Мир Подлунный

      — А-а-а-а! Стоик! Вождь, Вы вывезли вещи из комнаты?! — Руна, спотыкаясь на ровном месте, стрелой вылетела из комнаты и больно ударившись плечом о дверной косяк, скатилась вниз по грубо отесанной лестнице. — Руна? Что ты кричишь? У меня была сложная ночь из-за этих ночных крикунов, а теперь ещё и ты… вообще… — Ронни несколько потупилась, когда увидела вождя, сидящего перед очагом с куском льда, прижатым к голове. — Я, простите, я… Я не подумала. Но это все равно очень важно! — она сжала руки в кулачки и закусила губу. — Вы куда-то переложили все вещи из комнаты в которой я сейчас живу? Все! Всё что там было! — Вещи? — Стоик удивлённо на неё посмотрел и нахмурился, — ты о каких-то книжках и прочих детских вещах, что были на втором этаже в доме? — Да! Вы их куда-то перенесли? — Нет… — удивленное выражение его лица сменилось на озадаченное. — Я конечно собирался подчистить ту комнату, но еще точно не успел. А что пропало? — Всё! Буквально! Комната просто пустая! — Но этого не может быть! — Вождь резко встал и быстро направился на второй этаж, а Рони с бешено колотящимся сердцем шла следом, словно привязанный хвостик. Когда они остановились у открытой двери, Стоик замер и Руна ничего не могла разглядеть за его широкой спиной, хотя впрочем и не требовалось, так как она знала, что комната девственно чиста. — Чертовщина какая-то… — он резко выдохнул и снял с головы шлем, пропуская Рони в комнату. — Ну не украл ведь кто-то эти бумажки и книжки. Здесь один мусор то и был, хотя тот факт, что он пропал… — она кинула взгляд на лицо вождя, тот хмурил брови и напряжённо думал, — Руна, тут были какие-либо особо ценные вещи? — Для меня они все были ценны и важны. — она теребила прядь волос и постукивала носком сапога по полу. — Но как это могло случиться! С улиц всех быстро разогнали по домам, кроме бригады, ликвидирующей срочные последствия! Значит ты должна была оказаться дома гораздо раньше меня! Если бы дом обокрали, то у вора было бы на это не больше часа! — Э-э-э… Стоик, боюсь, что это не совсем так. — Рони завела руку за затылок и попыталась улыбнуться, вышел однако только истеричный смех. Она плохо себе представляла как объяснить своё ночное отсутствие. — В каком смысле? — Ночью, когда все выбежали на улицу, я тоже побежала, вместе со всеми, а потом… Потом я ударилась о балку, которая отлетела от таверны, а дальше смутно помню. Кажется я упала и Льётольф помог мне и я была без сознания всю ночь. Но сейчас… Сейчас мне уже хорошо! — Ты подружилось с Льётольфом? Интересно… Но это значит, что у человека, пробравшегося в этот дом была целая ночь на то, чтобы ограбить нас! Быстро проверь свои вещи, я тоже это сделаю, а потом будем разбираться на совете, кто на столько жалок, чтобы воспользоваться ситуацией и оградить дом вождя! — злой Стоик — не попадайся под руку, это Руна усвоила очень быстро, посему ей оставалось только согласно дернуть головой и проводить долгим взглядом удаляющуюся спину Стоика.       Рони услышала как хлопнула входная дверь, а она все еще стояла на том же месте и напряжённо думала. Кому могли понадобиться все эти вещи, которые все остальные, кроме неё самой, считали бесполезным хламом? Проверять все еще раз не было никакого смысла. Она и так знала, что в комнате не осталось ни единой вещи Иккинг и ни единой пылинки. Ничего из ее вещей не пропало, хотя… Руна быстро подбежала к кровати и рыбкой юркнув под неё, посмотрела на деревянное перекрытие снизу. На пустое деревянное перекрытие. Сюда она спрятала свой рисунок, единственную вещь, которую смогла захватить с собой из своего мира. Но и его тоже не было. Вор принял его по ошибке за рисунок Хеддока? Она шумно вдохнула и вылезла из-под кровати так и оставшись лежать на полу. Почему она не додумалась ничего спрятать? Понадеялась, что раз это было никому не нужно «до», то и «после» никому не пригодиться? Ну вот почему бы ей было не припрятать пару рисунков, или блокнотиков, или… Стоп! Она резко села и оглядела комнату. Блокнот и кинжал Иккинг были при ней, когда она выбежала ночью за ним на улицу. А значит их не было дома! Потерять она их не могла, а следовательно это все сейчас у Льётольфа, вместе с остальной ее одеждой! Она обещала, что зайдёт за вещами, когда они высохнут, но можно и сейчас. Не такой уж и сильный был дождь…

***

      — Льётольф! Открывай сейчас же! — она барабанила в двери знакомого дома уже минут десять, но никто как-то не торопился ее впускать. — Льётольф, задница! — Фи, как грубо… — она резко обернулась и нос к носу столкнулась с хозяином дома. — Где ты был?! Мне срочно нужны вещи! — Вообще-то Стоик, созывал срочное собрание и ты не могла быть не в курсе, так как являлась ключевой фигурой его повествования и мне пришлось подтверждать то, как ты оказалось ночью в этом доме. — он легонько кивнул в сторону дверей позади Рони. — Могла бы кстати и предупредить… — он замолчал ненадолго, — Так вас обокрали? — Да. — У тебя украли записи и книги? — он отпер дверь и махнул рукой, приглашая войти. — Что за исследование? — Оно не совсем мое… ну оно… друга. — Она замялась и снова затеребила волосы. — Иккинга? — Как ты… Откуда ты… — она округлила глаза. — Я нашёл вот это. — Йотоль выложил на стол потрёпанный блокнот и небольшой кинжал с гравировкой. — Ты рылся в моих вещах?! — Руна ахнула, продолжая сверлить его злобным взглядом. — Не знаю в курсе ли ты, но они были без сумки и чехла и выпали сами. — он с достоинством повёл головой и пожал плечами, мол дел своих что ли нет. — Хотя… материальчик занимательный. — быстрее, чем Рони успела среагировать, Йотоль открыл блокнот посередине. — Рисунки даже лучше и подробнее чем в Книге Драконом Олуха… — Икк художник… — Большая часть написана совершенно бредовым языком… — У Иккинга э-э-э… голландские корни! — А то, что возможно прочесть звучит или как придуманные факты, или как невозможные заметки о драконах… — Это наша детская игра. — Руна, — Что? — она старалась не смотреть в ему в глаза — Мы друзья? — вопрос на столько удивил ее и застал врасплох, что она от неожиданности подняла голову и прямо встретилась с темным взглядом. — Ч-что? Друзья? Да, конечно. — Тогда держи. — Льётольф быстро закрыл блокнот, взял кинжал и протянул все Рони. — Ч-что? Я думала, что ты… Думала, что ты будешь спрашивать… — ее голос вновь стал тихим, — В конце-то концов, со стороны это все действительно выглядит странно. — Да. — она посмотрела на него, Йотоль уже отвернулся и смотрел в окно. — Это даже слишком странно. Еще страннее, чем то, что было на арене… Даже более странно, чем твой полуночный крик… Но если мы друзья, то ты потом все равно расскажешь. Ну или мне хочется в это верить? — это последнее его добавление он произнёс уже развернувшись и с широкой улыбкой на лице; — Спасибо! — Рони чувствовала, что кажется еще никогда не была так благодарна никому, и поддавшись порыву крепко его обняла, — Даже если я и сомневалась, то теперь я точно знаю, что мы друзья.

***

      С достопамятного дня ограбления минула уже неделя, и с каждым следующим днем Руна становилась все мрачнее и все более замкнутой. Сначала она двое суток делала точную копию блокнота вплоть до последней закорючки, потом мучалась и не могла придумать куда его спрятать. Потом загнала себя еще больше вновь и вновь пытаясь разобраться непонятном шифре. А потом возобновились тренировки… На первую Рони явилась невыспавшаяся, злая и в грязной кофте с комочками земли в волосах. На все вопросы одноклассников она огрызалась и игнорируя всех и вся, прямой наводкой дошла до Льётольфа и не особо церемонясь, под удивлённые взгляды, уселась рядом, облокотившись ему на спину и вновь достала бумаги из поясной сумки. — И тебе доброе утро. — Оно не доброе. — буркнув это «приветствие» она, не оборачиваясь протянула другу листок с изображением, которое она вчера мучительно пыталась сделать похожим на правду. — Знаешь где это? — Э-э-э… Жаль тебя расстраивать, но ты не очень хорошо рисуешь пейзажи. — он ловко увернулся от прилетевшего сбоку кулака и вернул рисунок. — А что это? — Овраг. — Содержательно. — Эй, вы! В-вы что, это общаетесь?! — ребята одновременно повернули головы к одноклассникам, Синдри предсказуемо стоя рядом с Бёдваром, с интересом разглядывал все из-за его плеча, а Герд выглядела как маленький злой кабанчик. — Нет, просто по ошибке встретились и разговорились. — Что? — Общаемся. — Льётольф встал и вытянув следом Руну, вновь углубившуюся в бумажки, хмуро окинул взглядом собравшихся. — И думается мне, что это никак не вообще дело. Отвяжитесь. — Ты не знаешь где может быть…

***

      Последние дни слились для Руны в одну сплошную цветастую массу, наполненную лазанием по острову, тренировками, разговорами и напряжением памяти. Дом, который для нее строили с самого момента появления Рони на острове, уже был готов, но она едва ли заметила переезд как таковой. Вся стена в ее комнате в новом доме уже была обклеена разными заметками, выдержками, идеями и рисунками. Она иногда часами сидела напротив нее, добавляя что-то новое, убирая кусочки, которые казались ей нужными и незначительными. Протягивала новые верёвочки от одного листка к другому. На автопилоте ходила на собрания и тренировки не прекращая думать о своём, однажды она даже выкрала Книгу Драконов, но ее быстро пришлось вернуть так как пропажу заметили буквально через несколько минут после происшествия. Рони конечно сомневалась что там будет что-то полезное, но теперь еще одна навязчивая идея — «завладеть книгой», появилась в ее голове. В конце концов, когда ее существование уже перестало походить на человеческое, Льётольф не выдержал и потребовал подробных объяснений всей ситуации, пригрозив, что иначе пойдет к Вождю. Рони ломалась, билась и придумывала отговорки, пока не решилась рассказать правду. Ну почти всю правду. Говорить о другом мире она не стала, так как в после время уже и сама стала сомневаться в его существовании. Она рассказала, что на ее родной земле, остров Олух — легенда, в которой говориться, что на острове живет мальчик по имени Иккинг, и что он сын Стоика Обширного — Вождя Племени Хулиагнов, что он смог подружиться с Ночной Фурией и в итоге именно благодаря это дружбе викинги смогли спастись от Ужасной Красной Смерти… Здесь обнаружилась первая деталь на которую она сама бы ни за что не обратила внимание. Йотоль разумеется не поверил «бредням и сказкам», однако тут же сказал, что и у них есть История сражения с Красной Смертью — по преданию победил ее Молодой Вождь с иноземного острова при помощи одного лишь меча, огня и смекалки. И произошло это всего пару-тройку лет назад. Но сколько бы они не спрашивали впоследствии у жителей Олуха, непосредственных участников тех событий, никто и ничего нового о «Молодом вожде» и способах его победы не помнил. На этом моменте Йотоль начал сильно сомневаться в своей непоколебимой уверенности. Еще сильнее его вера в свои знания пошатнулась, когда Руна продемонстрировала ему реакцию некоторых викингов на определённые слова, ситуации, сочетания слов. Они словно впадали в анабиоз на несколько мгновений, когда их слышали, а потом, очнувшись, будто бы начисто забывали про вопрос. А когда он поинтересовался почему у него нет подобного эффекта, Рони предположила, что возможно для него словосочетание «рыбья кость» означает только лишь часть скелета рыбы, потому как он не застал или не был свидетелем этого прозвища по отношению к кому-то. Больше всего под влияние попадали Стоик и Плевака, что по словам Рони была естественно так как оба были близко знакомы, дружны с Иккингом в тот период. В какой давности период она сказать затруднялась, но судя по тому, что по словам Йотоль победа над Красной Смертью была два года назад, сейчас Иккинг был примерно в возрасте создания Драконьего Края. Во что Йотоль так и не поверил до конца, так это в то, что драконов можно укротить, хотя Руна и продемонстрировала на тренировках несколько фокусов, сродни тем, что драконы млеют от почёсываний под щечкой. Однако попробовать приручить она категорически отказалась, потому что одно дело когда это делает Иккинг, а совсем другое — самой и без наставника рядом. А потом… а потом начался утомительный для обоих период обследования острова. Льётольф хорошо его знал, но ни одно из мест, которые Руна показывал ему он не мог признать, пришлось обходить все снова, по десять раз топча одни и те же места. Так продолжалась еще одну неделю.       Однажды рано утром Рони подскочила на месте от громкого стука в дверь. И протирая глаза, она спустилась вниз, дёрнув при это кольцо под потолком, отчего висящая выше ткань резко опустилась, закрыв собой всю стену с листками. — П-плевак-ка?! — Руна подумала, что она должно быть еще не до конца проснулась, иначе, с чего бы вдруг ему приходить к ней домой в такую рань? — А-а-э… Я пропустила тренировку? — другое объяснение ей в голову просто не пришло. — Доброго Утречка! Нет-нет, на этот счёт не беспокойся, я пришёл потому… — Рони! Кто это? — она резко обернулась и икнула от неожиданности, сверху спустился такой же заспанный как и она сама Йотоль, только сейчас она вспомнила, что вчера они допоздна делали третью копию блокнота Иккинга. Он остановился на последней ступеньке и огромными глазами смотрел на учителя, очевидно тоже пытаясь осознать увиденное. — Льётольф? — Плевака казалось был удивлён не меньше, если не больше ребят, — А ты почему здесь. В такое время?! — Э-э-ах-ха-х… Ничего такого! — Рони улыбнулась и посмотрела на Плевака, — Мы вчера до поздней ночи проводили один эксперимент и потом видимо просто устали и Йотоль уснул здесь. — Надо же… Я и не знал, что вы подружились. — он задумчиво обвёл их взглядом, — Так, ладно. Я здесь по другому вопросу и у меня мало времени. Руна, помнёшь твое первые тушение пожара? — Э-э-э… Ну да, помню… — она попыталась вспомнить что в нем было такого особенного, но не найдя в памяти чего подходящего все так же озадаченно уставилась на Плеваку. — Ты говорила, что умеешь ковать, помнишь? — она кивнула, действительно припоминая что-то похожее, — Так вот, мне в кузне нужен помощник, так что… С сегодняшнего дня приступаешь, Стоик не против, я спрашивал! Жду тебя после тренировки! Когда за Плевакой закрылась дверь, Рони все еще продолжала стоять уставившись в одну точку. — Мда… Странноватая получилась ситуация. Ну да ладно, эй? Руна? Ты как? — Кузня! — она резко обернулась и в глазах стоял такой живой лихорадочный блеск, что Льётольф сначала даже сделал шаг назад. — Что, кузня? — Там есть помещение! Тайное помещение! Как я могла забыть?! — и сложив руки ладошка к ладошке она улыбнулась, — У Иккинга там есть тайное помещение, я видела! — она сделала небольшую паузу и пройдясь по комнате обернулась к другу, — Мы обязаны туда попасть.