Сказ о Великом вожде Антоне и Короле-гее.

Комната Константинополя находилась в одной из побочных башен Дворца Ярости Солнца, на самом верху, чтобы юный принц мог сверху видеть все свои земли. Комната была отделана светлым камнем, украшена резьбой и красными пластинами, составляющие некое подобие геометрических фигур и витиеватых узоров, похожих на стебли и лепестки цветов, резные окна закрывала привычная прозрачно-фиолетовая ткань, а на стенах светящиеся кристаллы. Около окна стояла большая кровать, обитая мягким красным бархатом с золотой вышивкой, занавешенная фиолетовой магической тканью. На кровати лежало с десяток маленьких подушек разных цветов. Пол украшал прямоугольный шерстяной ковер с изображением солнца, ярко-фиолетового цвета. Сбоку от кровати стоял витиеватый золотой торшер, напоминающий стебель куста, с вставленными голубыми кристаллами, похожими формой на свечи, светящиеся голубо-белым пламенем. Пол состоял из огромных белых плит в форме квадратов, со сточенными углами, обрамленным золотой каймой. В центре комнаты стоял изогнутой формы диван с одним подлокотником, служившим заменой подушке, с плавно извивающийся спинкой, подобно горке, выходящей из подлокотника. Около дивана стоял низкий круглый стол с резьбой, на котором стоял кальян. Вдоль стены стояли шкафы из светлого дерева, с изгибающимися узорами. Сверху, с двух сторон около окна висели две круглые платформы с посаженными в них кустами, листья которых опускались вниз и служили дополнительным украшением для кровати. Из комнаты принца вела занавешенная фиолетовой тканью дверь в огромную ванную комнату. В центре ванной комнаты стояла огромная белая ванная с золотым краном и встроенным в него кристаллом для подсветки воды, сама ванна находилась на мягком фиолетовом коврике из шелка. Рядом на кресле лежали аккуратно скрученные цилиндром полотенца. Белые стены обросли золотистыми вьюнками, цветущими розовыми цветами. Константинополь отодвинул полупрозрачную занавеску, пропуская нового друга вперед в свои покои. Заключенный шлепал ногами по каменному полу, проводя рукой по гладкой стене, вдыхая в себя каждую каплю здешнего воздуха. Худощавый эльф снял с себя грязную тюремную тунику, скинул на пол и оголил торс. Под бледной кожей были лишь кости, впалый живот и торчащие ребра, его тело хоть и было худым и изнеможенным, но красивый рельеф остался и прекрасно подчеркивался худобой. Заключенный пошел ко второй двери, ведущей в ванну и сладким голосом произнес. -Надеюсь, ты не потеряешься, пока я привожу себя в порядок. Константинополь неуверенно кивнул и свалился на мягкую, бархатную кровать, закрыв глаза. Столько чувств бушевало внутри Константинополя, при каждой мысли об этом измученном эльфе, жар внизу живота становился все сильнее, щеки предательски краснели, принц забывал, как дышать. От картины обнаженного заключенного темнело в глазах, внизу все изнывало от нетерпения. Константинополь не мог понять, что за новые ощущения он чувствует. Заключенный скинул мешающие, уже протертые до дыр тюремные штаны, рассматривая в большое зеркало свое побитое, окровавленное тело. Из-за пара, выделяемого горячей водой, создавалась туманная пелена, воздух в комнате становился мягким и влажным. Заключенный опустился в горячую воду и громко, томно вздохнул, бережно поглаживал руками плечи, торс, ноги, смывая с себя грязь и старую кожу. Чистая вода при прикосновении к натертым, кровоточащим ранам, причиняла жгучую боль всему телу заключенному, он стиснул зубы, болезненно постанывая, вымывая запекшуюся кровь с ран. Он поднялся, обливая свое худое тело прозрачной водой из-под крана, постепенно, отмывая свое тело от грязи, кожа его была почти, как у нежити, бледная с холодным оттенками, предавая ему все более аристократичный вид. Утомившийся от ожидания Константинополь сполз с кровати и тихими шагами направился к ванной комнате, принц прислонился к стене тяжело дыша. Краем глаза он заглянул за полупрозрачную занавеску, перед его глазами предстала обнаженная, бледная, окутанная туманной пеленой, в мягком голубом свете, фигура, капли воды стекали по рельефному торсу. Заключенный закинул свои мокрые волосы назад и полностью открыл свое прекрасное, холодное лицо. Он сладко облизывал красные губы, растирая прозрачные капли, смешивая их с кровью, по телу. Константинополь завороженно смотрел на богоподобного эльфа. Принц инстинктивно протянулся рукой к набухшему члену, сжимая его через штаны, сладко, почти бесшумно постанывая. Заключенный заметил внимание со стороны своего спасителя, он маняще улыбнулся уголком губ, прикрыв глаза, нежно, вызывающими движениями, растирая руками влажную грудь, потом шею, ноги. Заключенный поставил тонкую ногу, с упругими мышцами на стенку ванны и начал поглаживать её. Константинополь изнывал от возбуждения, он терся спиной о стену, одной рукой проводя по напряженному органу, а другой закрывая рот, попутно таращась на распутного заключенного. Каждое плавное движение обнаженного эльфа манило Константинополя сорваться с места и наброситься на друга прямо в ванной. Тело заключенного из грязного, серого тела, превратилось в бледное аристократическое тело, с множеством кровавых ссадин, синяков и ран. Худой эльф взял лежащее на кресле полотенце, вытирая воду. Константинополь заметил движение и быстро ретировался на кровать, завалившись на нее брюхом, изнывая. Его член пульсировал, он сжимал его, в надежде быстро снять возбуждение. Заключенный, элегантной походкой, в одном полотенце, обмотанным вокруг пояса, задернул штору и вошел в спальню Константинополя. У принца не было сил взглянуть на прекрасного эльфа, он уткнулся лицом в подушку, тяжело дыша, пытаясь не выпустить из себя ни одного звука. Заключенный сел сбоку от Константинополя, закинул ногу на ногу, огалив бедро. Аристократ нежно провел рукой по густым волосам принца, опускаясь ниже, проводя пальцем по линии позвоночника. Тело Константинополя дрожало от напряжения, покрываясь миллионами мурашек, он чувствовал каждое прикосновение. Член принца упирался в мягкий матрас, вырываясь из оков обтягивающих брюк. Заключенный ясно понимал, что юный принц уже на пределе возбуждения, но ему доставляло удовольствие играть со своей жертвой. Принц большими, светящимися глазами из-под густых волос, смотрел на соблазнителя, приоткрыв рот. -Кажется, я обещал потрогать тебя, - нежно протянул аристократ, приближаясь своими губами к губами Константинополя, горячо дыша ему в приоткрытый рот. Константинополь подался вперед, пытаясь впиться в вишневые губы аристократа жарким поцелуем, но тот резко отдернул голову, слегка улыбаясь. Аристократ провел тонкими пальцами по подбородку принца, приподнимая его алое, смущенное лицо вверх. Быстрым движением заключенный опустился к шее, поглаживая выпирающий кадык, шея Константинополя была напряжена, казалось, артерии вот-вот лопнут от такого сильного потока крови. Константинополю инстинктивно хотелось отдаться своему другу, но его детский, не привыкший к таким ощущениям мозг не мог отдавать адекватные команды, заставляя принца глупо пялиться и мычать, в надежде на опыт партнера. Заключенный поражался выдержке Константинополя, эльф не осознавал, насколько глупый и неопытный принц сейчас лежит перед ним, в надежде скрыть стояк. Заключенный начал поглаживать напряженные плечи Константинополя, впиваясь тонкими пальцами ему в кожу, аристократ сел сверху на мягкие, упругие ягодицы принца, массируя ему плечи и спину. Набухшая головка аристократического члена сильно упиралась в задницу Константинополя, заключенный стал медленно тереться между полушарий принца. Константинополь стонал, не в силах сдержаться, он извивался, как червяк под опытным другом. Эльф провел подушечкой бледного пальца вдоль швов на одежде Константинополя, и она, в след за движениями пальца, начала разрываться, оголяя массивное, рельефное тело Константинополя, бледный скинул разорванную одежду с принца и принялся оглаживать каждый мускул на мощной спине. Заключенный опустил лицо, обдавая спину накаченного эльфа горячим дыханием, едва заметно касаясь губами нежной кожи, вырисовывая языком витиеватые фигуры на лопатках Константинополя. От прикосновения чужих влажных губ, принц громко вскрикнул, подняв голову вверх, издавая прерывистые стоны. Заключенный воспользовался положением и юрким движением погрузил два длинных пальца в горячий рот Константинополя, надавливая на язык, принц хотел выплюнуть инородный объект, так нагло проникший ему в рот, но аристократ схватил принца за волосы, не давая возможности двигать головой. Аристократ елозил тонкими пальцами во рту, периодически поглаживая припухлые губы. -Я же обещал потрогать тебя везде, мой сладкий, - нежно шептал аристократ, склонившись над ухом принца, посасывая мочку. -Н-нет... Нет... Мой повелитель... Остановитесь... - сквозь возбужденные стоны и пальцы нового друга, выдавливал из себя Константинополь. Заключенный извлек мешающие пальцы изо рта принца и нежно поцеловал намокшие губы Константинополя, врываясь в его рот язычком, проводя по деснам, зубам, сплетаясь в танце с вечно ускользающим языком Константинополя. Влажными, смоченными в слюне принца, пальцами, заключенный начал массировать узкое анальное колечко накаченного эльфа, проталкиваясь внутрь расширяя проход. От новых ощущений Константинополь дернулся, пытаясь разорвать поцелуй, но заключенный все еще держал эльфа за золотую шевелюру, не давая ни единой возможности на сопротивление. Принц сладко стонал от ощущения того, что его задний проход массируют тонкие и длинные пальцы. Аристократ отпустил волосы, освобождая вторую руку, но продолжая целовать неопытного принца, свободной рукой заключенный коснулся яростно пульсирующего, изнывающего от возбуждения, члена Константинополя и начал медленно надрачивать. Член Константинополя почти мгновенно изверг белое, густое семя, которое начало стекать по головке падающего члена, попадая на бледную аристократическую руку. Заключенный прервал поцелуй, поднося руку, перепачканную в сперме, ко рту Константинополя. Принц любопытными глазами смотрел на белую жидкость, кончиком языка он слизнул солоноватую жижу с бледной руки, улыбаясь и облизываясь, словно котенок, он начал бережно слизывать собственную сперму с рук нового друга. Аристократ приподнялся с Константинополя, разрывая его штаны, открывая перед собой упругие ягодицы принца. Аристократ пальцами массировал дырочку Константинополя, второй рукой поглаживая упругие булки. Константинополь стонал от удовольствия, насаживаясь на пальцы аристократа, другой рукой зажимая снова набухший, от ласк нового друга, член. Аристократ поставил принца раком, шлепнув и попке, вытащив пальцы из уже расширенного и увлажненного прохода эльфа. Напряженной головкой, заключенный прислонился к заднему проходу Константинополя, медленно вводя в узкое пространство возбужденный член, проникая все глубже и глубже, через горячие стенки прямой кишки, сжимающие агрегат аристократа, доставляя ему невиданное удовольствие, худощавый эльф, тяжело дышал, скрывая возбуждение. Константинополь чувствовал, как его словно разрывает изнутри, жгучая боль пронзила тело принца и он начал реветь, болезненно вскрикивая. Мощными руками, он сжимал бархатную простыню, пытаясь разорвать. Член заключенного уперся в простату принца, от чего тот всхлипнул, слегка постанывая. Заключенный провел рукой по щеке принца, вытирая слезы, эльф начал медленно двигаться внутри Константинополя, стараясь задеть простату. Жгучая боль в теле накаченного эльфа постепенно начала сменятся волнами удовольствия, с каждым новым толчком внутри себя, принц чувствовал, как многократно усиливался экстаз, как его тело с каждым разом накрывает блаженная волна удовольствия. Заключенный в такт движениям Константинополя, вдалбливался в его анальный проход как можно глубже, переставая сдерживать себя, он хрипло стонал, тяжело дыша. Горло принца уже разрывалось от постоянных стонов и криков, он насаживался на член друга, кричал, сжимал простыню, кайфуя в небывалой эйфории, с громким криком излился на красную простыню. Константинополь бессильно упал на свою сперму животом, устало дыша, отходя от экстаза. Заключенный кончил во внутрь принца, глубоко выдохнув, он провел по расслабленной, мягкой спине Константинополя, укладываясь сбоку от него, положив тощую руку на мощную спину накаченного эльфа. Константинополь взглянул своими детскими глазами на насильника, выдыхая ему в лицо горячий воздух. Заключенный провел рукой по красной щеке принца, так же холодно улыбаясь уголком губ. -Я ведь так и не узнал, как вас зовут? - вдруг неуверенно спросил Константинополь. -Яковенко Солнечный Скиталец. - прошептал заключенный. Глаза Константинополя округлились, эта фамилия казалась ему до боли знакомой. Он с каким-то неведанным, скорее интуитивным страхом смотрел на любовника. Дрожащим голосом принц продолжил: -Где-то я слышал эту странную фамилию... Ты что ходишь по Солнцу? - глаза Константинополя жадно заблестели, - ты бывал на Солнце? Слова принца поразили Яковенко, он прикрыл глаза, в непонятках смотря на глупого принца, вопросительно изогнув бровь. Неловкое молчание сменилось громким смехом сына Кель'таса, такой реакции он явно не ожидал. Солнечный Скиталец нежно коснулся губами лба Константинополя. -Да, я бывал на Солнце.