Девичья фамилия

Утренний кофе сонными пальцами — горячо, Мимолётные взгляды лелею наперечёт, Мысленно раздеваю — внизу живота течёт, Пытаюсь забыться, но тщетно — меня влечёт Безразличие, дерзость, её лицо, Безупречные руки, пальцы, тоненькое кольцо, Голос, налитый нежностью и свинцом — В кои-то веки я просыпаюсь. Просыпаюсь не мертвецом. Мурашками по затылку, в сердце и на плечо, На цыпочках за тобой, волнами под тебя, ещё: Пластилином, сиропом, плавящейся свечой — Я не могу без тебя. Чёрт. Катарина Султанова.

      На улице уже окончательно стемнело, когда Саске отвлёкся от созерцания пейзажей за окном.       — Извини, отец, я не расслышал.       — Сакура. Я говорил о Сакуре. Она такая замечательная.       — Это верно, — сухо подтвердил Саске.       Очень замечательная, да. Замечательная дурочка. Так глупо его игнорировать могла только Харуно. Избегать разговора, делать вид, что ничего не произошло.       — Ты ведь думаешь о ней.       — Вполне естественно, мы и говорим сейчас о ней.       — Саске. Ты от неё весь день глаз отвести не мог. И вчера.       — Думаю, тебе показалось. Кстати, ничего, если я задержусь ещё на ночь?       — Я только «за». А ты поедешь провожать Сакуру и Сараду на самолёт?       — Сомневаюсь. Харуно уверила меня, что в этом нет необходимости.       — А я бы на твоём месте поехал.       — Благодарю за совет, отец. Я подумаю.       Фугаку-сама углубился в чтение книги. Учиха сжал кулаки и продолжил буравить взглядом окно.       С аэропортом тоже вышло шоу. Это было ещё утром, когда он не понял намерений бывшей жены и мягко предложил проводить их. Истеричка дёрнула точёным плечиком и сказала, что ему не стоит волноваться. Может, она специально это делала? Провоцировала его.       Нет.       Сакура не такая. Она могла быть какой угодно на работе, но с близкими людьми бывшая жена всегда искренна. И сегодня вполне искренне дала понять, что зла на него и общаться пока больше не желала. Может, после отпуска подобреет.       И вообще. На что он, собственно, надеялся? Почему сегодня было так важно узнать, что она думала о случившемся ночью?       Разговора у них вовсе не получилось. Те слова, которые они шептали друг другу, хм, «в процессе», не считаются. Там было такое, что они никогда не произнесут в трезвом уме и твёрдой памяти, — слишком интимное. Такое только в нетрезвом виде можно выдать, когда мозг полностью затуманен и за человека говорят его сокровенные мысли.       Пьяный секс, ну надо же. Давно с ним такого не было. В последний раз это было лет двенадцать назад, и тоже с Сакурой. Они были слишком молоды. Долго стеснялись, тянулись друг к другу, но подойти не решались. Как всё было тогда? Были студентами, учились в одном университете (после школы так захотели). Тусовались очень часто все трое: он, Сакура и Наруто. Потом Узумаки неожиданно влюбился, их стало четверо. Потом компания разрослась, все поделились на пары, а они с Сакурой, хоть и проводили львиную долю времени вместе, не могли расставить точки над «i». Наруто утверждал, что с ними давно всё понятно.       Однажды он её поцеловал. За углом её дома. Просто нагнулся и коснулся губами, на пару мгновений застыв. Потом выпрямился и заставил себя посмотреть ей в глаза. Девушка явно была шокирована, но, помедлив секунду, крепко его обняла.       Хорошо бы сейчас добавить что-то вроде «с тех пор они не расставались», но нет. Развелись всё-таки.       И это было правильно, Сакура заслуживала куда более заботливого и любящего мужа, чем он. Того, кто будет её крепко обнимать, смотреть в глаза, защищать от… нет, не всего мира — самой себя. Кто будет напоминать, какая она красивая, сильная, желанная.       Са-ку-ра.       Как это вчера произошло? Они так долго выстраивали этот вежливый нейтралитет, а теперь опять развалили на куски. Она снова на него обижена, а он чувствовал себя последним идиотом. Забавно: не помнил, как всё началось, зато подробности так и стояли перед глазами. Может, не зря это случилось?       На следующий день, прощаясь с отцом, Саске спросил:       — Что лучше — сделать и пожалеть или не сделать и жалеть?       — Ты сам знаешь ответ, — усмехнулся Фугаку.

***

      Как обычно, Сакура собиралась с бесполезной суетой. Чемоданы стояли на пороге, и он тоже, а Харуно всё перекладывала ручную кладь, надеясь выгадать побольше места в рюкзаке.       — Он не растянется, Сакура.       — Жаль, что нельзя применить заклятие невидимого расширения, как в «Гарри Поттере»! — подскочила Сарада. Она тоже была немало воодушевлена, хотя и вела себя куда спокойнее матери.       — А мне-то как жаль, доченька. Или, например, зачаровать чемодан, чтобы он весил не больше пёрышка, но вмещал тонну вещей.       Все рассмеялись.       Сегодня бывшая жена немного оттаяла, или просто её отвлекла предотъездная суматоха.       — Каждый раз как первый, Сакура, честное слово, — ворчала Мебуки.       — Да-да, я это уже сотню раз слышала. Сарада, дай сюда паспорт. Мама, ты тоже. Все готовы? Выходим!

***

      Середина января выдалась для столицы необычно снежной. Снегопад не прекращался второй день, что, разумеется, создавало трудную ситуацию на дорогах. Саске даже не стал садиться за руль — взял такси до работы. Сакура, Сарада и Мебуки должны были прилететь ближе к вечеру, если, конечно, рейс не задержат. Как бывшая жена его встретит? Сарада активно делилась впечатлениями, и по её пространным фразам Учиха примерно прикидывал, что Харуно отдыхала неплохо. Однако непонятно, перестала она злиться или нет. В любом случае, он выведет её на разговор, бывшая супруга от этого никуда не денется.       Когда Учиха приехал в аэропорт, Сакуры там уже не было. Вот так сюрприз.       — У мамы ещё со вчерашнего дня разрывается рабочий мобильник, — объяснила Сарада. — Она поехала в офис, будет поздно.       Харуно продолжала избегать его? Не на того напала.       Он отвёз дочь и Мебуки домой, подавив желание сразу предложить им собрать вещи и перебраться в его квартиру. Если он сделает это до разговора с бывшей женой, будет скандал. И вспыльчивая Сакура уж точно не захочет с ним говорить.       Вечер пролетел слишком быстро, пока Саске слушал впечатления от отпуска и перебирал в уме варианты начала своего монолога перед Харуно. Сарада, отвлёкшись на звонок мобильного, сообщила, что мама решила не брать такси, вместо этого направившись в метро. Он уже не успеет там её перехватить, лучше встретит на станции назначения.       — Папа пошёл встречать маму, — многозначительно сказала Сарада бабушке.       Мебуки отчего-то вовсе не удивилась.       В одиннадцатом часу вечера на станции было уже не так много людей: снегопад не прекращался, и народ не задерживался в общественных местах, спеша домой.       Саске прошёл прямо на платформу, чтобы не разминуться. Сакура выпорхнула из поезда навстречу ему. И замерла. Она уже была одета в своём любимом классическом стиле: юбка-карандаш, блуза, тёплое бежевое пальто, сейчас распахнутое. Волосы собраны в обожаемый ею пучок. Саске эта прическа особо не нравилась, но он не мог отрицать, что Сакуре она подходила. Ей всё шло.       — Что ты здесь делаешь?       И тут все мысли из головы улетучились, как по щелчку. Что он там хотел сказать? Всё глупости. Она стояла перед ним, отводила глаза, переминалась с ноги на ногу. Саске тоже не горел желанием посмотреть ей в глаза. А вдруг увидит в них не то, совсем не то, что себе надумал.       Да чёрт с ним. Лучше сделать и пожалеть.       Однако пауза затягивалась, а переходить к иным действиям не стоило. Им не восемнадцать, и попытку поцелуя бывшая жена на трезвую голову вряд ли положительно оценит.       — Саске…       — Сакура…       Больше тянуть нельзя.       — Я заготовил грандиозную речь, вообще-то. Но забыл. Может, просто пойдём домой?       И коснулся её руки. Рука дрогнула. Харуно отвела взгляд, а потом её изящная тонкая ручка легла в его.       — Пойдём.       — Сакура?       Харуно в смятении подняла голову.       — Только пообещай, что утром не сделаешь вид, будто ничего не произошло.       — Обещаю. Но пожалуйста, давай в этом году никакого вина.