Вместе

С того дня Чимин действительно остался жить у Юнги. Он настоял на том, чтобы занимать место в зале на диване, оставляя за хозяином его кровать ( к тому же запах в комнате Юнги сводил парня с ума и не давал спокойно спать). Ребята приволокли вещи друга в тот же вечер, когда Чимин получил травму. Они бегали вокруг него, пытаясь развеселить. Мин вкратце потом объяснил суть произошедшего, оставив подробности между ними двумя. На протяжении всей той недели, что Паку запрещали вставать с постели, парни захаживали в квартиру Юнги, притаскивая всякие вкусности и развлекая его. Наконец, Чимину надоело валяться и уже в следующий четверг он упрямо шел вместе с Юнги в университет. В группе на парня смотрели искоса, но он решил не обращать на это внимание - пусть думают что хотят. Далеко не их мнение интересовало его. Друзья вновь вместе проводили время, Чимин снова потихоньку вливался в тренировки. Приходилось посещать врача. Время их появления в агентстве все приближалось. Но теперь возникла новая проблема - Чимин боялся Юнги. Он старался не оставаться с ним наедине, избегал его взгляда и всячески отсаживался от него, боясь даже случайно прикоснуться. Мин все это замечал, но помалкивал, закусывая губу. В тот вечер ему стоило огромных сил держать себя в руках. Поведение младшего в данный момент очень помогало ему. Помимо этого Мина волновало совершенно другое - отец мальчишки. Что, если он объявиться вновь и попытается забрать у него Чимина? В следующую субботу Пак встал до того, как Юнги соизволил открыть свои глаза и ушел куда-то, не отвечая весь день на телефонные звонки. Вернулся он только к вечеру, когда старший уже чуть ли не волосы на себе был готов рвать. Только щелкнула дверная ручка, как Мин понесся в коридор и, схватив друга за плечи, стал пристально разглядывать на наличие ранений. Ранений не оказалось. Лишь недоумевающий и расстроенный взгляд. - Что случилось? Где ты был? - чувствуя, как начинает злиться, хрипло проговорил старший. Чимин сухо отстранил его и, разувшись, прошел в зал. - Я был у родителей,- буркнул он. - Был где? - брови Мина поползли вверх. - Звонил дядя. Сказал - мать серьезно заболела и требует моего присутствия. - И что? - плюхаясь на диван напротив друга, спросил Юнги. Чимин обнял подушку и посмотрел в сторону. - Ничего. Она лежала дома в кровати. Я спросил, что случилось, она сказала, что ничего серьезного, что-то с сердцем. Она сказала, что от одного моего присутствия ей становится легче. Я весь день был рядом, старался все чем-то помочь, пока не понял, что это - очередная манипуляция. Она говорила, что отец очень сожалеет о том, что было. И что я ведь хороший мальчик, я ему прощу. И что я ведь понимаю, что отец хочет, как лучше. И что надо немедленно собирать свои вещи. Она потом много чего еще умного говорила, но я ее уже не слушал. Чимин уткнулся лбом в колени. - Я совсем дурак, да? Я все еще надеялся на то, что они поймут меня, что мы будем нормально общаться. Я сказал, что не буду делать так, как хочется им. И что с того самого дня они могут считать, что у них нет сына. Не понимаю, на что я надеялся. Юнги внимательно посмотрел на него. - Если они тебя так просто отпустили, то... - Да, значит, они оставили меня в покое. Возможно, будут еще попытки, но пока точно затишье. - Если твой отец снова попытается хоть пальцем тебя тронуть, то я ему врежу, - зло выдохнул Юнги. - Он большая шишка, хён, тебе это аукнется, - улыбнулся Чимин. - А я очень зол. К тому же у нас есть зафиксированные в больнице побои. В крайнем случае прибегнем к этому методу. Чимин замолчал, грустно потираясь щекой о мягкую подушку. - Ты... - Знаешь, Юнги-хён, я думаю, что мне лучше съехать. Парня словно обухом по голове ударило. - С чего это ты? - тихо поинтересовался он, прищурившись. - Я уже давно, еще до того, как произошла та ситуация, собирал документы на общежитие. Я понимал, что, если расстанусь с родителями, то финансовой поддержки у меня больше не будет, так что... - А чем тебе плохо жить здесь? - После того, как я... как я признался тебе, я думаю, что это неуместно. - Я же сказал, что все нормально. - Нет, не нормально. Я и раньше боялся касаться тебя, а сейчас.... Как только подумаю, что ты можешь истолковать это как... ну, ты понимаешь, я просто не могу. Если ты будешь думать обо мне так или еще хуже, не представляю, как тебе не противно спать со мной в одной квартире, - Чимин полностью опустил лицо в подушку. На поверхности торчали только красные-красные уши. Юнги сжал руки в кулаки. Было неправильно. Это все было абсолютно неправильно. Абсурд. Чимин ребенок, да, уже во многом глотнувший этой жизни, но психологически еще толком не сформировавшийся. У него и друзей-то раньше не было, что говорить о такого рода отношениях. Он просто напросто сам может не понимать, что чувствует. К тому же.... Если все это нехорошо закончится, если Юнги вновь останется один, сможет ли он это пережить? Сможет ли снова подняться на ноги? Навряд ли. Чимин уже не просто друг или парень, которого хочется. Он уже - образ жизни. Потерять его потом будет непосильным ударом. Да и одно дело - пропадать самому, но совсем другое - тянуть за собой невинного несмышленого мальчишку. Да какая разница? Если им плохо друг без друга, зачем разыгрывать драму? Почему просто нельзя быть счастливыми? Пошло оно все к черту! Юнги резко поднялся с дивана и опустился перед Чимином на корточки. Он отобрал у него подушку, и с некоторым усилием оторвал от лица парня его руки, заставляя смотреть себе прямо в глаза. - Для меня это все абсолютно нормально, потому что я был уже в подобного рода отношениях. Я изначально смотрел на тебя по-другому, но... У тебя же скорее всего не было такого опыта? Ты понимаешь, что это может быть только твоей иллюзией? В конце концов ты только недавно начал нормально контактировать с внешним миром. Чимин замотал головой, удивленно глядя на хёна и перехватывая холодные ладони своими, сейчас очень горячими. - Это другое. Это очень сильное, понимаешь? Я впервые такое чувствую, да, но если это не любовь, тогда она мне и не нужна. Я помню, как встретил тебя. Ты был таким одиноким, я будто увидел самого себя со стороны. Только я еще не отчаялся, я хотел жить. Я раньше думал, смерть - решение всему Пока не побывал в той больнице. А на свободе понимаешь, что жизнь прекрасна. Просто в своей обыденности она потрясающая.А ты ходил, будто туча, готовая вот-вот излиться дождем. Я понял, что ты медленно уходишь. Ты был для меня, вроде родственной души - успокаивая тебя, я будто бы сам себе говорил, что все хорошо. Но с тобой и правда все хорошо. Вот тут, - Чимин ткнул себя в грудь их переплетенными руками, - будто целая вселенная, а раньше было совершенно пусто. С тобой сердце бьется быстрее, и я просто совершенно не знаю, как можно себя контролировать, находясь рядом. С тобой так легко и радостно, что хочется кричать. И пусть это ненормально, но это то, что я чувствую к тебе, так что не говори, что этого нет. Юнги молча, перенес руку младшего на свою грудную клетку, давая ему почувствовать, насколько часто бьется сердце старшего. Заметив, как лицо Чимина удивленно вытянулось, Юнги притянул его к себе за затылок и, прошептал: - Я люблю тебя. А затем легонько поцеловал его в щеку, в висок, в мочку уха, медленно проводя пальцами по шее и ведя губами дорожку к ключице. Он чувствовал, что младший почти не дышит, только хватается крепко за его футболку. Но он не боится, не отталкивает, ему не противные такие проявления чувств старшего. Он не врет о том, что чувствует. Юнги поднял на него взгляд, стараясь показать, насколько он серьезен по отношению к младшему. Чимин весь покраснел. Его глаза бегали, стесняясь встретиться с взглядом любимого. - Юнги-хён, ты же понимаешь, что я ничего не умею и что... В общем... Черт, - Чимин от смущения не знал, куда себя деть, только крепче сжимая руки Юнги в своих, будто боясь, что тот рассмеется сейчас над ним и уйдет, оставив ни с чем. Юнги только тепло улыбнулся. Он выпутался из рук младшего и, прижав его к себе,коснулся своими губами его горячих дрожащих губ, будто спрашивая разрешения. Чимин подался вперед, неловко перехватывая старшего за плечи. А Юнги уже целовал его - тягуче, мягко, нежно, стараясь показать все то, что он скрывал до этого момента.

***

Их было семеро. Они бодро шли к своей судьбе, возбужденно переговариваясь по дороге. Сегодня был хороший день. Весна вступала в свои права, медленно обласкивая замерзшую землю редкими солнечными лучами. Снег сошел совсем. На улицах становилось все больше прохожих. Юнги и Чимин шли немного поодаль, сплетая пальцы, стараясь, чтобы никто не заметил этого. Они чувствовали себя абсолютно счастливыми, обмениваясь редкими, но достаточно красноречивыми взглядами. Юнги чихнул в свой шарфик, стараясь скрыть довольную улыбку. Чимин открыто сиял. Как только они подошли к зданию агентства и остановились в нерешительности, он выбежал вперед, преграждая всем путь. - Ребята, я так вам всем благодарен. За то, что приняли меня, за то что поняли, за то, что оценили. Я благодарен за каждый миг, проведенный с вами со всеми, - Чимин украдкой посмотрел на Юнги, ловя его улыбку. - Я счастлив каждый день, что живу на этом свете, а все благодаря вам. Вы мне словно семья. Так что, чтобы ни ждало нас за этой дверью, давайте оставаться вместе, хорошо? - на его глазах выступили слезы. Ребята переглянулись и смущенно опустили глаза. - Ну что ты, Чимин! - растроганно воскликнул Джин. - Это тебе спасибо, Чимини, что ты у нас есть, без тебя бы мы не справились! - обнимая его, сказал Намджун, красноречиво кивнув Мину. - С вами всеми весело, ребята, - влетая в круг, заявил Техен, утягивая за собой макнэ. - Давайте стараться больше в будущем! - Хосок притянул Юнги в их круг, после чего ребята сердечно обнялись. - Спасибо тебе, - полушепотом проговорил Юнги, смотря в любимые глаза.