Вперед, в прошлое

Разговор с Рэнди у Гейла состоялся только в конце недели. К этому времени, выпив неимоверное количество спиртного и накрутив себя до невменяемого состояния, Гейл полностью решил, что отпустит. Отпустит Харрисона, чтобы тот смог создать для себя нормальную жизнь и достойное будущее. Без всего этого дерьма, которое тот приобрел в процессе съемок «Queer as Folk». В том числе и по вине Гейла, в виду сложившихся обстоятельств, глупости и еще многих жизненных факторов. Достаточное количество вещей пошло не так с самого начала. Но еще есть шанс все изменить. В отличие от самого Гейла, для Рэнди этот шанс существует. Гейл должен ему это. Поэтому он соврет ему для его же блага. Отпустит. Оттолкнет. Уступит Дэну и Рону, пойдет на поводу у Яры, поведет себя так, как от него ждут. Ради Рэнди. И, Бог свидетель, будет ненавидеть каждую секунду этой своей будущей жизни. Жизни без любимого человека. Без надежды на то, что все может измениться. Но придет время, и, во что бы то ни стало, эта троица пожалеет о том, что вынудила Гейла на предательство. На самое ужасное и тяжелое решение во всей его жизни. Гейл прекрасно понимал, что обычное предложение расстаться Рэнди не примет. Харрисон всегда был слишком настойчивым для того, чтобы уйти в сторону без логических доводов. Без того, чтобы четко понимать зачем он это делает. Значит Гейлу для того, чтобы заставить Рэнди принять конец их отношений нужно что-то такое, что полностью убедит того в том, что будущего для них нет. Гейл должен сказать и сделать что-то такое, что полностью убьет в Рэнди желание бороться. Ибо, Бог свидетель, бороться этот блондин умел лучше, чем кто бы то ни было, известный Гейлу. В душе была буря. Настоящий ураган из эмоций, но Гейл уже знал, что он должен сделать. То единственное, что убедит Рэнди уйти и оставить его. То, против чего у Харрисона не будет доводов. Он скажет самую большую ложь из существующих. Коулипы ужен зародили в душе Рэнди семена сомнения в честности Гейла. Все что оставалось, так это укрепить их. Гейл искренне верил в то, что действует на благо. Потому что свобода и спокойствие Рэнди дороже чувств самого Гейла. Сильнее боли и чувства вины. Рэнди переживет это. Рано или поздно, но блондин справится. А сам Гейл… не важно, что будет с ним. Самое главное сейчас позаботиться о том, чтобы это чертово шоу закончилось. И на экране и в жизни. И будь прокляты Коулипы за то, что писали сценарий не только для Брайана и Джастина. Рэнди нашел Гейла в его гримерке, как раз перед началом рабочего дня. Они не виделись уже несколько дней. С того самого момента, как Харольд поговорил с Дэном. На телефонные звонки и сообщения Харрисона Гейл не отвечал. Он просто был не в состоянии. Не мог найти в себе силы заставить любимого человека поверить в то, во что должен был. Но сейчас время пришло. Нужно было доиграть эту самую сложную роль в своей жизни. Роль предателя, циника и подонка. Роль ублюдка, который сейчас разрушит жизнь самого дорогого в мире человека. На сегодняшний день была назначена съемка десятой серии. Сценарий сериала, который был написан с расчетом на шестой сезон, был переписан под финал. И Гейл уже знал, что Брайан и Джастин расстанутся. По собственной инициативе. Стараясь понять друг друга, они ради амбиций откажутся от любви, за которую боролись пять лет. Ради самореализации. Ради эфемерной свободы, которую пропагандировал Брайан. Ради честолюбия, которым грешил Джастин. И для Гейла это было настолько символично, что хотелось выть в голос. Но пустые глаза Рэнди, которыми тот посмотрел на него перед тем, как захлопнуть двери гримерки, полоснули словно бритвой. - Ничего не хочешь мне объяснить? – спокойным голосом осведомился он, глядя в глаза Гейлу. Харольд собрал в кулак все свое мужество и стойкость для того, чтобы не броситься к Рэнди и не сжать его в объятиях. Чтобы не умолять о прощении. Вместо этого он лишь холодно пожал плечами. - И каких объяснений ты хочешь? Харрисон прищурился: - Ну, хотя бы причину того, почему ты поступаешь, как полный придурок. Гейл горько хмыкнул. - Почему, Рэнди? – в его сердце словно вбили раскаленный кол. Но так было нужно. Для блага Харрисона. Ради него самого. – Ты всегда знал, что это вполне может случиться. - Что? – голос блондина задрожал. - Твоя ложь? Куча идиотских слов, на которые я повелся, как последняя лесбиянка? Это должно было случиться? После всех этих лет? - Я никогда не был геем, Рэнди, - Гейл тщательно следил за тембром голоса и выражением глаз. Рэнди всегда с легкостью мог определить чувства Гейла по его взгляду. - Мне нравятся девушки. Всегда так было. - Но ты мне говорил, что любишь! – еле слышно, отчаянно прошептал Рэнди, и сердце Гейла зашлось от боли. Он не имел права так ранить любимого человека. Он не имел права поступать так с ним. Во имя всего святого! Но другого пути не было. - Я и любил, – тихо ответил Гейл, до боли сжимая кулаки. Он не смог бы сказать, что чувств не было. Не повернулся бы язык. - Но сейчас все по-другому. У меня впереди карьера. Много предложений из Голливуда. Мой агент сказал, что перспективы огромны. - Я бы поддержал тебя. Во всем, - отчаянно прошептал Рэнди, подходя к Гейлу и кладя руку ему на грудь. - Я бы переехал в Лос-Анжелес, если было бы нужно. Я ведь готов на все… Гейл сопротивлялся всеми силами. Самому себе. Урагану, бушующему в душе. Словам Рэнди. Его глазам. Он не мог сейчас отступить. Не мог. Рэнди не заслуживал жизни за решеткой. Позора или осуждений. Он заслуживал всего только самого хорошего. И он будет иметь это. Даже если сам Гейл останется после всего с разрушенной по самое основание душой. - Я не могу быть геем, - заявил Харольд, отступая на шаг назад. Рука Харрисона безвольно упала, а вместе с ней и сердце Гейла. - Большинство моих поклонников женщины. Поэтому быть геем для меня неприемлемо. Рейтинги упадут. А мне этого не нужно. Только не сейчас, когда у меня есть все шансы пробиться в большой шоубизнес. Рэнди вздрогнул и прикрыл глаза. Бледное потерянное лицо выглядело настолько отчаянно, что Гейл в очередной раз возненавидел себя. Всех тех, кто вынудил его делать то, что он делает. - Хорошо, - вдруг еле слышно заговорил Рэнди. - Я согласен. - С чем согласен? – холодно поинтересовался Гейл, отчаянно стараясь держать себя в руках. - С тем, что ты должен быть натуралом. Я согласен не афишировать наши отношения. Если ты хочешь, чтобы это было тайной, то пусть будет так. Я готов. Гейлу показалось, что все его внутренности скрутила чья-то железная рука. Дыхание сперло. Сердце на секунду остановилось. Во имя Бога и Дьявола! Рэнди был готов даже на это. Прятать их любовь, как нечто постыдное. Снова уйти «в шкаф», переступить через себя. Через свои принципы. И только для того, чтобы быть с ним? Гейл не заслуживал такого человека, как Рэнди. Он не стоил его любви. Он не стоил ничего! А этот блондин достоин того, кто сделает его счастливым. И Гейл станет тем, кто обеспечит ему эту возможность. Даже если это убьет его самого. - Рэнди, - стараясь выключить чувства, произнес Гейл. - Этот вопрос решен. После того, как мы доснимем последние серии, я вернусь в Лос-Анджелес. С Ярой. Боль в глазах Харрисона казалась осязаемой. Гейл купался в ней. Погрузился в каждую ее грань своим оголенным сердцем. Почувствовал все то, что в этот момент убивало его самого дорогого в жизни человека. - Ты любишь ее? – в последней отчаянной попытке спросил Рэнди. - Ты женишься на ней? - Я не знаю, - честно ответил Гейл, зная, что сделает все для того, чтобы не связать свою жизнь с Ярой. – Но так будет лучше. Так будет правильнее. - Для кого? – горько спросил блондин, отворачиваясь к двери. - Для меня, - ответил Гейл и, словно вбивая последний гвоздь в крышку гроба, добавил: - И для тебя тоже. Живи своей жизнью. Забудь меня. Это все было ошибкой. Огромной ошибкой. Но все еще есть шанс все исправить. Мы должны оставить все это в прошлом. Перед нами открыты все горизонты. - Но я люблю тебя, - шепнул Рэнди, и Гейл увидел, как побелели костяшки его пальцев, сжимающих ручку двери. Душа Гейла умерла в тот момент, когда он, прикрыв полные боли и непролитых слез глаза, глядя в напряженную спину любимого, ответил: - А я тебя нет. Прекрати это. И уходи. Давай спокойно доснимем оставшиеся эпизоды, и пойдем каждый своей дорогой. Не усложняй все, Рэнди. Уходи. Гейл скорее почувствовал, чем увидел, как Рэнди кивнул. Плечи мелко задрожали. Всего одна секунда, и блондин, не оборачиваясь, вышел из гримерки, из жизни Гейла, осторожно притворив за собой дверь. Помещение опустело. В душе был бушующий ураган боли, отчаянья и вины. Харольду казалось, что каждая эмоция, которая когда-то жила в его душе умерла. Вместе с сердцем Рэнди. С тем самым сердцем, которое тот так доверчиво подарил ему. А Гейл не оправдал доверия. И в этот момент не было важным даже то, что Гейл действовал под давлением и из лучших побуждений. Ничто в этом мире не стоило полных боли любимых глаз. Ничто не стоило разрушенных иллюзий и жестокости. Перед внутренним взором Гейла навсегда застыла картина того, как Харрисон предлагал ему всего себя на кошмарных условиях. И то, как Гейл был вынужден поступить, убивало в нем все человеческое. Но назад пути не было. Упав на мягкий диван в углу комнаты, Гейл прикрыл глаза рукой. Под пальцами ощущалось что-то горячее и влажное. Казалось, что куски его души просто не в состоянии вместить в себя всю ту боль, которая скопилась в ее пределах. И выпуская ее наружу, Гейл не чувствовал стыда. Он чувствовал лишь отчаянье. Понимая, что Рэнди в этот момент намного больнее. Ведь тот верит в то, что Гейл его предал. И это было самым тяжелым. Гейл никогда не простит ни Яре ни Коулипам этой ситуации, но в данный момент он обязан доиграть эту роль. Как в сериале, так и в жизни. Впереди еще три эпизода. Роли расписаны. Осталось только блестяще отыграть их! А после этого можно поставить точку.