Плюшевый дьявол. Разлука

— Руслан, звонили из школы, сказали, что тебя не было три дня. Как это понимать? Руслан только переступил порог родного дома после трехдневнего отдыха с Женей. Буквально 10 минут назад они распрощались у такси, и тот уехал в аэропорт, а Усачев пошел домой. Было одновременно тяжело, грустно и как-то радостно, что они все-таки были вместе, что их расставание все-таки не произошло и, кажется, совсем скоро они будут жить вместе, если немного потерпят. Пребывая в этих радужных мечтаниях, он добрался до своей квартиры и был резко опущен с небес на землю строгим вопросом мамы. — Я… — отмазку он придумать еще не успел. Если свое отсутствие дома он сумел оправдать тем, что у его знакомого родители свалили в отпуск, и они решили немного потусоваться у него, то вот мазы насчет школы у него не было никакой. Пришлось говорить правду. — Приезжал Женя, я был с ним. — Откуда приезжал? Лапшу на уши мне не вешай! Ты как в университет поступать собрался? Платить за твою учебу никто не будет, ты понимаешь это? — мать была зла и сурова, как никогда. Руслан даже немного вжал шею в плечи. — Из Чехии. А я после школы поеду к нему, — как бы между делом произнес парень, разуваясь и уходя в свою комнату. Конечно же, через секунду в комнате оказалась мама. — На какие деньги ты к нему поедешь? И кто тебя там содержать будет? Женя твой? — На учебу у него деньги есть, а на жизнь я заработаю, — сердито ответил Усачев. Его такие розовые мечты сейчас разбивались о непонимание родителей. Вечером был разговор еще и с отцом. Только ему пришлось приврать, что деньги на учебу даст не его парень, а просто он будет поступать на бюджет. Мама на этом моменте только поджала губы, но промолчала. — Никакой Чехии, с ума сошел? Это совсем другая страна, другие люди. И денег у нас нет. Чем тебе московские или питерские вузы не подходят? — Любовь у него в Чехии смертельная, — язвительно произнесла мама. Руслан испуганно оглянулся на нее — он не планировал говорить отцу о своей ориентации вообще никогда. И в таком контексте особенно. — Ого, я даже не знал, что ты с кем-то встречаешься. И что, это что ли такой повод куда-то уезжать? Любовь мимолетна, знаешь ли… — Не хочу даже слушать этот бред, — поджал губы Руслан. — Любовь мимолетна, потому что вы сами не даете ей жить. Сам заработаю на билеты и документы, и сам уеду. Внутри все горело от обиды, и он не мог понять, почему родители так настроены. Да, деньги, да другая страна, но деньги можно накопить — они все равно хотели покупать Руслану новый ноутбук к учебе, а теперь можно было бы и не покупать. Это все ведь не так сложно, как они себе придумали! От переполняющих чувств на глазах наворачивались слезы, но решимость не покидала парня — он был убежден в том, что они с Женей будут вместе. И ему совсем не обязательно беспокоиться из-за того, что у Руслана сейчас с этим не все гладко. Это его проблемы, и он сам их разрулит. Особые силы придавали воспоминания от этих трех дней. Они не делали ничего сверхъестественного или гипер романтичного — дурачились, много разговаривали, трахались и спали. Женя снова несколько раз напомнил, что Усачев начал себе много позволять, а Усачев с готовностью с ним согласился, отдаваясь ему и его воле без остатка. Он в эти три дня забыл обо всем, что есть и было в его жизни — он просто существовал здесь и сейчас, и уже даже не мог вспомнить свои чувства, которые его побудили разорвать с Баженовым отношения. Но возвращение в школу напомнило о том смятении и душевных переживаниях. Хотя здесь хотя бы не было этих допросов по поводу внезапного решения ехать учиться в Европу, не было выпытывающих вопросов от папы о возлюбленной Руслана и не было якобы очень взрослого и опытного мнения мамы о том, что Баженов все врет, что он бросит Руслана, когда тот приедет и вообще наверняка себе уже кого-то нашел. Последнее очень больно резало прямо по сердцу, но парень сразу вспомнил взгляд, которым буквально прожигал его Женя, и боль утихала. — Что-то давно тебя не было видно, — в коридоре школы к Руслану подошел Михаил Валерьевич. — Твои одноклассники решили, что я им друг и поведали, где ты пропадаешь. Очень некрасиво было с их стороны. Он полуулыбался с какой-то насмешкой и откровенно разглядывал парня. От этого взгляда становилось неуютно. — Не знаю, что они там говорили, мне просто было нехорошо, — буркнул Руслан, стараясь избегать зрительного контакта с мужчиной. — Ой, да не заливай. Твой Женя заглядывал в школу и на урок, когда тебя искал. Ну, а потом мне весь твой класс рассказал, что теперь тебя можно не ждать в школе, и, в принципе, были правы. Как, хорошо отдохнул? — мужчина подмигнул Руслану. — Прямо так говорили? — Усачев поморщился. — Какие же они мерзкие. — Все мы мерзкие, — заметил Михаил. — Впрочем, поздравляю, что все разрешилось наилучшим образом. На прощание учитель похлопал парня по спине и затерялся в толпе, оставив Руслана снова один на один. Теперь находиться на уроках обществознания было как-то неловко, постоянно вспоминалось, как Руслан малодушно искал утешения в компании учителя, предавая Женю. Поэтому все уроки он проводил в компании телефона, браузера и изучена тематики БДСМ. Потому что картинки и их с Женей неловкие попытки секса в этой теме уже не впечатляли. Хотелось ощутить на себе что-то новое, горячее. И к очередной встрече со своим парнем Руслан планировал подтянуть матчасть, заодно и купить какие-нибудь игрушки. Баженов тоже пообещал повысить уровень знаний. Чтение интересной статьи на тему бондажа и фиксации (и это вместо того, чтобы писать проверочную по обществознанию!) прервало сообщение Жени. Тот словно был на одной волне с Русом, потому что он прислал фото новенькой плетки, набора манжетов и ошейника. Руслан тут же покраснел, стало очень жарко. «Боже, Женя, я уже жду — не дождусь, когда ты привяжешь меня к кровати и отшлепаешь как следует. Я непослушный мальчик ;)» — Усачев, нельзя так откровенно залипать в телефоне на моем уроке, никакого уважения, — погрузившись в написание ответа, Рус даже не заметил, что Михаил Валерьевич оказался рядом с ним. И уж тем более не ожидал, что педагог выхватит телефон из рук и уйдет за свой стол с ним. «Только не смотри на экран, только не смотри,» — отчаянно краснея, думал Усачев. Однако Михаил Валерьевич, как на зло, задержал свой взгляд на дисплее телефона, потом что-то понажимал, еще на что-то позалипал, и только после заблокировал телефон и убрал на стол. — После уроков подойдете ко мне, — произнес он, — заберете телефон. Руслан подошел к учителю сразу же, как прозвенел звонок, но получил отказ в просьбе забрать телефон. — Я сказал — после уроков, — произнес он с мягкой улыбкой. — Если вам нужен телефон — жду. Руслан не очень-то хотел идти после уроков к учителю, который увидел такую интимную подробность о жизни своего ученика, но деваться было некуда. В кабинете Михаил Валерьевич был один, проверял работы. — Я не нашел вашу проверочную, — произнес он, когда Руслан вошел в кабинет. — Я ее не написал, — произнес тихо Рус. — Действительно непослушный мальчик, — хмыкнул Михаил. — И что делать будем? На уроках внимательность нулевая, проверочной нет. Какие твои предложения? — Никаких. Я за телефоном пришел, — ответил Руслан. — Наказывать надо за такое, — на губах мужчины появилась странная полуулыбка. Ученик невольно поежился от этих слов, прекрасно понимая, почему Михаил Валерьевич так с ним разговаривает. Наконец мужчина встал из-за стола, подошел к Руслану ближе и протянул ему телефон. — Держи, и не наглей так больше, — он смотрел прямо в глаза Усачеву, который даже не знал, что и думать. — Хорошо, — хрипло ответил он. — И еще… Если интересно что-то поощутимее, чем статьи в интернете — дай знать. Опыт большой, научу. Потом будешь впечатлять своего Женю, — Михаил Валерьевич подмигнул и вернулся за стол, а Рус пулей вылетел из кабинета. Кровь шумела в висках. Женя уже успел написать тысячу сообщений с вопросами, куда это Руслан пропал, и пришлось потратить достаточно времени, чтобы уверить его, что это просто телефон разрядился, что он тоже с нетерпением ждет, когда они смогут опробовать все эти штуки и все в таком духе. А на деле чертов учитель сумел опять засесть в голове ученика. Его слова про «научу» не выходили из головы, будоража сознание мыслями и догадками, на что способен учитель. Плавно мысли перетекали в русло фантазий о том, сколько еще татуировок кроется под одеждой, есть ли пирсинг у учителя, какой он в постели… И вообще, есть ли разница в ощущениях во время секса с другим мужчиной? У Руслана было всего два партнера, и оба не могли похвастаться богатым опытом, хотя оба убеждали в обратном. Просто юное, бурлящее гормонами тело все ласки воспринимало на ура и кайфовало от любых действий. А Михаил Валерьевич? Неужели у него есть опыт и в… в таком сексе? Руслан смущался сам от своих мыслей, пытался их прогнать, но тщетно. Он то и дело возвращался к фантазиям об учителе в своей постели, и ничего не мог с этим поделать. И это он две недели назад обижался на Женю за невнятный перепихон в клубе? А сейчас сам ласкает себя под одеялом, фантазируя, как его мог бы трахать другой мужчина? Руслан кончил, прокручивая в голове картинку, как он, не сдавший проверочную работу, лежит на колене учителя голым задом к верху, а тот шлепает его крепкой ладонью до боли. — Боже, Женя, прости, — выдохнул Руслан и потянулся к салфеткам. Наваждение и порочные мысли исчезли сразу же, стоило сперме заляпать кулак. А воспоминания о недвузначном предложении Михаила Валерьевича теперь даже были в какой-то степени противны. — Это просто возбуждение, ничего такого, — быстро убедил себя парень, пожелал в СМС Жене спокойной ночи и почти сразу уснул. К большому удивлению для себя — даже без угрызений совести.