Эй, рыжая (отредактировано)

Если человек не потерял способности ждать счастье — он счастлив. Это и есть счастье. Иван Бунин.

Я разлепила глаза с трудом и медленно начала озираться по сторонам, и лишь когда вспомнила, где нахожусь, счастливо откинулась на подушку. Я поморгала, а потом посмотрела на телефон, лежащий на тумбочке рядом, с подключенным USB. Зарядка. Мы уже жили у моей мамы чуть больше трех дней, и все это время я ходила счастливая. Окей, соглашусь, моя мама не плохая. Она добрая, и я похожа на неё. Первый день она извинялась за то, что оставила меня на столько лет, только вот таинственно изрекла, что знать об этом мне ещё не время. Я слезла с кровати и подошла к зеркалу. Волосы были чистыми и пахли кокосовым молоком. Под глазами небольшие синяки — но это ничего. Кожа была все еще бледной, отчего голубые глаза казались еще больше и ярче. Как только я хотела идти будить всех своих друзей, то в комнату вбежала растрепанная Захарра. — Василиса, Фэша нигде нет. Вот записка в его комнате, — она протягивает мне записку, и сердце бешено стучит от плохого предчувствия. Это не может быть просто так. Фэшу что-то не понравилось?

«Василиса Огнева, Мы вас не предупреждали, но Не надо было бежать от нас. Теперь Фэшиар в наших руках, Так что, не надейтесь на его Продолжение жизни. С уважением, Елена Мортинова. P.s. передавай своей маме огромный привет, и скажи, что мы знаем, где ее дочь.

У меня кровь застыла в жилах. Кто такая Елена Мортинова? Что, блин, они сделали с Фэшем? Так что не надейтесь на его продолжение жизни. — Захарра, — я с ужасом посмотрела на подругу, а у той дрожали губы. — Если он стебётся, я его убью. Та кивает, всхлипывая. Черт. Ненавижу, когда при мне ревут. Сама реву, а за других стыдно. Я ужасна. — Захарра, все хорошо, мы его найдем, он по любому издевается. Но я все еще не верю, что это правда, потому что эти люди не могли бы пройти незаметно, да я их и вовсе то не знаю. — Василиса, — я медленно поворачиваю голову и вижу в проеме Ника. — Да, Ник? — не сорваться бы. — Мы его не нашли. Везде искали, а его и след простыл, — после этих слов у меня внутри замирает. Неужели Фэша действительно забрали? Но ведь… Я даже не знаю, кто такая Елена Мортинова. Или…

[Flashback]

Я откидываюсь на спинку черного дивана в нашей гостиной. — Пап, давай уже переключим, — стону я, а рядом сидящий Норт поддакивает мне. — Что? А, нет, давай чуть позже, здесь совсем немного осталось, политика даже прошла, — папа увлеченно смотрит в телевизор, где показывали очередные новости из жизни людей. Я прислушалась. На самом деле, ничего важного не сказали, но все же. «Наш местный корреспондент взял интервью у Елены Мортиновой — директора лагеря «Морских грез». оказывается, она сейчас находится в Москве, и, как известно, ищет одну семью, семью ее знакомых. Огневы, если вы нас слышите, то позвоните по номеру, приведенному ниже… А сейчас само интервью… Папа широко раскрыл глаза. — Пап, это же не мы? — Норт нахмурился. — Нет, дорогие мои, это не мы, — его голос стал нервным, а руки сжались в кулаки. — Пап… — А сейчас хорошая новость. Мы переезжаем в Питер. Собирайте вещи, время я скажу вам точное завтра. Давайте, идите быстрее, а то не успеете.

[End of Flashback]

Я замерла. Чего? Мама. Только она нам поможет.