Глава шестая. Вместе
19 февраля 2018 г., 09:12
Звон колоколец, бей в бубен солнца. Что ж не сидится? Что нам неймется? Наша дурная башка словно вечный движок. И нет покоя дорогам от наших сапог. Джем «Чет-не-чет»
Дарт Вейдер оставался коленопреклонённым, пока его император деловито распоряжался арестом задержанных. Их уже подняли на ноги и довольно грубо погнали прочь. Видимо, к их кораблю. Лея сумела обернуться и прокричать. - Я тебя ненавижу, ситх! Ты слышишь?! И ты зря радуешься: мы сумеем освободиться и еще встретимся! - Конечно, встретитесь, - тихо хихикнул император. - Вот как сбежите и приведете флот к вашим резервным базам, так сразу и встретитесь. Я проконтролирую, - и уже повернувшись к младшему ситху. - Уж больно похожа на твою бывшую: такая же сгальная, упертая и искренно считающая, что тормоза придумали трусы. Только та влюбилась в тебя, как кошка, а эта – наоборот. Занятная девочка. Но о ней чуть позже. - Да свершится воля повелителя. - Теперь же речь о юном Скайуокере. Здравствуй, последний джедай. Дарт Сидиус неторопливо подошел к ученику, за спиной которого затаился Люк. Носок монаршего сапога нетерпеливо ткнул ученика в бок, подвинься, мол. Вейдер торопливо поднялся на ноги, но оставался в почтительном полупоклоне до тех пор, пока не занял свое обычное место за спиной повелителя. Теперь император Палпатин оказался между двумя Скайуокерами. Это не очень понравилось капитану Алой Гвардии, но властный жест хозяина галактики заставил офицера отвести своих людей из зоны видимости. Едва ли они отошли далеко, но иллюзию разговора один на один создали мастерски. - Итак, юный Люк – сын Энакина Скайуокера, пора заняться твоим образованием. Ты же не будешь спорить с тем, что благодаря Оби-Вану Кеноби оно у тебя в высшей степени среднее, и не то, чтоб незавершенное, скорее – и неначатое… - Я – джедай. Такой же, каким был мой отец – Энакин Скайуокер. Я не перейду на темную сторону. - Твой отец в этом возрасте уже армией командовал. Да и излишним догматизмом не страдал. Иначе ты бы просто не родился. Тебя же придется не только учить, но и перевоспитывать. - Тебе не удастся склонить меня ко Тьме, ситх! - Пафосно. А кодекс джедаев наизусть слабо? Неуч. - Да, я мало чего знаю и умею, - Люк наконец сумел взять себя в руки. – Но главное: свет от тьмы я отличать могу. И я вижу, в моем отце еще есть Свет. Светлая сторона не до конца умерла в его душе. И я постараюсь вернуть его к Свету. - Ты это сейчас, о чем? Вернуть можно украденную вещь. - Но ты обманом и силой заставил отца служить тебе! - Силой? Пожалуй, что силой…. Только в чем сила, джедай? В мидихлорианах? В ньютонах? Ты еще скажи, что в правде... - Хочешь сказать, во власти? – брезгливо скривился Люк. - Ты умнее, чем хочешь казаться, мой будущий ученик. Но что такое власть? - Способность диктовать свою волю другим. - Опять верно. Только помимо власти силы, существует сила власти. Это когда тебе подчиняются, потому что ты прав, убедителен, эффективен… Так что я увел твоего отца у джедаев. Только дело было как в старом джедайском анекдоте: Возвращается молодой падаван из самоволки и рассказывает: «Я вчера спас девушку от изнасилования». «Как ты смог совершить этот благородный поступок?» - вопрошают его товарищи. «Я ее уговорил». Вот и я – уговорил. И десять тысяч храмовников ничего не смогли с этим поделать. - Ты так уверен в своей власти? Я же чувствую, что Энакин Скайуокер еще жив! - Ты там еще жив, мой ученик? – иронично уточнил Палпатин, не оборачиваясь. - Да, мой повелитель. Только имя Энакин Скайуокер давно перестало значить для меня хоть что-то. Ничего особенного, вроде, не сказал. Но получилось убедительно и честно настолько, что у Люка исподволь опустились плечи. - Значит, мой отец, действительно, умер. - Два идиота – один другого стоит. Энакин Скайуокер жив и значим настолько, несколько живо и значимо проросшее колосом зерно или ставшая бабочкой гусеница. Одно невозможно без другого. Ладно, молодой дурак нафантазировал себе невесть что, а теперь обижается на весь мир, который почему-то не желает соответствовать этой фантазии. Но ты-то – взрослый, состоявшийся мужик. Сколько можно стесняться собственного прошлого, как прыщавый подросток - своих угрей, право слово. - Виноват, мой повелитель. - Да еще как виноват. Тебя на «Звезду Смерти» послали набрать компромат на Таркина, не так ли? Только результат как-то не ахти. Нет, проблема чрезмерно амбициозного политика решена, как и проблема мятежников. Только дороговато казне обойдется такое решение. - Да свершится воля повелителя. - Может, мне и впрямь ученика сменить? Мелкий старикан хозяйственно прохаживался вокруг виновато опустившего голову Вейдера. Лорд старательно изображал раскаяние. Люк не великий мастер чужие эмоции считывать, но он почти уверен в том, что реально младший ситх раздражен, обеспокоен возможными потерями его эскадрильи, обескуражен собственной неудачей в поединке с мальчишкой, пусть и собственным сыном, но по поводу Таркина и его ближайшего окружения испытывает едва ли не злорадство. Император, к слову сказать, тоже не особо огорчен потерей верного соратника. Потраченных на «Звезду Смерти» денег ему жальче. Но в его душе сейчас преобладает азарт, предвкушение интересных комбинаций, которые возникли в результате столь резкого изменения обстановки. Какого-то особого гнева на допустившего весь этот кавардак ученика нет. Тем неожиданнее для Люка стал внезапный удар коленом меж ног, которым император наградил своего ученика. Лорд сломался пополам, но на ногах устоял. Только зашипел, что в исполнении вокодера звучало как обиженный рык упустившего добычу ранкора. - Может, мне действительно ученика поменять? –повторил ситх старый. Голос Палпатина задумчив, на душе - спокойно, но в Вейдера летит уже молния. Теперь на ногах младший ситх уже не удержался. - Меч есть? Люк не сразу понял, что теперь император обращается к нему. - Что? - Меч у тебя с собой, джедай? - Н-нет... - парень бестолково зашарил по поясу, хотя точно знал, меч остался на базе. - Вейдер, одолжи мальчику свой. Более массивная и тяжелая рукоять, чем знакомый Люку экземпляр, слетела с пояса лорда и плавно направилась к его сыну. Скайуокер машинально подставил ладонь, принимая оружие. - Теперь деритесь. - Но… - Люк попятился. - Боишься, джедай? Правильно делаешь. Сейчас мы ему дыхательный аппарат маленько подрихтуем для уравнивания шансов, и понеслась. На пальцах императора заструились искры новой молнии. - Не надо! - Чего не надо? От крика Люка толком несформированная молния ушла в песок, а Палпатин недовольно поморщился. - Я не буду драться с отцом! - Да какой он тебе отец? Он – ситх, ставший причиной смерти твоей матери. Он убил твоего первого наставника Кеноби. Он убежденный враг того, что является твоими идеалами. Да просто олицетворение того, с чем ты борешься, джедай. Просто возьми меч и убей. - Нет! Я борюсь не за идеалы. Я просто защищаю своих друзей. - Хорошо, что напомнил. Хочешь, чтобы твои друзья не только благополучно улетели отсюда, но и не пострадали во время захвата той базы Альянса, на которую они приведут флот, то дерись. Дружков не трону вне зависимости от итогов поединка. Люк только молча замотал головой. - Значит, некие идеалы все же важнее друзей? Слушай, юный Скайуокер, как ты думаешь, если этому Соло в счет отработки долга предложат не возить наркоту, а торговать ей в розницу где-нибудь в районе школы и детской спортплощадки, он согласится? Вот и я думаю, что согласится. А вот как поступишь в этой ситуации ты, не уверен. Ты и сам этого не знаешь. - Я не буду драться с отцом. Каким бы он ни был, это неправильно. Хотите сказать, джедай Кеноби тоже толкал меня на отцеубийство? Только он хотя бы скрыл от меня, кто мой отец! Люк понял, что излишне вспылил, и испугался. Думал, императору его несдержанность понравится, ведь именно гнев ведет на темную сторону. Палпатин же только брезгливо поморщился. - Идеалист. Такое почти не лечится. Вейдер, убери этого чудика. Он мне неинтересен. Дарт Вейдер не шелохнулся. - Мне что, надо повторить приказ? Эффект отсутствует. - Эй, у вас там, милорд-киборг, режим перезагрузки или уже форматирования? Эк, тебя приложило: сперва в странствие собрался, думал я не слышу, теперь вообще – бунт на корабле. Силовой пендель и пара молний малой интенсивности ситуацию не изменили. А вот вдруг прилетевшая в голову Палпатину откупоренная фляжка-контейнер Экзара Куна оказалась куда эффективней. Едва ли дух успел сильно заскучать, а вот смешаться с коньячными парами – очень даже успел. А пьяный ситх-бомж – это знаете ли…. Вот Дарт Сидиус и узнал. Познавательный процесс, в ходе которого обе стороны демонстрировали весь свой набор боевых техник, затягивался. - Отец, уходим отсюда скорее! – нетерпеливо дернул Вейдера за рукав сын. Темный лорд от прямого попадания молнией в шлем вроде бы уже очухался, но воспользоваться занятостью старого ситха дракой с ситхом древним не спешил. Люк от досады аж голос повышать начал. - Быстрее! Пока они меж собой не разобрались! - Да угомонись ты. Не понял еще? Я никуда не пойду. - Почему? Ты же сам хотел. - Хотел. Минутная слабость. Или контузия. - Он же тебя убить хочет! - Имеет право. - Но почему? Я не понимаю! - Он – император империи, которой я служу. А уйти сейчас со скандалом – значит нанести удар по делу, которому я служу двадцать лет. Пойми ты, дурачок, никто меня на темную сторону не тянул. Я сам ушел. Это МОЙ выбор. Эмоциональный, не просчитанный, но МОЙ. Сожалею ли я? Да, о многом. Но свой путь я всегда выбирал сам. Вот и сегодня у меня был реальный выбор. И я его сделал. Свободно и осознанно. - Но этот старый шаак тебя использует как вещь! - Бывает. Иной раз и ему случается берега попутать. Но если бы я был слепой марионеткой, то ты был бы уже трупом. - Спасибо, отец. - А вот розовых соплей не надо! Я просто считаю этот приказ повелителя нецелесообразным капризом. Теперь меч верни. Пора вмешаться в беседу грандов. То ли Дарт Вейдер успел достаточно изучить манеру призрака драться, то ли двое живых ситхов всяко сильнее одного покойного, но загнали Экзара Куна назад во фляжку хозяева империи весьма быстро. - Некоторые нерадивые ученики могли бы от моих молний иной раз и уворачиваться. А то так и совсем навык потерять можно, - продолжил наезжать на Вейдера Сидиус. Младший ситх по обыкновению не ответил. А вот джедай не смолчал. - Некоторые в спортзал месяцами не ходят, а виноват в этом Дарт Вейдер? Наше величество тексты для Альянсовских листовок случайно не сочиняет? Стиль уж очень знакомый. - Не убежал еще? – проигнорировал выпад Палпатин. – Сам остался, или папаша придержал? Теперь пришел черед Люка игнорировать вопрос. Он просто уселся рядом с Дартом Вейдером. - Так и будем молчать как повстанцы на допросе? - Мы ждем вашего решения, повелитель, - пожал плечами лорд ситхов. - Чтоб опять на это решение…, как бы помягче сформулировать-то? - Положить большой болт, - подсказал Люк. - Ну и манеры у твоего сына! - Татуинские. - Я бы сказал – Скайуокерские. Впрочем, к делу. Повторяю вопрос для обоих: почему не свалили? Отвечаем по старшинству. Вейдер? - Да, повелитель, - Дарт Вейдер почтительно склонил голову. – Вот вы, повелитель, назвали меня состоявшимся человеком. И это правда. А по-настоящему реализовавшийся человек заведомо не может быть перекати-полем. Состоявшимся человек может стать только тогда, когда реализовал себя в чем-то или в ком-то. И это что-то или кто-то его, кровное. Тысячами нитей с ним связанное. Эти связи не делают цельного человека несвободным, потому что они – результат его свободного выбора. Да просто часть его самого. Стремление к полной свободе от всего и вся – удел слабых самовлюбленных идиотов. Так что уйти я могу, прихватив с собой не только флот, но и Империю. С вами в придачу. Должен же кто-то на совете моффов председательствовать. - Даже несмотря на то, что я регулярно путаю преданность делу с личной покорностью? - Вы всегда вовремя вспоминаете, что покорный Скайуокер – штука столь же противоестественная, что и холодная звезда или квадратная луна. - Эк тебя шарахнуло. Стишки, часом, писать не тянет? - Не тянет. А шарахнуло изрядно и главное – вовремя. Знаете, почему император Палпатин свободнее корускантского булочника Джонса? Не потому что у Палпатина больше прав, а потому что больше обязанностей. Ответственность, как мидихлорианы давно стала для меня частью формулы крови. Только я этого не замечал. Этот мир – мой, и я за него отвечаю. Только слишком привык от него отгораживаться. Сперва просто защищал незажившую душевную рану. Но рана давно зарубцевалась, а привычка осталась. Пока вон тот мальчишка своим появлением не показал, что привычка эта не то чтоб неправильная – она ущербная и глупая. Я все сказал, повелитель. - Что скажет юное джедайское дарование? - Я? Про джедаев не скажу, знал только одного. Зато ситхов – трех. Не скажу, что увиденное мне понравилось. Но вы все разные. И один из них - мой отец. Это оказалось слишком важным для тех, кого я считал друзьями, и несущественным – для отца. Что со всем этим делать, я не знаю. Мне нечего больше сказать. - Следует добавлять «повелитель», - не столько капризно, сколько насмешливо уточнил Палпатин. Молнию при этом просто обозначил. Хотя Дарт Вейдер никаких поползновений защищать сына не предпринимал. – Ладно, на освоение приличных манер времени у тебя будет достаточно. Папаша проследит. - Ситха из меня Дарт Вейдер делать будет? - Не угадал. Ситхов по традиции может быть только два. Глупо, но пока ломать ее не будем. Из тебя бы для начала просто что-то социально полезное слепить попробовать. С этим лорд Вейдер, надеюсь, справится. - Да свершится воля императора, - отозвался тот. - Теперь с вами, Вейдер. Использовать эффект от Явинской катастрофы надо немедленно. Пока пресса поднимет пропагандистскую волну по поводу чудовищного теракта фанатиков-самоубийц, вы зачищаете галактику от остатков Альянса. На сей раз без поддавков – быстро и эффективно. Вялотекущий конфликт стал обходиться слишком дорого. Двух недель вам на это хватит? - Да, повелитель. - Юный Скайуокер пока у меня погостит. Никаких интриг, просто нечего ему смотреть на то, как ты его дружков давишь. Органу эту тоже в Центр Империи тащи. Ох, нечисто там что-то, сердцем чувствую. Кроме того, мне нужен независимый свидетель по делу о трагической гибели Альдераана. Как там все вышло на САМОМ ДЕЛЕ, наши аналитики уже придумали. Что-то про проникшего на борт джедая, который то ли головы дежурной смене заморочил, то ли настройки управляющего суперлазером компьютера сбил. Короче, Кеноби – маньяк, Таркин – жертва обстоятельств, и вообще герой, а вы, лорд, допустили непростительную беспечность, проморгав супостата. За что получите от меня по возвращении в столицу публично и по полной программе. - Да, повелитель. - Только мой гнев на офицеров вашего флота не распространяется. Списки на награждения и присвоения внеочередных званий готовьте, не жадничайте. Заслужили. - Благодарю, повелитель. - Потом отправитесь в ссылку. Года на полтора смените адмирала Трауна во внешних территориях. В общем, пока чисс вдрызг не разругается со всеми штабами, а вы своими открытиями и завоеваниями не преумножите богатства империи на сумму, сопоставимую с ценой «Звезды Смерти». Надеюсь, юный Скайуокер не откажется от этой небольшой, но наверняка занимательной прогулки к неведомым звездам? Люк согласно кивнул. Это опять получилось невежливо. Но вновь не назвать императора повелителем еще хуже. А хамить не хотелось. Странно, но сейчас приобретала реальные очертания его детская мечта – лететь вместе с отцом к далеким неизведанным звездам. - Вейдер, сгоняйте-ка, поторопите моих красногвардейцев. Пора и честь знать. Афишировать свой визит на Явин я не намерен. Официально я в паломничестве, прерву которое немедленно, как узнаю о событиях под Явином. Но пару дней на Коррибане хочу себе позволить. Надо же подвезти уважаемого Экзара Куна. И не одному тебе на воле порезвиться охота. - Да, повелитель. Дарт Вейдер поспешно исчез за холмом. Дарт Сидиус убрал под складки мантии фляжку с «джинном». - Зачем вы так с ним? – прервал молчание Люк. - Как? Публичное признание доли ответственности за гибель миллионов разумных укрепит Империю. - Но это несправедливо! - Типа наказываю невиновных, награждаю непричастных? Ну, во-первых, не совсем так. А во во-вторых, орден твоему папаше давать – действительно обидеть человека. - Но… - Это ж почти награда, дурачок. Вейдер ишачил на империю почти двадцать лет без выходных и отпусков. А Скайуокеры – птицы свободолюбивые: в неволе не живут – чахнут. Сперва думал, это от того, что родился рабом. Теперь вижу – фамильное. Вот пусть отдохнёт, на вольной травке попасется. - Не боитесь, что не вернется? - Не боюсь. Заскучает, вернется. - По чем заскучает – по цепи и миске? - По драке. Твой отец – боец, защитник, а не натуралист. - А этот ваш Траун? - Такой же. - Так и будете менять одного на другого? - Да. Вместе они работать не умеют. Так и буду менять, пока ты не подрастешь и третьим не станешь.
