Жизнь, которую я изменю. Часть I

У меня было меньше секунды, чтобы принять решение. Скрип тормозов серебристой машины, которая не могла остановиться. Испуганный ребенок на переходе и я. Мой выбор, который разделяет всю мою жизнь на «до» и «после». Я не помню, как успела прыгнуть вперед и вытолкнуть ребенка. Зато навсегда запомнила звук врезающейся в меня машины, резкого удара. Почему-то очень сильно врезались в память эти несколько последних секунд моей жизни. Я запомнила серое небо, с которого хлопьями невесомо падали снежинки, ведь мне всегда нравился снег, это белое совершенство, которое на время укрывало землю. Запомнила жуткую боль, чавкающие звуки в груди и странное бульканье при вдохе, запомнила эти последние попытки вдохнуть неожиданно оказавшимся сладкий воздух. И запомнила это — я не жалела. Всегда зная, что не перешагну порог даже своего двадцатипятилетия, мне было радостно, что умру я не просто так. То, что я именно умираю, я осознавала отчетливо. Снежинки кружились все быстрее, и в один миг серое небо стало приближаться. Небо упало на меня или я упала в небо?

***

Очнулась я внезапно, и услышала тихие голоса недалеко от себя. Звук речи был очень удивительным, и еще более удивляло, что я их понимала. — Опять! В который раз! Сами магов у себя разводят, а потом — мир их опять вытолкнул, заберите! — ворчал незнакомый мне женский голос. — А вот и наша гостья очнулась. Медленно открыв глаза, я увидела двух девушек. Их взгляды давили не хуже каменного пресса и я поспешно опустила очи долу. Почему-то стало очень страшно. — Здравствуйте. Что случилось и что меня ждет? — мне даже было смешно несколько от ситуации, в которой я оказалась. Кажется, те самые приключения, о которых я мечтала дома, сидя перед книжкой с чашкой какао в руках, наконец наступили. Почему-то даже не возникло ни тени сомнений в реальности происходящего, и поэтому истерить я не собиралась. Когда я вытолкнула ребенка из-под машины, то приняла решение, и судя по всему пора нести ответственность за мои поступки. — Хм, меня радует ваше самообладание. Совершенно очевидно, что в своем мире вы умерли, — я резко выдохнула. Почему-то то, что я очнулась в этом месте, похожем на огромный наблюдательный зал, заставляло верить меня, что я еще жива, но эти слова убили во мне последнюю надежду. Переведя взгляд на пальцы, которые казались до жути настоящими, сжала руки в замок и готовилась слушать. — У вас, конечно, необычная ситуация, но далеко не неординарная. За последнее время мне приходится сталкиваться с подобным все чаще и чаще. Подойдите ко мне, — властный голос этой молодо выглядящей блондинки не оставлял мне выбора. Подойдя к ней, я увидела происходящее на экранах и застыла памятником самой себе от удивления — а удивляться было чему. На экранах кружились тысячи миров, и нередко какой-то из них приближался, чтобы потом отдалиться вновь. Оглянувшись, я заметила, что комната, в которой я очнулась, невероятно огромна, в ней огромное количество экранов, к которым изредка подходили люди в белом и что-то увлеченно правили. — Мы — Смотрители миров, — ответила на невысказанный вопрос девушка. — Да, миров огромное количество, а следить за выполнением законов Мироздания приходится нам, и править ваши и ваших Хранителей ошибки. Вы, люди, даже не знаете всей силы ваших душ. Во сколько миров вы поверили за то количество лет, что живете? Знаешь, как создается новый мир? Думаешь, Создателя на все хватит? Нет, это вы, недоделанные творцы, иногда столь ярко верите в свои фантазии, что рождается новая звезда. Люди… — с непонятной, несколько завистливой интонацией протянула она. — Вы обладаете свободой, свободой выбора, и большинство не ценит этого. Не ценит дара своей жизни, — она с некоторым неодобрением посмотрела на меня. Но я о своем выборе не жалела и только вздернула подбородок. — Как Вы верно заметили, люди обладают свободой выбора. Не только как жить, но и как умирать, — твердо ответила я, продолжая игнорировать глаза этого существа. — Темная, все-таки темная, — с непонятным мне восхищением протянула Смотритель. — Только вы равняете жизнь и смерть. Ну что же, собственно к тебе и к нашей проблеме, — резко отвернувшись к экранам, девушка выпрямила и так идеально ровную спину. — Как, наверное, ты уже догадываешься, не все после своей смерти попадают сюда, только такие, как ты, отказники, — меня очень напрягло последнее слово. Чую, ничего хорошего оно мне не сулит. — Миров много, и каждый из них в разном состоянии. На твоей Земле когда-то давно произошла катастрофа, которую мы не смогли предотвратить. Твой мир лишился магии, магов и всех, кто этой магией жил. Так у вас остались только люди, которые лучше всех пережили отток магической энергии. Но рана постепенно зарастала, и у вас начали появляться люди с магическими способностями. Вы стали заглядывать за Завесу Миров, и наполненные верой взоры обратились на другие миры. Магия начала проявляться в вас, только системе еще очень долго восстанавливаться. Тут-то и кроется проблема подобных тебе, — я еще ничего не понимала, но Смотритель вскинула руку, останавливая вопросы. — Вокруг каждого мира есть не только атмосфера, но и энергетические оболочки. Замкнутый круг — чтобы эта оболочка наполнилась, и магия начала циркулировать в мире, нужны маги, чем сильнее, тем лучше. Но твой мир еще не готов к людям с сильным даром, слишком много они тянут. Вот и вы умираете, пока не натворите слишком много бед. Вас ограничивают Хранители мира, чтобы вы не могли тянуть энергию и выдворяют, как только возможно. Не всем правда для этого приходится умирать. Это просто защитная реакция. Самое смешное, что после смерти, попав в водоворот душ, вы опять воплощаетесь и опять умираете молодыми. А магия, воплотившись в одном человеке, не спешит открываться в другом. Вот мы сейчас и занимаемся тем, что отсеиваем души с сильным даром, ваши Хранители тоже не дураки. И теперь мы подходим к сути вопроса — возродиться и прожить свой полный круг подобные тебе не могут стандартным способом — слишком привязаны к миру, в котором родились. Поэтому для вас есть всего один способ выжить — попасть в мир с более насыщенной магией энергетической оболочкой. Я молчала, переваривая информацию. Выхода у меня нет, собственно. Я могу опять попросить меня отправить на Землю, но…. Опять смерть и опять беседа с привратниками. Что-то мне не верится, что насыщение энергетического поля — это быстрый процесс. Что за насмешка судьбы? У меня, оказывается есть какая-то сила, но она слишком большая, чтобы я могла ей воспользоваться, и эта же сила ведет меня к смерти. Да, у Судьбы явно черный юмор. — Какие у меня есть варианты? — спустя некоторое время проговорила я. Все-таки тяжело признать всю правду, тяжело и горько. То, что я больше никогда не увижусь с семьей. Не увижу своих друзей, не прочитаю вновь любимые книги… От этого стало очень тоскливо. — Мы обычно предлагаем несколько миров. Есть с очень похожей структурой и языками. Вам наверняка знаком этот, — и девушка указала рукой на экран. Подняв взгляд наверх, я застыла надолго. Там везде ходили, бегали, просто жили люди, и у некоторых из них были палочки. Палочки, Гарри Поттер! — В твоем мире за завесу этого заглянули уже давно, и даже, творцы недоделанные, создали разные ответвления реальности, — с насмешкой девушка ткнула в соседние экраны. Да, поттероманов всегда было много. И книги, и фильмы обрели своих фанатов давно и надежно. — Но… — да, каюсь, если всю информацию до этого я воспринимала достаточно легко, то сейчас казалось, будто мой разум качался на краю пропасти. — В какое время можно мне попасть? Можно ли совершать что-то, чтобы изменить известный мне цикл событий? — Я бы сказала, что попасть можно в любое время, но мы рекомендуем обычно не очень далеко от того, в котором вы жили. Так легче приспособиться, ваши миры очень и очень похожи. И тут есть одна загвоздка, — девушка несколько насмешливо посмотрела на меня. — Ты обладаешь силой, настолько огромной, что для таких как ты есть очень много ограничений, — меня будто под дых ударило. Да как так-то? Моя сила — мое же проклятие? — Ты темный маг, большой силы. Обычно подобных вам называют Лордами. Не по званию и даже не по крови, исключительно по уровню энергии. Вы черпаете и отдаете в мир силу своих ядер, восстанавливая баланс и равновесие. Будь ты светлой, у тебя было бы несколько выходов, — она быстро провела по экрану, и изображение завертелось. — Таких как ты мы можем только отпускать туда, где есть естественные пустоты. И если брать разные отрезки, то ближайший — это рождение мальчика, известного тебе под именем Гарри Поттер. И все последующие отрезки за этим, конечно. Я замолчала на секунду. — Как насчет 1921 года, Англия? Или чуть позже, в шестидесятых годах? — если честно, я давно анализировала все события, что были описаны в книгах. И вдруг можно будет что-то исправить? Подставить руку помощи там, чтобы не произошло совсем непоправимых бедствий? — Невозможно. Ты — потенциальный Темный Лорд. В 1921 он как раз родился. Заселять тебя раньше и лишать его жизни мы не имеем право, в более поздний период тоже невозможно. Я указала рождение Гарри Поттера только по одной единственной причине — он станет в будущем Светлым Лордом и вполне прекрасно уравновесит твою силу. Медленно информация укладывалась в мою голову. Нет, отказываться я не буду ни за что. Это же действительно исполнение моей мечты, пусть и таким извращённым способом. Да и выбора у меня нет, но любопытство…. — Если мистер Поттер действительно Светлый Лорд, то мое воплощение возможно из-за правил Равновесия, я верно Вас понимаю? — после подтверждающего кивка, продолжила. — Но если это так, Тёмный Лорд должен был родиться? — Именно так. Его уничтожили, такое возможно. Смена Лордов происходит не одномоментно, поэтому вас и называют потенциальными. Сначала идет подготовка к передаче власти, а потом собственно сам процесс. Он занимает около двух десятков лет, все-таки Лорды подстраиваются под мир, а мир привыкает к их силе. Это не быстрый процесс с точки зрения людей. У Светлых Лордов смена пыталась появиться два раза, но они не дожили до года. Темный пытался воплотиться один раз, но ему даже не дали родиться. — То есть, при моем воплощении у меня есть все шансы не дожить до года? — несколько сухо проговорила я. Эта перспектива как-то удручала. Оказаться в мирах Гарри Поттера, не прожить и года. М-да. А если учесть, что тело будет не моим…. — Да, конечно. Видишь ли, тебе повезло в одном. Ты умерла раньше начертанного срока. В виде компенсации тебе положено дать какой-то дар при воплощении, — насмешливая улыбка расчертила тонкие губы, — Все как в сказке — три глотка, три желания, и ты воплотишься в мире. Меня пробрала дрожь. Почему-то казалось, что иду по тонкому льду. Все слова Смотрительницы были очень хорошими, интересными, но веяло таким холодом и такой безграничной опасностью, что это заставляло ежиться. — Чем я заплачу за исполнение желаний? И почему нельзя просто уменьшить мою силу и воплотить меня в более ранние сроки? — мурашки крупным табуном ходили по телу, и было почему-то очень и очень страшно. Что меня испугало в ее словах? — Правильный вопрос, я за это даже отвечу на него правдиво. Видишь ли, эта практика возникла недавно. Вы, люди, платите за исполнение ваших желаний вашими же привязанностями, нитями, что держат ваши души в ваших мирах. Изначально мы просто обрывали все связи, но неизрасходованная энергия может плохо повлиять, так что, выбор за тобой. После озвучивания желаний, в следующий раз ты очнешься уже в новом теле. И помни, ничего исправить в твоих желаниях после нельзя. А насчет твоей силы — с ней мы не можем сделать ничего. Ни изменить полюс, ни уменьшить, ни увеличить. Не могут этого и Хранители мира, только запечатать. Думаю, не твой случай абсолютно. — Хорошо. Последний вопрос — я могу пытаться изменить историю? — каюсь, этот вопрос меня волновал очень сильно. Просто по одной конкретной причине — мне хотелось исправить все то, что больно царапало душу при прочтении книг. И да, я понимала, что я не бог, и не мне судить, что лучше для других, а что хуже, но я не хотела облагодетельствовать всех, всего несколько человек. — Можешь попробовать. «Люди» и «право выбора» всегда ходят рядом. — Тогда желание первое. Я хочу помнить абсолютно все, что происходило в моей жизни. Желание второе — я хочу оказаться рядом с Гарри Поттером в условиях невозможного противостояния, несмотря на разные полюса силы. Последнее желание — полное понимание языковой среды. Смотрительница усмехнулась, но уже не зло, а как-то очень добродушно. — Да будет так! Я уже не увидела, как моя душа засветилась и нити, что оплетали меня, лопнули с оглушительным звоном, а сама я превратилась в маленький светлый шарик.

***

— Еще одна попытка поправить Равновесие, сестра? — с полуулыбкой к блондинке подошел молодой парень. — Даже выпросила Темного Лорда у соседей. Не стыдно было ее отправлять в этот мир? Сколько у вас попыток было исправить виток событий, из-за вами же допущенной ошибки? — голос был тихий, спокойный, но слова хлестали хуже всякой пощечины. — Да, мой господин, — тихо ответила бывшая Хранитель Земли. Это когда-то она пыталась поправить временной поток, исправить страшную цепочку событий, которая отодвигала развитие их мира на долгое количество лет. Ее попытки исправить что-то зачли, и отправили в просто Смотрящие за мирами, а не развоплотили, как когда-то… Нет, даже имя теперь стало запретным. — Это была моя последняя попытка. Молодой человек внимательно оглядел девушку и покачал головой. Да, Хранители остаются такими, даже если лишить их статуса. Что увидела Амотали в обычной девушке такого, что поделилась гораздо большим и в условиях ее желаний развернулась так широко? За что она заплатила своими последними крохами сил? — Амотали. — Мой господин. Это последняя попытка. Темная, с душой полной огня, но девушка. Первая девушка за несколько десяток попыток. Вы видели ее силу? Она бы прожгла выход из своего мира, если бы не погибла так глупо. Это мой последний шанс остановить последствия… — красивое лицо скривилось от боли. — Да, понимаю. Я бы тоже не отказался видеть ее в коллекции своих миров. Если она там умрет достаточно быстро, ее душа будет принадлежать мне. Он развернулся, и никто не увидел того, как исказилось его лицо. Глупая девчонка, Амотали, ты даже не представляешь КОГО тебе повезло вырвать из его рук. Ему остается только надеяться, что следующий меняющий вероятности будет принадлежать ему. Как же он пропустил душу человека из Закрытого Мира, да еще и с даром? Коротко оглянувшись и благословив искорку чужой души, Первый Смотритель ушел к своим мирам. Закрытый мир все чаще выпускает своих детей, надежда не потеряна, тем более для них, кто властен над самим временем.

***

29 июля 1980 года Когда взгляд случайно падал на женщину, сидящую напротив, сразу появлялась понимание того, что перед вами Леди, и именно с большой буквы. Строгое аккуратное платье, застегнутое на все пуговички, темное жабо с красивой заколкой, в которой абсолютно точно сверкали бриллианты. Холеное лицо с тонкими чертами, на котором застыло выражение холодного внимания, и королевская осанка завершали этот образ, от которого Элли не могла найти себе места последние полчаса, что шел этот разговор. — Итак, давайте я резюмирую все то, что вы изволили мне сообщить, — на короткий миг светло-розовые губы поджались, что означало крайнюю степень злости. Ее визави понимала это каким-то шестым чувством, и попыталась сжаться еще сильнее. — Значит, мой сын, замечу, почти полностью отлученный от рода, провел с вами время. Вы забеременели, но жениться он не согласился, и дал денег на аборт. Полностью поддавшись ослиному упрямству, вы решили-таки, что родив ему ребенка, сможете поменять его мнение. А теперь у вас кончились деньги, и вы пришли ко мне. Ах да, с еще более шикарным предложением, вернее шантажом возможного бастарда в моей семье, — синие глаза леди Блэк сверкнули гневом. Невзрачная шатенка напротив сжалась еще больше на стуле. — Простите, леди Блэк. Но мне скоро рожать, а я даже не знаю, чем буду кормить мою девочку. Сейчас все чаще происходят стычки и нападают на таких как я. Мне еще хочется жить! — все-таки Элли скатилась в истерику. Когда она впервые познакомилась с веселым синеглазым брюнетом, то даже не предполагала, что после завершения короткого, но бурного романа, попытается шантажировать остатками репутации его мать. Но у нее правда не было выбора! Вальбурга Блэк уже хотела встать и послать эту девицу обратно, но внезапно увидела потоки магии, причём темные потоки магии, которые на секунду всколыхнули пространство, и замерла. Потоки магии дитя, еще не появившегося на свет могли означать только одно. Вальбурга Блэк коротко выдохнула, усмиряя свой гнев. Сириус, безалаберный и глупый ребенок, который отрицал все ценности семьи сделал шикарный подарок, пусть и не знал о нем. — Все будет на моих условиях. Вы рожаете в моем поместье, получаете чек на ту сумму, что назвали и больше никогда не появляетесь в моем доме. Вы полностью откажетесь от прав на ребенка и никогда не подойдете к нему. И вы никогда, никому и ни при каких обстоятельствах не расскажете о нем, и куда он делся. Под Непреложный Обет конечно, — фразы, сказанные сухим сдержанным тоном, заставили Элли вздрогнуть. Она не могла и надеяться на такой исход событий. То, что Сириус на ней не женится, стало понятно давно, но аборт было делать поздно, а Элли еще так молода, не успела даже попробовать жизни! А тут ей предлагают такой замечательный вариант, даже не понимая, что делают совершенно счастливой. Больше ее жизнь не казалось ей совсем ужасной, и она даже улыбнулась. — Я согласна, — леди Блэк только поджала губы. Для нее не составило труда понять эту идиотку. Мало того, она готова отказаться от ребенка, хотя строила тут из себя несчастную мать, с такой легкостью, так еще и не поняла, кого она родит. Но и хорошо, а то мучиться пришлось бы дольше. — Тогда покинем это убогое заведение, — Леди поднялась единым слитным движением. Несмотря на возраст, сила в женщине ощущалась прекрасно. Да и как может быть иначе, если Глава Рода Блэк просто не могла быть слабой? Смотрительница, наблюдая за сценой, улыбнулась. Она сделала все, что могла. Теперь все зависит только от выбора этой женщины, влиять на который она смогла только косвенно. Дитя, которое не должно было родиться, все-таки получит свою жизнь.

***

30 июля 1980 года — У меня нет выбора, Люциус, — усталым голосом проговорила Вальбурга. Эта идиотка Элли пришла к ней почти к концу срока и вполне могла родить с часу на час, чуть не уничтожив на корню возможности леди Блэк снизить риски. Ей пришлось за последние сутки изрядно побегать и выполнить миллион дел: подготовить ритуальный зал, домовых, обновить защиту и нанять людей, чтобы тщательно зачистили все следы непутевой мамаши. — Ты хоть понимаешь, о чем просишь меня, Вальбурга? — Сидящий напротив молодой мужчина, хоть и выглядел идеально, но было заметна усталость и общее напряжение, которое в это страшное время не отпускали почти никого. Люциус Малфой, прекрасный аристократ, потер переносицу, откинулся на спинку стула и задумчиво покрутил стакан в руках. — Вы очень рискуете, — тихо заметила женщина, что сидела в углу, около камина. В кабинете была достаточно уютная обстановка, и в этот июльский вечер не могло быть холодно, но черноволосая и темноглазая девушка еле заметно ежилась около огня. — Мы — Пожиратели. Да, вроде все пока складывается в нашу пользу, но я чувствую, что скоро наш Орден падет, — глухим голосом продолжил Люциус. — Дураки может что-то не понимают, но Дамблдор подозрительно затих. Я ощущаю, что скоро наступит развязка. И сложится все не в нашу пользу. Не доверять лучшему финансисту столетия и просто прекрасному аналитику умные люди не стали бы, и леди Вальбурга не была исключением. — Я все понимаю, Люц, Белла. Но я доверяю только вам, вы последние, кто сможет справиться со всем этим, если меня не станет. Не перебивайте! Род Блэк планомерно вырезают. С семидесятого года наша численность сократилась неимоверно. Людей, с фамилией Блэк осталось четверо, и это если считать моего непутевого сына. Принимать тот факт, что он внезапно исправится, начнет думать и действовать по-взрослому я не могу. Не важно, кто победит в вашей войне, ты, Люциус, всегда сможешь вывернуться. Я не прошу ничего сверхъестественного, просто дать какие-то основы ребенку, если меня убьют, — леди говорила о своей смерти спокойно. Принадлежа темному роду, женщина достаточно хорошо понимала, что скоро Белая Леди придет и за ней, уже сейчас ощущая это внимание на границе своей чувствительности. В ее задачу теперь входит только подготовить наследника, который примет род и позаботиться о том, чтобы это принятие вообще стало возможным. — Тетя! — растерянно воскликнула Белла. Она была как-то не готова к тому, что ее железная тетя, которая была опорой роду и смогла стать его Главой, может умереть и говорить об этом так легко. Да, она воевала, участвовала в рейдах, и были у нее свои потери, но Белла, в отличие от всех слухов, еще не очерствела окончательно душой и до сих пор выше всего ценила семейные узы. А леди Вальбурга, всегда казавшаяся незыблемым столбом их небольшой семьи, так спокойно говорит о смерти? Действительно, ставшей до ужаса маленькой за такой короткий период семьи, часть которой уже давно отреклась от родственных уз. — Белла, не перебивай. Мы все смертны, и иногда смертны внезапно. Я просто пытаюсь предусмотреть все, — ледяным тоном отрезала Вальбурга. — Люциус, мне плевать на Лорда, Дамблдора и весь этот спектакль. Я уже потеряла одного сына в этой войне, могу скоро потерять последнего, — голос не дрогнул, но никто не обманулся — и Люциус и Беллатрикс прекрасно знали, как тяжело она пережила смерть Регулуса и уход из дома Сириуса. Когда Регулус неожиданно пропал, Сириус даже не пришел предложить свои услуги в его поисках, а уж когда портрет подернулся черной рамкой на гобелене…. Леди Вальбурга не могла простить своему сыну именно этого — равнодушия к самому большому дару, своей семье, родственной крови. Он давно выбрал своей семьей совсем других людей и это ранило очень сильно, но все приняли его выбор, пока не погиб Орион, а потом еще и Регулус. Да, Вальбурга когда-то активно поддерживала Темного Лорда, ровно до смерти своего младшего сына. И уж точно она не станет поддерживать его сейчас. Но на спокойном лице не появилось даже отголоска этих эмоций, что бурлили в душе леди. — Сейчас моей единственной заботой остается род. И именно поэтому вас, как ближайших родственников я прошу стать крестными ребенку. Не важно, кто выиграет или проиграет в этой войне, я прошу вас стать опорой до совершеннолетия. — Да что в нем такого, что вы готовы даже видеть во главе вашего рода бастарда-полукровку? — наконец выпалил Люциус, которому надоело ходить вокруг да около. Служение Лорду, который тоже смутно ощущал беспокойство и отыгрывался на них, маленький ребенок в мэноре, Нарцисса — все это потихоньку подтачивало его изнутри. А тут еще просьба от леди Вальбурги, которую он очень уважал, но ставящая его семью на грань. — О, Люциус. Знаешь, я подумала ровно о том же. Но я детей иметь уже не могу, Регулус…. А Сириус может больше и не сподобиться, — мужчина нахмурился, готовый взорваться, и был поражен улыбкой, кровожадной и полной предвкушения, которая появилась на лице леди, — и еще небольшой момент. Плод УЖЕ испускает темные эманации, — победные слова заморозили предполагаемых крестных. Поперхнувшись, Белла и Люциус переглянулась. Они оба прекрасно понимали, что это означает — им предлагают помочь ребенку с темным истоком, который вполне может стать Темным Лордом. Леди Вальбурга предлагала не только стать опорой еще не рожденному малышу, но гораздо больше — свергнуть власть их хозяина. Белла замерла, почти не дыша и не имеющая возможность даже оторвать взгляд от тети. — Белла, этот ребенок станет и твоим тоже, — мягко сказала ей леди Вальбурга. — Эта непутевая девица отказалась от всех прав на ребенка, контракт уже подписан. Наверное, мало что могло потревожить верность Беллатрикс Лестрейндж Темному Лорду. Он предлагал месть, месть за так и не увидевшего свет малыша. А ведь он тоже должен был стать истоком…. Леди Вальбурга предлагает жизнь. А что если, это?.. — Я согласна, — Белла решила для себя все. Она станет матерью этому ребенку. Ведь не может быть таких совпадений, правда? И ее малыш придет к ней, только в другом воплощении? И преданность, почти фанатичность лорду оказалась повержена под преданностью семье. Белла все же была в первую очередь Блэк. — Так вот зачем тебе поддержка наших родов, — задумчиво проговорил блондин. Его мозг просчитывал все варианты. Нет, он даже до этой новости не хотел отказывать леди Вальбурге, слишком много та сделала для его семьи, но маленькая деталь, всего лишь предположение меняло все, могло дать слишком много. — Я согласен. До завтра у меня не будет вызовов к Темному Лорду. Ваша девчонка должна родить максимум завтра, и сразу проведем обряд. Я не хочу подвергать ребенка опасности, поэтому Обливейт, для меня и Беллы, с условием снятия в виде смерти Лорда. — Договорились.

***

30 июля 1980 года, вечер Вальбурга стояла в тени и собиралась с силами для последнего, но самого важного разговора. От него зависело буквально все. Под дверью ее никто не заставил долго ждать, хотя Вальбурга это предполагала. — Вы? — ошарашенно выдохнул мужчина с каштановой шевелюрой и круглыми очками-велосипедами. — Позволите пройти? — сухо спросила леди, и ее тут же впустили в дом. В гостиной их встретила напряженная рыжая женщина, которая смотрела на нее с тем же вопросом в глазах, что и ее муж.  — Я понимаю, что мой визит весьма неожиданный, но я хотела бы поговорить кое о чем. В некоторой степени это касается Сириуса, — Вальбурга даже сейчас представляла собой ожившую ледяную королеву. Лили и Джеймс Поттеры, а это были именно они, переглянулись, а потом сделали совершенно неправильные выводы. Сири предупреждал их, что его попытаются вернуть в семью, но не хотел этого никаким образом. — В чем дело? — Джеймс подобрался и стал прокручивать в голове все возможные ответы на вопросы матери его лучшего друга. Совершенно очевидно, что она будет интересоваться тем, как помириться с сыном…. — Мистер Поттер, всю дальнейшую информацию я дам только под Непреложным Обетом. И нет, никто Сириуса возвращать не собирается, — ох уж это воспитание на Гриффиндоре, никакого самоконтроля. — Зачем он вам? — сколько подозрительности в голосе мужчины, м! — Информация, которую я Вам дам, секретна в любом случае. Если не хотите Обета, тогда согласие на Обливейт. Это слишком важно для меня и для Сириуса. Вы его ближайшие друзья, поэтому только острая необходимость вынудила меня обратиться к вам, — о, судя по блеску глаз, эти невинные дети попались. Дай им кусочек тайны, ощущение причастности к чему-то героическому, и они готовы на все что угодно. Леди еще раз взвесила все свои решения, но этот выход будет действительно самым лучшим. — Хорошо, мы согласны на Обет, — после короткого переглядывания согласились супруги. Вальбурга внутренне улыбнулась. Какие они еще дети, даром что уже воюют и ждут пополнения в семье. После того как оба супруга закрепили клятву о неразглашении информации, леди тяжело вздохнула. Теперь только от ее красноречия зависит жизнь ее наследника. — Недавно ко мне заявилась девушка, с которой когда-то вступил в связь Сириус. Девушка беременна, и родит не сегодня-завтра, — расширившиеся глаза друзей ее сына стали просто огромными. — Думаю, для вас не секрет, что мой род почти угас. Я боюсь за этого нерожденного ребенка, поэтому хочу попросить вас, мистер и миссис Поттер взять опеку до совершеннолетия над этим ребенком. — Если не считать огромного количества нюансов, зачем это нужно Вам, леди Блэк? — очень подозрительно спросил Джеймс. — Все очень просто, — коротко улыбнулась женщина. Они не отвергли ее сразу, уже хорошо. — Это мой единственный шанс на наследника, — в этом эти дети поверили сразу. — Вы хоть понимаете, что предлагаете? У нас самих со дня на день должен появиться наш Гарри. — Давайте я поясню все резоны, что сподвигли меня на приход к вам, — леди Блэк сдержала торжествующую улыбку. Они согласились, хоть еще и не осознали сами. Теперь только не испортить ничего. — Мой род считают темномагическим, а сейчас идет эта ваша война. Я не верю, что Темный Лорд в ней победит, — она с благодарностью подумала о Люциусе, который очень вовремя поделился информацией, ведь иначе она могла совершить ошибку. — Как вы правильно заметили, у вас тоже скоро родится ребенок. Никто не удивится, если это будет не один мальчик, а близнецы. Вам благоволит Дамблдор, мистер Поттер. Это для меня решило многое. Я хочу скрыть у вас наследника рода Блэк. Вы дадите ему или ей свою фамилию и защиту рода до совершеннолетия. В обмен на этого я принесу клятву о поддержке вашего рода. К сожалению, мой сын не хотел этого ребенка и поверить в то, что он будет о нем заботиться, я не могу. Один раз он предложил своей подруге избавиться от него, а что будет дальше? Прошу вас только спрятать моего будущего наследника, после совершеннолетия фамилия Блэк вернется к ней или нему. От вас, мистер и миссис Поттер требуется только это. На помощь, в том числе и денежную, вы можете спокойно рассчитывать, — глаза двух гриффиндорцев непримиримо вспыхнули, и леди еле сдержала смешок. Они уже просчитывают, как и что сделать. Вальбурга замолчала и перевела взгляд в окно. Именно это стало решающим фактором в ее решениях. Их род истребляют, планомерно и неумолимо. Она сама тоже недолго будет в мире живых, и тогда ребенок будет беззащитным совсем. Он темный, поэтому и крестными она попросила стать таких же темных, но была в этом самая большая ирония — и Люциус и Беллатрикс сделали когда-то ошибку, примкнув к Темному Лорду. То, что он проиграет становилось понятно по истеричным выкрикам газет, которые превозносили Дамблдора, и слишком последний набрал сил. И он, Великий чародей, благоволил к чете Поттер. Вальбурга, хоть и не общалась с сыном, но следила за его жизнью весьма активно, поэтому такие нюансы не скрылись от ее людей. Леди Блэк даже подозревала причину этого, а взглянув на Лили Поттер, только подтвердила свои предположения. Судя по всему, они даже не подозревали, что ожидают потенциального Светлого Лорда, которому по какой-то причине разрешили родиться. Вальбурга ни на секунду не поверила в то, что Дамблдор добровольно откажется от своей власти, но этот мальчишка ему для чего-то нужен, об этом говорили доклады ее шпионов. И хоть и будет расти наследник у этих на всю голову гриффиндорцев, но крестные не дадут стать такими же наивными, если это не успеет сделать она сама. Джеймс следил за матерью своего друга и пытался принять решение. Хоть леди Вальбурга и ошарашила их с Лили своим появлением, неожиданным предложением, от которого веяло сумасшедшинкой, но причины становились все более понятными. То, что леди не горит желанием воспитывать этого ребенка, было ясно как день. Судя по всему, бастард, да еще наверняка не от такой чистокровной матери, как надеялась Вальбурга Блэк, не был пределом ее мечтаний. Оброненные слова про близнецов заставили немного подумать, а потом согласиться. Был когда-то такой обряд связи, когда двух младенцев объединяли. Это позволит ребенку Сириуса носить фамилию самого Джеймса, она будет даже на бумагах, ровно до выполнения условия. Раньше, в период междоусобных войн, так нередко прятали последних детей рода. Было много условий, но основные — один день рождения, и чуточку родства соблюсти было легко. Лили тоже родит со дня на день, так что даже тут все сходится. Почему леди не хочет отдавать ребенка Сириусу, тоже понятно. Но что-то зудело на краю сознания, что не давало просто так дать согласие. Взглянув на свою жену, он вздрогнул от решимости в ее глазах. Она уже согласна, даже спрашивать не надо. — А что с матерью? — все-таки спросила Лили. Ее тоже что-то беспокоило, но она понимала, что не сможет отказать. Да и к тому же, какая разница, воспитывать одного или двоих детей? — Она отказалась от всех прав на ребенка. Сказала, что еще не готова к такому шагу и не отказалась от дитя, только по той причине, что надеялась на свадьбу с Сириусом, — сухо произнесла леди, умолчав, что отказ был одним из ее условий. Но, в целом, эта Элли планировала сдать ребенка в приют, так что она если и исказила информацию, то только чуть-чуть. Джеймс подумал совсем немного, но не находя никаких подвохов, все-таки решил дать ответ. — Мы согласны. — Отлично. Я предлагаю помощи моих лекарей при ваших родах, миссис Поттер. После рождения детей проведем обряд без промедлений. Я не хочу рисковать. Думаю, вы понимаете, что никому, даже Сириусу не имеете права говорить об этом? — Да. Спасибо за предложение помощи, — Лили осеклась под строгим взглядом этой немолодой женщины. — Уж поверьте, я не собираюсь вам вредить. От вашего благополучия зависит судьба моего рода. Возможно, этот ребенок — последний мой шанс, — сухо сообщила леди Вальбурга. — Хорошо, — Лили согласно кивнула, подавляя внутреннюю дрожь. Понятно теперь почему Сири сбежал из дома, с такой-то матерью-тираном!

***

31 июля 1980 года Леди Вальбурга Блэк, известная своей непоколебимостью, сейчас была непохожа на саму себя. Измученная, обессиленная, вся потерявшая свой лоск, но абсолютно счастливая. Тихий, с оттенками безумия смех разнесся по комнате. Женщина внимательно посмотрела на сверток в своих руках и не смогла сдержать счастливой улыбки. Феликс Фелицис, выпитый вчера перед встречей с четой Поттер, вкупе с духами с маленькой капелькой совсем невинного зелья, располагающего к себе и правильным предложением, дали результат. У нее есть всего несколько минут, прежде чем Поттеры покинут поместье, и их надо использовать с умом. Да, дети родились в один день, хоть у Элли и начались роды почти сразу после ее посещения Годриковой Лощины, но прошли намного дольше, чем у Лили Поттер. Рожала Элли в ритуальном зале, где полностью скрылись все всплески магии новорожденной. Да, у Вальбурги появилась внучка, а не внук, но это уже неважно. Сила, что уже чувствовалась в этом ребенке, не давала даже капли сомнений — перед ней действительно будущая Темная Леди. И Вальбурга постаралась сделать все, чтобы это будущее было. Эстер Блэк, и до совершеннолетия, Эстер Поттер, возродит почти угасший род. Крестины проводились почти сразу же после родов, как только Элли вынесли из зала и Вальбурга ввела в род свою внучку (это полностью защитит последнюю от того, что она была рождена вне брака. По факту, Вальбурга полностью лишала род матери этим действом на любые права на ребенка). После чего обоим крестным просто заблокировали участок памяти и скрыли из дома, чтобы Джеймс Поттер, который тигром метался возле спальни, в которой рожала его жена, ни в коем случае не увидел ненужного. Томительное ожидание рождения второго малыша и наконец, обряд соединения двух детей. Три обряда, которые по капли выжимали уже немолодую волшебницу, но осталось последнее — заблокировать дар малышки, слишком сильный для обычного ребенка. Связь с Гарри будет защищать ее, но совсем не до конца, поэтому Вальбурга плела сложнейшую вязь заклинания, которая спадет только при смертельной опасности для девочки. Наконец, последний виток улегся, и девочка недовольно засопела. Браслеты на руках, появившиеся вследствие заклинания вспыхнули и тут же погасли, полностью скрывшись с кожи. Теперь никто, даже сам Альбус Дамблдор не сможет понять, что это за ребенок. — Леди Вальбурга, я понимаю, что вы совсем не были с внучкой, но нам лучше сейчас уйти, — прервал ее размышления Джеймс Поттер. Он тоже выглядел неважно, все-таки первые роды любимой, но Вальбурга была благодарна, что хоть он и не принял ее внучку полностью, согласился на ее просьбу и проявляет сейчас благоразумие. — Конечно. И спасибо вам, мистер Поттер. Вы сейчас держите на руках не только мою надежду, но надеюсь, это дитя когда-нибудь станет любимо Сириусом, — леди Блэк вымученно улыбнулась. — Я это делаю только ради Сири и Эстер, а не ради Вас, — несколько грубовато отозвался мужчина, неумело прижимая к себе сверток. — Понимаю, но все равно спасибо. Я вас провожу. — Благодарю. Когда огни камина погасли полностью, и все дела была завершены, только тогда леди позволила себе свалиться без сил в спасительном обмороке. Она сделала все, чтобы защитить девочку и сделает все, чтобы воспитать из нее настоящую наследницу Рода, постаравшись не совершить тех же ошибок, что и с Сириусом. Удачи тебе, Эстер Блэк.