О сбытии мечт, но не только об этом

Эй! Много ли, мало, бед повидала моя страна!? Эй! Много ли, мало, кружило над ней вороньё? Встань рядом со мною. И вот для защиты моя спина. И я не уйду. Это отечество моё! Потому, что никто, кроме нас... Павел Пламенев «Никто вместо нас»       Личный шатл Дарта Вейдера с привычной лихостью заруливал на посадочную палубу флагманского ИЗР-а. Давно доведенные до автоматизма действия как всегда безупречны и от пакостного настроения ситха не зависят. Все вроде бы шло, как должно. Флот молниеносно и жестко зачищал базы Альянса, а заодно - все криминальные формирования, которых в эти дни занесла нелегкая на глаза Дарту Вейдеру. Короче, нет больше в галактике не только Альянса за возрождение Республики, но и «Черного солнца», и еще трех крупных пиратских и рабовладельческих ОПГ. Сейчас флот дочищает мир от незаконных вооруженных формирований хаттов. В общем, сейчас даже вполне лояльные империи силы самообороны отдельных планет со своих орбит носа не высовывают от греха подальше. Только ощущения победы у еще не отошедших от явинского позора людей не было.       Но причина мерзкого настроения лорда не в этом. В ходе допроса захваченных лидеров Альянса обнаружился след высокопоставленного джедая. Информация мутноватая. Перепроверить просто не у кого. Пленных еще не удовлетворившие жажду мести имперцы брать особо не склонны. Тут лорду пришлось просто жестко напоминать своим людям о некоторых нормах и обычаях ведения войны. Да и самому быть сдержаннее. Император хочет открытый процесс над главарями мятежников. Хотя, оно же ничего, если один-два из них будут маленько не в себе? О том, что психическое расстройство – результат общения с младшим ситхом, публике знать лишнее. А демонстрация того, что часть лидеров повстанцев с головой не дружат, даже поучительна.       Только лирика все это. Суть же в том, что услышавший про джедая Дарт Вейдер оставил основные силы флота разбираться с хаттами, а сам очертя голову рванул к Дагобе. Совсем стремительно не получилось, правда. Как нарочно в секторе бушевала гравитационная буря, занесшая в точку стандартного выхода метеоритный рой. Командир крейсера предпочел не рисковать и вывел корабль из гипера заметно в стороне. Обозвав офицера чудаком на букву «м», Вейдер сиганул в свой шатл и рванул к Дагобе, на которой уже почувствовал знакомый отпечаток в Силе.       Все равно опоздал. Перестраховщик-капитан тут, наверное, ни при чем. Ситх сам и не подумал о том, чтоб скрывать от старого гранд-магистра свое присутствие в Силе. Бежать с планеты Йоде не удастся. А значит, по мнению Вейдера, он примет бой. Не угадал. Старый джедай предпочел лапки на себя наложить, но с ситхом не встречаться. Лорд нашел в пещере только труп. И почувствовал себя обманутым.       Заглушить приступ ярости по дороге к крейсеру не получилось, просто потому, что за это время ИЗР на досветовой скорости вырулил кружным путем на орбиту. На палубе ожидаемо пусто. Нет, на пути раздраженного ситха кто-то торчит. Раззява. Впрочем, Вейдер опять ошибся. Это командир крейсера ждет заслуженной расправы за допущенную оплошность.       Заметивший свидетеля лорд привычно придавил все лишние эмоции. В общении с людьми он привык руководствоваться только здравым расчетом. Эмоции – инструмент, не более. А если отбросить желание вызвериться на ком ни попадя, то претензий к офицеру у него нет. Это способности Вейдера позволяли просчитать безопасный проход и через гравитационные завихрения, и через гонимый ими каменный рой. Капитан такой возможности лишен и прав в своем нежелании рисковать кораблем. А в том, что, оберегая корабль от ненужной опасности, сам подставился под гнев ситха – так вообще молодец. Таких Вейдер уважал. Если бы наоборот, офицер бросил ИЗР на неоправданно рискованный маневр, желая выслужиться перед ситхом, последствия были бы вплоть до летальных.       А так, в другой раз Вейдер бы все равно обматерил «рукозадое убожество, неспособное уверенно вести корабль в неблагоприятных погодных условиях». Так, для профилактики. Ибо, боятся – значит уважают. Только сейчас он не сделает и этого. Лорду несколько совестно признаваться в этом самому себе, но, когда на борт этого корабля поднимется его сын, ситху хотелось, чтобы мальчик почувствовал, что к его отцу здесь испытывают чуть меньше страха и чуть больше уважения. Нет, кардинально менять что-либо лорд не готов, но акценты сместить следует. Каприз? Но как всякий ситх, Вейдер периодически потакал собственным капризам.       - Вы все сделали верно, капитан. Обошли опасный участок без происшествий? Тогда, спасибо за хорошо сделанную работу.       - Благодарю, милорд.       - Вы торопились сообщить мне нечто срочное или предпочли, чтоб расправу не видели подчиненные?       - Ничего не случилось, милорд.       Человек не сумел скрыть растерянность. К хорошо сделанной работе лорд относился как к единственно возможному варианту развития событий и благодарить за это обычно склонен не был.       - Тогда идите, капитан. На мостик. Бежать в санчасть, сообщать о том, что милорда на Дагобе ядовитая пиявка укусила, не надо.       - Да, милорд.       Но ситх его, кажется, не слышал. Замер, словно громом пораженный. Отмер не раньше, чем через минуту.       - Курс на Корускант. Немедленно. И теперь выжмите из этой колымаги все, что сможете. Меня не беспокоить.

***

      День с самого начала пошел как-то не так. Не опасно, не тоскливо или страшно. Просто не так. Последнюю неделю день Люка стал привычно упорядочен: тренироваться во владении Силой император его не звал, заявив, что своими руками учить джедая не нанимался, а если юный Скайуокер хочет, то может сам умные книжки почитать. Чем Люк в первой половине дня и занимался. Осваивал азы умений одаренного, пока сестра делала то же под руководством императора или вникала в механизм управления Империей. Ко второму парня не то, чтоб совсем не привлекали, он сам не интересовался как-то.       С Леей и Палпатином он встречался за обедом, где император бегло интересовался, чего нового юный джедай из умных книжек вычитал. С виду, бегло, у самого же Люка все больше зрела уверенность, что интерес к его образованию Сидиус проявляет пусть неявный, но устойчивый.       Время после обеда брат с сестрой проводили вместе. Бродили по садам и паркам императорского дворца или столичным улицам. Лея то пыталась опекать братца-провинциала, то обижалась на его непроходимую дремучесть. Тот обижался в ответ. Но отказаться от этих прогулок оба оказались не готовы. Слишком хорошо им было вместе. А понимание собственного родства лишило отношения прежней неловкости.       Вечерним же временем завладевал Палпатин, ежедневно выводя своих гостей в свет. Пока, на мероприятия, в которых их близкое общение с «народом» не предполагалось. Все равно от заголовков светских новостных сайтов у татуинца волосы на голове становились дыбом. Их появление во дворце незамеченным не осталось. И если официальные ленты сообщали подписчикам о «гостях его величества», то те, что побульварней огорошивали своих заголовками в лоб: «Гости императора – внуки или любовники?»       Но Люк подозревал, что очень скоро от посещения театров и выставок дело перейдет к балам и раутам. Скорей бы уж отец возвращался. Почему-то Люк был уверен, что Дарт Вейдер тоже не великий любитель светского времяпрепровождения. Возможно, с ним вместо бала удастся улизнуть в гараж, в двигателе «лямбды» покопаться?       Сегодня во время прогулки по городу молодых людей занесло в сенатский квартал. Зайдя под знаменитую колоннаду и слушая щебетание Леи о славной истории сего органа народного представительства, которое вообще-то сильно напоминала похвальбу, Люк не мог избавиться от ощущения, что он уже где-то это видел.       Потом вспомнил где. В открытых ему воспоминаниях Дарта Вейдера. Теперь он решительно зашагал к одной из колонн.       - Вот здесь. Здесь мама сказала отцу, что беременна нами.       Лея сперва не поняла. Но смолкла и прикрыла глаза. Наверное, она тоже что-то почувствовала. Потому что, постояв, также молча пошла прочь. Только выйдя на площадь, произнесла.       - Хорошо, что ты показал это место. Спасибо.       Ответить Люк не успел. К ним подкатил дроид-лотошник. Только вместо сувениров или прохладительных напитков он предлагал простенькие цветы. Люк в их названиях не разбирался, но сестра назвала их гвоздиками. «Мемориал расположен за северным портиком Сената» сообщала надпись на дисплее торговца.       - Что за мемориал?       - Не знаю. Пойдем, посмотрим?       - Пойдем.        Молодые люди бросили монету в щель, взяли по гвоздике и зашагали в указанном направлении. Очень скоро они оказались на неширокой пешеходной улочке, на которой находятся штаб-квартиры делегаций различных миров Империи. Возле дверей расположенных почти напротив друг друга представительств Альдераана и Эриаду горы цветов и зажжённые свечи. Лея шагнула к своим. Люк чуть помедлил и положил свою гвоздику к эриадскому крыльцу. На их глазах еще несколько человек сделали тоже самое: положили цветы и тем, и другим. Говорить здесь казалось кощунством. Но Лею переполняли чувства, и Люк поспешил увести ее прочь.       - Как они могут? Они что не понимают?!       - Они не понимают всего. Но они ужаснулись трагедии и сострадают погибшим. Всем. И мне кажется, что они правы.       Лея не ответила. Они еще какое-то время побродили по улицам, выбирая те, что побезлюдней. Возвращаться в полный людьми дворец не хотелось.       Трое возникли из переулка абсолютно внезапно. Конечно, Люк – не великий мастер Силы, но чтоб на пустой улице не почувствовать присутствия трех разумных… Ответ напрашивался один – перед ним одаренные.       - Лея Органа и Люк Скайуокер? – уточнил один из незнакомцев.       Только второй раз Люк не попадется, поэтому вместо ответа бросился на того, кто пытался зайти за спину Лее. В завязавшийся бой, а в том, что это не драка, а именно бой, Люк не сомневался, почти сразу вмешались еще трое в гражданском, но с замашками бойцов Алой гвардии. Чему удивляться? Едва ли их прогулки оставались без внимания дворцовой службы безопасности. Но ни им, ни почти мгновенно появившемуся патрулю взять верх над нападавшими не получалось. Полиция, оставив свою подожженную машину, вынуждена отойти, гвардейцы и Скайуокеры, несмотря на численное превосходство, - занять круговую оборону.       У Люка от напряжения темнело в глазах, поэтому момент появления Алой гвардии в штатном облачении он пропустил. Опомнился, только когда судорожно корчащиеся тела атаковавших повалились на землю. Воины в алых одеждах плотно окружили жертв нападения, отчего увидеть, что появившийся следом император делает с нападавшими, невысокий Люк не мог. Только чувствовал волны чужой боли и какого-то все более животного ужаса. Впрочем, это продолжалось не слишком долго.       - Добить, - кратко распорядился Сидиус, оборачиваясь к молодым людям с уже ласковой, успокаивающей улыбкой.       - Прошу в мой шатл, юные Скайуокеры. Продолжать вашу пешую прогулку было бы не вполне разумно.       - Что это было? - наконец выдохнула Лея уже опустившись на мягкие кожаные подушки кресел императорского флаера.       - Джедаи. И весьма сильные. Нет, не уровень Кеноби, конечно. Их проходившая в подполье подготовка была слишком узконаправленной. Но бойцы отменные. Небольшая диверсионная группа Альянса осталась без связи и начала действовать на свой страх и риск.       - Откуда вам это известно? Вы же их замучили, даже не допросив! – пережитый стресс начал выходить из принцессы всплеском неуемных эмоций.       - Почему же? Я вполне успешно проник в их память.       - Их следовало передать в руки правосудия, а не убивать без суда и следствия!       - Кого, идиотов с вывернутыми мозгами, которые и ширинку на штанах самостоятельно застегивать не могли бы? Зачем?       Лея не ответила, только раздраженно вздохнула. Император продолжил.       - Полагаю, что навыки самообороны вам надо отрабатывать и начать следует немедленно. Театр отменяется. Через полчаса жду в зале для фехтования.

***

      За последние несколько часов командир вейдеровского ИЗР-а успел пять раз во всеуслышание проклясть тот день, когда он встал на мостик этого пылесоса, и столько же мысленно проститься с жизнью. Но на орбите Корусканта они оказались едва ли ни вполовину быстрее, чем предполагают стандартные расчёты. Как? Капитан не взялся бы объяснить. Повторить этот полет – тем более. Мнение милорда об этом безумии под видом пилотирования звездолета осталось неизвестным. Стоило им выйти из гипера, как шатл главкома покинул борт. А капитан опрометью ринулся к связистам новости слушать. Что, кроме случившейся в столице беды вселенского масштаба, могло заставить лорда так торопиться. Но не только в головизоре, а и на закрытых каналах главного штаба все спокойно. Ладно, не его дело. Лишь бы шеф вернулся на борт в настроении, несколько лучшем, чем с Дагобы.

***

      Дарт Вейдер несся по пустым коридорам императорского дворца. Идиотов, рискнувших оказаться на пути взбешенного ситха, не находилось. Вообще-то не взбешенного – напуганного. Только специалисты, готовые различать такие нюансы, тоже отсутствовали.       Сперва он почувствовал волну испуга дочери и боевого азарта сына. Правда, не успел он распорядиться о глупом в общем-то возвращении в столицу: в ту драку ему все равно не успеть, как в мозгу зашелестел голос повелителя: «Не психуйте, друг мой. Все уже в порядке. Но в Империал-сити действительно поторопитесь». Дети тоже вроде успокоились. Не совсем, Лея все еще кипит, но праведным гневом, не ужасом. Не иначе вправляет императору мозги на тему верховенства закона и принципа разделения властей.       Дарт Вейдер даже попытался успокоить себя, представляя, как учитель изводит юную идеалистку заверением, мол, если принцип разделения властей – это когда разделяй и властвуй, то он именно так всю жизнь и делает. Только успокоиться мешали едва заметные истеричные нотки в голосе повелителя. Бывают с ним время от времени такие приступы близкие к безумию, когда почуявший запах крови, но не удовлетворивший жажду убийства ситх ни о чем, кроме насилия, думать не мог.       А потом еще один всплеск страха и боли, и ментальная связь со всеми троими исчезла. Просто ситх перестал чувствовать и учителя, и детей. И это приводила лорда Вейдера в ужас. Нет, прозрений о гибели вдруг появившихся и еще не ставших родными детей не было. Да и когда бы ему успеть к ним привязаться? За две недели боев он и не думал о них почти… Но страх бушевал в душе, как песчаная буря на Татуине. Молчание повелителя могло означать только одно, Дарт Сидиус занят сейчас чем-то, чего ученику знать не следует. Повелитель волен, конечно, определять главный талант своего главкома фразой «чем больше в армии дубов, тем крепче наша оборона», но два и два младший ситх сложить в состоянии. Вот и бесился в страхе и бессильном гневе, кляня себя за то, что оставил детей на императора.       Теперь этот страх позади. Потому что несущийся по бесконечным дворцовым коридорам ситх увидел цель – наглухо закрытый в Силе тренировочный зал. А когда у Дарта Вейдера появлялась цель, отвлекаться на лишние переживания он склонен не был. У дверей зала топтался пост Алой гвардии. Несведущему зрителю показалось бы, что бравые парни во главе со своим капитаном как обычно несут караул, оберегая покой повелителя. Не всякий форсюзер почувствовал бы царящую здесь растерянность. Но Вейдер всяким не был.       - Докладывайте, - сходу рыкнул он на капитана.       Одно то, что гвардеец не стал оспаривать право младшего ситха отдавать приказы, говорило красноречивее любых слов.       - Прошлым вечером на господ Скайуокеров было совершено нападение джедаев. Оно успешно отражено, молодые люди не пострадали. Но сразу по возвращении во дворец его величество и его гости закрылись в этом зале и не выходят вот уже почти сутки.       - Надо ломать.       - Надо, - уныло кивнул капитан.       Не в возможном гневе потревоженного ситха тут дело. В череде живописных картинок, одна жутчей другой, что гвардеец мысленно нарисовал себе за эти сутки, гнев Сидиуса был самым безобидным. Просто, как ломать то, что заблокировано Силой мастера?       Дарт Вейдер размышлять как не стал. Просто вынес дверь вместе с силовым полем ударом плеча нахрен. Влетел внутрь, активировав меч, и замер, оказавшись не готовым к увиденному. Что угодно, только не это.       В полумраке зала он кинулся на багряные всполохи светового меча. За детей он готов порвать любого, повелитель - не исключение. Вначале некоторый диссонанс возник из-за того, что меч один. Если это бой, то где второй, если бойня – то чего это Сидиус сейбером размахался. Кончил бы одним ударом. Либо пытал неспешно, но для этого старшему ситху меч без надобности. Слава Силе, эти сомнения заставили затормозить и оглядеться.       Лея с мечом Дарта Сидиуса в руках самозабвенно билась с дроидом. В принадлежности меча Дарт Вейдер ни секунды не сомневался, а уровень дочери оценивал как «новичок +». Люк нашелся в противоположном углу с датападом в руках и громко, с выражением читал вслух:       - … Нет эмоций – есть покой. Но эмоции — естественная часть жизни. Джедаям не были чужды эмоции. Этот принцип не говорит, что эмоций не существует, но требует, чтобы они были оставлены в стороне. Эмоции следует понять, и задача молодых джедаев - изучать свои эмоции. Если джедай не способен подчинить себе мысли и чувства, он не достигнет покоя. Принцип можно понять и так: «Эмоции не должны нарушать моё спокойствие».       Это он сейчас к чему? И вообще, что во дворце делает «Энциклопедический словарь юнлинга»?! (1) А главное, Сидиус-то где?!!       Повелитель обнаружился сидящим в позе для медитаций на стопке матов и …. Сосредоточенно выполнял упражнение из все той же книжки для самых маленьких. Две игральные кости, висевшие в воздухе на уровне лица императора, медленно вращались в противоположных направлениях. Простенько? Только в свое время порывистому Энакину Скайуокеру не хватало терпения поддерживать это монотонное действо дольше десяти минут. И сил оно вытягивало немерено. Правда, тогда и скорости вращения были куда выше, и траектория движения – сложнее. Но если предположить, что Дарт Плэгас своего ученика такими упражнениями не мучил, то для первого раза Сидиус держался весьма даже недурно. Только, что здесь происходит, хатт их всех побери?       Лорд Вейдер обессиленно опустил меч.       - А-а-а, Вейдер, друг мой. Наконец-то, - соизволил заметить ворвавшегося ученика Палпатин. – ты часом не убивать меня приперся?       - Если бы с моими детьми что-то случилось, то, наверное, да, - не стал врать тот.       - Говорила мне мама: «Не связывайся со Скайуокерами, особенно когда их трое».       - Повелитель?       - Я это к тому, что вы, лорд Вейдер, никудышный ситх. Контрафактный, можно сказать. Настоящий не остановился, даже поняв, что ошибся в своих подозрениях, просто чтобы не признавать ошибки публично. А вы?       Дарт Вейдер не ответил. Молча дезактивировал меч, но вместо того, чтоб вернуть его на пояс, с поклоном положил на маты перед императором. Отступил на шаг и опустился на колени, склонив голову, словно шею для удара подставил.       - Вот и я о том же. Собрали волю с гордостью в кулак и жизнь готовы положить, лишь бы мой гнев не обрушился на детей или флот. Джедай вы мой недорезанный.       Младший ситх внутренне съёжился.       - Я не осуждаю. Завидую. Эти ваши джедайские штучки здорово отводят излишки дурной Силы. А их, как и дурную кровь или гной из раны спускать надо. Иначе хана. Не замечали, что ваш учитель от этого помаленьку с катушек слетает? А выход подсказать лениво было?       - Игральные кости помогают избавиться от приступов безумной ярости? – решился задать вопрос младший ситх.       - А то сам этим приемом не пользовался?       - Пользовался, но…       - Втихаря. Чтоб я этих джедайских штучек не заметил?       Вейдер опять промолчал.       - Забери свой свинорез и помоги дочери.       Лорд поднялся на ноги и повернулся ко все еще сражающейся Лее. Она если бы и захотела, не смогла прекратить бой. Дроид был настроен на неотключаемость: пока не уничтожишь, не угомонится. Младший ситх успокоил неугомонное железо одним ударом.       - Спасибо, милорд, - запыхавшаяся принцесса с чуть наигранным почтением присела в реверансе.       Император хмыкнул и хлопнул ладонью по куче матов рядом с собой, приглашая сесть.       - Мне в конце концов кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – наконец опомнился Вейдер, но зарычать предпочел на сына.       - Не ори на ребенка, - одернул его император.       - Своего заведите, тогда с ним сюсюкайтесь. А я со своим сам разберусь, - чуть смущенно огрызнулся Вейдер, который никак не мог выбрать правильный тон.       - Ладно, не заводись. Прошлым вечером некие, надо сказать, неплохо обученные гопники напали на твоих детей, можно сказать, под окнами моего кабинета… Сидеть! Айсарду ты потом ноги оторвешь. Я же решил немного размяться. А потом дать подрастающему поколению урок самообороны. Но в какой-то момент не сдержался. Понимать должен: волны негатива после гибели Альдерана и «Звезды смерти», на террористах этих ублюдочных разрядиться толком не получилось, а нормальных джедаев в закромах Родины давно нет. Ну и на твоего джедаистого сыночка глядя, не сдержался маленько.       Вейдер тревожно посмотрел на подозрительно притихшего Люка. Ага, синяк на пол-лица, и забинтованную руку за спину прячет.       - Не волнуйся, отец. Уже не болит почти, - смущенно забормотал парень.       Вейдер открыл было рот заявить, что делать ему больше нечего, как за всяких сопливых переживать, но вовремя сообразил, насколько глупо это прозвучит, и вновь перевел взгляд на императора.       - Едва не пришиб. Хорошо, принцесса помешала.       - Как? – способ, которым можно отвлечь от жертвы почуявшего кровь ситха, был Дарту Вейдеру неизвестен. Точнее известен, но только один – световой меч.       - Визгом. Отрезвляет, как холодный душ. Пришлось объясняться. После чего ваша дочь, милорд, заблокировала двери зала и заявила, что вспышки моего безумия опасны для Империи, и пока я не научусь сбрасывать негативную энергию безобидным для окружающих способом, никто никуда не выйдет.       - Лея?       - А вы, мой друг, возомнили, что вот так сходу, плечиком, вышибли МОЙ блок? – ехидно хмыкнул император, но развивать тему вейдеровской самонадеянности не стал и вернулся к основной теме. - Благо у юного Скайуокера нашлось пособие по ментальным техникам подавления ярости.       - Упражнения для джедайских молокососов способны избавить владыку ситхов от приступов неконтролируемой ярости? – в голосе лорда сквозил скепсис.       - Не тупите, вам не идет. Если бы я разбушевался в полную силу, меня бы ничто не остановило. Но снять незначительное напряжение помогло. Но главное – указало путь.       - Какой же?       - Подобрать оружие, выпавшее из рук поверженного врага, вовсе не стыдно. Наоборот, разумно. Так что придется мне на старости лет осваивать джедайские техники сублимации эмоций. Да, именно, это на словах - «эмоций нет – есть только пофиг». На деле - сильнейшие из магистров не хуже иного ситха умели не подавлять, а трансформировать их. Просто говорить об этом вслух не любили. Так что, мой ученик, не хотите лицезреть безумца на троне, привыкайте.       - Да свершится воля повелителя.       Вейдер поднялся на ноги и склонился в почтительном поклоне.       - Вейдер, - заворчал Палпатин в ответ на его невысказанный вопрос, – я, может, садист и неврастеник, но на слабоумие пока не жалуюсь! Я четко отдаю себе отчет в том, что у вашей преданности есть предел. Развалины Храма в центре города – наглядное тому подтверждение.       - От мысли о том, что меня кто-то ждет, мне становилось как-то теплей… - невпопад буркнул младший ситх.       - Понимаю. И даже немножко завидую. Короче, за попытку нападения на учителя, завтра во время заседания совета моффов в рамках рассмотрения дела о «Звезде Смерти» схлопочете от меня пару лишних оплеух. С этим все, теперь о завтра. Вы дочь официально признавать собираетесь?       Вейдер повернул голову к Лее. Та демонстративно отвернулась, всем видом показывая, насколько ей безразлично его решение.       - Да, если принцесса не возражает, - чуть помедлив отозвался лорд.       Узнать реакцию девушки не удалось. Фраза Палпатина помешала.       - Ну, и славно. Значит, завтра объявлю о назначении ее моей наследницей на основании прямого родства с вами, мой друг. А то делать это из уважения к памяти погибшего Альдераана – даже по ситхским меркам лицемерие.       По залу прокатилась волна восторга. Прыгнуть на шею императору – недопустимый моветон. Но Люк и Вейдер объятий не избежали. А вот от готовности стать дочерью Дарта Вейдера или наследницей императора Палпатина у девочки так эмоции взыграли – хатт ее знает. Наверное, именно о таком наследнике и мечтал Шив Палпатин?       - Детали обсудим завтра. А теперь идите уже. Семейке Скайуокер есть чего обсудить в узком кругу.       Дарт Вейдер вышел последним, аккуратно приставив на место вышибленную дверь. Та встала на место неожиданно легко. Словно перевернутая страница, отделяющая одну историю от другой. И это верно. Мечты сбылись. Что с этим делать? Наверное, самое время начинать мечтать о чем-то новом. КОНЕЦ