Кровавые татуировки.

      Пришли ужасные времена, «чума» опустилась на магическую Британию. Волшебники уплывали и улетали отсюда, чтобы не встретиться с этой болезнью, насланной каким-то некромантом на страну. Только тот кто не мог, оставался.       Пророки предупреждали о большой беде. Но кто хоть когда-то слушал старых хрычей, просящих денег у дороги?

***

— Что ты предлагаешь сделать?! Мы не можем жертвовать учениками, ради того, чтобы только удовлетворить твой научный интерес, Равенна!       Напротив Ревенкло сидел ее друг, старший товарищ и коллега, Годрик Гриффиндор. Ему было противно слушать эгоистичные, на его взгляд, речи. Ведь подруга предлагала провести ритуал защиты, в котором понадобится очень много жертвоприношений существ, наделённых магией. Ритуал, по ее словам, стоил «небольших» затрат, а пользы от него будет очень много. Они смогут защитить школу Магии, которую с таким усердием строили. — Ну Годрик! Почему сразу учеников? У нас под боком замечательный лес, в котором так много живности… — Это очень опасно, ритуал жрет слишком много жизненной энергии, ты всех нас угробишь. Святой Целитель, Равенна, не делай этого! — Годрик вскочил на ноги и схватился за голову, — Даже не пытайся меня заставить! Ты же видела своими глазами, как Чума все сносит на своем пути! — Годрик, ты же помнишь, Салазар… — Он не придет, Равенна! — перебил ее мужчина, — он не придет! Ты же знаешь, что он маг равновесия, он должен с остальными друидами и целителями поддерживать… — Не пори чушь, Годрик, он дал клятву, что придет, и тогда мы сможем сделать то, что мы давно уже запланировали! — Все в прошлом, Равенна, на нас огромная ответственность в виде целого замка не обученных и несовершеннолетних магов! На этот раз мы бессильны, мы не сможем напасть на врага, мы лишь потеряем народ, пришла пора отступить! У нас нет времени на ритуалы, пожалуйста, послушай меня!       Последняя фраза была пущена уже в захлопывающуюся дверь. Гриффиндор лишь, глубоко вздохнув, уселся обратно за стол, прикрывая ладонью глаза. Это будет сложная ночь.

***

— Святой Целитель, да что он вообще понимает? — Ревенкло охватывала ледяная ярость, она лишилась единственного по силе равного с ней человека, с которым могла совершить ритуал без магоубийств. Где-то далеко в душе, она понимала, что она единственная, кто в этой школе лишь для прикрытия своих темных дел. Ей не были важны ученики — она это знала. Но так же прекрасно понимала, что Годрик не такой, и она не может судить его за то, что он человек, а не существо, для которого давно стерлась грань между живыми и мертвыми.       Годрик поступил, как требует долг перед школой и учениками. Когда-то так же поступила и Хельга, чем это все закончилось? Она мертва. Она в подземельях. Не может же эта жертва быть напрасной? А Салазар…Равенна была уверена, что он придет.

***