Welcome to the black parade

      — Так, нам надо выбираться отсюда— он поднялся с холодного пола. — Ты ведь знаешь дорогу обратно домой?       — Выбираться? Зачем?       — Я хочу помочь тебе спасти все человечество, так что быстро вставай и пошли домой.       — Но зачем? Я ведь еще в детстве убила человека, я отравляла людей, я создала зомби вирус, даже потом я расчленяла тела обычных и зараженных людей. Зомби убивали животных, а значит их смерть тоже на мне. Меня нельзя выпускать. Меня нужно убить.       — Нельзя так говорить. И не в коем случае нельзя убивать тебя. Ты одна знаешь как остановить вирус. Ты нужна всему человечеству.       — Говоришь как в каком-то очередном фиговом фильме о супергероях.       — Ну... Я пытался быть как Аля и хотел лишь приободрить. Ну ладно, поднимай свою жирную задницу и пошли отсюда.       — Это с чего это она жирная? — возмущалась Маринетт, пока, хватаясь за Адриана, вставала на ноги. — Сам ты жирный, понял, жирдяй?       — Понял, понял, только не кричи, пожалуйста, а то нас поймают. Тебе, кстати обязательно идти домой? Здесь нет никакой лаборатории, в которой ты сможешь приготовить ту штуку? Дюпен-Чен призадумалась, но не отпускала руку парня, пусть уже и ровно стояла на ногах. Если подумать, то тут просто обязана быть лаборатория.       — Вроде должна быть. Это все-таки то место, где столько времени они пытались сами что-то создать. Но мы не знаем где она. Даже понятия не представляем на каком этаже. Не будем же в каждую комнату заходить? Они так и стояли посреди комнаты и никто не думал двинуться ни на сантиметр, мысли забиты сейчас совершенно другим, более важным.       — Ну... Как на счет того, чтобы стащить где-нибудь карту? Схему или что-то вроде... — предложил парень.       — Можно. Но где найдем ее? Небось в главном кабинете того стремного мужика, а охрану обойти нелегко будет.       — Стремный мужик? Это так ты называешь армейского генерала?       — А ты так не думаешь? Ну стремный он. Эта борода... Бр-р-р…       — Еще скажи, что все бородатые мужики стремные.       — Так и есть. Так какой у нас план?.. — она задержала взгляд на своих ладонях, что все еще сжимали запястье собеседника. А его это, кажется, вовсе не волновало. Она резко отдернула руки, сплетая пальцы в замок за спиной, но дальше не стала отходить.       — Итак... — медленно проговорила она. — Наш план заключается в том, чтобы выйти отсюда и остаться чудом незамеченными, затем подняться на три этажа вверх, после чего пройти через огромное количество охраны и простых подчиненных к главной комнате, в которой абсолютно и совершенно точно будет сидеть тот бородатый дядька, потом перерыть все бумаги на его столе, перевернуть все содержимое шкафов и полочек, надеюсь, найти карту или схему этого здания, после чего так же неизвестно каким способом пройти через всех людей до лаборатории, в которой точно кто-то да есть, и приготовить антивирус? Ах да, и еще надо выйти из здания, желательно живыми. Адриан посмотрел на нее и уже понял, что такой план вовсе вряд ли осуществляемый и что у него нет никаких идей по поводу того как выбраться.       — Отличный план, бананоголовый. Ты идешь первый и если что, то я не виновата, — в своей обычной нахальной манере сказала девушка, толкая молчаливого собеседника к двери.       — Может обсудим все еще разок и поменяем план на более возможный? — забеспокоился Агрест, находясь в нескольких сантиметрах от двери.       — Ну... Есть еще вариант спустить на самый нижний этаж из всех возможный и несколько дней подряд проверять все комнаты и бесцельно слоняться по подвалам и секретным ходам. Если мы не торопимся, то можем использовать этот.       — А третий? Бог любит троицу, не так ли? — уже потеряв надежду на спасение, протараторил он, упираясь руками в дверь. Девушка неожиданно перестала всеми силами выталкивать его наружу и скрестила руки на груди.       — Ну... — она взглядом попросила его отойти в сторону от двери. — Можно положиться на удачу и... — приоткрыв дверь своей "темницы", ее голова выглянула наружу, осматривая коридор на наличие армейцев. — Выйдя из этой комнаты, — все продолжала задумчиво проговаривать Маринетт, озвучивая свои действия. — Пройти на тринадцать шагов направо,— подтверждая это, она широкими шагами прошла вдоль затемненного места. — И открыв абсолютно случайно попавшуюся дверь, — она резко потянула дверную ручку вниз, отталкивая от себя железную дверь. — Сказать: «Ух ты, это же лаборатория», — она кинула взгляд во внутрь комнаты, затем перевела на собеседника, все еще стоящего на тринадцать шагов дальше от нее. — Ух ты! Это же лаборатория! — все ее внимание переключилось на открытую комнату, в которую она уже успела забежать.       — Мари, не шути. Мари? Погоди, там правда лаборатория?!       — Ага! Иди сюда!

***

      — Ладно, мы совершенно случайно открыли совершенно случайную дверь, что совершенно случайно оказалась лабораторией. А теперь мы стоим возле какого-то стола с кучей пробирок и цветными жидкостями внутри, на нас халаты, очки и перчатки, а ты со злобным смехом и потирая ручки уже готова устроить ядерный взрыв? — его взгляд метался по всей комнате, с ужасом останавливаясь на не очень-то и безвредных стеклянных колбочках.       — Я собираюсь не ядерный взрыв устраивать, но предложение заманчивое, — улыбнулась Дюпен-Чен, поправляя спадающие перчатки. — Если бы ты знал, какой же это ра-а-а-ай! — она потянулась руками к различным растворам, а весь ее вид напоминал маленького ребенка, попавшего в магазин игрушек, которому сказали брать что захочешь. Агрест для безопасности отошел на метр от стола на котором определенно точно находилось несколько опасных химикатов. От того, что он не знал ничего из этого, становилось только хуже.       — Ты точно знаешь что делать? — он уже успел подумать, что было бы неплохо, если бы здесь находились бронированные щиты, а лучше кабинки.       — Ну конечно же. Тут нет ничего, что я бы не знала. А состав противоядия я выучила наизусть. Да и он оказался донельзя простым. Хотя нам понадобиться не мало времени для создания столького количества... Ты мне поможешь. Кажется, он уже понял всю безнадежность своего положения, наблюдая за ухмыляющимся чудищем, смешивающим что-то с чем-то. Ничто теперь ему не поможет, он влип по полной.       — Чем там тебе помочь? — вздохнул он, едва сдерживая гримасу отчаяния.