Нас сотрёт этот город.

      Тихое утро. Крейг так мило спит, лежа рядом с Твиком, который пытается разглядеть всё то новое, все те перемены, которые он упустил в нём. Зачем? Он и сам не знает, это ведь ни к чему не приведёт, но его тешит мысль о том, что у них ещё есть шанс. Хотя нет, стоп. Это ведь просто ЛОЖЬ.

***

      Крейг просыпается ближе к 8 утра, ловя взгляд Твика на себе. Лёгкий румянец появился на лицах парней. Крейг поспешно сел на кровать, пытаясь отвлечься от данного недоразумения. Точно. Они ведь будут вместе все выходные, верно? Тогда почему ему кажется, что они до сих пор порознь, как будто на разных берегах? Разговор начинает Твик:       — Доброе утро. Тебе сделать кофе или что-то такое?       Эти слова звучали так невинно, что Крейг невольно вспоминает прошлое, а потом чувствует ту самую пустоту, которую он ощущал несколько лет. Он смотрит на лицо Твика, который, улыбаясь, лежит на спине. Тёмноволосый кивает и тоже улыбается в ответ, протягивая руку к по-прежнему длинным блондинистым волосам, и, потрепав их, ловит на себе тот самый взгляд, говорящий о некой боли, которую не в силах описать ни один писатель, не в силах нарисовать ни один художник, не в силах спеть или сыграть ни одному музыканту или вокалисту. Нет, это не та боль, которая была ранее, это скорее боль от того, что он играет «друга» или «любовника». Это ведь не пройдёт просто так, эта боль не уходит просто если вернуть человека. Такое ощущение, что Твик прямо сейчас возьмёт и заплачет, просто ни с того, ни с сего, заплачет так громко, что уже будет не в силах говорить ложь, ни в силах играть эти роли, Твик ведь чувствовал большую боль, нежели Крейг, верно? Но слёз не было, он по-прежнему держит улыбку на лице, убирает руку, после чего выходит из комнаты, спускаясь на первый этаж, на кухню.       «Я тебя опять потеряю? Какого чёрта? Ты ведь и сам понимаешь, что ты мне дорог. Это ведь не ложь, да? Нельзя вот так просто просить его снова стать парой, ведь копоть на душе — это так болезненно» — Крейг сидит на кровати, смотря на руку, которая минуту назад была в волосах того человека, который поселился у него в сердце. — «Но я так счастлив и так боюсь потерять его».       Тёмноволосый парень встал с кровати, натянул джинсы, футболку, посмотрел обновления в телефоне и спустился вниз. Твик уже ставил кружки кофе на стол. Что же изменилось в том 14-летнем парнишке, который бы уже 100 раз пролил кофе на пол. Он стал серьёзнее, нашёл свой путь в жизни, да и выглядеть он стал куда лучше, стал более походить на Крейга, нежели сам Крейг. Светловолосый парень посмотрел в глаза шатену, улыбнулся и сел за стол, взяв в руки кружку. Такер же присел рядом с ним и посмотрел на чёрную жидкость в кружке, начиная разговор:       — Может не будешь играть? Вижу же, что хочешь сказать мне что-то, — сказал он, переводя взгляд на своего фаворита.       — Ты будешь осуждать меня, — сказал он, переведя взгляд на Такера.       — Нет. Не буду, — после этих слов была небольшая пауза, после которой Твик начал высказывать свои мысли.       — Тогда… Ты ведь и сам понимаешь, что мне до сих пор больно. Да, мы теперь «типо вместе» и всё такое, но ведь это всего лишь самообман. Мы теперь друг для друга незнакомцы. Признай, невозможно просто так взять и за один день «хоба и снова вместе» после долгого разрыва. Конечно, я хочу быть с тобой, а ты со мной, ну, а вдруг люди опять захотят разлучить нас? Или же тебе или мне не по нраву изменения в нас. Может нам… Для начала узнать друг друга новыми или же что-то такое. Ведь… В итоге «нас» всё разно не будет, да? А ведь я до сих пор ненавижу тебя всей душой, можно сказать, что ты давно ушёл из этого состояния «брошенного», а я всё никак не ушёл. Как-то так, — Твик уже не мог смотреть в глаза шатену, который терпеливо слушал его.       — Твик, — начал он говорить, пытаясь быть спокойным. — Почему ты решил, что «нас» не будет? Что какие-то люди смогу снова нас разлучить? И я понимаю, что невозможно за один вечер просто сойтись, поэтому я и хочу хотя бы эти выходные провести только с тобой, — шатен взял в свои руки пальцы Твика, не отрывая от него взгляд. — Дай мне воспользоваться этим шансом, который ты мне дал, окей?       Твик поднял взгляд и потонул в голубых глазах, как будто в океане. На глазах Твика накатились слёзы, но они не стекали вниз, они просто мешали полностью утопать в этом океане, в котором сейчас явно не было штиля, там был шторм. Первая жгучая слеза сменялась второй, третьей, Твик просто пытается что-то сказать, но не может. Крейг же не может понять, что ему делать, поэтому просто обнимает трясущееся тело, говоря, будто на репите, что всё хорошо, что он рядом. Когда он понял, что это не помогает, он чуть отодвигает тело, которые уже напоминает ему живую плачущую куклу, смотрит в глаза, а затем целует Твика с той лаской и нежностью, которую хранил все эти годы и не отдавал никому. Твик был приятно удивлён этому контакту, ему так давно не хватало этих объятий, этих прикосновений губ, этого ощущения защищённости и одновременно нужности. Поцелуй продлился недолго, но без языка он не обошёлся. Крейг продолжал смотреть в глаза Твика, Твик же утопал в глазах Крейга, понимая, что теперь он не сможет без него.

***

      Крейг Сидит на диване, запустив руки в мягкие волосы Твика, который лежит на его коленях и смотрит в потолок.       — Может расскажешь о том, что в тебе изменилось? Я имею в виду, — Твик на секунду задумался. — Вот к примеру, ранее ты обожал морских свинок, видеоигры и показывать всем подряд средний палец. Что-нибудь изменилось?       — Да не особо, вроде бы. Морских свинок и видеоигры я всё так же люблю. Вот только средний палец показывать начал реже. Перестал быть тем пофигистом, которым был ранее, — о причине такой перемены он, конечно промолчал. Да и Твик сам не тупой, догадывается почему.       — А что на счёт Клайда и Токена?       — С ними всё хорошо. По-прежнему хорошо общаюсь с ними. Они не поддерживали мои интересы пойти по блядям, по крайней мере Токен точно был против. А что насчёт тебя? Теперь ты такой спокойный и всё такое. Что же на самом деле изменилось?       — На самом деле нихуя не изменилось. Я просто начал держать себя в руках, время, проведённое в одиночестве, научило меня этому, -сказал Твик. Крейг же смотрел на милое и родное лицо блондина. На лице шатена невольно красуется лёгкая улыбка. — Я тут подумал, — продолжил блондин. — А что на счёт школы? Будешь меня избегать или что-то другое?       — Скажу всем, что мы снова друзья. Не хочу, чтобы теперь кто-либо знал о моих или твоих чувствах. Только будь готов к тому, что Кенни будет частенько с нами, показывая всякую порнушку или говоря о сиськах или жопах.       — Так вот на кого ты меня там променял, — усмехнулся Твик. — Я вовсе не против, плевать как-то, если честно, — после этого вновь раздумья. Проходит минут пять после которых Твик всё же говорит. — Может закажем пиццу или что-то такое? — в ответ последовал кивок. Крейг взял телефон, на котором было уже +18 сообщений от какой-то бабы.       — Твик. Можно кое-что попросить? Не позволяй мне вспоминать о тех временах. Когда ты был не со мной, — Твик не понял, что произошло, но он кивнул и улыбнулся, смотря в глаза Крейга. Шатен улыбнулся и быстренько заказал пиццу, которую любит Твик. После чего удаляя номера всех бывших сук и блокируя номера особо настойчивых. Они ему более не нужны и не будут нужны, ведь рядом с ним именно тот, с кем он готов провести вечность.