Lost

«Я люблю тебя, моё секретное сокровище».

— Слишком много новых имён, — Гарри бормочет, сидя за рулём автомобиля отчима, пока рядом сидящий Луи хохочет. — Хочу напомнить, Эйч, что там не будет самых старших сестёр, — подмечает Луи, со смехом наблюдая, как кудрявый в шоке раскрывает рот. — Какой ужас, — он вздыхает. — Это кажется безумием. — Я прожил в этом безумии восемнадцать лет, — парень качает головой, поправляя свой худи. — Твоя мама заслуживает уважения, — Стайлс шепчет, тут же мысленно ударяя себя. Он отвлекается на секунду от дороги, чтобы посмотреть на Луи. — Прости, — он снова отворачивается, но протягивает левую руку в сторону, находя колено парня. — Всё нормально, — Гарри слышит, как Луи улыбается. Последний кладёт свою ладонь поверх ладони парня, думая о том, насколько клишировано это выглядит. Но, честно говоря, он всегда хотел ощутить этот милый жест, стать его частью. — Я вырос в этом постоянном хаосе и до появления Эрнеста был единственным мужчиной в семье, не считая отчимов. — Кто-нибудь будет там? — Гарри интересуется, боясь не понравится. — Полагаю, что Дэн — да, — Луи спокойно отвечает, замечая, что Стайлс выглядит запутанным. — Меня вырастил Марк, второй муж мамы. Именно его фамилию я и ношу. На самом деле я родился с другим вторым именем, — выражение лица Луи нечитаемо. — Каким? — Трой. Луи Трой Остин, — Луи пожимает плечами. — Марк стал для меня настоящим отцом. От него родились Шарлотта, Фелисите, Дейзи и Фиби, — голубоглазый решает повторить, что уже ранее говорил Гарри, чтобы тот лучше запомнил имена. — Я люблю его, хоть мы и отдалились после их развода. Он был прекрасным отцом. — Вы давно виделись? — Гарри продолжает задавать вопросы, которые, к удивлению Луи, не давят на него. — Думаю, больше полугода назад и то мельком. У него новая семья, и я не виню его в этом, — он глубоко вздыхает. — Потом мама встретила Дэна, но, честно говоря, я не особо близок с ним, потому что… Я даже не знаю, я был уже намного старше, чем когда появился Марк, мне уже не требовалась такая большая отцовская любовь и внимание, — он вздыхает, впервые размышляя вслух. — Дэн, кажется, неплохой, он поддерживал маму, но у меня больше получилось сблизиться с Салли, его сестрой. — От Дэна родились Эрнест и Дорис? — Гарри напрягается, стараясь вспомнить. Луи, до этого мягко вырисовывавший узоры на его ладони, сильнее сдавливает пальцы. — А Физзи и Фиби от Марка? — Близняшки — это Дейзи и Фиби, — он усмехается. — Но ты делаешь успехи, Стайлс, — голубоглазый тихо посмеивается, заставляя брюнета глупо улыбнуться. — У меня самый лучший учитель, — он кивает, кусая губы. — О, ты это про меня? — Луи оживляется, поглаживая ладонь парня. — Я такой. — Сама скромность, mon chéri [фр. милый], — Гарри водит пальцами по колену старшего, плавно переходя на французский. — La m-modestie est… [фр. С-скромность — это…] — Луи пытается хоть что-то ответить, но тут же зависает, прекрасно понимая, что языки не его фишка. — Sexuel [фр. Сексуально], — без проблем заканчивает Гарри, и Луи даже со своим знанием языка понимает что к чему, почему-то тут же смущаясь. Иностранные слова, выскальзывающие из этих алых губ заставляют его дрожать; он готов целую вечность слушать хриплый голос, тем более на иностранном. — Ты становишься таким смущённым, когда дело доходит до французского, — Стайлс не выдерживает и начинает смеяться. — Уж прости, что я не так хорош в языках, — Томлинсон бурчит, получая в ответ более громкий смех Гарри. Машина останавливается на светофоре, ожидая, когда загорится зелёный. До дома Луи в Донкастере оставалось менее двадцати минут езды, и мысленно оба старались расслабиться. — Lutsch meinen Schwanz [нем. Отсоси мне], — Луи как можно чётче проговаривает, отстёгивая ремень безопасности и наклоняясь через весь салон. Он шикарно ухмыляется, когда Гарри, услышав слова, резко давится воздухом, начиная кашлять. — Fick mich mein liebе [нем. Трахни меня, мой дорогой], — голубоглазый шепчет слишком близко к уху кудрявого, и тот распахивает глаза шире, кажется, перестав дышать. В эту самую секунду нужный сигнал светофора загорается, и он вжимает в пол педаль газа. Тяжёлое дыхание, мутный взгляд и прыгающий кадык выдаёт его, когда Луи откидывается обратно на пассажирское сидение, тихо посмеиваясь. — Откуда т-ты знаешь? — хриплый голос раздаётся в машине. — Это единственные слова на немецком, которые я знаю, — Луи таинственно улыбается, смотря в сторону, откровенно пялясь на младшего. — Выучил их специально для тебя, — он кусает губу, на этот раз сам протягивая ладони к ближнему левому колену Гарри, мягко поглаживая ткань брюк, зная, что этим вызывает мурашки. — Д-для меня? — Гарри заикается, вселяя в Луи ещё большую уверенность. — Для тебя, любовь, — голубоглазый томно вздыхает, кивая. Это действие не уходит от Стайлса, старающегося не отвлекаться от дороги. Смелые пальцы Луи поднимаются выше, прямо к промежности кудрявого. — Луи, — зеленоглазый предупреждающе выдыхает, и тот слабо надавливает на его член через грубую ткань, получая прерывистый вздох в ответ. — Я бы зашёл и дальше, но до моего дома осталось пару кварталов. Не хочу, чтобы ты знакомился с моими сёстрами в испачканных спермой брюках, — он ухмыляется. — А так я буду с ужасным стояком, — Стайлс качает головой, сглатывая. — Нужно же мне было как-то отвлечь тебя, чтобы ты не волновался, — голубоглазый пожимает плечами, оставляя руку на колене парня. — Тебе не отмазаться на обратной дороге, — Гарри вздыхает, опуская одну руку с руля на промежность, оценивая масштаб проблемы. — Да-да, — Луи закатывает глаза, смотря в окно. — Следи лучше за доро́гой, любовь, — он невинно лепечет, получая в ответ убийственный взгляд. Невольно Гарри вспоминает знакомство Луи с его родителями и все нелепые наставления, которые он только мог дать парню. « — Только не называй маму миссис Стайлс, не думаю, что она или мой отчим это оценят, — Гарри быстро проговаривает, положив ладони на плечи шатена, сжимая их. — Я и так знаю это, Хаз, — Луи закатывает глаза, в ответ обвивая запястья младшего. — Ты сейчас раздавишь меня, — он усмехается, указывая на плечи, и Гарри с явной задержкой кивает, ослабляя хватку. Он озирается на дом, остановившись на тротуаре, и глубоко вздыхает. — Ощущение, что я нервничаю сильнее тебя, — кудрявый выдавливает из себя несчастную улыбку, опуская глаза на свои ботинки и кроссовки Луи. — Ты очень сильно ошибаешься, если думаешь, что я спокоен, — Томлинсон нежно поглаживает запястья парня, наклонив голову влево, тем самым прислоняясь щекой к одной из ладоней. — Я пиздец как переживаю, — он шепчет, мягко целуя ладонь. — Что я говорил о мате? — Гарри выгибает бровь. — Не волнуйся, я буду хорошим мальчиком, — Луи вздыхает, слабо улыбаясь. — Надеюсь, они хотя бы не съедят меня, — он поджимает губы, смотря прямо в изумрудные глаза. Делая шаг вперёд, Луи вовлекает его в нежный поцелуй, помогающий обоим заметно расслабиться. — Пошли, — Эйч шепчет в губы старшего, в последний раз кратко целуя их, а затем тянет Томлинсона по дорожке к дому. Луи, сильно вцепившийся в огромную ладонь Гарри, крепко сжимает её обеими руками. Входная дверь открывается прежде, чем Стайлс успел бы постучать, что слегка пугает обоих. Старший старается успокоить себя мыслями о том, что ему не о чем беспокоится, потому что родители Гарри должны оказаться такими же замечательными, а он уже бывал внутри дома ранее, к тому же Луи ведь умеет нравится людям, верно? — Гарри! — женщина, появившаяся на пороге, и приятные черты её лица отдалённо напоминают Луи парня. Такие же искрящиеся глаза сначала осматривают сына, а затем и рядом стоявшего парня. — Ты, должно быть, Луи, — Энн улыбается шире, замечая переплетённые руки парней. — Здравствуйте, миссис Твист, — на этом светлом порыве Луи освобождает руки и протягивает правую для рукопожатия, тут же получая ответ. Он чувствует тёплые ладони Гарри на талии, явно успокаивающие и вселяющие надежду, а также едва слышимый на ухо хриплый голос: «Я так горжусь тобой». — О, зови меня Энн, Луи, — шатенка не перестаёт лучезарно улыбаться, отходя от двери. — Было не совсем правильно знакомиться у порога, — она посмеивается, также получая смешок от сына. — Проходите, мальчики. Чувствуй себя как дома, Луи, хотя, подозреваю, ты уже был здесь, — она подмигивает сыну, отчего тот устало закатывает глаза. Томлинсон опускает голову, посмеиваясь и чувствуя себя по-настоящему счастливым». Когда Стайлс слегка расслабляется внутри большого дома, он чувствует себя свободнее. — Главное, не забыть, — Гарри нервно посмеивается, когда близняшки отвлекаются от парней, плюхаясь на кресла в милой большой гостиной. — Ты же подскажешь мне, если что? — он с надеждой смотрит на Луи, нежно улыбающегося ему. — Если сам не забуду, — Томлинсон не может не сказать этого, уже не сдерживая смех. — Конечно, подскажешь, кого я спрашиваю, — Гарри бурчит, говоря самому себе, потому что Луи ведь сможет различить своих сестёр-близняшек, верно? — Надеюсь, хоть Эрнеста и Дорис ты различишь, — Луи продолжает характерно для него громко смеяться, получая убийственный взгляд от кудрявого. — Кто тебя знает, — он невинно пожимает плечами, замечая Салли, приехавшую в дом раньше, которая направляется в гостиную с двойней, Эрнестом и Дорис. — Прекрати смущать и издеваться над Гарри, — женщина улыбается, и Эйч тут же начинает сиять, пока Луи закатывает глаза. — Имею на это полное право.

ххх

Кудрявый проводит по волосам, уже более свободно откидываясь на спинку скамьи. — Ты такая заноза в заднице, — он вздыхает, опуская взгляд на татуировку небольшого креста на левой ладони. — Это изначально было плохой идеей, — Луи пожимает плечами, опуская голову на крепкое плечо младшего. — Я устал, — он стонет, и малахитовые глаза устремляются на него. — Напомни в следующий раз оставить тебя дома, — Гарри глубоко вздыхает, замечая, как Луи устал во время церковной службы отчасти потому, что ему это было не так интересно. — И остаться самому, — голубоглазый эгоистично ворчит, получая в ответ рваный вздох. — Хорошо, — Стайлс пересиливает себя, чтобы не наговорить Луи не самых лучших вещей. В такие моменты его религиозность берёт верх над ним. — Ладно, прости, — старший извиняется через минуту, заметив расстроенный вид брюнета. — Я могу загладить вину, — он добавляет, правой рукой начав бродить по ноге парня. — Нет, Луи, — Гарри качает головой. — Мне не нравится, когда ты так говоришь, — он хмурится, — мы словно следуем этому глупому культу. — Хорошо, — голубоглазый соглашается, но продолжает движения, поднимаясь заметно выше от колена, — тогда займись со мной любовью, Эйч. Ты выглядишь горячо, когда сосредоточен, — Луи не сдерживает мыслей, тихо шепча это Гарри. Он бесстыдно надавливает ладонью на ширинку, облегающую пах. Он соврёт, если скажет, что атмосфера запрета, царящая в церкви, не возбуждает его. — Гарри, — он дразняще шепчет, снова надавливая на ширинку, едва касаясь языком уха младшего. Он не беспокоится, что их могут заметить. — Мы не будем делать этого здесь, — кудрявый строго смотрит на парня, накрывая своей ладонью его и убирая её подальше от своего члена. — Делать что? — Луи облизывает губы, невинно улыбаясь. — Иисусе, — Гарри рычит, подскакивая с лавки, и хватает за руку старшего, потащив его к выходу. Луи довольно улыбается, хоть и знает, что причитания Стайлса ему обеспечены. — Я хочу в машине, — Томлинсон, еле поспевающий за длинноногим брюнетом, проговаривает, как только они покидают внушительных размеров здание. — В прошлый раз ты нажал на клаксон, — Гарри неодобряюще качает головой, таща за собой парня в сторону парковки. — Ну уж извини, ты вдалбливал в меня свой огромный член, попадая по простате, — Луи останавливается, говоря эти слова громче и грубее, чем следовало, потому что пару человек возле оборачиваются, с интересом оглядывая пару. — Садись в машину, — Гарри шипит, разворачиваясь обратно к автомобилю, занимая внутри водительское сидение. Луи молча садится на пассажирское сидение, чувствуя себя оскорблённым, ровным счётом как и Гарри. — Извини, — младший выдыхает, когда выезжает с парковки, — я был немного груб с тобой. — Ты был очень груб, — Луи едко подмечает, — всё последнее время, — он не может не добавить, порядком устав от такого Гарри. — Я знаю, что я тоже не подарок, и все мои бывшие уходили именно поэтому, но, блять, Гарри, я стараюсь изо всех сил, в ответ получая только твои гневные взгляды и постоянную смену настроения. Стайлс глубоко вздыхает, хмурясь; он сворачивает в пустой переулок, отъехав от церкви только на квартал. Им нужно поговорить. Он поворачивается в сторону Луи, заглушив мотор, но тот продолжает пялиться в окно, не обращая внимания. — Малыш, — Гарри тихо зовёт парня, позволяя себе коснуться его ладони, но тот неприступен. — Лу, — он шепчет, совсем отстёгивая ремень, чтобы продвинуться к шатену. — Отвали от меня, Стайлс, — Луи бормочет, держа руки сложенными на груди. — Просто я так устаю в последнее время, — второй поджимает губы, утыкаясь носом в плечо старшего. — Прости, что срываюсь на тебе, потому что ты замечательный, Луи. Это ты терпишь меня, а не наоборот. — Заткнись сейчас же, — Луи цокает, поворачивая голову, прекрасно узнавая такого Гарри, который вполне может начать винить себя. Это его Гарри. — Я люблю тебя, — Гарри вздыхает, опуская глаза. Он впервые произносит это вслух. — И ты говоришь мне об этом в каком-то вонючем переулке? — Луи приподнимает бровь, чуть улыбаясь. — Я думал, ты романтик. — А я думал, ты ответишь взаимностью, — Гарри подшучивает, но Луи замечает, что он говорит правду. — Ну, тогда позволь мне и сегодня заставить тебя кричать, — он вздыхает, вспоминая разговор о клаксоне. Луи усмехается, указывая головой на задние сидения, зная, что Стайлс любит приватность, к тому же он не позволит снова случиться ситуации с клаксоном. — Гарри? — он тихо зовёт его, когда тот перелез назад. Кудрявый поднимает голову, и Луи слабо улыбается ему с пассажирского переднего кожаного сидения. — И я люблю тебя, — он шепчет, кусая губы. Глаза Гарри вспыхивают, и он протягивает Луи руку, чтобы тот перелез назад, желая как можно быстрее обнять его. — А ещё лучше поудобнее ляг на спину и раздвинь свои шикарные ножки, любовь, — Луи облизывает губы, шепча в шею Стайлса, оставляя на ней поцелуи. — Главное, не доломать машину, — Гарри улыбается, расстёгивая джинсовую куртку на старшем. — Подозреваю, Робин и без того догадывается обо всём, — Луи посмеивается, удобно устроившись на коленях зеленоглазого. — Если что, спихну всю вину на тебя, — Гарри также улыбается. — Скажу, что ты в тайне любишь насиловать меня, mon chéri, — он целует старшего в уголок губ, но получает укус в ответ. — Твоя семья любит меня сильнее тебя, Хаз, — Томлинсон снова невинно улыбается, приподнимая бёдра и резко толкаясь навстречу возбужденному члену, слыша тихий стон. — Побереги свои возмущения на потом, — он шепчет, пальцами гуляя под свитером бойфренда, — если, конечно, у тебя останутся силы говорить.