Destiel one string fest.

Февраль неумолимо близился к концу. Все двадцать восемь дней пролетели невероятно быстро. Час сменялся часом, ночь сменялась днем, солнце – луной. И до официального конца зимы оставалось лишь несколько часов. Кастиэль чувствовал, как его невесомые крылья начинают тяжелеть, а с концов прозрачных, тонких перьев капает вода. Он отличался от своих братьев – он был снежным ангелом. Его крылья состояли из тончайшего, чистейшего и крепчайшего льда, но лишь до тех пор, покуда солнце не начинало удлинять свои лучи, согревая замерзшую землю. Как бы ни было парадоксально, но ангел льда и холода, из-под чьих крыльев вырывались метель и вьюга, ангел одиночества и снега умел любить. Кастиэль открыл в себе эту способность недавно, наблюдая за тем, как на рождество двое братьев искренне радуются выпавшему снегу, что пошел ровно в полночь, когда на ели зажглась гирлянда, а Санта-Клаус весело охнул в трубу. Дин и Сэм Винчестеры устроили войну снежками, валяли друг друга в огромных мягких сугробах и делали снежных ангелов. Кастиэль удивленно оглядывал прототип себя, выдавленный в снегу. От его крыльев исходил тихий перезвон, когда гибкие ледяные перья шелестели друг о друга. Сэм принял это за звучание бубенцов саней веселого пузатого старика, что носит за спиной огромный бархатный мешок. Кастиэль редко видел, чтобы взрослые люди верили в сказку. Дин и не верил. Он отказывался понимать, что существует рядом с ним снежный ангел, который одарил их снегом на это рождество. Сэм же, заходя обратно в дом, на секунду обернулся и тихо молвил в пустоту: «Спасибо». И Кастиэль, во что бы то ни стало, решил доказать Дину Винчестеру свое существование. Он искусно вырисовывал на пластиковых окнах морозные узоры, в которых распускались никем невиданные ранее цветы, на лепестках их блестели алмазные стразы и кристаллы – слезы одинокого снежного ангела. Дин, увидев это, ругался, проклиная сквозняк и угрожая поменять неправильно установленные окна, из-за которых в доме было холодно. Ангел взмахивал крыльями, вызывая легкий ветер, что в своем вихре подхватывал невесомые снежинки, закручивая их в причудливом танце. Но человек лишь плотнее закутывался в воротник и грел дыханием руки. Кастиэль летел рядом с ним, заставляя слушать перезвон хрустальных перьев – звук, самый прекрасный на свете и похожий на пение самого ветра. Но Дин хмурился, пытаясь угадать, в каком ухе у него звенит. Снежный ангел искренне не понимал, почему человек не хочет верить в его существование и всеми силами своего подсознания отвергает такую мысль. Кастиэль отчаялся найти выход, но не оставлял Дина Винчестера ни на минуту, от бессилия разрисовывая стекла ближайших домов. Лепестки цветов блестели все торжественней и ярче: слез снежного ангела с каждым днем было больше, а сил - меньше. Приближалась весна. И в последнюю ночь, когда крылья его стали почти осязаемы, а цветок на стекле получился особенно сказочным: линии скользили плавно, сверкая алмазной серебристо-белой пылью, поверхность получилась шелковистой, а на конце каждого лепестка сверкал многогранный бриллиант – за спиной его раздался знакомый голос: - Эй, парень, что ты тут делаешь? – Дин Винчестер приковал его к месту одним взглядом. – Да еще и в таком виде? – Кастиэль нахмурился, оглядывая себя: он босиком стоял на снегу, облаченный в легкую белоснежную рубашку и такие же легкие штаны. – Эй, тебя как зовут? – человек опасливо подошел к нему, оглядывая с ног до головы. – Чувак, ты меня вообще понимаешь? – он щелкнул пальцами перед лицом ангела, и тот поднял на него взгляд ярчайших синих глаз. - Кастиэль, - глубоким, бархатным голосом промолвил он. – А ты - Дин Винчестер. - Да, - недоверчиво отозвался мужчина. – Откуда ты меня знаешь? - Я следил за тобой, - Кастиэль склонил голову. Винчестер отступил от странного незнакомца на несколько шагов, видимо, опасаясь чего-то. – Ты не веришь в ангелов, Дин. - А тебе-то какое дело? – грубо спросил человек, думая, как бы поскорее отвязаться от странного сумасшедшего парня, гуляющего в двадцатиградусный мороз по улице в одной пижаме. - Даже сейчас ты не веришь, - Кастиэль невольно закусил губу, чувствуя, как в груди поднимается отчаянное непонимание. - Почему я должен верить? – Дин пятится назад, отсчитывая шаги. - Один из них стоит перед тобой, - вздергивает подбородок ангел, расправляя начинающие таять крылья. Человек вздрагивает и замирает, зачарованно глядя на развернувшееся зрелище. Живой лед подрагивает за спиной мужчины, прозрачные перья влажно блестят, преломляя свет и пространство, легко и тихо – волшебно – звенят, словно самые тончайшие и искуснейшие колокольчики. Но тут Дина словно током прошибает: он видит, как с кончиков крыльев капает чистейшая вода, и что-то в его душе дрожит, разбивается, словно огромный ледяной шар. Ангел тает, и он – Дин Винчестер – стал этому свидетелем. - Ты… они… они тают… - шепчет человек, встречаясь взглядом с синими глазами ангела. - Да, - кивает Кастиэль, отворачиваясь и пряча взгляд. – Через пару минут придет весна. - Ты снежный ангел? – Дин подходит ближе, уже не боясь странного незнакомца. Мужчина в ответ лишь больше сутулит плечи, и крылья за его спиной безвольно опускаются. – Неужели ничего нельзя сделать? – он сжимает хрупкие плечи, поражаясь тому, насколько холоден в его руках ангел, будто снег в голых ладонях держишь. – Кастиэль? – мужчина не поднимает головы. – Кас? - Как ты меня назвал? – удивляется небожитель, поднимая голову, и в синих глазах человек видит странный, хрустальный блеск. - Кас, - повторяет Дин, и уголки губ ангела приподнимаются. - Мне нравится, - задумчиво тянет он. Человек смеется, но тут глаза натыкаются на злополучное окно, где расцвел невероятной красоты бутон. - Это твоих рук дело? – выдыхает Дин, не в силах оторвать взгляда от ледяного полотна. Кастиэль виновато кивает. – Кас, это же прекрасно… - он протягивает руку и касается пальцами одного из бриллиантов. Лепесток цветка вспыхивает, и Дину кажется, что в нем бьется живая энергия – живое сердце. Ангел судорожно вдыхает ледяной воздух: в груди что-то бьется, и от этого становится больно. - Что это? – шепчет Кастиэль, глядя на Винчестера. Человек обводит пальцами кромку лепестков и шепчет в ответ: - Сердце… оно тяжелое… - встает, хватает ангела за руку и тащит в дом. - Что ты делаешь? – выдыхает Кастиэль, чувствуя, что крылья за его спиной окончательно растаяли: часы указывали полночь, призывая весну. - Я покажу тебе настоящие цветы, Кас, - Дин Винчестер останавливается, сжимая плечи своего снежного ангела. – Ты не растаешь… Ведь влюбленные ангелы не тают.