Destiel one string fest.

- Эй, ты все еще дуешься? - … - Прием! Земля вызывает Кастиэля! - … - П-ш-ш, п-ш-ш, Хьюстон, вас плохо слышно! – Дин пытается неправдоподобно воссоздать звук шипящих помех, но ангел даже головой не ведет, продолжая пялиться в одну, только ему видимую, точку. Винчестер тыкает его пальцем под ребра, но ангел не реагирует, отодвинувшись на самый край бежевой ткани. - Ку-ку, а где Кас? – Винчестер тут же подсаживается ближе к невозмутимому, но, оказывается, жутко обидчивому Кастиэлю. Ангел не воспринимает своего человека, игнорирует его целиком и полностью, даже когда охотник начинает щелкать перед его лицом пальцами, а после корчить ужасающие рожи, которыми пугают маленьких детей, чтобы те не крали с верхних полок печенье. – Кас, это уже пугает… ты тут вообще? - Дин, я не понимаю, зачем ты заставил меня это сделать, - ангел сдался и кивнул на свой плащ. - Чтобы посмотреть на звезды, - Дин чешет затылок и неуверенно улыбается. Черт его дернул послушаться Сэма, и устроить своему ангелу «романтический вечер». Земля твердая, плащ тонкий и грязный (что уже жутко испортило Кастиэлю настроение), задница замерзла и требует к себе уважения в виде мягкого дивана, пиво в бутылке уже кончилось, а пирога даже не предвидится на горизонте. Винчестер сник. – Слушай, я… прости, глупо получилось… Я же… черт возьми, я же не романтик, я даже… - Смотри! – Кастиэль внезапно хватает его за руку и указывает рукой на небо. Дин поднимает взгляд и замирает: миллиарды, бесчисленное множество звезд усеивают ночной шатер небес, будто алмазная крошка или сахарная пудра. Россыпи мерцающих точек сияют перламутровым блеском, и луна – одинокая бледная странница, как заботливая нянька, присматривает за крошечными пылинками света. – Это прекрасно, Дин… - Э-э-э… да… это… хм… круто, конечно, - бурчит охотник, наподдав себе мысленного пинка. - Спасибо, Дин Винчестер, - ангел смотрит на него сияющими, кажущимися фиолетовыми во тьме глазами. Дин однажды убьет Сэма.