Свет внутри тебя

— Эй, Сень, ну что ты там так долго? Нас Ляся уже дома ждет, — Паша натягивал свой пуховик и смотрел на друга, который вернулся в аудиторию с глупой улыбкой и даже не обратил внимания, что Добровольский назвал его Сеней. В обычной бы ситуации Арсений определенно бы разозлился и поправил друга. А тут как-то не до этого было, в мыслях мужчины плотно засел худощавый мальчишка по имени Антон. — Земля вызывает Арсения, прием. Блять, Попов! Я вообще-то с тобой разговариваю, — Павел с негодованием смотрел на друга. — А.да… прости. Я просто задумался, — Арсений выглядел так, словно он не совсем понимал, в каком мире и в какой именно реальности находится. Паша слегка усмехнулся, а потом в его голову пришла замечательная идея, от которой в карих глазах заплясали черти: — Что, Антошка понравился? — хитро улыбнулся Добровольский. — А, нуууу, он славный паренек, — Арсений старался не смотреть в глаза друга, чтобы не выдать своих мыслей о замечательном парнишке. — Ну ты смотри, Попов, глаза у него зеленые, как и у соулмейта, который у тебя быть должен. Да и рисунки я у него на руках пару раз видел… пионы … — кареглазый поправил спавшую на лоб челку и лукаво улыбнулся. — Да пошел ты, Паш. Если ты любишь шутить, что я пидор, а я терплю и смеюсь над этим, то не стоит это на жизнь проецировать, — Попов натянул свое пальто и закатил глаза. — Ну если что, он у меня в друзьях в «Вконтакте» есть, найдешь, если захочешь, –Паша взял ключи и, подмигнув другу, вышел из аудитории — Ну ты и сука, Добровольский, — выкрикнул Попов уходящей в даль худощавой фигуре в пуховике и, немного помедлив, стал нагонять друга. Через пару часов они уже сидели в теплой и уютной квартире Паши и Ляйсан. Арсений всегда мечтал о такой жизни, которая была у его друга. Теплая светлая квартира, любящая жена, дети, которые всегда приносили радость в дом и большой ленивый кот, который часто требовал к себе любви и ласки. Вся семья обычно ужинала вместе, Ляйсан старательно готовила еду для их семейных посиделок, а Паша не мог себе позволить задержаться на работе и пропустить их совместный семейный ужин. Они очень часто звали к себе Арсения, но тот почти всегда отказывался, не желая рушить их семейную идиллию своим присутствием. Но сегодня было исключение, потому что Добровольский всю неделю уговаривал друга придти, не принимая отказа, и что-то подсказывало мужчине, что это из-за того, что он выглядел все хуже и хуже с каждым днем. Из этих размышлений его выдернул вопрос Софы, пятилетней дочери Паши и Ляйсан. Девочка, очевидно, устала носиться по квартире со старшим братом и теперь спокойно сидела на стуле рядом с родителями, мило болтая ногами, которые еще не дотягивались до пола. — Мам, а как вы с папой поняли, что вы соулмейты? — Это очень длинная и не самая интересная история, — ответила Ляйсан, незаметно бросив обеспокоенный взгляд на Арсения. — Ну пожалуйста, — начала слегка канючить девочка. — Да ладно тебе, Лясь, расскажи, у вас потрясающая история, — вмешался в разговор Арсений. — Ну ладно, — в это время Роберт перестал играть в войнушку и тоже сел за стол, ведь ему так нравились рассказы мамы и папы. А Арсений подпер голову рукой и был готов слушать историю, которую, кажется, слышал уже тысячу раз, не меньше, но всегда слушал с удовольствием снова и снова, с грустью осознавая, что навряд ли уже встретит ту самую, которая сегодня утром разрисовала тело от ключицы до локтя цветами, заставляя мужчину надеть одну из любимых черных рубашек. — Мы познакомились, определенно, по воле судьбы и никак иначе. Потому что я снимала квартиру на одной лестничной площадке вместе с вашим отцом. Хотя, по идее, должна была жить в другой квартире и в другом доме, но уж так сложилось, что я жила прямо напротив своего соулмейта. Первый раз мы встретились, когда я переезжала…

***

Молодой, начинающий преподаватель, только устроился на работу в юридический институт и был готов вбивать в головы студентов знания. Окрыленный этим чувством мужчина поднялся на свой этаж и увидел стройную, безумно красивую темноволосую девушку, которая заносила коробки в квартиру. — Здравствуйте, — поздоровался худощавый юноша с соседкой. Девушка обернулась и ярко заулыбалась при виде нового лица: — Здравствуйте, — тут Паше показалось, что по его телу пробежал табун маленьких искр, которые сбежались к району запястья и обхватили его словно браслет. — Давайте я вам помогу, — юноша дружелюбно улыбнулся и подошел к девушке. — Я была бы вам очень благодарна. Так, благодаря Паше, они достаточно быстро занесли вещи в квартиру, хотя все тяжести, конечно же, таскал Добровольский, а девушка переносила сумки, расспрашивая нового соседа о Петербурге. Ляйсан было так хорошо с этим худощавым пареньком. Девушка очень давно не чувствовала себя так спокойно, словно впервые за долгое время за ее спиной не стояла тьма. И ей так не хотелось отпускать брюнета, который светил, определенно, светил. — Не хотите выпить чаю? Правда, у меня не прибрано, — слегка нерешительно предложила Ляйсан. — Я за, но у меня одно условие- карие глаза слегка сверкнули — И какое? — от взгляда мужчина лицо Утяшевой покрылось легким девичьем румянцем. — Мы будем пить чай у меня, — лучезарно улыбнулся темноглазый, направляясь в свою квартиру. — С удовольствием, — также мило улыбнувшись ответила брюнетка. Так, ночные посиделки за теплым чаем и длинные разговоры стали хорошей привычкой для обоих, но одна вещь все же тревожила их сердца. Им обоим так хотелось, чтобы человек, сидящий напротив, оказался их соулмейтом, но спустя два месяца общения им так и не удалось найти связь… Правда, Паша был не так прост, как кажется. Он решил для себя, что жить больше не может без замечательной темноволосой девушки из квартиры по соседству, и старался всеми силами завоевать ее внимание. Добровольский хотел доказать девушке, что пусть они и не соулмейты, они могут быть вместе, ведь такое бывает… Паша каждый день приносил возлюбленной свежие цветы, они много гуляли, вместе ходили в кино и на выставки, и каждый вечер сидели на кухне одной из квартир, мило беседуя обо всем на свете. Но девушка продолжала держать дистанцию. Нет, ей безумно нравился смешной и улыбчивый юноша, но она боялась… Боялась не за себя, а за него, ведь Тьма поглощала Ляйсан с каждым днем все сильнее, и ей так не хотелось, чтобы паренек терял это Солнце, которое было внутри него из-за нее… Но один случай изменил всё. Ляйсан сидела на ступеньках напротив своей квартиры. Девушка дрожала от страха, кутаясь в простынь, которую успела схватить в спешке, и вытирала размазанные по лицу остатки туши. Утяшева нервно переставляла ноги, касающиеся холодного пола лестничной клетки. Тьма, за ней пришла тьма. Девушка чувствовала, как она тянула к ее шее свои тощие длинные руки, душа и пытаясь не дать брюнетке выбежать из квартиры, поэтому для девушки было настоящим чудом, что она всё же смогла вырваться из цепких лап тьмы. Но это только сегодня и только сейчас. Ляйсан тихонько всхлипывала, думая, что она больше не может так жить, что тьма забрала весь свет внутри нее и оставила лишь грёбанную пустоту. — Что случилось, Лясь? — рядом с девушкой опустился Паша, обеспокоенно глядя на подругу. Утяшева лишь отрицательно помотала головой. — Тьма, да? Она пришла за тобой… Я узнаю этот взгляд, у моего очень близкого друга тоже такой взгляд… С тех самых пор, как Тьма пришла за ним в первый раз. — И как давно? — девушка повернула уставший взгляд на Добровольского. — Очень давно… Она так часто приходит за ним, что он уже почти не спит и бродит по крышам… А взгляд у него такой же, как у тебя сейчас. — Я… я не чувствую больше света внутри, — грустно произнесла Утяшева, утирая вновь навернувшиеся слезы. — Так давай я помогу тебе его вернуть, — мужчина взял Ляйсан за руку и они оба почувствовали легкое покалывание в районе запястий. — Но ты же… Я же… — девушка начала слегка заикаться. — Плевать! Я люблю тебя, Лясь, очень сильно, — мужчина накрыл губы девушки своими, утягивая в поцелуй, а она с нежностью отвечала, чувствуя как пустота внутри неё наполняется светом. — Я тоже тебя люблю, Паш.

***

— А что было дальше, мамочка? — девочка смотрела на родителей своими круглыми глазенками. — А потом на наших запястьях появились белоснежные нити, соединенные между собой, — малышка посмотрела на запястья Ляйсан и Паши. — Но они ведь не связаны, — София обиженно надула губки. — Связаны, просто эту связующую нить видим и чувствуем лишь мы. — И Тьма отступила? — в разговор вмешался Роберт. — Отступила, — женщина перевела взгляд на внимательно слушавшего Попова. — В вашей жизни обязательно появится человек, который поможет вам побороть Тьму, наполнит вас светом и не позволит пустоте внутри разрастись, как сорняк среди чудесных кустов розы, — девушка улыбнулась Арсению, стараясь вселить в него надежду. — А теперь, дети, говорите спокойной ночи папе и дяде Арсению, и спать, — малышня крепко обняла Попова на прощание, а София наивно и по детски поцеловала голубоглазого в щеку. — Арс, может, все же останешься? — настаивал Добровольский, недовольно смотря на друга, натягивающего пальто. — Да что я буду вам мешать, все в порядке, правда, Паш. Спокойной ночи. — Спокойной. Береги себя, друг. Попов слегка кинул на прощание и, как только вышел из светлой и уютной квартиры на холодную улицу, почувствовал ледяные тощие руки, тянувшиеся к нему. — Ну куда же без тебя, — мужчина сильнее укутался в воротник своего пальто и быстрыми шагами направился к дому, чувствуя как холодные пальцы царапают кожу на спине, ключицах, плечах, подбираясь все ближе к запястьям и оставляя кровавые порезы на болезненно бледной коже.