I Don't Like You At All

«ЛОВИ, ЧИМИН!» Оранжево-чёрный мяч был брошен в направлении шатена, который вытер пот со лба, при этом не упуская упомянутый объект из виду. Я справлюсь. Только спокойствие, Чимин. Мин Юнги дал тебе пас. Он доверил его тебе. Ты не испоганишь всё так же, как изгадил утром свои новые белые кроссовки, вступив в собачье дерьмо. Две тонкие руки вытянулись, мускулистые ноги согнулись и Чимин прыгнул вверх, и в действительности не хватало лишь двух сантиметров, этих двух проклятых смешных сантиметров, перед тем, как он с полного разгону упал мордой на пол. Буквально. Лицом в грязную землю, задницей гордо в воздух. Тогда Чимин был готов оставить свою нынешнюю жалкую жизнь и переехать куда-то за границу, далеко-далеко. — О, мой Бог. Чимин, всё хорошо? Возможно не совсем. С пунцовым щёками от стыда и лицом полным грязи и травы, Чимин взглянул вверх и увидел среди тревожного роя глаз Мин Юнги. Его большая и сильная рука… Хорошо, это ложь. Его маленькая, тонкая и бледная рука легла на плечо Чимина, и Пак был готов поклясться, что в нём только что взорвалась тысяча фейерверков. Но это может быть связано с тем, что остальная часть команды сейчас громко и истерично смеётся над его не особо крутым и достойным падением. Вопреки всему, Чимин проглотил желание встать и свернуть шею каждому, и вместо этого продолжил улыбаться отрепетированной часами перед зеркалом, улыбкой глазами. В конце концов он должен показать себя перед Юнги с самой лучшей и «невинной» стороны. Никто не мог противостоять этой улыбке. Чимин знал эффект. — Это просто царапина, Юнги-хён. Мне жаль, что ты бросил мне мяч. Хорошо, Чимин, сейчас ещё поморгай глазами и грустно надуй губы, чтобы показать Юнги, как тебе тяжело. И возможно немного своей симпатии. Совсем чуть-чуть. Юнги, а так же капитан баскетбольной команды Пусанской Высшей школы, присел на корточки рядом с Чимином, и тревожно посмотрел на коленную чашечку младшего, с которой шла кровь. — Нужно это продезинфицировать. Отвести тебя в медпункт? В медпункт? Вместе с Юнги? Щёки Чимина уподобились спелому томату, когда он только представил, какие нереалистичные сценарии могли бы произойти, в этой тесной маленькой комнатке между ними двумя. Был ли это шанс, которого ожидал Чимин последние три года? Была ли эта унизительная, неловкая сцена перед всей командой причиной для чего-то хорошего? Чимин уже открыл рот, чтобы принять предложение светловолосого, который с ним примерно одного роста, если убрать один сантиметр. Он был готов к тому, чтобы воплотить в жизнь все свои соблазны, но видимо такова его судьба, ведь снова что-то стояло у него на пути. У этой так называемой судьбы было имя — Чон Чонгук. — Юнги-хён, я сделаю это. Ты ведь капитан, не так ли? Оставайся с командой, а я займусь Чимином. Чимин слышал, как голос позади него становился слышен всё отчётливей и отчётливей. И хоть он ещё и не видел лицо молодого Дьявола, но его уже воротило от его присутствия. Фейерверки и приятные покалывания исчезли вовсе, когда руки его упомянутого и нежелательного однокурсника легли на его плечи, но при этом рука Юнги, которая всё так же лежала на руке Пака была совершенно сдержанно оттолкнута. К разочарованию Чимина, Юнги сразу же улыбнулся и обнажил свои, ох, такие прекрасные, зубы. — Спасибо, Чонгук-и. Я действительно был бы тебе благодарен. Тебе повезло, что у тебя есть такой хороший друг, Чимин. В некоторых сценариях Чимина образовалась такая трещина, которая разделила его иллюзии и мечты на две части. Разъяренный… Нет, момент, это слишком преуменьшено, разгневанный, настолько, что готов послать Чонгука в ад и обратно, Чимин повернулся лицом к этому ублюдку и в его взгляде так и читалось «Я убью тебя». На Чоновом же лице вновь было его обычное выражение «Я лучше тебя во всём, так что преклонись передо мной». Он ухмыльнулся, а его сильные руки опирались на его бёдра. — Вот только не пытайся снова. На этом уроке ты так жалок. Чуть дальше раздался громкий и глубокий голос Юнги, который так любил Чимин, и от которого на его теле неоднократно появлялись мурашки: — ПЕРЕРЫВ ОКОНЧЕН! ХОРОШ, НАРОД, НЕ БУДЬТЕ ТАКИМИ ЛЕНИВЫМИ! Но слышав голос Чонгука, Пак мог только закатывать глаза. Внутренне он грустил из-за того, что Чон вновь сумел ему испортить столь редкий и уникальный шанс. Чимин встал на свои шаткие ноги, к которым успели прилипнуть маленькие камешки и на коже остались маленькие, едва заметные отпечатки. — Закройся! — Чимин быстро вытер грязь со своего лица и своих шмоток, направляясь к медпункту. Его рана колола и горела, и этого было достаточно, чтобы послушать Юнги и пойти продезинфицировать рану. Даже если после этого она всё равно будет всё ещё пылать. Возможно это были три или четыре ковыляющих шага, которые отделяли его от Чонгука, прежде чем он присоединился к нему и пошёл рядом с ним. Чимин всё ещё оставался смущённым. Пак задрал голову и посмотрел на Чонгука. Да, он был высоким. Хоть и Чонгук был на два года младше его, это не помешало признать Чимину, что тот был выше его где-то на пятнадцать или двадцать сантиметров. — Что ещё? Я не собираюсь сейчас с тобой возиться. Потеряйся, Чонгук. Неудивительно, что эти двое не ладили друг с другом и не могли терпеть друг друга. — Думаешь, у меня есть желание проводить с тобой больше времени, чем требуется? Я делаю это не для тебя и не из-за того, что твоё колено кровоточит. Я делаю это для Юнги. Так-то я пообещал ему, поэтому я теперь и провожаю тебя, карлик. Нет, это было действительно неудивительно. — Хорошо, делай, что хочешь. Вот только не думай, что у тебя есть больше шансов. Рано или поздно Юнги заметит твои нечестные мотивы, придурок. Это было неудивительно, потому что они оба были соперниками. Соперниками в вопросе любви. И целью был никто иной, как Мин Юнги.

***

Возможно Чимин был просто очень чувствителен к боли и склонен к малейшим царапинам. Но его колено горело из-за заражения, прямо как Ад, и Чимин правда старался не стонать каждые две секунды от боли, потому что Чонгук следил за каждым его шагом и издавал тихие смешки, но это происходило автоматически, и он ничего не мог с этим поделать. Конечно, это должно было произойти в тот момент, когда все доступные школьные медработники просто исчезли кто знает куда, и они определённо сейчас не там, где должны быть, и Чимин был вынужден обрабатывать рану сам. В то время, когда мистер «Я был так полезен, Юнги» прислонился к одному из окон и просто смотрел на улицу. Если быть точным, то смотрел он на человека, находившегося на баскетбольном поле, ведь из этой комнаты открывался очень хороший вид. И если снова уточнить, это был прекрасный блондин, который отражался в глазах чёрноволосого и который собирался забросить мяч в корзину, и о чудо — это удалось. На самом деле, то Юнги попадал каждый раз, когда бросал мяч. Он был кем-то вроде гения, когда доходило дело до баскетбола. Это объясняло, почему он капитан. Гордо, однако так, чтобы Чимин не заметил, Чонгук поднял кулак в воздух, а затем повернулся и вновь посмотрел на несчастье перед ним. — Ты должен покончить с баскетболом и покинуть команду. Ты играешь ужасно. С какой стати нужно говорить о чём-то вокруг, если можно просто вновь начать шипеть друг на друга. Чимин что-то нервно пробурчал и наклеил пластырь на чистую и продезинфицированную рану. — Спасибо тоже. Но если я играю ужасно, то ты абсолютная катастрофа. Думаешь, почему Юнги не передал тебе мяч? Потому что ты тот, кто должен оставаться при своих неудачных рисунках, — хорошо, что у Чимина был тот же девиз, — Кроме того, ты должен прекратить пялиться на Юнги постоянно. Ты кто? Сталкер? — Чимин указал на окно, через которое несколькими минутами ранее Чонгук глазел на Юнги не моргая. Чёрноволосый покраснел, потому что думал, что Чимин был слишком занят, чтобы заметить это. Но ему удалось довольно быстро вновь придать себе независимый вид и оторваться спиной от стены, чтобы вновь предстать перед Чимином с сердитым выражением лица. Никто не сумел оскорблять его бесспорный талант к рисованию. Это обрадовало Чонгука, ведь Чимин сразу же испугался и немного отодвинулся назад. — В конце концов, я не падаю специально на морду перед Юнги, чтобы он меня пожалел. Ты жалок, Чимин. В принципе, как и твои методы. Теперь пришла очередь Чимина злиться и приходить в ярость, и тыкать Чону указательным пальцем в грудную клетку, чтобы хоть как-то увеличить расстояние между ними. — Ты действительно думаешь, что я сделал это намеренно? Это было неловко, ты, идиот! Чонгук сделал пару шагов назад, хоть ему и не было больно. У него просто не было большой нужды находиться рядом с Чимином. Однако слова Чимина его позабавили. — Действительно, это было неловко. По крайней мере, хотя бы это твоя гороховая голова поняла. Я бы с удовольствием сделал пару фото, как ты лежишь в грязи, к которой ты теперь собственно принадлежишь. Потом я бы показал это Юнги, чтобы он понял, какой ты неудачник. Причём ничего не поменяется. Это и так понятно, что у меня шансов больше, чем у тебя. Чимин скрестил руки на груди и поднял брови, чтобы выглядеть в Чонгуковых глазах, как Дива. — Ох, и как ты это сделаешь? — он просто мастерски пропустил мимо ушей некоторые предложения. Окей, в действительности он лишь проигнорировал их. Это просто случалось, когда одна из его слабостей оказывалась замечена соперником. Он был смущён всей историей, его глупый рот мог бы и промолчать. Чонгук указал на Чимина сверху-вниз пальцем, только для того чтобы показать на себя и повторить: — Разве это не очевидно? Ты сравниваешь нас обоих? Достаточно. Это было не так, Чимин не был задет словами Чонгука. Возможно, его гордость немного треснула, поскольку он был прекрасно осведомлён, что младший может предложить гораздо больше в плане внешности. Но игра между ними ещё не окончена. Нет, это только начало. Чонгук не должен воображать, что он победил, пока Чимин ещё не сделал свой окончательный ход. Вот почему гордый Чимин покинул комнату, пахнущую средствами дезинфекции, даже не обращая внимания на насмешки младшего. Ну подождём.

***

Появление Чимина выглядело бы гораздо круче, если бы он не столкнулся со своим лучшим другом, как только вошёл в дверь. Ну, по крайней мере, он не упал на свою задницу. За сегодня падений ему уже хватило. Причём его задница была драгоценной, но не для жёсткого пола. Это было ровно за секунду до того, как злоумышленник заключил его в своих объятьях и тряс его, как сумасшедший. — ЧИМИНИ! Можешь поверить? Я только что был на баскетболе, потому что хотел подбодрить тебя, потому что я твой лучший, лучший друг, которого только можно представить. Хорошо, возможно я ещё хотел занять немного денег у тебя, потому что я действительно, действиииииительно очень голоден. Чимин закатил глаза. — Тогда Юнги подошёл ко мне и рассказал, что ты упал! Я даже сначала закричал на всё поле, а потом чуть не упал в обморок, но потом… Секунду, это не так важно…но в любом случае, я сообразил, что твоя жизнь может быть в опасности, и я побежал сюда… И скажи мне честно, насколько это серьёзно? Тебе всё ещё больно? ДОЛЖЕН ЛИ Я ВЫЗВАТЬ СКОРУЮ? Огорошенный и изумлённый Чимин всё ещё слушал болтовню Тэхёна и задавался вопросом, почему он является его лучшим другом. Хотя он знал ответ. Его мать и мать Тэхёна были подругами уже тогда, когда этих двоих и в помине не было. Так что это вина его матери, что Чимину теперь приходится иметь дело с чем-то подобным. Но когда он проигнорировал часть про деньги и «я чуть в обморок не упал», то услышал, что его друг вероятно волновался за него. Немного. После того, как Чимин громко вздохнул, он положил свои руки на плечи Тэхёна, чтобы немного отодвинуть его в сторону, потому что он всё ещё его тряс, и у Чимина начинала кружиться голова из-за этого. — Боже мой, Тэхён, успокойся. Со мной всё хорошо, только небольшой шрам на ноге. Тэхён просканировал своего друга с головы до ног и убедился, что с его другом действительно всё хорошо. Это действительно имело смысл. Если бы Чимин потерял палец, что могло случиться при падении, то, конечно, он бы пошёл в больницу, а не стоял бы здесь. Да, это было бы совершенно иррационально. — Ладно. Кажись, всё хорошо, — довольно кивнул Тэхён и развернулся, чтобы вернуться к своему обеду. — Знаешь, я почти что банкрот… Помнишь ту новую игру Battlefield, про которую я тебе рассказывал? — что же, остальное объяснялось само собой. — Так… Э…Чимини, можешь мне занять немного? — Тэхён протянул две свои ладони, складывая их вместе, как бы намекая Чимину, чтобы тот положил туда деньги. Но вместо это Чимин хлопнул по рукам Тэхёна, игнорируя то, что его собственные руки горели так же, как и руки Тэхёна. — Твоя вина. Если хочешь есть, то иди попрошайничай у Сокджина. — Эй, Чимин! — Чимин-хён, — Чимин предупредительно выставил указательный палец. — Ну, камон! Ты не можешь требовать, чтобы я называл тебя хёном, только из-за трёх месяцев разницы. Хорошо! Я забираю свои слова обратно! Даже если бы ты сейчас лежал вот тут на полу и просил о помощи, то я бы никогда не вызвал скорую, — Тэхён поджал свои сухие губы. Вероятно, Сокджин был в чём-то виноват. — О, у нас есть что-то общее, — похоже, что Чимин уже успел забыть о присутствии Дьявола и просто вытеснил его из своей головы. — ЧОНГУК! — Тэхён забыл про свои детские лепетания и сжал Чонгука в крепких объятьях, как он делал это раньше с Чимином, вот только не тряся Чона со стороны в сторону. Да, это выглядело, как предательство. Хоть Чимин и был лучшим другом Тэхёна, тот называл и Чонгука своим лучшим другом тоже. Он постоянно играл с Чоном в разные онлайн игры, пока Чимин сидел дома и скучал. Но чтобы быть справедливым, нужно упомянуть, что Тэхён хорошо общался почти с каждым. Даже пять кошек, которые выбрали эту школу в качестве своего дома, постоянно ходили за ним следом и ласкались с ним. Казалось, что невозможно не любить его. Через мгновение, в голове Тэхёна как-будто что-то щёлкнуло, и он оттолкнул Чона от себя и загадочно посмотрел сначала на Чимина, а потом на Чона. — Подождите-ка! Вы двое вышли из медпункта… Вы двое были в одной комнате? Я что-то пропустил? — он вопросительно поднял брови и ухмыльнулся, что-то подозревая. — Так! Чтобы ты там себе не придумал — остановись! — ошеломлённый Чимин поморщился, — Этот идиот просто последовал за мной, — Чимин указал на Чона, чтобы дать понять Тэхёну, что тот ни в коем случае ничего не пропустил. Профиль Чонгука выглядел раздражённым и он искоса посмотрел на Чимина. — Я сделал это только потому, что Юнги хотел этого. В отличие от тебя, для меня его слова важны, хренов карлик. Возмущённый Чимин мгновенно повернулся к Чону, что что-то в его шее аж хрустнуло. Он уже хотел открутить ему голову за это оскорбление, если бы Чон не решил закончить эту дискуссию, разворачиваясь и уходя. Либо Тэхён просто не хотел слышать однозначное оскорбление Чона, которое он бросил Чимину прямо в лицо, либо был слишком глуп, чтобы проверить, что это было, поэтому он уже снова нацепил на лицо жирную ухмылку и приподнял бровь. — Что это… — Я, конечно, не знаю, что это должно было быть, но, возможно, я должен тебе ещё раз напомнить, что я сохну по Юнги? С тех пор, подожди… Да, уже чёртовых три года. Кроме того, Чон не соответствовал даже самому дальнему типу Чимина. У него не было определённых требований, просто это должен быть кто-то, кто улыбается так же, как и Юнги. И ещё этот человек должен быть способным показывать свои чувства. К тому же, быть полной противоположностью этому грубияну, в персональном словаре которого не было даже слова «милый», а только «каждый, кто сумеет хотя бы подойти ко мне, познакомится с отцом моим — господином Ада». Чонгук, Чимин был просто уверен в этом, не испытывал никаких чувств. Поэтому он не заслужил такого человека, как Юнги. Тэхён цокнул языком и отбросил свою мягкую чёлку назад, которая сразу же упала обратно на его лицо. — По-прежнему? Чимин, это очень скучно. Мне действительно очень жаль твою руку, потому что она должна постоянно надрачивать твой член. Я говорил тебе, что это определённо причина твоего плохого настроения? Чимин должен уже бы привыкнуть к таким высказываниям своего друга, но нет, он не мог. Он просто не мог привыкнуть к такому. Он ужаснулся и громко выдохнул, а его щёки вспыхнули огнём. — Только потому, что ты каждую ночь проводишь с Сокджином, это не означает, что и я должен быть таким озабоченным. Кроме того, мои шансы не так уж и плохи на данный момент. Юнги действительно забеспокоился тогда, и если бы Чонгук не вмешался, то тогда, друг мой, мы могли бы с Юнги вместе пойти в медпункт и сделать то, о чём ты думаешь и многое другое! Много, много другого. Чимин мечтательно положил свои ладони на щёки и влюблённо улыбнулся, и Тэхён был вынужден брезгливо застонать от этой картины: — Ты отвратительный! Чимин опустил свои руки, чтобы ткнуть пальцем в лоб Тэхёна, где позже осталось красноватое пятнышко, и сказать: — Не настолько отвратительный, как ты и Сокджин. Тэхён тяжело вздохнул, держа свои обе руки на его лбу, куда Чимин его стукнул. — Чёрт, Чимин. Почему ты такой агрессивный сегодня? Прекрасно! Я даже не скажу тебе, что твои танцевальные курсы начались десять минут назад. Чимин прищурил свои глаза, — Но всё же ты как раз… — и расширил их в следующую секунду после того, как прозвучали слова «танцевальные курсы» Потом Чимин пробежал мимо Тэхёна с такой скоростью, что его волосы развевались из-за такого потока воздуха. Ха, точно. Он побежал. Больше нет.

***

Чимин так громко и агрессивно открыл дверь в танцевальный класс, что она впечаталась в стену, поэтому было неудивительно, что сейчас на него было обращено множество взглядов, которые заставили его покраснеть. Но с другой стороны, это было не всегда так, что опоздавший только на пару минут на урок, выглядел, как будто он совершил тяжкое преступление. Чимин действительно не мог выглядеть по-другому, потому что обычно он был очень пунктуальным учеником. Но для Тэхёна всё выглядело иначе. Пунктуальность для него была незнакомым словом. Он так часто опаздывал на занятия, что даже Чимин смотрел на него взглядом «Что ты, чёрт возьми, тут делаешь?». — Простите за опоздание, — Чимин виновато наклонил голову и опустил взгляд на свою баскетбольную форму, ведь у него не было времени, чтобы пойти переодеться. Хоть и перерыв между баскетболом и танцами был длиной лишь в десять минут, Чимину всегда удавалось успеть переодеться. Но эти десять минут он потратил на своего бывшего друга Тэхёна. Хосок, руководитель танцевальных курсов, нашёл это забавным и теперь внимательно смотрел на новоприбывшего ученика, который был одет в неподходящую одежду. — Мы не хотим больше терять время, Пак Чимин. Так что не стой, как вкопаный, и становись на своё место. Чимин как можно незаметнее пытается закатить глаза. В конце концов, он и Хосок были почти одного возраста. Кроме того, они с Юнги встречались пару раз вне школы. В большинстве случаев они праздновали что-то, и Тэхён с Хосоком были порядком пьяны. Вот только он стал совершенно другим, когда начал вести этот курс. В отличии от Юнги. Юнги не потерял свою теплоту и мягкость, в отличии от команды, которая была довольно строгой. Чимин сразу понял, что это был танец группы Mirotic, и встал на свою позицию, прямо за Хосоком. Тогда уже, когда Хёна, которая не стала участвовать в этом танце, включила музыку и маленькая комната наполнилась звуками мелодии. Одновременно начали перемещаться сразу восемь человек, делая это красиво, синхронно и безошибочно. И можно было бы назвать общую картину прекрасной, если бы не один человек, который постоянно делал что-то не так. И этим человеком был Чимин. Он снова и снова запутывался в своих собственных ногах или же делал неверные шаги. Или же он двигался слишком медленно, пока остальные делали это быстро. Его концентрация была действительно на нуле. Он снова был вымотан. Полтора часа баскетбола и ещё игра, которая включает в себя элементы полноценной тренировки, и конечно же его тело и концентрация были вымучены до предела. Снова. В последнее время это случалось слишком часто. Конечно же это и заметил Хосок, который не избегал ошибок. Он поднял свою руку и маякнул Хёне, чтобы та выключила музыку. — Небольшой перерыв! Чимин тяжело дышал и медленными шагами направился к зеркалу, чтобы присесть около него. Но у него с собой даже не было его сумки с бутылкой воды, поскольку та всё ещё лежала на баскетбольном поле. Разгневанный на себя самого, Чимин провёл рукой по потным волосам. Хосок не заставил себя долго ждать, и, несмотря на жару, сел рядом с Чимином, не оставляя ему места для манёвра. Но Чимину не хватало мотивации и силы, чтобы ускользнуть в сторону. Он лучше будет страдать от жары, нежели ещё раз напряжёт хоть мышцу в своём теле. — Я слышал, что ты поранился, — Хосок указал на пластырь на колене Чимина, его было полностью видно, поскольку баскетбольные шорты были слишком коротки. Чимин посмотрел на своё колено. Он уже успел забыть об этом, когда Хосок ещё раз ему напомнил о его ране. Поэтому он просто пожал плечами и сказал Хосоку, что это лишь пустяк. — Это только царапина. Хосок понимающе кивнул и, казалось, задумался о чём-то на мгновение. Казалось, что он так напряжённо о чём-то думал, что он даже приставил два пальца к своему подбородку и произнёс тихое «Хмм», при этом не отрывая своего взгляда от пластыря. Чимин с интересом наблюдал за этим, думая, что это имеет непосредственное отношение к нему самому, ведь Хосок сел рядом с ним не без причины. Похоже, он пришёл к выводу, и его руки опустились, и он неуверенно, но твёрдо взглянул на Чимина и произнёс: — Я хотел бы, чтобы ты не выступал на летней вечеринке в субботу. Ошеломлённый Чимин посмотрел Хосоку прямо в лицо, не зная, как ему реагировать. Так как он, насколько ему было известно, ничего плохого не сделал. Хорошо, сегодня он опоздал на пару минут и, возможно, сделал чуть больше ошибок, чем другие, но ведь это не достаточная причина для того, чтобы исключить его из предстоящего выступления, учитывая, что они все так упорно трудились. — Ч…Что? Хосок вздохнул и положил руки на собственные бёдра. Это было что-то вроде привычки, он всегда так делал, когда ему доводилось делать что-то слишком трудное для него. — Послушай, Чимин. Это не имеет отношения к твоим навыками или достижениям, даже не смотря на то, что ты сделал сегодня много ошибок. Настоящая причина моего решения — это твое переутомление. Большинство из нас рады посещать курс, при этом готовясь к экзамену. Но у тебя не один экзамен, а целых два. Кроме того, они проходят почти в одно и то же время, и связаны с большой физической нагрузкой. Чимин испуганно развернулся к Хосоку всем своим корпусом и панически замахал руками перед собой, пытаясь отрицать заявление Хосока. — Но это пустяки! Я справлюсь с этим! У меня есть на это время… Но Хосок покачал головой и дал понять Чимину, что это окончательное его решение. — Ты совершенно истощён, а мы ведь ещё даже не начали нормально. Так как же нам практиковаться? Я хочу, чтобы ты решил. То есть… — Минуту… Ты думаешь, что я должен выбрать между баскетболом и танцами? Вообще-то, это не было слишком сложным решением для Чимина. Танцы он любил, а баскетбол нет. Но зато любил Юнги. Если он оставит баскетбол, то подарит Чонгуку совершенно свободный путь и, в качестве бонуса, билет прямо к сердцу Юнги. Он ведь совершенно не задумывался над тем, что происходит у него в голове. « — Я ведь делаю это для Юнги!» Чимин сложил свои обе ладони и потёр их в умоляющем жесте. — Ты должен выбрать, Чимин. Это только для тебя, ни для кого другого. И как теперь Чимину разрешить эту сложную задачу?

***

— Хён! Подожди! В конце концов это должно было случиться, потому что Чонгук не зря поджидал Юнги целый час около школы. И, конечно же, Юнги должен был выйти со школы именно тогда, когда Тэхёну резко понадобилась помощь, ведь сам он донести учебники в школьную библиотеку не в состоянии. Прошло пять минут. Пять смешных минут после того, как Чон покинул свой пост ожидания. При этом всё должно было выглядеть совершенно случайным. Он даже подготовил фразу заранее: « — О, Юнги-хён, ты идёшь домой? Я как раз хотел кое-что спросить у тебя.» Но благодаря Тэхёну, которого он теперь проклинал во всех отношениях, он должен был теперь бежать и орать, как ненормальный через всю площадку. Юнги выглядел свежо и уже успел переодеться, и сердце Чонгука даже на момент замерло, когда Юнги посмотрел на своего донсена снизу-вверх, как это всегда делал Чимин, вот только с небольшим отличием, ему бы Чонгук ни за что не стал говорить какие-либо глупости по поводу роста. — Что случилось, Чонгук-и? Почему ты тут так поздно? Я ждал тебя. — Д-да… Я Тэхёну помогал, — это не было ложью, но в то же время Чонгук злился, что он снова заикался перед Юнги. Это происходило автоматически, когда он находился рядом со старшим. Юнги понимающе кивнул и поправил свою тяжелую спортивную сумку. У Чонгука на секунду возникло желание взять его сумку и понести. — Хорошо, ты хотел что-то ещё? Когда Чонгук нервничал, то складывал свои руки на груди и начинал дёргать свои пальцы и ногти, как ненормальный. Так же, как и сейчас. — Эм…знаешь…я скоро должен сделать художественный проект, чтобы получить итоговую оценку с изобразительного искусства…и…эм… Да, Чонгук тренировался перед зеркалом несколько раз, чтобы спросить Юнги и выглядеть при этом как можно круче. Только он должен был понять, сколько бы усилий он мог сэкономить. Юнги всегда испытывал слабость к своим двум любимым донсенам Чимину и Чонгуку, поэтому находил их застенчивость довольно милой. Поэтому он не мог не улыбнуться, несмотря на свою огромную усталость. Юнги поощрительным жестом взъерошил волосы младшего, не подозревая, какой ураган эмоций он в нём вызвал. — Да говори уже. Чем я могу тебе помочь, Чонгук-и? Щёки Чонгука вспыхнули, и он начал глотать так часто, что его гортань быстро задвигалась. — Я бы хотел нарисовать тебя… — Юнги? Как ты? О чём болтаете? Ха. Чонгук был так сильно сконцентрирован на Юнги, что и не заметил человека рядом с ним. Так же он понял, что этот человек явно был недоволен просьбой Чона, если он правильно понял его выражение лица. Этим человеком был Хосок. Что же, на самом деле, Чон мог на это рассчитывать. Они всегда были вместе во время школьного перерыва и даже приходили в школу вместе. Хосок так посмотрел на Чонгука, что младшего аж передёрнуло и он стыдливо опустил взгляд, чувствуя себе неуютно. — Тема простая… Фотография… Человек с чем-то материальным, он должен выглядеть подлинным, насколько это возможно…и я подумал, что можно было бы нарисовать тебя с баскетбольным мячом в руке, это имело бы смысл…так что…и если ты не против… Первая часть пояснения была предназначена для Хосока, и Чон надеялся, что этого ему было достаточно, поэтому когда он закончил, он снова взглянул на Юнги. Он, в отличии от своего лучшего друга, который скептически нахмурился и пропустил слова Чона мимо ушей, ответил: — А почему я? Почему ты не спросишь Чимина? Вы всё же дружите вместе, и я почти уверен, что ему понравится твоё предложение. Ну разумеется. Это была самая настоящая ирония. Почти все ученики знали про борьбу Чимина и Чонгука, как и про причину этой борьбы. Были даже те, кто спорили между собой, кто в итоге одержит сердце Юнги. И только цель их спора была совершенно не в курсе того, что происходит вокруг. Нет, Юнги даже думал, что эти двое — лучшие друзья. Отчасти потому, что из-за Тэхёна им приходилось проводить перемены вместе или же есть в школьной столовой. Что чаще всего заканчивалось полной катастрофой, поскольку Чимин и Чонгук ссорились, бросали друг в друга еду, над чем Тэхён просто смеялся и наблюдал, как за какой-то комедией. — Хён, мы с ним общаемся лишь из-за общего друга и баскетбола. Мы не друзья, — Чонгук скривился от этой мысли. Юнги задумался и положил оба указательных пальцев на свой подбородок. — Но ведь утром ты ему помог? Хорошо, Чонгук едва не проболтнулся, что он сделал это для Юнги, потому что он слишком милый. Это бы осветило его с дурной стороны. И это было последним, чего он хотел бы. — Эм…я просто молодец? Н-но я всё равно хотел бы нарисовать тебя, — его гримаса отвращения вмиг превратилась в щенячий взгляд, перед которым никто не мог устоять. Такую, что даже Юнги не мог. Он вздохнул, ведь у него действительно не было мотивации это делать. Но это наверняка изменится, после того, как он немного отдохнёт и поспит. — Тебе повезло быть моим любимым донсеном… Так что, когда начнём? Наверное, стоит ещё упомянуть, что Хосок уставился на Юнги после этого и, кажется, хотел что-то сказать, но Юнги стукнул своей ладонью по его губам и сказал: — Поговорим позже. Конечно Хосок остался недоволен таким раскладом и что-то пробормотал себе под нос. Но Чонгук даже не обратил на это внимания. Он так сильно этому радовался, что теперь по-дурацки улыбался и даже прыгнул в воздух. Мысленно. Естественно, мысленно. Или же его заскоки прыгали в воздух от радости. — Спасибо, хён! Поэтому я хочу пригласить тебя на ужин! Это был просто идеальный момент, за исключением плохого настроения Хосока, которое было уничтожено одним человеком за мгновение. — Тебе по крайней мере не хватает ещё десяти лет, чтобы пригласить хёна на ужин. Чонгук раздражённо повернулся к владельцу этого высокого голоса и сузил глаза. — Чимин… — он произнёс это имя, как что-то ядовитое или оскорбительное. Конечно, это всё осталось непонятным для Юнги, который в тот же момент громко рассмеялся. — Мне хватит и простого спасибо. Только если бы я платил, ведь было бы немного странно, если я пригласил бы того, кто младше меня, не думаешь? Это немного задело гордость Чонгука, пусть и Юнги не имел ввиду ничего плохого. Потому что это не изменило того факта, что Чонгук прямо сейчас хотел заткнуть рот Чимина своим грязным носком, только бы тот перестал хихикать. — О…Окей, завтра подойдёт? Потом у меня просто уроки искусства… Юнги кивнул и украдкой взглянул на свои наручные часы, потому что уже было достаточно темно. — Да, завтра вполне сойдёт. Чимин, ты же проведёшь его домой, правда? Вам же всё равно нужно идти в одном направлении. Чимин уже перестал хихикать и проглотил все возражения. Вообще-то он не так представлял себе вечер понедельника. Вместо этого он поднял свой большой палец и стал рядом с чёрноволосым. — Конечно, хён. Можешь полагаться на меня. Чонгук закатил свои глаза. У Чимина было свойство, за которое Чон его особенно ненавидел. И это было его умение постоянно вмешиваться в его разговор с Юнги. Хотя он и сам так часто делал, умело вытесняя Пака. — Хорошо, тогда увидимся с вами двумя утром. Не наделайте глупостей, — бледная рука Юнги легла на плечи Хосока и намекнула ему, что они уже должны идти, потому что во время разговора Хосок был полностью погружён в свои мысли. Чонгук и Чимин быстро попрощались, при этом не замечая, как Хосок посмотрел на них предупреждающим взглядом.

***

Летний тёплый ветерок играл с волосами Чонгука и Чимина, а сами они стояли и смотрели вслед уходящему Юнги, пока он совсем не пропал из виду. Чонгук нервно взглянул перед собой и украдкой на Чимина, и быстрыми шагами пошёл прочь. — Когда ты уже наконец услышишь, что ты только мешаешь? Чимин последовал за Чоном. Конечно он сделал это, потому что, к сожалению, они действительно жили в одном с Чонгуком районе. Но, однако, он всё ещё отставал от Чона на пару шагов. Во-первых, потому что у него были короткие ноги, и он не успевал за быстрым темпом Чонгука, а устраивать гонки он не намеревался. А во-вторых, у него была очевидная причина — он просто не хотел идти рядом с Чонгуком. — Я прекращу, если ты прекратишь. Когда ты наконец-то поймёшь, что Юнги не гигантская кукла, с которой можно поиграть? Возможно, это было немного глупо, потому что Чимин говорил довольно громко, и мимо проходящие люди всё слышали и тихо хихикали. Но он был настолько увлечён оскорблением Чонгука, что просто не замечал этого. Чонгук засунул свой сжатый кулак в карман и ему ничего сейчас больше не хотелось так сильно, как задушить Чимина за следующим углом. — Думаешь, ему нужен такой плакса, как ты? Он согласился. Чимин был очень чувствительным человеком, и мог заплакать ещё до того, как с ним приключалось что-то плохое. И после того, как Чон увидел, что Чимин расплакался прямо на уроке из-за того, что Тэхён лежал дома с лихорадкой, он снова начал называть его плаксой. Чимин повёл себя не очень благородно, не говоря уже о какой-либо зрелости, бросая в Чона пустую пластиковую бутылку, поднятую с асфальта. Но она пролетела мимо цели и приземлилась где-то недалеко от Чона. — Это лучше, чем быть таким глупым мелким засранцем, как ты! Юнги в любом случае стоит кого-то, кто хоть как-то способен высказывать свои чувства! Хоть и бутылка миновала свою цель, Чон всё равно вздрогнул и остановился. — Серьёзно? И это ты называешь меня мелким? Чимин остался совершенно невозмутимым. Он продолжил стоять и со всего маху влепил ему подзатыльник. — Совершенно верно! И именно по этой причине ты должен называть меня хёном! Уважение к старшим, не слыхал, нет? Чонгук фыркнул и отпихнул Чимина назад. Конечно не очень сильно. Он не хотел действительно причинить ему какой-либо вред, только немного увеличить расстояние между ними. Потому что, хоть он и постоянно угрожал, все жё Чонгук не был другом насилия. — Во всяком случае, оставь меня в покое. Ты у меня уже в печёнках сидишь, карлик. На этот раз он не дал Чимину ответить и просто убежал. Точно, он побежал. Правда, он случайно пробежал лишние два дома. Потому что они, так сказать, уже давно прибыли в пункт назначения, но Чон этого не заметил. Он развернулся, и быстро исчез в своём доме, даже не посмотрев на Чимина. Тот, конечно же, сразу рассмеялся вслух.

***

Чимин лёг в кровать, испытывая мышечную боль в ногах и руках, и с наслаждением застонал. Он отодвинул одеяло в сторону и лишь немного прикрыл им ноги. В его комнате было около тридцати градусов, потому что кондиционер решил сломаться прямо в середине лета. Поэтому он делал так каждый вечер, это, так сказать, был обычный и рутинный процесс, перед тем, как Пак уснёт. Он схватил свой дорогущий смартфон с чехлом на молнии, на котором было напечатано его совместное селфи с Юнги, и открыл приложение Фейсбука, чтобы проверить, чем тот занимался. Сталкерство. Сначала это звучало, как что-то страшное и неприятное. Однако, он ведь только просматривал его записи и записи, в которых был отмечен Юнги. Которых, кстати, было очень много, ведь он был капитаном баскетбольной команды и самым популярным учеником в школе, так что это было неудивительно. Потом он смотрел, были ли новые лайки и комментарии от Юнги под записями или фотками. Потом он проворачивал схожую схему с Твиттером, Инстаграммом и Снепчатом. Но перед тем, как закончить этот процесс, Чимин с мечтательным выражением лица и глупой улыбкой, долго разглядывал фото светловолосого. Он был настолько углублён в собственные мысли, что поначалу даже не заметил, как телефон в его руке завибрировал. Сначала он на секунду завис, когда увидел оповещение из Какао-тока. Обычно Чимин игнорировал столь поздние сообщения, поскольку в 90% случаев это был Тэхён, и если бы Чимин ответил хоть на одно сообщение, то Тэ уже точно не оставил бы его в покое. Только это сообщение было ни от кого другого, как от Юнги. Чимин сначала испугался, а затем выпрямился, как свеча. Если бы телефон не был столь дорог, то он бы точно его бросил на пол из-за той эйфории, которая им сейчас овладела. Мин Юнги 22:43 Как вы добрались домой? Пак Чимин 22:43 Хорошо, хён.>//< Мин Юнги 22:44 Ты провёл Чонгук-и? Пак Чимин 22:44 Конечно.Ты должен доверять своему донсену: ( Мин Юнги 22:45 Оууу, несомненно, Чимини. Ладно, до завтра. Пак Чимин 22:45 До завтра. Спокойной ночи, хён: D Чимин чуть не отправил сердечко, но вовремя себя остановил и заменил его смайликом. Теперь он лежал и перечитывал три коротких сообщения от Юнги, в которых-то особо и смысла не было, и начал непроизвольно хихикать. Вскоре, это тихое хихиканье переросло в громкое, а позже это уже было похоже на истерический смех, который раздавался на всю комнату. Кроме того, он начал как ненормальный качаться по кровати туда-сюда, держась за живот. — ПАК ЧИМИН! ЗАТКНИСЬ! В ЭТОМ ДОМЕ ЕСТЬ ЛЮДИ, КОТОРЫЕ ХОТЯТ СПАТЬ! Чимин мгновенно замолчал и в панике выключил ночник. Что же, это было неловко.

***

Следующим утром, добродушный и радостно сияющий, Чимин вошёл в класс с корзинкой для пикника. Он не обратил внимания на перешептывания его одноклассников и сел на своё место рядом с подоконником, на который он сразу же поставил свою корзинку. Некоторые девочки, не стесняясь указывали пальцем на Чимина и сплетничали, что это очередная уловка, чтобы заполучить Юнги. Ну да, они точно не ошиблись в своих выводах. Так же пришёл Тэхён, который только в исключительных случаях мог прийти на десять минут раньше. Он быстро снял свою сумку и, положив её на своё место, направился прямо к Чимину. Они не сидели вместе за одной партой, по крайней мере, больше нет. Так как они постоянно мешали и устраивали всякие глупости на уроке, то были вынуждены расстаться, чтобы в классе наконец-то было тихо. — ДОБРОЕ У…Подожди. Ты зачем сюда с корзинкой припёрся? Ты планируешь устроить пикник после занятий? И БЕЗ МЕНЯ? — Тэхён уже в следующий момент был около корзинки и с любопытством заглядывал внутрь. Там было много разных вкусностей. Разные сладости, бутерброды и нарезанные фрукты, поэтому Тэхён потянулся своими загребущими руками, но Чимин вовремя обратил на это внимание и захлопнул корзинку. — Это всё для Юнги, так что руки прочь. Смутившийся Тэхён наклонил голову и сложил свои руки на груди. — Для Юнги? Мин Юнги? Он же не собирается на самом деле на свидание с тобой? Возможно, это было не самой тактичной фразой Тэхёна, поскольку настроение Чимина вмиг изменилось и на его лбу образовались две небольшие морщинки. — И что ты хочешь этим сказать? По-твоему, это маловероятно? — Чимин выглядел оскорблённым. Тэхён быстро взмахнул своими обеими руками. Разъярённый Чимин был не тем Чимином, которого Тэхён предпочёл бы видеть по утрам. — Ох, Чимини, ты же знаешь, что я не это имел ввиду. Ладно, объясни мне уже наконец. Чимин вздохнул и проигнорировал промах Тэхёна в виде исключения. По большей части из-за того, что его «гениальный план» был раскрыт. — Чон Чонгук, тот дебил, спросил Юнги, не может ли тот быть его моделью для его чёртового проекта. И конечно же, я не собираюсь оставлять этих двоих наедине ни на секунду, поэтому эта корзинка — мой пригласительный билет. Возможно, пришло время серьёзно побеспокоиться за шатена, если посмотреть на ухмылку на его лице. Разочарованный ответом, Тэхён вздохнул слишком громко и драматично положил руку тыльной стороной ладони на лоб. — Было понятно, что это связано с Чонгуки. Поэтому я хочу задать вопрос — ты действительно делаешь это для Юнги? Ухмылка на лице Чимина исчезла так же быстро, как и возникла. Покраснев, он посмотрел Тэхёну в глаза. — Хорошо, я попытаюсь объяснить так, чтобы было понятно даже тебе с твоим низким IQ. Я бы скорее предпочёл встречаться с самым жирным человеком в Корее или же с тобой, чем испытывать к Чону хотя бы какие-то чувства. Так понятно? — Ох… Только через мой труп, — Тэхён высунул свой язык и положил свой палец в рот, имитируя отвращение. Чимин соглашаясь, кивнул, потому что даже представить это было странно. Но чтобы позабавиться, он несколько раз моргнул ресницами и положил свои обе руки под подбородок. — Никто не может устоять перед обаянием Пак Чимина. — Оставь свое обаяние себе. Тэхён устал стоять, поэтому в следующий момент он присел на корточки и положил свои локти на парту Чимина, а головой опёрся на свои руки. — Так ты сегодня будешь на курсе искусств? Первый урок уже начался, потому что прозвенел школьный звонок, оповещая всех о начале занятий. Поэтому Чимин начал вытаскивать тетради из своей школьной сумки и класть их на парту, отодвигая руки Тэхёна в сторону. — Ты можешь сделать ставку на это. Учительница истории, которая вошла в класс, тут же сказала всем достать свои учебники и тетради, но Тэхён напрочь об этом забыл. — Для Юнги? В этот раз Чимин просто снова кивнул. Не было чего добавлять. На самом деле он думал, что Тэхён уже услышал это из их разговора. Рассерженный, но не слишком, Тэхён встал, поставив руки в боки. — Я уже столько времени хожу на эти курсы искусства, но мне ты ещё ни разу не принёс чего-нибудь поесть. Как его там…Bros before Hoes, чувак! - Тэхён указал на него пальцем, будто Чимин был обвиняемым в зале суда. Ломанный английский сделал всё более серьёзнее, чем могло бы быть. На самом деле, Чимин должен был считаться с этим, но он всё же не избежал очередного закатывания глаз. Он решил не реагировать на глупые слова Тэхёна и поменять тему. — Тэхён. Ты и Чонгук, вы двое просто не хотите учиться, не так ли? Ты действительно должен взяться за голову вместе с этим идиотом! Тэхён как-будто уже успел забыть, что он расстроен, и опустил свой указательный палец. — Эм… У меня просто нет желания? И если ты забыл, то мы с Чонгуком друзья. Ах да. Это маленький факт Чимин действительно иногда забывал. — Конечно, просто тупой и ещё тупее. Я не могу объяснить иначе. Тэхён ужаснулся. — Я ведь не ещё тупее? Если так, то я просто тупой? Это ведь так? Ладно, этого и следовало ожидать, Чимин. — Ты и то, и другое.

***

— С-стой т-так…как тебе удобно, хён… Юнги кивнул и опёрся на баскетбольный мяч под его ладонью. Он был в своей баскетбольной форме, чтобы всё выглядело более реалистично. Одну свою ногу он положил на другую, и слегка наклонил голову. — Так нормально? Юнги-хён выглядит невероятно круто. Но спасибо Богу, мысли пока остались лишь мыслями. — Е-если т-тебе так у-удобно… Просто ты должен т-так простоять о-около получаса. Чонгук не хотел пугать Юнги, это вообще было бы последним, что Чонгук хотел бы. Но в то же время, было бы очень не удобно, если бы им пришлось каждые пять минут отвлекаться. Блондин драматично вздохнул. — Я слишком стар для этого, — но, конечно же, он пошутил и продолжил стоять в той же позе, хоть возможно в шутке и была доля правды. Игриво надув губы, Чонгук сложил свои руки перед собой. — Хёёёёён, — он знал, что это было лишь шуткой, но очень боялся, что Юнги всё отменит. Юнги хихикнул, и мяч чуть не упал на пол, поэтому ему пришлось крепко за него схватиться и вернуться в исходное положение. — Ладно, я с удовольствием это сделаю, Чонгук-и. Чонгук с облегчением кивнул и благодарственно улыбнулся Юнги, прежде чем вновь взяться за кисточку и палитру. Но тут дверь в соседней комнате, где рисовали другие ученики, распахнулась. Но Чонгук не обратил на это внимания, ведь ученики часто опаздывали на курс. По крайней мере, он не обращал на это своего внимания, пока учительница Йо не произнесла: — Чимин, что ты тут делаешь? Чонгук раздражённо цокнул языком и сжал кулаки. Чимин же наоборот был в прекрасном расположении духа. На его лице вновь присутствовала жирная ухмылочка, как и утренняя корзинка для пикника в руке. Некоторые девушки из его класса сразу оживились и начали перешёптываться: « Я знала, что это было для Юнги.». Некоторые же говорили, что он просто хочет отравить Чонгука. Но если быть честным, то Чимин действительно приложил много усилий. Он даже специально встал в 4 утра, чтобы успеть всё это приготовить. — Здравствуйте, госпожа Йо. Я принёс еду для модели Чонгука. Я подумал, что он будет голоден после этого всего… — и в доказательство своих слов, Чимин поднял корзинку вверх. Вообще-то, нельзя, чтобы ученики с других курсов находились на занятиях, но Чимину повезло, потому что госпожа Йо была довольно добросердечной женщиной. — Ох, Чимин, это действительно очень мило. Они тут, в соседней комнате. И если для Чимина это было везением чистой воды, то для Чонгука же проклятьем. Чимину не нужно было повторять дважды, поэтому он быстро поблагодарил учительницу и направился в подсобное помещение. — Я ВСЁ ЕЩЁ ЗДЕСЬ, ЕСЛИ ТЫ НЕ ЗАМЕТИЛ! — Тэхён встал, дико размахивая руками и указал на себя. Ему снова удалось опозорить и себя, и Чимина. Чимин проигнорировал Тэхёна и попытался скрыть свои красные щёки, в то время как другие ученики начали хихикать. Едва Чимин успел войти в соседнюю комнату, где стоял только один холст по середине комнаты, и огромная белая простыня, на которую нужно было поставить нужную модель, он встретился со взглядом полным ненависти. — Чимин… Только одно слово. Его собственное имя, но вот только с уст Чонгука это звучало, как угроза. Но Чимин остался невозмутим, и поставил корзинку на пол. — Чимин-хён, — поправил его Пак. Он наконец-то был в той же комнате, что и Юнги. — Юнги-хён, — произнёс Чимин с улыбкой на пол лица и помахал Юнги. Юнги коротко улыбнулся. — Ты принёс с собой еду? Ох, Чимини, это не было столь необходимым. — Юнги-хён прав, — Чонгук нервно сел на свой стул и воткнул свою кисточку в краску, чтобы сделать первый мазок. В конце концов, он не хотел заставлять Юнги ждать. Но ожидание Чимина для Чона не стоило совершенно ничего. Чимин был так увлечён улыбкой Юнги, что он просто не обратил внимания на присутствие и слова Чона, которые означали «Забери свою еду и исчезни.» — Мне н-нравится это делать… Это всё для тебя, — только после того, как Чимин произнёс эти слова, он понял насколько глупо это звучало. Чимин поймал пристальный взгляд Чонгука, хотя ему даже не нужно было смотреть на него, чтобы догадаться, как младший сейчас выглядит. Вероятно, младший пытался сейчас убить его одним взглядом. Юнги, конечно, не заметил глубокого смысла в словах Чимина и просто слабо кивнул, поскольку он не мог сейчас двигаться. — Спасибо, Чимини. Мы поделимся, хорошо? В конце концов я ведь просто стою тут как столб, а Чонгук делает всю работу. Чимин нервно направился к Чону и сел на стул позади него, он не хотел это делать, но поскольку это был единственный свободный стул в комнате, то выбора у него просто не оставалось. Ну и возможно, ему было немного любопытно посмотреть, как Чонгук будет рисовать Юнги. — Хорошо… — промямлил он недовольно. В конце концов он ведь готовил это специально для Юнги и только для него. Чонгук нервничая, развернулся к Чимину и казалось, что его не особо волновало то, что Чимин будет сидеть рядом с ним. — Ну и как это понимать? — произнёс он так тихо, чтобы Юнги ничего не услышал. Чимин так же раздражённо посмотрел на Чона и нахмурив лоб, ответил: — Что? Думаешь, я всё время буду просто стоять в этой комнате? Кроме того, я хочу посмотреть, иначе мне будет скучно, — он указал на картину, как будто это было слишком очевидным. Это не могло оставить младшего безразличным. Он зло посмотрел на Пака и намекнул ему, чтобы тот убирался: — Тогда иди отсюда, ты всё равно только мешаешь. Словно как в детстве, Чимин высунул язык и махнул своей ногой, чтобы дать понять, что он никуда не пойдёт. — Но я всё равно хочу посмотреть. Чонгук стукнул Чимина по колену, но не настолько сильно, чтобы старшему было больно. Он просто хотел предупредить. — Я не смогу сконцентрироваться, если ты будешь стоять у меня над душой. Конечно Чимину это не понравилось и он ударил Чона по плечу, не очень нежного и внимательного. — Какой художник вообще будет нервничать, когда за ним наблюдают? — Эм… Чонгук-и, вы бы не могли оставить ваш спор на потом? Эта поза становится неудобной. Да чёрт его подери! Со скоростью света Чонгук развернулся к холсту и извинился перед Юнги, начиная рисовать так быстро, насколько ему позволяла его скорость. Чёртов Чимин! Он поплатится за это!

***

Рисуя, Чонгук выглядел совершенно иначе, чем представлял себе Чимин. Он не думал, что такой неряшливый чёрноволосый так аккуратно и чисто работает. Каждый волос и каждую родинку Юнги он сумел перенести на бумагу. Уже даже сейчас рисунок выглядел не как нарисованная картина, а как фотография в чёрно-белом фильтре. И при этом казалось невозможным, что Чонгук с его грубыми руками мог так красиво и аккуратно вырисовывать тончайшие линии. Чимин должен признать, что был очарован. И если точно сказать, он был очарован так, что непрерывно следил за каждым движением руки Чона. Возможно он так же должен был признать, что был впечатлён талантом младшего. Возможно. Но конечно, он бы никогда этого не сделал. Чонгук уже почти закончил рисовать лицо Юнги, как прозвенел его телефон, оповещая Чона, что уже прошло указанных полчаса. Потому что если бы не таймер, то Чон бы просто забылся и продолжил бы рисовать, пока не закончил бы картину полностью. — Наконец-то! — Юнги уже еле дождался и отпустил мяч, который в следующий момент покатился в конец комнаты, и сел на пол. Юнги признал, что это было довольно утомительно. Он думал, что баскетбол отбирает все силы, пока не попробовал простоять полчаса не двигаясь. Чонгук положил свою кисточку около мольберта и щёлкнул пальцами. — Прости, хён. Это было слишком долго? — Конечно это было слишком долго! — безусловно это была фраза Чимина, а не Юнги, даже если Мин думал так же. Чимин спрыгнул со стула и, схватив свою корзинку, сел рядом с Юнги. На пол он постелил часть одеяла, чтобы не сидеть на грязном. Потом он открыл корзинку и положил небольшое покрывальце для пикника, на которое он положил еду собственного приготовления. — Ох, вау! — Юнги восторженно посмотрел на все эти вкусности и, его желудок, словно по команде, заурчал. К счастью, он сразу же принялся за сэндвич с индейкой, который Чимин положил ему в ладонь, — И ты всё это сам сделал? Чимин, словно влюблённая школьница, наблюдал за Юнги, как тот ест еду, которую он приготовил, и совсем прекратил что-либо у него спрашивать. Вот только если бы в следующий момент он не получил подзатыльник, то, наверное, так бы и продолжил смотреть на губы Юнги вечность. Что же, это было неловко. Для обеих сторон. — Он задал тебе вопрос, идиот, — Чон уселся рядом с парнями и схватил первый попавшийся фруктовый шашлычок. Чимин закатил глаза и просто хотел, чтобы Чон уже удавился этими фруктами, когда в следующий момент до него дошёл смысл сказанного. Юнги задал мне вопрос? Когда? — Д-да? — Чимин растерянно посмотрел на Юнги, который только что и мог смеяться с этой картины, трепля Чимина по волосам. — Ладно, Чимини. Кстати, очень вкусно, — и, видимо, это было правдой, потому что сразу после этого Юнги принялся есть новый бутерброд. Это заставило Чимина покраснеть. Также он сразу поправил свои волосы. В конце концов, рядом с Юнги он должен выглядеть хорошо, даже если старший — причина его взлохмаченных волос. — Я р-рад, — произнёс Чимин и захотел съесть свой бутерброд, который держал в руке, но он посмотрел на свою руку и не обнаружил там совершенно ничего. Он сразу же подумал на Чонгука, но тот до сих пор ел свой фруктовый шашлычок и ни каким боком не был причастен к исчезновению бутерброда. Но тот, кто это сделал уже уселся рядом с Чимином и уминал этот бутерброд за обе щёки. — Тэхён! Может, я хотел взять это?! — оскорблённый Чимин указал уже на половину бутерброда. Но больше всего его сейчас беспокоило, что его лучший друг действительно уселся между ним и Юнги. Сейчас же Чимин сидел между Тэхёном и Чонгуком, вместо того, чтобы сидеть около Юнги. Раздражённый, он сидел и переводил взгляд с одного на другого, что-то бурча себе под нос. Тэхён пожал плечами и положил остальную часть бутерброда себе в рот. — Там ведь ещё достаточно? — это не выглядело достаточно аппетитно, поскольку Тэхён жевал во время разговора и некоторые кусочки еды выпадали из его рта. Чимин и Чонгук одновременно скривились, в то время как Юнги предусмотрительно протянул Тэхёну салфетку. — Вы оба такие халявщики. Это всё было для Юнги. Хотя не факт, что Юнги смог съесть хотя бы половину того, что наготовил Чимин. Но Чимин был принципиален. Вот только Тэхён, похоже, не особо был заинтересован в его словах, потому что он уже схватил следующий сэндвич, в то время как его другая рука уже тянулась к палочкам и сушам из Bento Box. — Да-да, ты хочешь Юнги откормить что ли? Юнги весело хихикнул и одобрительно кивнул. — Он прав, Чимини. Я действительно тебе очень благодарен, но тут столько еды, что вполне хватит на нас четверых. При этом ты должен лучше обходиться со своими двумя друзьями, хорошо? Ну отлично. Чонгук и Тэхён не только помешали их свиданию, но ещё и позаботились о том, чтобы он предстал в плохом свете. Так ещё и Тэхён вместо того, чтобы оправдать своего друга, согласился, громко произнеся «точно». Так, насколько это возможно было, Чимин ущипнул Тэхёна, но это всё же осталось замеченным, потому что Тэхён вздрогнул после этого. Чимин нервно закатил глаза: — Чонгук не мой друг. Чимин мог рассчитывать на какую угодно реакцию, на то, что Чонгук с ним согласится, но явно не на то, что в следующий миг Чонгук отложит в сторону фруктовый шашлычок, где уже всё равно не было фруктов и скажет: — Еда невкусная. И потом, чтобы не продолжать бессмысленный разговор, встанет с пола и быстрыми шагами покинет комнату. Чимин сглотнул и растерянно посмотрел на Юнги, на лице которого было написано разочарование. Он строго посмотрел на Чимина и указательным пальцем показал на дверь: — Иди и извинись перед ним. Это действительно было грубо с твоей стороны. Чимин думал, что это была та фраза, на которую Чону будет совершенно наплевать. Ему было всё равно, звучит ли это грубо. Ведь в конце концов, младший тоже не уступал ему в выражениях. Но сейчас речь шла не о Чонгуке, а о репутации Чимина в глазах Юнги. Поэтому он решил не терять времени и встал на ноги. При этом он заметил, как Тэхён ухмыльнулся, всё ещё впихивая в свой рот очередной кусок. — Х-хорошо… Я извинюсь перед ним, — Юнги кивнул, давая понять Чимину, что тот может идти. Так что он вышел из комнаты, но не побежал. Зачем ему догонять Чонгука? Ведь ему это не нужно. Потому что тёмноволосый стоял около кабинета искусства, и, скрестив руки, с ухмылкой смотрел на Чимина. — Что? — Что это вообще было?! С каких пор тебя тревожат мои слова? — зло ответил Чимин, глядя на младшего. Тем не менее, он старался говорить не громко, чтобы Юнги ничего не услышал, ведь ему не нужно этого слышать. Чонгук отошёл от стены и подошёл прямо к Чимину, смотря на него сверху-вниз. Если бы их увидел незнакомец, то он бы непременно подумал, что Чонгук собирается поиздеваться над Паком. Но вообще-то это было не так. Потому что они оба над друг другом издевались. — Почему? Мне просто не понравилась еда. И как Юнги не сошёл с ума? — это приносило Чонгуку удовольствие. Тогда Чимин понял, что это был самый настоящий театр. В ярости, он толкнул Чонгука в стенку. — Так это было специально?! Чонгук весело ухмыльнулся и невинно пожал плечами. — Что ещё? Ты серьёзно думал, что можешь меня задеть? Мне не важно, что ты скажешь, Пак Чимин. Ты должен об этом помнить. Забавно, что Чимин не был даже шокирован. Он просто был зол на самого себя, что вовремя не осознал этого. Ведь, в конце концов, они уже три года боролись за Юнги. Но теперь казалось, что это всё перешло на новый уровень. Но это было нормально, Чимин был готов принять новые правила игры. — Мудак. Чонгук закатил глаза: — Лузер. … — Ненавижу тебя. — Я тоже тебя ненавижу, Чимин.

***

Школьный звонок прозвенел, оповещая всех учеников об окончании уроков. Буквально за несколько минут ученики выбежали из своих классов. Только некоторые ученики ещё оставались в школе. Те, которые ещё оставались на каких-то курсах и дальше практиковались, или же шли в библиотеку. Так же и Хосок с Тэхёном остались в школе. Только не потому, что у них были ещё какие-то дела или занятия, а потому, чтобы просто побыть на школьной крыше. Это было то, что они частенько делали после окончания уроков. — Два твоих лучших друга бегают за моим лучшим другом. Хосок удобно умостился в позе лотоса и опёрся спиной на забор. Он прикрыл свои глаза, наслаждаясь приятным тёплым ветерком. Тэхён кивнул, хотя Хосок этого не видел и рисовал палкой круги на полу. — Я знаю. Хосок открыл глаза и посмотрел на Тэхёна. — Ты знаешь? Как давно? С неразборчивой мимикой, Тэхён снова кивнул и ответил Хосоку: — Как ты уже сказал — они два моих лучших друга. Да и к тому же, это знает уже почти вся школа. Хосок громко вздохнул и вновь прислонился спиной к забору. — Тэ, вот что мне делать? Чимин всё ещё зол на меня из-за того, что он не будет выступать с нами в субботу… Ошеломлённый Тэхён уронил палку. Об этом Чимин вообще ничего не говорил. Он шокировано посмотрел на Хосока. — Что?! Почему? Хосок снова опустил свою голову и посмотрел на свои руки, лежащие на коленях. Он не сомневался в правильности своего решения. Тем не менее он всё равно чувствовал себя виноватым. — Потому что он и так много перенапрягается. Он делает кучу ошибок в хореографии, когда приходит после занятий баскетболом. Поэтому я решил, что для него это важнее. Я и так долго не мог его отпустить. Вздохнув, Тэхён положил руку на плечо Хосока и покачал головой. — Ты слишком строг, — в его голосе не было слышно упрёка. Тэхён знал, что Хосок хочет сделать так, как будет лучше для его команды, поэтому он понимал его решение. Хосок отодвинулся от Тэхёна, потому что было слишком тепло на улице, чтобы сидеть так близко. — Я знаю, но, может, это единственный способ привести его в чувства… Я не хотел этого делать, потому что мы почти друзья, но я преподаватель и поэтому не всегда могу быть милым и внимательным, — Хосок остановил свою речь и вздохнул, прежде чем произнести следующее: — Кроме того, он не должен делать это всё для моего друга, я не собираюсь расставаться… Тэхён прижал свои пальцы к подбородку и задумался. Хосок знал, что он думает так напряженно, то ничего хорошего с этого не будет. — Скажи ему. Ну вот пожалуйста. Это именно то, о чём шла речь. Хосок инстинктивно расширил свои глаза и случайно чуть повысив голос, сказал: — Чего?! Тэхён не смог сделать ничего другого, кроме как захихикать. Хосоку не пришлось прилагать много усилий, чтобы успокоиться. В конце концов это же был Тэхён, от которого он постоянно получал советы. Но с кем ещё поговорить? С Юнги? Тогда Чимин, вероятно, будет ещё злее, что он рассказал ему о своих чувствах. Но, после того, как Тэхён пришёл в себя, он вновь сделал серьёзное лицо. — Послушай, ты ранишь его и Чонгука — только. Вы двое ведёте себя, как последние идиоты. Если они продолжат бегать за Юнги, то так и не смогут понять, кто действительно им предназначен. Хорошо, возможно, Тэхён был слегка драматичен, но всё же гордился своей проникновенной речью. Хосок нахмурился и не имел и малейшего понятия о том, что ему вообще только что говорил Тэхён. По крайней мере он понял лишь часть. — Почему ты не скажешь им об этом? Ты их лучший друг, и тебя они не будут за это ненавидеть. Тэхён вздрогнул. — Ты сумасшедший? Друзья нужны для того, чтобы высушить слёзы, а не вызвать их! Ладно. Хосок разговаривал с идиотом. — Ты слишком много времени проводишь в Тамблере.

***

Что же, пришло время. Летний праздник, к которому так усердно готовилась вся школа, был в полном разгаре. Огромный школьный двор, где не было ни деревьев, ни скамеек, теперь был наполнен различными разноцветными киосками. Где продавались корейские, японские и китайские вкусности. В других, сувениры, которые были сшиты или сделаны учениками различных курсов. Театральный курс поставил сценку, курс изобразительного искусства открыл мини-галерею, а курс готовки сделал маленькую кафешку прямо в классной комнате. Это были лишь некоторые примеры из многих возможностей, которые могли предложить ученики Пусанской Высшей школы на своём фестивале. Все были в хорошем настроении и улыбались. Все, кроме Чимина. С тех пор, как он прибыл, он только и делал, что ворчал и топал от киоска к киоску с едой. Он просто вытеснил то, что в начале года пообещал себе быть более сознательным и похудеть. Вообще, все его планы были разбиты и растоптаны. Он как раз прошёл мимо плаката, где было объявлено о выступлении танцевального курса. Это было изюминкой программы, поэтому выступление должно было состояться только вечером. От этого Чимина затошнило. Даже Тэхён не был на его стороне. Он попрощался с ним ещё два часа назад, чтобы суметь поприветствовать всех своих друзей. Так было всегда. У Тэхёна было слишком много друзей. Поэтому Чимин снова подошёл к очередному киоску, который был уже пятым на его счету, и собирался купить Такояки. По мнению Чимина, это было необходимым для каждого фестиваля. Чимин уже чуть не лопал от ожидания, но всё же продолжал рассматривать цветную коробку, которая лежала в его руке и его глаза радостно светились. Он как раз хотел взять палочки в руки и съесть лакомство, но он развернулся слишком быстро и в итоге, наткнувшись на препятствие, упал прямо на пол. Его Такояки упал прямо перед ним, вот только маленькие фрикадельки лежали теперь не в коробочке, а в грязи. — МОЙ ТАКОЯКИ! — возможно, его реакция была слегка преувеличена, потому что он кричал прямо как люди в фильмах, когда кто-то из их близких был убит. Но потом до него дошло, что «препятствие», на которое он наткнулся — это человек, и он поднял свой взгляд вверх, чтобы посмотреть в лицо злоумышленнику. Тогда его плохое настроение достигло абсолютного пика. — Чонгук, ТЫ ДЕБИЛ! Чонгук, который не планировал этого делать, всё же засмеялся, посмотрев вниз, и произнёс: — Эм…мне жаль? Ох, конечно, ему не было жаль. Чимин протянул руку Чонгуку и произнёс: — Помоги мне хотя бы подняться! Вместо того, чтобы протянуть руку в ответ, Чонгук состроил гримасу отвращения и ответил: — У тебя грязные руки, так что нет. Давай как-нибудь сам, принцесса. Настроение Чимина теперь равнялось нулю, и он уже жалел, что не остался дома. Поэтому он вновь решил повести себя как ребёнок, и, взяв в руку немного грязи, бросил её в довольного Чонгука. К огромному счастью Чимина, комок грязи попал прямо на белую рубашку Чона и оставил там коричневое пятно. Чимин был доволен собой и встал с земли, вытирая эту чёртову грязь со своих штанов и рубашки. Чонгук испуганно пытался вытереть пятно с рубашки, но все его попытки оставались безуспешными. — Ты, маленький дебил! Ты хоть знаешь сколько стоит эта рубашка?! Ну, это было непонятным. Чимин недоверчиво посмотрел на Чона и пожал плечами. — Не даром придумали стиральные машинки, правда ведь? Так что не веди себя так. И уж если разговор зашёл за дорогое, то заплати за мой Такояки! Чонгук закатил свои глаза. — С какой стати? Ты сам в меня врезался, жертва несчастная. — Я тебя не видел даже! А ты? У тебя глаз что ли нет, придурок! Между тем, они привлекли внимание других своей не совсем сдержанной ссорой, над которой смеялись другие ученики. Постоянные стычки этих двоих были просто хитом в их школе. — Что я могу поделать, если ты просто упал как маленький слабый ребёнок?! Хотя с твоим-то телосложением можно и обойтись без слова «как». Лицо Чимина вновь приобрело оттенок спелого томата. Из-за гнева, конечно. — Ты заберешь свои слова обратно! Чонгук же, в отличии от Чимина, всё ещё довольно улыбался. Но не внутри. Внутри у него точно так же всё бурлило. Эти ссоры у обоих всегда вызывали нервное возбуждение, когда они продолжали доставать друг друга и провоцировать. — Что? Не можешь справиться с правдой? Чимин в изумлении открыл свой рот, чтобы ответить ему той же колкостью, но Чонгук что-то заметил и прервал его: — Секунду, подожди. Разве тебе не нужно быть вместе с Хосоком и командой, а не стоять и есть тут? О, ну да. Это именно то, что Чимину сейчас было просто необходимо. Ещё одно напоминание. А ведь он только отвлёкся и сумел забыть об этом. — Это тебя не касается. Нормальные люди заметили бы, что это неприятная для Чимина тема, и оставили его в покое. Но не Чонгук, нет. Ему ведь так нравилось провоцировать Чимина. — Ага. Ты ещё недостаточно хорош, чтобы выступать с ними на одной сцене, да? Бедный Чимини. Мало что в баскетбол совсем играть не умеешь, так и танцевать тоже. Вот честно, что ты вообще можешь? Это уже переходило все границы. Чимина словно огорошили. — Не могу поверить. Это слишком даже для тебя. Ты действительно самый высокомерный, лишённый чувств ублюдок, которого я только знаю. Чонгук хотел ещё что-то сказать, но Чимин остановил его жестом и продолжил: — Ты пожалеешь, если ещё раз скажешь мне хоть что-то. Глаза Чона расширились, и он неподвижно продолжал смотреть на Чимина. Он не знал, что это за чувство, которое заставило его желудок сжаться. Некоторое время они просто молча смотрели друг на друга, и хоть Чимин уже собирался уйти, он всё же надеялся, что Чонгук извинится. Однако, когда две руки легли на его плечи, его настроение совсем ухудшилось. — О, снова вместе? Чимин прервал зрительный контакт и развернулся к Тэхёну, отталкивая его от себя. — Больше нет, — Чимин зашагал прочь, не обращая внимания на Тэхёна. Тэхён удивлённо посмотрел на Чонгука и спросил: — Что это было? — Ничего. Но возможно он это слегка преувеличил?

***

Летний праздник уже подходил к концу, и теперь все ученики несли стулья обратно в актовый зал. Сцена, на которой ещё недавно ставил сценку театральный курс, теперь была освещена для выступления танцевального курса. Все томились в ожидании, желая поскорее увидеть номер. Среди этих томящихся сидел и Чонгук, рядом с которым сидел Тэхён, и около которого сидел Сокджин. Место с другой стороны было свободно, поскольку оно было зарезервировано для Юнги. Вот только не хватало следа. Чонгук нетерпеливо крутился на своём месте, вертясь со стороны в сторону, и, высматривая блондина, который произнёс: «Я вернусь через пять минут» и просто исчез куда-то. До выступления оставалось ещё десять минут, поэтому у Чонгука ещё было достаточно времени для ожидания. — Я пойду посмотрю, куда Юнги-хён запропастился. Тэхён, придержишь мне местечко? Тэхён кротко кивнул и достал свой телефон, чтобы открыть приложение Какао-тока. — Можешь потом поискать Чимина? Он не писал мне ничего с обеда, — Тэхён посмотрел на Чонгука, который уже встал со своего места. — Если необходимо, — хоть он и не был взволновал просьбой старшего, он всё чувствовал себя немного совестно из-за отсутствия его соперника. Он быстро пробрался сквозь ряд сидящих людей и группку школьниц, которые не сочли нужным освободить хоть немного места для того, чтобы дать Чонгуку покинуть зал. Коридоры школы были пусты и совершенно безлюдны. И было только слышно громкую музыку, которая играла в зале. Это уже продолжалось около часа, и всё для того, чтобы поддерживать настроение толпы. Честно говоря, у него не было и малейшего представления, где он должен его искать. В конце концов не было никакого смысла искать его в классах или ещё где-то, когда в любой момент могло начаться выступление танцевального курса. Но несмотря на это, Чонгук заглядывал в каждую классную комнату, туалет и даже кабинет секретаря. Но потом он резко остановился около очередного класса. Вся комната выглядела хаотичной. Все столы куда-то исчезли, вероятно их унесли для фестиваля и теперь стулья стояли вразброс. Но его внимание привлекли не эти стулья, а Чимин, который сидел на стуле возле подоконника. Ноги он поджал под себя и обнял их руками, его голова была опущена, и было видно только коричневую макушку. Он выглядел таким маленьким и хрупким. Хорошо, Чонгук нашёл Чимина. В конце концов Тэхён не спрашивал, поэтому он быстро вернулся в зал и сообщил ему, что нашёл Пака и волноваться Тэхёну не о чем. Ничего интересного и впечатляющего, и того, что касается Чонгука. Кроме того, у него были дела поважнее, ведь он так и не нашёл Юнги. А Чимин уже был достаточно взрослым и мог сам о себе позаботиться. Тем более это ещё больше удивило Чонгука, потому что та картинка никак не хотела покидать его сознание. Ему было всё труднее и труднее идти, поэтому он раздражённо вздохнул и направился к тому классу, где находился Чимин. Он вошёл в класс и присел на корточки около Чимина. — Ты действительно не участвуешь? Чимин испуганно вздрогнул, потому что он не слышал, как Чонгук вошёл, и опустил свои ноги на пол и, сердито взглянул на него. — Чего тебе надо? Чимин не понимал. Даже сейчас, когда он захотел побыть в одиночестве, Чон всё равно нашёл его и трепал нервы. — Вообще-то я искал Юнги-хёна. Но ты так выглядишь, будто в любой момент можешь выпрыгнуть из окна, поэтому я пришёл. Кроме того, Тэхён попросил тебя поискать, — Чон пожал плечами и посмотрел в пол. Но ничего не случилось. Чимин просто молча смотрел на Чонгука и слушал музыку, которая доносилась из зала. Его руки неподвижно лежали, немного свисая вниз. Пока Чон вновь не посмотрел на него. Чимин вздохнул и посмотрел на него в ответ, при этом произнося: — Я ничего не собираюсь с собой делать. Можешь ли ты теперь просто уйти и оставить меня в покое? Я не хочу тебя сейчас видеть, Чонгук. И опять же подтвердилось неумение Чонгука держать рот на замке. Потому что…он хихикнул. Определённо, он хихикнул. Это было очень необдуманно и тупо. — Очень доволен. Но он перестал хихикать, как только вновь увидел серьёзность на лице Чимина. И каждое последующее слово просто застревало у него в горле. У него снова появилось чувство, что он сказал слишком много лишнего. Они просто безмолвно смотрели друг на друга. Чимин ничего не говорил и не делал. Его мимика не выражала ничего. Так же, как и Чонгука. Никто из них не мог понять, о чём сейчас думает собеседник напротив. Затем стали слышны звуки музыки — выступление началось. — Оно началось… Чонгук кивнул. — Ты должен идти. Чонгук повторно кивнул. Потом он встал. Чимин больше ничего не говорил и просто смотрел мимо Чонгука. Больше не было чего говорить. Ведь Чонгук наконец-то уже уйдёт и оставит его в покое. Ну, у Чона были немного другие планы относительно этого. Вместо того, чтобы уйти, он взял ещё один стул, поставил рядом с Паком и сел на него. — Ладно тебе. Встань и станцуй для меня, — Чонгук не знал, зачем и почему он это делает. Всё происходило непроизвольно. Чимин смутился и изогнул бровь, смотря на Чона. — Что?! Что я должен сделать? Начало песни уже давно началось и первая строфа подходила к концу. — Ты ведь хотел танцевать, не так ли? Поэтому не важно, какое количество людей увидят твой танец. — Почему бы тебе не… Прежде чем они проспорили бы всю песню, Чон поднял руку и остановил речь Пака. — Либо ты начинаешь сейчас, пока песня ещё не закончилась, либо это будет ещё один наш бессмысленный разговор. Тебе решать. Чимин понятия не имел, что вообще задумал Чонгук, но всё же он сразу кивнул и мгновенно стал перед доской. Ему было трудно сориентироваться в музыке, поэтому сначала он просто стоял и вслушивался в мелодию. Но когда он начал танцевать, то выглядел просто прекрасно. Больше чем прекрасно. Его контроль над своим телом был просто потрясающим. Чонгук ещё никого не видел, кто так бы искусно владел своим телом. Одно было точным. Когда Чимин танцевал, то уже просто не было возможностей отвести от него взгляд. На это было просто нужно смотреть. На то, как он дышал, на то, как развевались его волосы и на то, как каждое сложное движение выглядело просто изумительно в его исполнении. Всё было правильным. Чимин был просто рождён для танцев. Третья и последняя строфа закончилась и Чимин в сексапильной манере поправил свои волосы. Его мимика была расслаблена, а не напряжена, как это бывает после танца. Казалось, что он светится. Тогда музыка остановилась и Чимин тяжело выдохнул, поправляя потные волосы. — Ну и? Чонгук вообще мог рассчитывать на многое, но никак не на то, что он теперь будет сидеть в изумлении и подбирать нужные слова. Почему Хосок запретил Чимину участвовать? Это не имеет никакого смысла. Как только имя Хосока пришло ему в голову, он опять сказал быстрее, чем успел подумать. — Хосок лучше, — Чонгук легкомысленно пожал плечами, делая вид, что в танце Чимина не было ничего особенного. Тяжело дыша, он посмотрел на Чонгука, а потом кивнул. — Я должен был это знать. Чёртов идиот. И на что ты рассчитывал? Чимин просто хотел вернуться домой. Он медленными шагами отошёл от доски. Его руки были прижаты к телу, а ладони были сжаты в кулаки. Он больше не хотел видеть Чонгука, и поэтому он открыл дверь класса, из которого мог выйти в любой момент. Это был первый раз, когда Чонгуку пришло на ум, что в голосе Чимина было слышно разочарование. Ему на миг показалось, что он задел его. Чонгук среагировал быстро. С оскорблениями Чимина он мог легко справиться, но не в этой ситуации. Поэтому он быстро поднялся и схватил Чимина за запястье, пока тот ещё не успел далеко уйти. Но потянуть его руку назад было очень плохой идеей. Потому что они оба потеряли равновесие и упали. Чимин запищал. Чонгук закрыл глаза. Чимин упал спиной прямо на Чонгука, поэтому он приземлился более-менее мягко, Чонгук же упал прямо на пол. Чимин раздражённо развернулся к Чону, который всё ещё держал его запястье и покраснел. — Что это вообще? С ума сошёл?! Тем временем Чон застонал от боли, которая теперь раздалась по всей спине. Он неуверенно облизнул свои губы, только сейчас замечая, в каком положении они находились. Он должен прямо сейчас же объясниться. — Чимин, я… Затем последовал громкий хлопок. Это были два стула, которые разделяли одну и ту же судьбу, упали на пол. Чимин и Чонгук одновременно вздрогнули и посмотрели в небольшое отверстие между стульями. Но даже слово «шокированный» было явным преуменьшением, потому что-то, что они увидели, было просто чем-то запредельным. Глаза двух соперников расширились, и они наблюдали за тем, что происходило. Юнги. Хорошо, для начала неплохо. При других обстоятельствах они бы даже обрадовались. Но не в этом случае. Потому что происходило следующее — Юнги целовал Хосока. И нет, это не был простой дружеский поцелуй. Это был страстный, дикий поцелуй. Даже не так. Это было громко и развязно. — Подожди, Хосок. Давай не здесь… Вдруг нас кто-то увидит… И как же он был прав. Но Хосок был ни умён, ни терпелив. Тут вполне подошло бы слово «озабоченный». Он посадил Юнги на стол и принялся стягивать с него рубашку. — Заткнись, Юнги. Я хочу тебя прямо здесь и сейчас. Чимин тяжело сглотнул и даже не заметил, как тёплые слёзы начали капать на пол. — Ч-ч…ч-то…ох… Чимин посмотрел на Чонгука, на лице которого застыл ужас. Трясущимися руками он указал перед собой. — Ч-что д-делать…там… Чонгук был шокирован не менее Чимина, но всё же он умел держать свои чувства под контролем. — Не смотри, — тихо прошептал он. Это всего лишь иллюзия, которую воображает его нездоровый рассудок. Чимин знал, что Чонгук прав. Было бы проще отвернуться и надеяться, что они прекратят. Но тем не менее, он всё равно продолжал смотреть. Это выглядело так, как будто он действительно хотел убедиться, что это происходит. Ему казалось, что его просто ударили по лицу. То, что произошло дальше, заставило Чонгука вновь посмотреть. — Х-Хосок, Юнги… Серьёзно? Сейчас? В школе? Хосок, может переместитесь домой, а? Боже, да чтоб у меня рак глаз был, — это был Тэхён. Но не смотря на его слова, на его лице вновь разместилась жирная ухмылка. Значит, он знал. Хосок нервно дёрнулся и неохотно оторвался от Юнги. — Что же… Когда я застал вас с Сокджином, то на вас одежды было ещё меньше, так что давай не будем. Юнги хихикнул и начал собирать свои шмотки. — Но это была твоя вина, малыш. Я ведь говорил, что от массажа не стонут, — все трое смеясь покинули класс и направились обратно в зал. Тэхён знал это. Чимин поднялся на свои шаткие ноги и смотрел на то место, где только что находились все трое. — Тэхён знал об этом? Чонгук встал также. Но на его лице, собственно, как и всегда, не было никаких признаков чувств. — Похоже. Повернувшись спиной к Чимину, он уже хотел выйти из класса, но теперь Чимин схватил его за запястье и остановил его. Чон развернулся, смутившись, но когда он посмотрел на заплаканное лицо Чимина, то понял чего хотел старший. — Пошли.

***

Итак. Чтобы внести немного ясности — Чонгук был оскорблён. Ибо в отличии от кучи заявлений, чувства у него всё же были. Потому что невозможно наблюдать за тем, как парень, который нравится тебе 3 года, целует кого-то другого и при этом ничего не чувствовать. Поэтому он мог разделить боль Чимина. Но почему ему тогда пришлось сидеть двадцать пять минут и слушать, как Чимин плачет? Нет. Он не плакал. Он рыдал. И это не имело ничего общего с простым плачем. Это был драматичный вой, как в корейской дораме. Но это не было ещё огромной проблемой. В конце концов, он умел абстрагироваться и не обращать внимания на такие едкие вещи. И сейчас он был в подобном состоянии. Проблемой же было место. Они сидели в кафе. И ещё раз. В кафе, полном ЛЮДЕЙ. При этом, казалось, что Чимин уже смог успокоиться по пути сюда. Но едва они успели заказать напитки, он снова начал реветь, как будто завтра больше никогда не настанет. В промежутке он хлюпнул и громко высморкался, что заставило Чонгука скривиться. Ладно, нужно смотреть правде в глаза. Сколько вообще человек может слёз выплакать? — Скажи, сколько ты ещё намерен плакать? Хватит, — Чонгук сидел со скрещенными руками в кресле и смотрел на Чимина. Что он ещё должен сказать? Он сам чувствовал себя дерьмово. Хотя он и так был добр. Он всегда подавал старшему платок, когда тот в нём нуждался. — Н-но… Юнги…и он… — Чимин рыдал вслух и шморгнул носом, — И Хосок…он…я… — его плечи затряслись и Чон начал задаваться вопросом, не было ли это приступом паники. Чонгук вздохнул и сделал большой глоток кофе. — Я уже говорил, что ты плакса. Вероятно это были не те слова, на которые рассчитывал Чимин, поскольку он вновь зашёлся плачем. — Ранило…это тебя ранило… — он посмотрел на Чона, — Разве нет? Официантка, которая встревоженно на них смотрела, все жё не выдержала и, подойдя к столику, спросила: — Здесь всё в порядке? Она так смотрела на Чонгука, что можно было подумать, что тот выписал Чимину какой-то смертный приговор. Чонгук закатил глаза и кивнул: — Да, всё в порядке. Но девушка отошла от столика лишь тогда, когда Чимин тоже малозаметно кивнул. Даже пара, которая сидела недалеко от них, продолжила указывать на них и перешёптываться. Да, Чимин был хорош в привлечении внимания. — Мне больно, у меня тоже есть чувства… Но знаешь, это было как-то ожидаемо. Ошеломлённый Чимин посмотрел на Чона, но забыл высморкаться, и поэтому из его носа вытекло немного соплей. Отвращаясь, Чон взял ещё одну салфетку и вытер нос Чимина. — Юнги самый популярный ученик школы, да ещё и капитан баскетбольной команды. Я не удивлён, что его уже успели прибрать к рукам. Тем временем, Чимин был настолько ошеломлён ласковым жестом Чона, что на секунду завис и просто смотрел на него. — Я-я… — Чимин провёл рукой по глазам, чтобы вытереть слёзы, а затем посмотрел на чашку какао перед ним, — Но почему именно Хосок?.. Почему Тэхён? Я чувствую себя преданным… Вот о чём думал Чимин. Но несмотря на это он был ещё очень незрелым, чтобы возражать что-то против Тэхёна. Он не сердился, просто чувствовал себя оскорблённым. Поэтому он просто согласно кивнул и не говорил ничего более. — Похоже, мы оба проиграли. Чонгук был прав. Юнги уже был занят, и у них больше не было причин, чтобы бороться за него. Были же они всё ещё соперниками?