Поэтому в день, когда ты прибыл в ваш дом, чтобы поддержать меня, я не поверил в твою искренность и ещё долго не верил. Вот и сейчас. — Сейчас ты тоже не веришь мне? — Ухмылка стерлась с лица Драко, он неспешно приблизился к Гарри и взял его руки в свои. — Ты не веришь мне, Гарри? — Я не верю себе. — Он переплёл свои пальцы с пальцами Драко и легонько сжал их. — Что-то внутри меня не даёт мне покоя, твердит, что… — Что же, м? — Твердит, что так не должно быть, что это неправильно, — Гарри продолжал смотреть в пол, он чувствовал, как горит его лицо, — и я не знаю, как заставить этот голос замолчать. — Поттер, взгляни на меня, пожалуйста. Малфой привлёк брюнета ближе и, сместив одну руку на его талию, тесно прижал к себе. Второй рукой он скользнул вверх по телу, нежно провел по шее и медленно поднял его лицо. Драко любил эти шоколадные глаза, тонул в них, не имея шанса на спасения, а теперь лишал этого шанса и самого Гарри. — Спасибо, что рассказал об этом. Тебе нечего опасаться, Гарри, ведь ты знаешь, насколько сильно я предан тебе. Ты знаешь, как дорог мне, как я ценю тебя. И я знаю, что ты всегда отвечал мне тем же, несмотря на всевозможные обстоятельства, — глаза Малфоя излучали тепло, манили и обещали. Он, словно змей-искуситель, подталкивал Гарри к краю пропасти, выбраться из которой можно только чудом. — Позволь мне помочь тебе принять решение. Позволь доказать, что ты не ошибаешься. Дай мне показать тебе, что значит быть любимым. Сомнения Гарри витали в воздухе и Малфой, сделав крошечный шаг вперёд, снова прижал Поттера к шершавой двери. Их лица находились в миллиметрах друг от друга, тела соприкасались. Драко, чьё сердце колотилось с бешеной скоростью, едва коснулся своими губами румяной щеки Гарри, вновь и вновь оставляя на ней легчайшие поцелуи и медленно продвигаясь вниз, к губам. Достигнув своей цели, он замер, с трудом удерживая себя в руках. Гарри прикрыл глаза, чуть поднял голову и мягко, практически невесомо коснулся тёплых губ Драко. Голос, молящий его одуматься и прекратить, становился тише и тише, до тех пор, пока не растворился окончательно. Сердце Гарри забилось сильнее, грозя выпрыгнуть из груди, а слова сами вылетели из его рта прежде, чем он смог их осознать. — Я люблю тебя, Малфой. Силой воли подавив ликование, взорвавшееся внутри его души ярким фейерверком, Драко утонул в яростном и пылком поцелуе, позволив пламени желания поглотить их обоих. Он получил то, чего так долго добивался.