Please Me, Show Me How It's Done

Прошло два дня после того ужасного разговора с Лексой, и Кларк, казалось, едва двигалась вперед. Она не следила за временем. Она следовала обычной рутине, как зомби: просыпалась, ходила на лекции, занималась, спала. Она все делала, словно робот, даже не задумываясь об этом. Казалось, что от нее осталась только оболочка, призрак человека, который был до того, как Лекса оставила ее около двери, не дав никаких объяснений. Но, возможно, она должна была подождать. Она прекрасно знала, насколько непредсказуема Лекса, она должна была догадаться, что та не поведет себя так, как она надеялась. И, в конце концов, на что она надеялась? Она не могла себе представить, какого это иметь отношения с другой девушкой, хотя они и были несколько дней вместе. Лекса не притворялась, она никогда не притворялась, Кларк была в этом уверена. Тогда почему она избегает ее? Почему опять вернулась соседка по комнате с ледяным сердцем? Кларк просто хотела поговорить с ней, хотела, чтобы она перестала игнорировать ее. Кларк не верила, что Лекса не любит ее. Не могла в это поверить, она прекрасно помнила, как смотрели на нее эти изумительные зеленые глаза, как эти пухлые губы расплывались в искренней и нежной улыбке только для нее, как эти руки ласкали ее тело, запоминая каждый сантиметр. Она должна снова попытаться поговорить с ней, Кларк знала, что должна сделать это. Но это было очень сложно, так как Лекса практически исчезла, игнорируя ее звонки или сообщения. Она заходила в их комнату, чтобы взять какие-нибудь вещи, когда знала, что Кларк там нет. У Кларк не было основания надеяться найти Лексу, когда заходила в комнату. Но все равно надеялась, это было сильнее ее. Войдя в комнату, она расстроилась, заметив, что Лексы нет. Положив сумку и куртку на диван, она игнорировала желание достать телефон и снова позвонить Лексе. Она пошла в ванную, чтобы умыться. Когда она посмотрела в зеркало, то не удивилась, заметив темные круги под глазами. Она вернулась в комнату и подошла к столу Лексы. На стуле висела фланелевая рубашка темно-зеленого цвета, и Кларк знала, что это была любимая рубашка девушки. Лекса часто носила ее. Не думая, она взяла ее в руки и поднесла к своему лицу, вдыхая парфюм Лексы. На мгновение она потерялась в этом запахе, потом зазвонил ее телефон, и она почувствовала, как сжалось ее сердце. Быстро положив рубашку, Кларк, с колотящимся сердцем, направилась к своей кровати, чтобы взять телефон. Она знала, что глупо думать, что это была Лекса. И она была разочарована, когда увидела, кто звонит. — Привет, мама. — Кларк, милая! Как ты? Мы давно не говорили. — Я…я в порядке, мама, — вздохнув, солгала Кларк. — Окей. Знаешь, я волновалась, потому что вчера видела Финна. Я поздоровалась, но он сделал вид, что не узнал меня. Он казался грустным. — Сказать по правде… — начала говорить Кларк, садясь на кровать, — мы расстались. Эбби замолчала на несколько секунд. — Мне действительно жаль, Кларк. — Не стоит, я в порядке. Правда. — Ну, для меня это самое главное, — искренне ответила Эбби. — Итак, как в колледже? — Могло быть лучше. — В каком смысле? У тебя плохие оценки? — Успокойся, у меня высокие отметки, все преподаватели в восторге от меня, я стану хирургом, как ты того и желала, и так далее, — закатив глаза, монотонно ответила Кларк. — Я ошибаюсь или это сарказм? Потому что ты прекрасно знаешь, что я не очень ценю сарказм, Кларк. — Окей, тогда хочешь, я скажу тебе что-то без сарказма? — вспылила девушка, поднимаясь на ноги. — Я не хочу изучать медицину. Никогда не хотела. Ты практически заставила меня, желая, чтобы я стала похожей на тебя, и ты ни на секунду не задумалась, чего хочу я. — Что ты хочешь этим сказать? — Я хочу сказать, что отныне я собираюсь делать то, что хочу. Я хочу сама распоряжаться своей жизнью, если позволишь. Эбби вздохнула. — Кларк, тебе 18, ты на самом деле не знаешь, чего хочешь… — Ах да, конечно, ты лучше знаешь, не так ли? — с горьким смешком ответила Кларк. — Думаешь, что можешь управлять моей жизнью, так как тебе захочется, вместо того, чтобы дать мне свободу принимать свои собственные решения, правильные или неправильные, не правда ли? — И что бы ты хотела? Скажи мне, Кларк, что ты будешь делать со своей жизнью? — Ну, во-первых, я не собираюсь изучать медицину. — Сказала Кларк и улыбка появилась на ее лице. — И сейчас я повешу трубку, дав тебе время, подумать обо всем этом. Пока, мама. Не дожидаясь ответа женщины, Кларк сбросила. Недоверчиво смеясь, она упала на кровать. Впервые за последние дни она почувствовала себя немного лучше, наконец, она сделала то, что хотела. И она просто хотела бы поделиться этой радостью с Лексой. ************************************************************ Выйдя из здания университета, Лекса тяжело вздохнула и вытащила из кармана пачку сигарет. Она глубоко вдохнула дым, на мгновение почувствовав покой. Но когда она выдохнула, все беспокойные эмоции вернулись. Она не могла перестать думать о Кларк. Она не могла выбросить из головы ее слова, ее заплаканное лицо, агонию в голосе, когда она призналась ей в любви. Покачав головой, Лекса двинулась дальше, уставившись в землю. Правда была в том, что она действительно не знала, во что верить. Ее голова говорила, что это невозможно, что Кларк не могла влюбиться в нее. А ее сердце подталкивало ее найти девушку и сказать, что ее чувства были взаимны. Лекса просто хотела быть уверена, что не разочаруется снова. Она не думала, что сможет пережить это. Ее мысли прервал телефонный звонок. Она увидела, что звонит ее сестра. — Привет, Аня. — Хей, Лекса. Как ты? — Я в порядке, — затягиваясь, ответила девушка. — Неужели? — скептически ответила Аня. — Потому что несколько дней назад ты казалась…опустошенной. Хочешь поговорить об этом? — Не думаю, что я в настроении, Аня… — Ну, конечно. Брось, Лекса, я твоя любимая сестра. — Ты моя единственная сестра. — Это еще лучше, — серьезно сказала Аня. — В любом случае, разве я не говорила тебе бросить? Сбитая с толку, Лекса остановилась. — Бросить что? — Курить, балда. Лекса начала осматриваться вокруг, чувствуя волнение. — Где ты? Ты ведь здесь, да? Повернувшись направо, Лекса, наконец, увидела ее. Аня с милой улыбкой направлялась к ней, держа телефон у уха. Выбросив сигарету, Лекса поспешила к ней навстречу и крепко обняла ее. — Полагаю, ты рада меня видеть, да? — смеясь, сказала Аня, обнимая ее в ответ. — Что ты здесь делаешь? — отстранившись, спросила Лекса. — Как я могла не приехать после того телефонного звонка, когда было очевидно, что ты плачешь? Я приехала, как только смогла. Лекса широко улыбнулась. — Боже, ты сумасшедшая. — Нет, я твоя сестра, — возразила Аня, положив руку на ее плечи, и привлекла к себе. — Пойдем, выпьем кофе. На данный момент кофеин отсутствует в моем организме, и это не очень хорошо. Знаешь, я не хочу рисковать убить кого-нибудь. — Ты никого не убьешь, Аня, — с веселым взглядом ответила Лекса. — Я убью тебя, если не расскажешь мне, что, черт возьми, случилось. С самого начала. ************************************************ — Что ты сделала?! — Тише, Октавия! — Ладно, прости, я просто… вау, я не думала, что у тебя хватит смелости бросить медицину. Однако я догадывалась, что это не совсем то, чем ты хочешь заниматься. Кларк с любопытством посмотрела на свою подругу. — Подожди, так ты знала, что мне это не нравится? — У меня были кое-какие подозрения, — пожимая плечами, ответила Октавия. — И потом я видела однажды, как ты рисуешь, и скажу тебе вот что, Кларк, ты выглядела совсем другим человеком в тот момент. Кларк ничего не ответила и смущенно улыбнулась девушке напротив, прежде чем сделать глоток кофе. После недолгого молчания, Октавия сказала. — Полагаю, твоя мать не очень хорошо это восприняла, да? Думаешь, она перестанет платить за твое обучение после этого? Кларк покачала головой, пытаясь не показывать, как сильно это ее беспокоит. — Если она действительно беспокоится обо мне и моем будущем, то не сделает этого. — Я надеюсь на это. — Ну, я выбрала жизнь художника, поэтому я должна начать привыкать к этому, не так ли? — Да, у тебя… Девушка не закончила фразу, и Кларк заметила, что ее внимание было обращено в другое место. — Кларк, не оборачивайся, — предупредила Октавия. Но Кларк, конечно же, было очень любопытно. Так что, недолго думая, она повернулась. Хотя почти не хотела этого делать. Лекса стояла у стойки и делала заказ. Она не была одна. Кларк посмотрела на девушку рядом с ней, она казалась лет на десять старше Лексы. Она была красивой. Ее длинные темно-русые волосы были идеально уложены, ее экзотические черты лица были завидны, и улыбка на ее губах казалась Кларк слишком знакомой. Кларк удивилась, когда вдруг девушка повернулась к ней. Она чувствовала, как ее глаза всматриваются в нее, Кларк старалась не отводить взгляд, думая, что это был почти вызов, и она не собиралась проигрывать. Отведя взгляд, другая девушка что-то сказала Лексе, и та повернулась в сторону Кларк. Почувствовав, наконец, облегчение, увидев эти зеленые глаза, Кларк разочаровалась, когда Лекса снова повернулась к незнакомке и начала разговаривать с ней. Она казалась немного взволнованной. Бариста протянул им два стакана, Лекса тут же взяла их и протянула один другой девушке. Не в силах ничего сделать, Кларк смотрела, как они уходят, и в это время загадочная девушка бросила на нее последний взгляд. — Окей, это все было странным и немного неловким, — нахмурив брови, сказала Октавия. — И кто, черт возьми, это была? — Без понятия, — ответила Кларк, стараясь не думать о чувстве отчаяния, которое испытывала в данный момент. ********************************************************* — Значит, это была Кларк, та самая знаменитая соседка? — Не преувеличивай, я не говорила о ней так много… — фыркнула Лекса, прогуливаясь вместе с Аней по территории кампуса. — Ты шутишь, я надеюсь, — усмехнулась женщина. — В эти недели мы мало разговаривали, но ты то и дело упоминала ее. Кларк здесь, Кларк там, Кларк сделала это, Кларк сделала то… — Хорошо-хорошо, ты ясно выразилась, Аня, — сказала Лекса, закатив глаза. И сделала глоток кофе. — Давай, рассказывай. Как долго ты спишь с ней? После этого очень прямолинейного вопроса Лекса подавилась. Аня выглядела так, будто все в порядке, и Лекса откашлялась. — Около месяца. — И ты уже влюбилась в нее. Браво, сестренка, — ответила Аня, хлопнув ее по плечу. Покачав головой, Лекса негромко рассмеялась и уже собиралась ответить, но женщина опередила ее. — Не пытайся отрицать это, Лекса. У тебя на лице это написано. И я получила этому подтверждение, когда мы были в кафе. У тебя было дурацкое выражение лица. — Вау, спасибо. — В любом случае, — Аня вздохнула, — объясни мне, почему вы, блять, еще не вместе? — Это сложно… — начала говорить Лекса, делая глубокий вдох. — На самом деле сначала я думала, что это был просто секс. Кстати, она была в отношениях, и я знала, на что иду. — Подожди, — остановившись, перебила ее Аня. — Ты сказала, была? Это уже не так? Когда Лекса просто кивнула головой, Аня достаточно сильно толкнула ее в плечо. — Аня, блять, за что? Если она больше не в отношениях, объясни, почему на следующий день ты позвонила мне в слезах и даже не смогла говорить? Ты должна была быть в комнате с блондинкой и делать это! В чем проблема, черт побери?! — Потому что мне страшно! — выпалила Лекса, удивив Аню. — Чего ты боишься? — Я боюсь, что это все между нами может быть намного реальнее для меня! Я боюсь, что это все может закончиться, не успев даже начаться. Я боюсь сгореть дотла, если позволю ей забраться в свою душу. Печально посмотрев на девушку, Аня вытерла ее слезы. — Лекса, это нормально бояться. Понимаешь? — Я не хочу чувствовать себя так, Аня, — плакала Лекса, опустив взгляд. — Я не хочу снова страдать. Любовь — это слабость. — Ты же знаешь, что это чушь собачья, — решительно ответила Аня. — Это и значит быть влюбленной. Риск, страх, что что-то может случиться, не знать большую часть времени, что ты чувствуешь внутри. Но единственное, что ты знаешь, что мы обе знаем, что ты любишь эту девушку. И только Бог знает, почему ты ведешь себя, как идиотка, когда можешь просто поговорить с ней. — Аня… — Нет, серьезно, Лекса. Поговори с ней. Скажи ей, что чувствуешь на самом деле, хватит прятаться и жалеть себя, — сказала Аня, привлекая другую девушку в объятия, и потом пробормотала, — Боже, моя сестра тупица. Хорошо, что есть я. Прижав ее к себе, Лекса рассмеялась. — Да, хорошо, что у меня есть ты. **************************************************** Кларк сидела в комнате Октавии. Они занимались вместе, помогая друг другу, но Кларк была отвлеченной, и ее подруга это заметила. С тяжелым вздохом Октавия закрыла книгу перед ними, застав Кларк врасплох. — В чем дело, О? — Ты все еще думаешь о Лексе и о той ситуации в баре, не так ли? — Вообще-то, я пытаюсь заниматься? — сказала Кларк, глядя на девушку. — Конечно, а ослы умеют летать. Брось, Кларк, если хочешь поговорить, давай сделаем это. Потому что ты совсем не занимаешься. И, честно говоря, небольшой перерыв то, что мне сейчас нужно. — Я знала, что ты быстро сдашься. — Ты слишком хорошо меня знаешь, — сказала Октавия с улыбкой, и потом серьезно добавила, — давай поговорим, если хочешь? Кларк фыркнула, запустив руку в волосы. — Боже…правда в том, что я даже не знаю, что сказать. Видеть это…было больно, но в то же время приятно. — Ах, любовь… — сказала Октавия, положив руку на грудь. Взглянув на нее, Кларк продолжила: — Просто, что… что мне делать? Я практически обнажила… — Все свои чувства перед ней… — В любом случае, — сказала она, продолжая с болью смотреть на подругу, — результат таков: она не хочет со мной разговаривать, она даже не смотрит на меня. Только Бог знает, что творится у нее в голове. Они на некоторое время замолчали. Кларк подняла взгляд, Октавия, казалось, задумалась. — Октавия? Все хорошо? — обеспокоенно спросила она. — Я просто думала, чтобы ты могла сделать…чтобы она поняла, что ты сказала правду. — Господи, я прямо сказала ей, что люблю ее, — ответила Кларк с горьким смешком. — Что еще я могу сделать? — Ну, очевидно же, что Лекса немного упрямый человек… — Немного? — Хорошо, оооочень упрямая, да. Но должен же быть способ пробить ее броню, разве нет? Кларк собиралась ответить, но зазвонил ее телефон. Она взяла сумку и достала телефон, звонили с неизвестного номера. — Кто это? — в замешательстве пробормотала она. — Алло? — Добрый вечер, это Кларк Гриффин? — спросила незнакомка у Кларк. — Да, это я. С кем я говорю? — Ким Уотфорд, куратор музея Хаммера. Я полагаю, ты знаешь о таком, верно? — Да, конечно, знаю, — ответила Кларк, широко распахнув глаза от удивления. — Я хотела сообщить, что ты выиграла художественный конкурс, организованный вашим университетом, поэтому я хотела бы выставить на всеобщее обозрение картину победителя, начиная с сегодняшнего вечера. Что думаешь? Шокированная Кларк не знала, что сказать. Правда в том, что она даже не помнила, что принимала участие в этом конкурсе. Заметив растерянный взгляд Октавии, Кларк потрясла головой, пытаясь собраться с мыслями. — Что… — начала говорить она и запнулась. — О какой картине вы говорите? — Я говорю о картине «Александра». — Аа… — вздохнула Кларк, чувствуя, как сжалось ее сердце при звуке ее имени. — Все в порядке, Кларк? — обеспокоенно прошептала Октавия. Кларк просто кивнула и сделала глубокий вдох. — Ну, я была бы очень рада, мисс Уотфорд. Для меня это честь на самом деле. — Пожалуйста, давай на ты и зови меня Ким. — Женщина рассмеялась и потом серьезным голосом добавила, — ты очень талантливая девушка, Кларк. Я благодарю тебя за то, что решила поделиться своим талантом с другими. — Тебе спасибо, Ким, за то, что предоставила мне эту возможность, — с улыбкой ответила девушка. — Прекрасно, — сказала Ким. — Итак, твоя картина будет выставлена сегодня в 9 вечера вместе с картинами других молодых талантов. Надеюсь, увидеть тебя там, Кларк. — Конечно, я буду. Спасибо, Ким. До вечера. — До вечера. Повесив трубку, Кларк не могла поверить в то, что произошло. Она не могла поверить, что это все правда. — Кларк? Эй? Кто это был? — с любопытством спросила Октавия. — Куратор музея Хаммера. Хотела… — Кларк замолчала и недоверчиво рассмеялась. — Она хочет выставить одну из моих картин сегодня вечером! — О, блять! — сказала Октавия. — О, блять! Кларк, это же фантастика! Божечки, я так рада за тебя! Ты заслуживаешь это, правда! — Спасибо, О, — робко улыбнулась Кларк. Затем, выражение ее лица стало вдруг более серьезным и вдумчивым. — Ты в порядке, Кларк? — обеспокоенно спросила Октавия. — У тебя же сейчас не случится инфаркт? — Нет, Октавия. У меня просто возникла идея, которая может быть насколько глупой, настолько и гениальной. — Какая идея? Направляясь к двери, Кларк повернулась к подруге. — Как убедить Лексу, что я люблю ее. ***************************************** Лекса приходи сегодня в 21:30 в музей Хаммера, пожалуйста. Нам надо поговорить. Лекса перечитала сообщение перед входом в музей. Она не знала, чего ждать, если не чего-то плохого. С другой стороны, она знала, что вела себя ужасно с Кларк. И потом, эти последние два слова в сообщении, как правило, не приносили ничего хорошего. Она начала осматриваться, ища глазами знакомую фигуру Кларк. Она не могла не восхищаться картинами и скульптурами в зале, пораженная их красотой. Она остановилась, посмотреть на картину и полностью потерялась в ней, когда подошла Кларк. — Лекса, ты пришла. Повернувшись к ней, Лекса удивилась, увидев улыбающееся лицо Кларк, стараясь не думать о том, как скучала по этим голубым глазам, которые смотрели на нее. Лекса просто кивнула, не зная, что сказать Обе молчали некоторое время, смущенно глядя друг на друга. Лекса решилась нарушить это тяжелое молчание, отведя взгляд, она нервно запустила руку в волосы. — Слушай, Кларк, есть кое-что, что я хотела бы тебе сказать и… — Подожди, Лекса, — перебила ее девушка взмахом руки. — Прежде чем ты что-нибудь скажешь, я хотела бы сначала показать, почему я попросила тебя прийти сюда. Кларк поманила Лексу за собой, и та хоть и выглядела растерянной, но последовала за ней. Они вошли в другой зал, и Лекса заметила, что Кларк нервничает. Она почувствовала облегчение, понимая, что не только она беспокоится. Когда Кларк внезапно остановилась, Лекса чуть не налетела на нее. — Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня, Лекса, — повернувшись, сказала Кларк, почти со страхом глядя на девушку. — Ты можешь закрыть глаза? Лекса на мгновение растерялась, но потом кивнула и закрыла глаза. Она почувствовала, как Кларк одной рукой взяла ее за руку, а другую положила на ее плечо, помогая ей идти увереннее. Лексе хватило минимального контакта, чтобы почувствовать, как ее сердце забилось в разы быстрее. Они сделали несколько шагов и потом остановились, Кларк убрала руки, и это не понравилось обеим. — Теперь можешь открыть, — прошептала она за ее спиной. Лекса сделала это и поразилась тому, что увидела. Перед ее глазами была картина, и она осталась с открытым ртом, потому что на ней была изображена она. Подойдя поближе, Лекса заметила насколько была живой на картине: она улыбалась и выглядела солнечной и мечтательной. Лекса на картине была такой красивой и живой, что девушка с трудом узнавала в ней себя. — Я несколько месяцев ничего не делала и рисовала тебя, — неуверенно сказала Кларк. — Впервые я нарисовала тебя на следующий день после нашего знакомства. Это может показаться странным, ну, по крайней мере, для меня, потому что мы не поладили в начале. — Они обе засмеялись, и Лекса, наконец, повернулась к Кларк, которая продолжила говорить, более решительно. — Первые несколько раз я могла рисовать только твердые черты лица, твое мрачное выражение, холодные глаза, которые ты демонстрировала мне изначально. Но потом…не знаю, все изменилось, что-то щелкнуло, и я не могу точно сказать, когда это произошло, но рисунки, наконец, стали живыми, богатыми эмоциями, которые им были нужны. И я изменилась вместе с ними. — Сделав глубокий вдох, Кларк с улыбкой покачала головой. — Я ожила вместе с этими рисунками, Лекса. Ты дала мне жизнь. Я будто поняла, что живу жизнью, которую не хочу. И ты дала мне гораздо больше, чем это, ты дала мне так много, что не думаю, что смогла бы быть без тебя, теперь, когда знаю, что ты есть в этом мире, что ты существуешь. Оставаясь в тишине, Лекса ничего не могла сделать, кроме как смотреть на Кларк, выражение лица которой было непонятно. Она приблизилась к девушке, и когда между ними осталось несколько сантиметров, нежно положила ладонь на ее щеку. Кларк вздохнула, чувствуя теплую руку на своем лице, заметив, как на губах Лексы появляется улыбка. А затем Лекса поцеловала ее, так сладко и нежно, что Кларк не верила, что такое возможно. Ее руки запутались в каштановых волосах, когда она ответила на поцелуй, через несколько секунд они отстранились, И Кларк не смогла сдержать широкую улыбку. Эта улыбка превратилась в смех, когда Лекса несколько раз прошептала, что любит ее, и потом Кларк снова втянула ее в долгий поцелуй. Поцелуй, который знаменовал их настоящее начало вместе.