Нянька для подростка

Будьте гуманными...подарите автору отзывы =_= Пока Стас бродил по магазину в поисках хлопьев, он вспомнил, что благодаря милому малышу... Кириллу в доме не осталось целой посуды, только один стакан, который чудом уцелел. Даже любимая чашка парня превратилась в груду осколков. "М-да... надо купить хотя бы пару тарелок..." - почесав затылок, подумал про себя Стас. Благо в супермаркете, по которому бродил Стас, был отдел посуды. Купив один набор, он вновь отправился на поиски хлопьев. И когда он их нашёл, то ужаснулся. Перед ним стояло несколько полок со всеми видами этого уже выбешивающего его продукта, и все они были разные. − Какой кошмар... Сколько же их тут? − глядя на полки, протянул Стас. − И какие он ест? По фигу... Возьму наугад. Взяв первую попавшуюся пачку, он уже собирался уходить, как прочёл на ней "Хлопья для похудения". Вспомнив Кирилла, он пришёл к выводу, что парню худеть уж точно не надо, и так тощий, как спичка. Вернув упаковку на место, он ещё раз внимательно осмотрел полку, на этот раз уделяя внимание на надписи на коробке. Потратив на это около десяти минут, он, наконец, выбрал хлопья с фруктами. Закинув пачку в корзину к посуде, он пошёл к молочному отделу. "Надо купить мелкому молоко к хлопьям, − подумал Стас. − Ну и себе что-то пожевать..." Добравшись домой с огромными пакетами, Стас пришёл к выводу, что потратил больше, чем рассчитывал. С трудом открыв дверь, он вполз в квартиру. Пройдя по длинному коридору, Стас осмотрел зал, но парня не заметил. Лишь услышав шум воды, он понял, что парнишка принимает душ. Выложив покупки на кухонный стол, он заглянул в ванну, чтобы оповестить о своём приходе. Открыв дверь, он столкнулся с Кириллом. Подросток замер на пороге с полотенцем, окутывающим бёдра. Вода все ещё стекала по телу тонкими струйками, мокрая длинная челка облепила лицо, открывая его Стасу. Большие синие глаза смотрели на Стаса шокировано и немного испуганно. Парень молча смотрел на Кирилла, разглядывая его лицо. − Хватит на меня пялиться! − выкрикнул Кирилл, возвращая парня в реальность. − А? Ага, - ответил Стас, поворачиваясь спиной в подростку. − Я вернулся. − Да я, собственно, это уже заметил, − недовольно проворчал Кирилл. − Давай выходи, и будем обедать, − ответил Стас, не обращая  внимания на недовольство мальчишки. − Не заставляй меня долго ждать, иначе выкину твои хлопья, − обернувшись через плечо, сказал Стас с довольной улыбкой на лице. − Да иду я, иду... − сквозь зубы ответил Кирилл, захлопывая дверь. − Давай, давай. Время пошло, − сказал Стас и с чувством выполненного долга пошёл переодеваться. Пока Кирилл приводил себя в порядок, Стас разогрел для себя пиццу. Решив не ждать мальчишку, он принялся поглощать свою скромную трапезу. Желудок требовал еды ещё со вчерашнего вечера, но из-за Кирилла поесть не удалось. − Приятного... − тихо отозвался Кирилл, проходя на кухню. − Спасибо, − продолжая жевать, ответил Стас. Кирилл молча сел за стол напротив Стаса. Опустив голову, он начал разглядывать свои домашние штаны, на которые иногда капала вода с мокрых волос. − В чем дело? − сделав глоток пива спросил Стас, заметив поникшего парня. − А... прости меня... − тихо сказал Кирилл, не поднимая головы. − Кх-кх... Что, прости? − от слов подростка, Стас подавился пивом. − Я сказал - прости! − подняв голову и посмотрев на обалдевшего парня, грубо сказал Кирилл. − Ты что, глухой? − Как быстро у тебя прошло чувство вины... гаденыш, - облокачиваясь на стол локтем, сказал Стас. − Ну? И за что же ты извиняешься? − За разбитую посуду... − И все? − И за то, что устроил потоп... − И все? − Да! - не выдержав надменного тона парня, выкрикнул Кирилл. − Что ты ещё хочешь от меня услышать? − Ладно, ладно, уймись уже, - без особого интереса отозвался Стас. − Сядь и ешь давай. Поговорим потом. − Хорошо... − буркнул Кирилл, насыпая в тарелку хлопья. − Но мог бы извиниться и за испорченные нервы, − делая очередной глоток пива, как между прочим сказал Стас. − Было бы за что извиняться, − смотря из под челки, огрызнулся Кирилл. − Сам во всем виноват. − В чем это? В том, что ты избалованный гаденыш? − озлобленно улыбнувшись, поинтересовался парень. − Назови меня так ещё раз - и попрощаешься с новой посудой, − пережёвывая хлопья съязвил подросток. − И на этот раз ремонт придётся делать тебе, а не твоим соседям. − Попробуй только, и я тебя отправлю Вите по почте... кусками, − мило улыбнувшись, ответил Стас. Остаток трапезы они провели молча, периодически бросая друг на друга косые, недовольные взгляды. Кирилл пожалел сто раз о том, что не поехал с братом. Но транспорта он боялся больше, чем ненавидел Стаса. Хотя, ненавидел - это громко сказано, его просто раздражала его надменность и вообще... Было в нем что-то такое, что выводило из себя. "Может, это его:"Я не выношу детей!", а?"− думал про себя Кирилл, пока наслаждался долгожданными хлопьями. Стас думал почти о том же. Кирилл выводил его из себя своими необдуманными поступками и капризами. "Вот, вот почему я не переношу детей! Спиногрызы, чтоб их..." − мысленно ворчал Стас. Съев все без остатка, Кирилл молча вышел из кухни. Он ощущал затылком сверлящий взгляд Стаса, но так и не обернулся. Сев на диван, Кирилл поджал колени к груди, упираясь в них подбородком и погружаясь в собственные мысли. Он так задумался, что даже не заметил, как возле него сел Стас. Поняв, что его не замечают, Стас помахал рукой перед лицом подростка, привлекая к себе внимание. − А? Что? − вернувшись в реальность, спросил Кирилл, оглядываясь по сторонам. − Ну что, вышел из транса? − поинтересовался Стас, глядя на подростка. − Да... − Так, а теперь мы поговорим! − развернув подростка к себе лицом, строго сказал парень. − Я задаю вопросы − ты отвечаешь! Ясно? Кирилл лишь кивнул, отводя взгляд в сторону. − И так... Почему ты так любишь хлопья? Должно же быть нормальное объяснение, тому что ты ешь эту дрянь, − этот вопрос безумно интересовал Стаса. − Мне просто нравится. И ничего это не дрянь! Я же ничего тебе не говорю о твоих вкусах. Вот и ты бы помалкивал, − завёлся Кирилл. − И все? И это все? − Стас был в шоке. − Только потому, что тебе просто нравится, ты устроил целую трагедию и голодание? − Да! Сказал же - я ем утром хлопья. Меня Витя ещё с детства к этому приучил... после... смерти родителей... − Ясно... − Стас почувствовал себя виноватым. − Ладно... Вопрос второй: почему ты не любишь транспорт? Знаешь ли, мне не очень улыбается бродить с тобой туда и обратно пешком. − Я тебя и не заставляю. Хочешь - едь, а я пешком доберусь. − Ага, щас! А если по дороге с тобой что-то случится? Откуда я знаю, что у тебя в голове творится, − отмахиваясь от отговорок подростка, сказал Стас. − Ничего в голове у меня не творится. Сказал, что не буду я ездить больше на автобусе, значит, не буду! − Так! Мы договорились: я спрашиваю - ты отвечаешь! Так что дай мне внятный ответ! − грубо сказал Стас. − Я... Я не могу... − Кирилл внезапно начал мелко дрожать. − Я... после... их смерти... смерти моих родителей... Я не могу... просто не могу... − в голосе Кирилла отчётливо зазвенели слёзы. В памяти Кирилла сразу же всплыли воспоминания о том дне. Почти все они были как в тумане. Он плохо помнил, что было до и после аварии, но он очень чётко запомнил трупы родителей. Особенно хорошо и отчётливо он помнил лицо матери у своих ног. Её голову придавила металлическая балка, превратив половину лица в кровавое месиво. Это было последнее, что он помнил, дальше все было как в тумане, и лишь несколько дней спустя он пришёл в себя. Вспомнить это вновь оказалось большим потрясением для Кирилла, несмотря на то, что прошло много лет, он все ещё до ужаса боялся транспорта и все ещё винил себя в случившемся. Если бы не Витя, который удерживал мальчишку на плаву, он бы давно бы спятил или покончил бы с собой. Именно по этой причине Кирилл был так привязан к брату, боялся его отсутствия, боялся быть один. Когда он оставался один, его разум и фантазия начинали играть с ним, заставляли вспоминать. В сердце Кирилла жило постоянное чувство тревоги и страха. Несмотря на то, что сейчас он был не один, воспоминания, нахлынувшие на него, сыграли свою роль. В его голове начали появляться мысли о смерти Вити в такой же аварии, как и много лет назад, и эти мысли постепенно начали смешиваться с воспоминаниям. В голове была каша и неразбериха, он начал теряться в самом себе, переставая отличать где воспоминания, где фантазии, а где реальность. Прижавшись сильнее к коленям, Кирилл обхватил голову руками, крепко сжимая волосы и кусая губы в кровь, чтобы прийти в себя. Истерики и нервные срывы подростка, в основном, проходили быстро. Они могли внезапно начаться и так же внезапно закончиться. Но они никогда не проходили бесследно. "Бля... Их родители же погибли в автокатастрофе у него на глазах, − вспомнил Стас, наблюдая за Кириллом. − А я заставил его вспомнить об этом...Твою мать, блядь..." Стас смотрел на сжавшегося Кирилла, который тихо всхлипывал и мелко дрожал. Он не знал что делать, но мальчишку надо было успокоить. Состояние Кирилла было абсолютно неустойчиво и в любой момент могло перерасти в серьёзную истерику с нервным срывом. − Эм... Ну, ты, это, не плачь, − встряхнув Кирилла за плечо, сказал парень. Стас вообще никогда не успокаивал людей. Прото не мог, не умел и не хотел. И ладно бы девушку, куда ещё не шло, но вот парня, точнее ребёнка - ни разу. "Тоже мне парень-мужчина... Ребёнок! Дитё плаксивое, − думал про себя Стас, слушая тихие всхлипы. − Хотя, это я виноват, что он разревелся...М-да, ситуация..." − Я не плачу, − подняв голову и утерев слёзы тыльной стороной ладони, ответил Кирилл. − На что ты ещё хочешь услышать ответ или спросить? Внезапный голос Стаса и прикосновение вывели Кирилла из надуманного мира, возвращая в реальность и приводя относительно в чувства. − Ни о чем... Это все, − почесав затылок, ответил парень. − Теперь я хочу попросить. − Проси, − не смотря на парня, коротко  ответил Кирилл. − Не поступай так больше и слушайся меня, пока нет Вити, и тогда у нас все  будет нормально. Я не мешаю тебе, а ты не мешаешь мне. И впредь говори, что хочешь и, вообще, просто говори. Я буду к тебе прислушиваться. Хорошо? − протянув подростку руку, предложил Стас. − Хорошо, − недоверчиво пожав руку парня, ответил Кирилл. "Вот и отлично! Больше никакой мороки и головной боли. Хорошо, что привести его в нормальное чувство оказалось легко и просто. А Витька с этого целую трагедию всегда делал... − глядя на него, подумал Стас. − И какой же он... проблемный ребёнок!" − Вот и отлично, − поднявшись с дивана, парень стал потягиваться. − А теперь работа! Я буду занят, так что не мешай мне, а ты можешь делать, что хочешь. Пойди погуляй, например, − предложил Стас. Кирилл ничего не ответил Стасу. Закутавшись с головой в одеяло, он лег на диван, смотря сквозь тонкую щелку на Стаса. Пожав плечами, Стас пошел к компьютеру. Он абсолютно не хотел вникать в проблемы подростка, а тем более разбираться в них. Ему и своих-то хватало, а тут ещё и это. "Сдались мне его проблемы... Надоедливый ребёнок!" − проворчал про себя Стас. Он был на все сто уверен в том, что в своих проблемах Кирилл виноват сам. Он понимал, что возможно Витя и не преувеличил, когда говорил, что у мальчишки шаткая психика, но это все равно не оправдание его поступкам. И он совсем не мог понять Витю: брат братом, но терпеть такие издевательства от мелкого поганца, который в нужный ему момент может пустить слезу... "И как Витька его ещё не раскусил? Я бы... Ну ладно, ладно, признаю, даже я вздрагиваю и начинаю волноваться о нем, − создавая видимость работы, размышлял Стас. − Но все равно! Я уверен, что этот гаденыш даже не сожалеет ни о чем!" Обернувшись, Стас посмотрел на комок одеяла, из-под которого виднелось лицо Кирилла. Он просто лежал, не шевелясь и даже не моргая. Взгляд был уставший, сонный и безразличный. "И какого я вообще о нем думаю?! Мне работать надо, а не думать о мальчишке!" − мысленно приказал себе Стас. Развернувшись к обратно к монитору, парень, наконец, приступил к работе, выбрасывая из головы Кирилла. Когда Стас закончил работу, за окном уже был вечер. Отключив комп, он откинулся на спинку кресла, расслабляясь и блаженно прикрывая, уставшие от компьютера, глаза. Повернув голову назад, он посмотрел на лежащего под одеялом Кирилла. С того момента, как он посмотрел на подростка несколько часов назад, ничего не изменилось. Он лежал все в той же позе, подтянув к себе колени и смотрел в стенку. Поднявшись с кресла и потерев глаза, Стас нехотя подошёл к Кириллу и присел возле него на корточки. − Эй, ты жрать будешь? − поинтересовался Стас. − Уже ужин, как-никак. Ничего не ответив, Кирилл ещё больше укутался в одеяло, полностью закрывая лицо пледом. − Как хочешь, − пожав плечами, сказал Стас, поднимаясь на ноги. − Моё дело - предложить. Пройдя на кухню, Стас разогрел себе остатки пиццы. Достав из холодильника банку с пивом, он сел за стол. Парень старался не думать о Кирилле и о его проблемах, но все же смотрел на него из кухни. Закончив ужинать, он поднялся из-за стола. Открыв один из верхних шкафчиков, он достал пачку с хлопьями. Насыпав их в тарелку и залив молоком, Стас вышел в зал. − Вот, твои любимые хлопья, − поставив тарелку на столик у дивана, сказал Стас. − Поешь. Но и в этот раз Кирилл никак не отреагировал. Стас лишь пожал плечами и пошёл к себе в спальню. За целый день он порядком устал, да и завтра должен был быть тяжёлый день. Рухнув на кровать и заведя будильник, он укутался в одеяло, потихоньку засыпая. Стас проснулся посреди ночи от странных звуков в зале. С трудом открыв глаза, он поднялся на ноги. Хлопнув себя несколько раз по щекам, чтобы хотя бы немного проснуться и дойти до двери пьяной походкой, он с трудом дошёл до двери и приоткрыл её. Услышав тихие всхлипы, Стас окончательно проснулся. "Неужели наш разговор так его задел? − задался вопросом Стас. − Надо будет извиниться завтра." Закрыв дверь, Стас вернулся на кровать. Закутавшись в одеяло, он закрыл глаза, стараясь заснуть как можно скорее, чтобы не слышать этих всхлипов из соседней комнаты. В полнейшей тишине их было слышно очень хорошо. Сейчас ему не хотелось говорить с Кириллом и утешать его. "Лучше оставить все как есть до утра" − убедил сам себя Стас.