После полуночи

— Черт, надо за ним вернуться! — Вад подскочил с парты, на которую присел минутой ранее, и уверенно пошел к двери. Уже у порога его поймали за руку. — Какого хрена? — Вад со злостью смотрел на удерживающего его Прэма. — Я не нуждаюсь в няне, ясно? Хватит уже лезть ко мне! — Артит сказал, чтобы мы не шлялись по одному. И если ты не заметил, мой друг тоже влип, — Прэму стоило много сил и терпения не сорваться на младшем, но он дал себе слово, что помирится с парнишкой. Мало того, что тот был его номером, так еще и, по словам других ребят, был неплохим спортсменом. А Прэму в край надо было заполучить хорошего игрока в факультетскую сборную по баскетболу. Да и вообще, было в нем что-то… что не оставляло равнодушным. Раздражало, но в то же время притягивало. Хотелось доказать младшему, что он неправ, кусаясь с наставниками. Хотелось через пару лет натаскивать уже его на эту должность. И не хотелось, чтобы он тут погиб. — И? Это повод меня хватать? — Остынь. Пару минут назад правило детского сада тебя не смущало, — напомнил Прэм о том, каким образом они гуляют с двенадцати ночи. — То есть… — То есть, берем свет и идем вдвоем, — Прэм отпустил его на мгновение, чтобы взять фонарик, потом снова крепко сжал ладонь в своей руке, и они вышли в темный коридор. — Конг! — тихонько позвал Вад, но никто не откликнулся. Тогда Прэм осветил коридор, но никого больше не обнаружил. — Черт, и где он? — В актовом? — предположил младший, сжав руку старшего чуть крепче. — А если не дошел? — Что ты имеешь в виду? — Ну, его могли затащить в какую-нибудь аудиторию? — вслух размышлял Прэм. — Как Пай, помнишь? Будем проверять? — Наверно, нужно, — согласился Вад. Ругаться со старшим перехотелось. Прэм не был таким уж невозможным в общении, и Вад подумал, что если бы тогда он не стал упрямиться и вежливо поздоровался, возможно, они бы нормально общались. Вон, Конг с Артитом вечно выбешивают друг друга на собраниях, а потом смотришь, ужинают вместе в кафе общежития. Выходит, с наставниками вполне можно жить мирно и даже дружить. Вон как старшие своих наставников уважают. Видимо, есть за что… — О чем задумался? — похоже, Прэм заметил, что младший на некоторое время ушел в себя. — Если честно, думал о том, как бы все сложилось, если бы мы вам не перечили, — честно ответил Вад. Они подошли к одной из открытых аудиторий. — Проверяем? — спросил Прэм. Младший кивнул. — Вообще, младшие всегда перечат старшим. Поначалу. Тот, кто отгребает больше всех, по негласной традиции становится новым главой спустя два года, — ответил наставник на риторический вопрос Вада. В аудитории оказалось пусто. Вот только дверь за ними захлопнулась, едва они вошли. — И? — Прэм посветил на дверь. — Это чтоб мы не мешались, или пытать будут? — Хоть ты и старший, но шутки у тебя хреновые, — беззлобно отмахнулся Вад. — Ну извини, у наставников с чувством юмора плохо, — хохотнул Прэм. — Зато с фантазией хорошо. На первом собрании Пи’Там заставил Артита в качестве наказания три часа кланяться дереву. Угадай, за что? — Я прям теряюсь в догадках… — протянул Вад. — Тоже не поприветствовал его царственную задницу? — Ты поаккуратнее, все-таки мы о заднице моего Пи говорим, — строго начал Прэм, но не сдержался и прыснул в кулак. — Нет, за то, что Артит убил на собрании комара. — Бля, серьезно? — через мгновение смеялись уже оба. — И вы терпели это? — Ну, до нас быстро дошло, что лучше не спорить, и вскоре все наладилось. Мы неплохо подружились. Если останемся живы, пойдем к Таму на свадьбу. Не хотелось бы портить ему праздник нашей смертью, — грустно улыбнулся Прэм. — Так это реально? Нормально общаться с вами? — А сам как думаешь? Наша задача — сделать так, чтобы младшие в короткий срок научились быть командой, познакомились со старшими факультета, влились в общественную жизнь. Да, это трудно, но очень быстро привыкаешь и начинаешь ловить от этого кайф. А когда твой факультет становится в чем-либо лидером, чувствуешь эту победу, как свою. А система наставничества позволяет общаться с уже выпустившимися ребятами, обмениваться опытом, да и просто отрываться в конце концов… это как вторая семья. — Звучит заманчиво, — улыбнулся Вад. — Прэм, слушай… если мы доживем до утра, ты позволишь мне вернуться на собрания? — При одном условии. — Каком еще? — Ты сыграешь со мной в баскетбол. — В баскетбол. Серьезно? — уставился на него Вад, будто он ему переспать предложил. — Ну да. Игрока в сборную факультета ищу, у нас двое выпустились, надо смену готовить. Мы тоже уже старички, — улыбнулся Прэм. — Так что, идет? — Ну, а почему нет, — пожал плечами Вад, радуясь, что ему не придется три часа кланяться дереву. — Тогда точно выживем. Тренировку я не пропущу, — решительно ответил наставник. — А если попробовать тупо вынести дверь? Правда, декан потом мозг вынесет, но… — А с чего ты взял, что выйдет, наставник? — Прэт появился так же быстро, как и обычно, отбрасывая Прэма к стене. Тот выронил фонарь, больно ударяясь спиной о шкаф. — Ты — младший, верно? — Прэт обернулся к замершему Ваду. — Ты ведь ненавидишь все, что связано с системой наставничества, верно? И он тебя бесит. Поможешь мне? Вместе мы повеселимся… — С чего ты взял? — выдохнул Вад. — Я не ненавижу его. — Ты сам-то в это веришь, мальчик? Разве не противно, когда он прикасается к тебе, держит за руку? — наседал призрак. Вад, пятясь от него, прислушался к себе и ответил: — Нет, не противно. — Но разве не вы ссорились в соседней аудитории? — призрак теснил Вада дальше от двери, ближе к Прэму, пока тот не натолкнулся ботинком на фонарь. Тогда он продолжил как бы «скользить» по кафельному полу аудитории, подкатывая фонарь ближе к Прэму, который благоразумно молчал, чтобы не провоцировать призрака. Пока он не трогал младшего, не стоило его злить. — А может, это у нас ролевые игры такие? — улыбнулся Вад, догадываясь, чем можно взять Прэта. Если вспомнить, как он погиб, любые теплые чувства между младшим и наставником были ему чужды, а уж если младший испытывает что-то к наставнику… — Ролевые игры? — остановился призрак. — Ага. Ссора, а потом жаркое примирение. Заводит, знаешь ли… — призрак взвыл: — Это ложь! Ты лжешь! — Разве? — до Прэма была еще пара шагов. — Поцелуй его. Если это правда, поцелуй его! — потребовал Прэт, и Вад резко опустился рядом с Прэмом, впиваясь в его губы под брань призрака, подхватил с пола фонарь и зажег. Прэт с воплем исчез. — Вад, ты… — Прэм во все глаза смотрел на младшего, думая, что, кажется, приложился о стену сильнее, чем думал сначала. — Встать можешь? Там это… — Вад протянул ему руку, помогая подняться, — дверь открылась. Надо сваливать… — Ага, — только и выдавил наставник, думая, как отделаться от ощущения теплых губ младшего на своих губах.