Убийца моих надежд

POV Саша Я решила оставить себе его вещи, в которые облачилась после душа. Футболка уж больно мне велика, а спортивочки приходится подкатывать. Но есть маленький минус: если он попросит вернуть свои вещи, то мне придется выполнить его просьбу. Мне душно в Лос-Анджелесе. Казалось бы, та же погода, те же пальмы, тот же океан, я ко всему этому привыкла. Но за год все эти прекрасные пейзажи стали такими чужими… Может быть потому, что я родилась в холоде? Или и вовсе не здесь? Скорее, второе. Я чувствую себя чужой в этом городе. Меня здесь никто не ждет, никто не знает меня. Здесь меня держит только работа. А, может, ну ее… Зарплата маленькая, а требуют от меня чуть ли не жонглировать горячими пельменями, при этом еще читать Бродского и Воннегута на итальянском языке и танцевать лезгинку одновременно. Все, решено: увольняюсь. Может быть, IMG NY мне предложит чего-нибудь стоящего?

***

Мне выдали расчет за месяц. Я пакую чемоданы. Тоффи очень привык к Уиллоу. И мне очень не хочется с ней расставаться. Она всегда меня поддерживала, а что самое важное: не просто кивала и говорила: «Делай, что хочешь. Это твоя жизнь», а высказывала свое мнение и критиковала мои решения. Мне нравятся такие люди, — спорящие со мной. Ведь спор — интересное и занимательное дело. — Слушай, ты тогда просто приезжай ко мне на каникулы… Я тебе специально комнату выделю, самую тесную. Она знает мои предпочтения, видит. — А помнишь, ты пришла в какой-то мешковатой одежде. Она мне показалась мужской. Ты еще рассказывала мне про того «мужчину мечты». Ты случайно не поэтому уезжаешь? — Что? Нет, конечно нет. Я чувствую себя лишней в этом городе. — Ты не поверишь: я тоже… Она стырила все мои фишки. И даже травит мои анекдоты в компании подруг, а у меня их, уж поверьте, многовато накопилось. — Уиллоу… — Что? Он тебе понравился? — Ну… — Что «Ну…»? Не жуй сопли, тряпка! Да или нет? — Да, — неуверенно промямлила я. — Разбирай чемоданы! Хотя, нет! Ты переезжаешь со мной в мою квартиру. Это не обсуждается. Ты должна сходить с ним на свидание… Боже, Уиллоу просто золотце! Нет, чтобы за свои отношения переживать, так она и за меня беспокоится! Шикарная женщина! НЕТ! Святая женщина! — Нет. Уиллоу, это исключено! — Вряд ли он отвез бы тебя к себе, будь у него девушка, так что… — Уиллоу! — Саша! Это твой шанс, — она взяла меня за плечи и хорошенько встряхнула, будто пыльный тулуп, который лет двадцать провалялся в старом деревянном сундуке. — Если он и в правду такой, каким ты его описывала, то это самый идеальный мужчина на всей планете. И мечта каждой женщины. Саша! Ты обязана сходить с ним на свидание… А что если Уиллоу права? Что, если в этом городе меня удерживает Он? Я хочу уехать, но невидимые ниточки не дают мне этого сделать…

***

Неожиданно я получила E-mail от самого Скриллекса. Я уже хотела было написать: «Давай встретимся там, на пляже. Я даже мармеладки могу прихватить с собой», но чудом удержалась, ведь он не знает, что Khan Ashad — это я. Мой проект аналогичен Marshmello. Только вот у меня не шлем, а очки сумасшедшего ученого-испытателя и респиратор. Выглядит жутко, как раз под стать моей музыке. Он настаивал на знакомстве и дальнейшем сотрудничестве. Что ж, придется раскрыть ему свою тайну. Я прихожу к полудню по нужному адресу. Это двухэтажное кирпичное здание. Очень миленькое. На входе меня ждет, если не ошибаюсь, Блейз Джеймс. Я подхожу к нему, и он удивленно выпучивает глаза: — Чего тебе, девочка? Сигарету не дам, тебе рано еще… — Да мне не сигарета нужна. Вы ведь… Хан Ашад ждете? — Это конфиденциальная информация… Откуда ты… — не успевает он договорить, как тут же роняет челюсть на асфальт, и его недокуренная сигарета падает на землю. — Ты? Ты и есть… Ты такая… маленькая, — а вот эту фразу он сказал так, будто я младенец, с которым сюсюкаются все, кому не лень. — Ммм. Я бы не догадалась… — Ладно. Пойдем. Хорошо, что ты заранее пришла. Все девушки-диджеи, которых я знаю, всегда опаздывают. А, нет. Миха не опаздывает… Ты знаешь ее? — Да. У нас есть трек совместный. — Класс. Ах, да точно. Забыл… Ладно. Иди вверх по лестнице. Там будет массивная стальная дверь. Она не легко поддается, так что если вдруг не откроешь, — подергай ручку. Сонни откроет с другой стороны. Кстати, классная футболка. У него такая же… — Ох, Блейз, если б ты только знал, что это и есть его футболка! — Спасибо. Удачи… — И тебе. Удачно поработать…

***

Огромная стальная дверь обклеена всевозможными наклейками. То значок радиации, то биологическая угроза. Всякие всячины. Даже единорожка есть… Я дергаю за ручку, и дверь поддается мне, хоть и с большим трудом. Очень просторное помещение, освещение здесь очень скудное, но глаза быстро привыкает к этому творческому полумраку. Кто-то кричит из другой комнаты. Здесь куча наставленных стульев на колесиках. Первоклассное оборудование. В углу стоят до жути дорогие электрогитары. На огромном миксере стоят бумажные стаканы с кофе из Старбакса. В дальней комнате разгорается нешуточный спор, но вдруг стихает. Вдруг на меня набрасывается что-то тяжелое и вопит: — Кусь!!! — Гагик чуть ли не оглушает меня своим ревом побежденного бизона. — И незачем так орать! Я прекрасно тебя слышу, голосистый ты мужчина! — Саша, — ко мне бежит блонди… — Златовласка! Как дела? — Кусь! — он едва не задушил меня в своих объятьях, а от того, что он покрутился на месте раз двадцать, у меня закружилась голова. — Уэс, не мучай девочку, ей еще головой работать. А ты ее тут крутишь… — Уалши обнимает меня, приветственно хлопая по плечу. Хоть один нормальный человек… И тут несется самый добрейший мужик на всей планете — Джиллионейр. — Нет… Я сейчас скончаюсь от передозировки обнимашек. — Не скончаешься. Обними старика Джилли… — Ну, беги ко мне, обниму… Ох, порция обнимашек получена. На ближайший год. Нет. На ближайшие пять лет. — Ладно, пошли. Нужны твои мозги, — Уэс обнимает меня за плечи. Когда мы входим в другую комнату, я вижу большое пространство. Много места. Стульчики (раскладные) — очень по-минималистски… Я достаю свой ноут и сажусь на свободный стульчик. Он мне, кстати, как раз. Если этим огромным дяденькам из Major Lazer сначала приходится выматериться, прежде чем сесть, то я чувствую себя изящной леди… — В общем, у нас получилось вот такая хрень… — Не то, что мы не умеем писать… Там просто два хороших материальчика… — И вы хотите его впихнуть в один трек?.. — я смотрю на всех. — Ну… Я, в принципе, о том же и говорил… — Уэс встает и прислоняется к столу. — Оу, Сонни что-то прислал. Версия трека…

***

В итоге, нам удалось сделать два трека за каких-то полчаса… Гагик помог мне записать вокал. Я не шибко шарю в тонкостях вокального искусства, но зато неплохо читаю рэп… Сонни был в другой комнате все это время. Затем он скинул нам свою версию трека. Я покумекала и отправила свою версию… В итоге, он вышел из своего логова… И чуть не уронил ноут, когда мы встретились взглядами. Он удивлен настолько, что его глаза чуть ли не вываливаются на пол. Он резко разворачивается и идет обратно в свою каморку. Сказать, что я удивлена, — это ничего не сказать. Я уже его видела, конечно, но не видела в таком виде. Не понимаю, почему я раньше не заметила, — он совсем худой, его бледность очень похожа на болезненную, волосы не такие, какими я видела их раньше — тусклые. Он выглядит слабым. Надеюсь, он ничем не болеет. Он просто очень много работал. Он устал. Все присутствующие в комнате замерли. На их лицах — непонимание. И взгляды устремлены ко мне. — Что? Может быть, мне поговорить с ним? Я направляюсь к комнатке и дергаю за ручку. Я думала, что дверь заперта. Но оказалось, он в следующей комнате. Боже! Сколько здесь комнат? Перед моими глазами вырастает металлическая дверь, очень похожая на входную, но она немного другая. Я вхожу в маленькое слабо освещенное помещение без окон. Вдоль стены расположился старый ветхий шкаф. Такой же я видела у бабушки в деревне. На полу раскиданы нотные листы бумаги, в дальнем углу стоит на вид дорогущее электронное фортепиано, которое завалено карандашами, ластиками и всевозможными книгами. По полу, словно змеи, тянутся провода различных цветов. Рядом с фортепиано стоит маленькая парта, как в американских школах, и такой же стульчик. Также из мебели имеются две капельки красного и желтого цвета. За шкафом на еще одной капельке ютился Сонни с ноутбуком на коленках. Рядом его ногами стоит бумажный стаканчик с кофе. Он выглядит обеспокоенно. Я легонько стучу костяшками по шкафу, и он поднимает на меня свой взгляд. Глаза широко распахнуты. Янтарные. Сводящие меня с ума. — Что ты здесь делаешь? В этом доме? Пофоткать пришла? — Я… Нет. Мне на почту пришло письмо. С адресом. Ты изъявил желание поработать со мной. — С тобой? Я ничего не писал. — Я — Кан Ашад. Он смотрел на меня с неподдельным удивлением. И на мгновение мне даже показалось, что он в шоке. Я хотела было опуститься рядом с ним на колени и обнять его, затем поцеловать и… — Ты? Смешно… У тебя хорошее чувство юмора… — Я не шучу. В воздухе повисает пауза, гнетущая меня. Он смотрит на меня так, будто я — самый страшный враг всего человечества. — Проваливай. Я не имею никакого желания ни работать, ни разговаривать с тобой. Меня будто током прошибло. Я хотела было что-то сказать, но он резко встал и подошел ко мне чуть ли не вплотную. — Убирайся. Или тебя силой вывести? — Нет. Я сама уйду. — Раз так, то футболку верни. Да, ту что на тебе… Снимай. — В смысле? — В прямом… — А в чем мне… — Меня не волнует… Что ж, если он хочет свою футболку, он ее получит. Я зачем-то прихватила с собой свой рюкзак. Я убираю свой ноут. — Где выход? — Выйдешь, и направо. Только футболку сними и можешь валить, — сухо изрекает он, будто выплевывая слова. Сонни отходит к столику и садится на стульчик. — Да забирай… Я снимаю футболку и только потом понимаю, что я надела ее на голое тело. Хорошо, что я про бюстгальтер не забыла. Его взгляд кажется совершенно безразличным, но в глазах промелькнула нотка сосредоточенности. Я стою полуголая перед ним. Смотрю ему в глаза, а он лишь изгибает бровь, словно спрашивая: «Что?». Я подхожу к нему и кладу футболку прямо перед ним. — Не туда смотришь, — я ухмыляюсь, сексуально прикусывая губу, а затем добавляю. — Малыш, — и провожу пальчиком по его немного колючей щеке и шее. Я выхожу из этого дома спокойно, вызываю такси, но когда уже сажусь в машину, я даю волю эмоциям и плачу… Все-таки меня ничего не удерживает в этом городе…