T R U S T

Скажите мне, почему человек должен держать себя в точности так, как прочие люди, как масса, как толпа?

Сальвадор Дали

Среда. 02:54

— Мы могли бы что-нибудь придумать, — Крис пожимает плечами, делая глоток прямо из горла янтарного виски. — О чем ты? — Мун лишь хмурится, закидывая ноги на спинку мягкого дивана, пытаясь хоть как-то справиться перед расплывчатом изображении перед собой. — Ты все еще хочешь стать немного заметнее? — как-то неуверенно спрашивает Шистад. — Я, конечно, понимаю, что то, что ты надела платье на прошлую вечеринку — это уже прогресс, но… — Иди к черту, Шистад, — Эва улыбается, локтем пихая Пенетратора в бок. — Что ты задумал? Кристофер молчит пару секунд, отставляя полупустую бутылку со спиртным на журнальный столик. Он устало вздыхает и облокачивается о спинку дивана, прикрывая глаза. — Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой, — на выдохе произносит тот, а у Эвы чуть ли глаза из орбит не вылетают вместе с челюстью, которая вот-вот готова поцеловаться с полом. — Но прежде чем ты начнешь кричать о том, что этого никогда не произойдет и ты считаешь меня самым наглым ублюдком на этой планете, прошу выслушать меня. — Улыбается, выуживая из кармана джинс пачку ментоловых сигарет. — Меня заебали все эти девки, которые раздеться готовы, как только я появляюсь в школе. Серьезно, Мун. Один раз я подошел к своей однокурснице, чтобы спросить у нее домашнее задание, потому что меня не было больше недели в школе. Так она затащила меня в туалет и сделала мне минет, хотя я даже не просил ее об этом, даже намека на это не было. Так вот к чему я веду. Меня заебали все эти шлюхи, которые вешаются на меня, как крысы на дорогой сыр. Когда у меня была Ибен.. Они хотя бы знали меру. Да, я изменял ей, да, пользовался ею, но я был тем самым Шистадом, которого все знают. Девушки не стелились передо мной, зная, что у меня есть другая. Я просто сам подходил к ним и стоило мне только правильно посмотреть, как они уже высовывали свой шаловливый язык. — Парень ухмыляется, щелкая красной зажигалкой. — Я прошу тебя стать моей фальшивой девушкой, Эва. Можешь даже не париться насчет меня и, главное, не обращай внимание на слухи, которые будут распускать, а они обязательно будут. Мы просто походим в людных местах вместе и все. Ко мне меньше будут липнуть, к тебе же, наоборот, полезут парни, чувствуя конкуренцию. — Шистад, это.., — рыжеволосая запинается, принимая сидячее положение. — Ты же понимаешь, что я не соглашусь? Выбери себе какую-нибудь другую девушку, в которую будут тыкать пальцем и называть личной подстилкой Пенетратора Криса. — В том то и дело, что все эти девушки.. Они не пойдут на это. Все, блять, глотку готовы друг другу перегрызть за меня, лишь бы я стал их единственным и верным парнем, — улыбается, понимая свою репутацию. — А мне нужна та, которая плевала на меня с высокой колокольни. Которая не будет трахать и выносить мне мозги каждый раз, когда я не отвечаю на звонки. Тебе нужно лишь красиво поиграть пару недель. — Пару недель? — Эва охает, разглядывая в своих руках бутылку красного вина. — На сколько я знаю, самые долгие отношения у тебя были всего-то две недели. — Наводила обо мне справки? — Крис затягивается, переводя взгляд на немного испуганную первокурсницу. — Ты не похожа на сталкера. — Вильде все время говорила о вашей банде. Мне иногда казалось, что в ее голове только Пенетраторы, которые окончательно вскружили ей голову. — Соглашайся, — коротко предлагает Шистад, делая небольшие кольца из серого дыма. — Крис, я.. Когда ты поцеловал меня в школьном коридоре, ты, вероятно, не знаешь, что было на следующий день, да? — Эва поджимает пухлые губы. — Все твои бешеные «фанатки» писали мне в личные сообщения какие-то угрозы и оскорбления, но это все ничего, я пыталась не обращать на это никакого внимания, но.. На следующий день я только и делала, что проводила перемены в школьном туалете, потому что не могла терпеть на себе все эти испепеляющие взгляды, так и кричащие о том, что все эти девчонки когда-нибудь разорвут меня напополам. А потом я узнала, что пошел слушок о том, что мы переспали на вечеринке. Якобы, кто-то видел, как я пришла к тебе домой, когда мой оказался запертым. — Мун, — Шистад тушит сигарету, кидая окурок в пепельницу. Он тянет девушку за руку, прижимая к себе ближе. — Срать на них. Тебя не должно волновать мнение людей, которые пытаются тебя унизить. Они сами когда-то были задетыми, униженными, раз ведут себя так. Ты не должна обращать внимание на тех, кто тебя не достоин. — Я могу рассказать Нуре правду, если она спросит? — Эва ложится на колени Шистада, помечая для себя, что это лишь алкогольное опьянение, иначе такого бы она уж точно не сделала. — Ты помирилась со своей блондиночкой? — Да, мы.. Нашли общий язык, — Мун чуть ли не мурлычет, когда Крис перебирает пряди медных волос, пропуская их сквозь длинные пальцы, но виду не подает, лишь с силой сжимая кулаки. Чего ты боишься, Эва? — Ты можешь сказать своей блондиночке. Я скажу Магнуссону, — брюнет пожимает плечами. — Все честно. — Ты уверен, что Вильям надежный? — А ты уверена, что Сатре никому ничего не растреплет? — Она моя подруга, — Эва прикрывает глаза. — Я доверяю ей. — Ну, а Магнуссон мой лучший друг.

***

Среда. 07:30

Эва возится перед зеркалом, расчесывая запутанные волосы. Странно, она вроде бы прилично убрала длину, но непослушные концы все равно успевают путаться, отчего с ними приходится возиться несколько минут уж точно. В конце концов, Мун психует и надевает на голову бордовую шапку, стискивая от злости зубы (порой ее бесят даже малейшие мелочи). Как только девушка закидывает одну лямку рюкзака на плечо, она слышит звук приходящего уведомления на телефоне. Рыжая быстро выдергивает его из зарядки и двигается в сторону выхода, не забывая выключить везде свет — мама приучила ее это делать еще с самого детства. Нура написала, что будет ждать Эву возле ворот школы, а рыжая чуть ли не стонет, уже придумывая слова, как убедить Сатре в том, что все то, что они устроили с Шистадом — очередной цирк Пенетратора. Первокурсница быстро хватает обед с кухонного стола и чуть ли не пулей вылетает из дома, закрывая входную дверь на ключ. Она по пути пихает контейнер с разогретой едой в рюкзак, пока двигается к машине, в которой уже сидел Крис. — Твой дядя не отобрал у тебя машину? Странно, а я-то думала, что ты теперь будешь ездить на школьном автобусе, как обычный ученик Ниссена, а не парень, у которого куча бабла и охуительная репутация, но это никогда не случится, верно? — Не переставая говорить спрашивает Эва, кидая черный рюкзак на заднее сидение. — Да плевал я на него и все эти запреты, — Крис выруливает на асфальт, включая музыку. — Эту машину подарил мне отец, поэтому он не имеет никакого права отбирать у меня мои же вещи. — Разгоняется, кажись, даже не обращая внимание на светофоры, горящие красным. — Что будет, если он расскажет все твоему отцу? Ну.. То, что ты все время перечишь дяде? — Эва переводит взгляд с окна на напряженного Шистада, сосредоточенного на дороге. — Да ничего не будет. Отец как всегда пожмет плечами и скажет свое любимое: «Я вырастил эгоиста, что поделать». Да, если бы он хотя бы бывал в Осло, я бы не был Крисом, который на все наплевал. Но ни ему, ни моей матери до меня даже дела нет. У них своя жизнь, у меня своя, Мун. — Моя мама возвращается через три дня, — вспоминает рыжеволосая, кусая итак уже обветренные губы. — Как ей объяснить то, что ты сбежал с собственного дома и временно живешь у нас? — Я перееду к Вильяму, если он решит все проблемы. — А если не решит? — Я найду способ уломать твою маму, не волнуйся. Она же обожает меня, — Крис самодовольно улыбается, делая музыку громче. — Мун, мы почти подъехали, поэтому слушай меня внимательно. Я поцелую тебя, когда мы выйдем из машины, поэтому не стой как истукан и не дрожи, как осенний лист на дереве, идет? — Я вообще-то думала, что мы просто пройдем мимо, подержимся за руки и разойдемся на этом на сегодня, — кривится рыжая, уставившись в окно. — Нура убьет меня. — Я ей не нравлюсь? — Я доказывала ей вчера, что мы просто друзья после того поцелуя, Крис. И она с трудом мне поверила. А сейчас нам снова придется это делать лишь потому, что твое эго решило, что тебе надоели девушки, которые подстилаются перед тобой вместо красной ковровой дорожки, так? — Я скажу Вильяму, чтобы он поговорил с ней, — Крис паркуется прямо у ворот школы. — Они, вообще-то, в ссоре, ты забыл? — Ты не видела фотку в инстаграме? — Крис хмурится, доставая из кармана толстовки телефон. — Магнуссон запостил час назад. — Шистад что-то быстро листает, а после чего поворачивает экран в сторону первокурсницы. Эва замечает на фото белобрысую макушку, переворачивающей оладьи на кухне третьекурсника. Она улыбается, стоя в одной белоснежной рубашке, явно большей ее на несколько размеров. А под счастливой фотографией красуется надпись: «Я, черт побери, самый счастливый в Осло!». — Она мне ничего не сказала, — рыжая обиженно складывает руки на груди. — Я уверен, что ей будет много чего сказать, когда мы выйдем из машины, — Шистад улыбается, глуша мотор машины. — Идем? — Мне все еще кажется, что это очень плохая идея, Крис. — Ты как маленькая, Эва, — парень выходит из машины, натягивая на глаза солнцезащитные очки и громко хлопая дверью, из-за чего Мун уж точно начинает трястись, как хренов лепесток на дереве. Он открывает перед ней дверцу и по-своему улыбается, протягивая руку: — Малышка, — обращается парень, а рыжую аж передергивает от этого слова. — Это очень мерзко, — едва слышно говорит девушка, вылезая из салона автомобиля. — Не мог бы ты придумать что-то более ориги... Но не успевает она договорить, как его губы тут же накрывает ее, а руки чуть ли не впечатывает в капот машины, усаживая на гладкую поверхность. У Эвы сердце делает огромный кульбит, улетая куда-то в пятки, а колени так дрожат, что, кажись, это заметил уже любой другой, наблюдающий за ними. Да тут вся школа наблюдает за ними.. Точнее, за этим представлением! Губы неистово дрожат, но все же поддаются, запуская настойчивый язык Пенетратора себе в рот. Его руки обхватывают дрожащие колени рыжеволосой и придвигают к себе ближе, заставляя девушку чуть ли не охать. Мун понимает, что никогда не сможет расслабиться под пристальными взглядами наблюдающих. И черт тебя побрал ввязаться во все это, Эва Квиг Мун.