BTS: сборник драбблов

Чимин настолько милый и правильный, что Юнги иногда даже подташнивает от этого. Он тот самый сын маминой подруги: красивый, умный, спортивный, внимательный, заботливый, хозяйственный, честный и ещё куча эпитетов, превозносящих его над Юнги, который спортом не занимается, оценки у него, мягко говоря, были ни к черту, последние года четыре так уж точно, в универ после школы не поступил, просто потому что не захотел, да и с оценками такими пришлось бы выкладывать нехилую сумму за обучение, которой у его семьи, конечно, не было. Так ещё и курит в придачу ко всему. Единственное, чем он может заниматься круглосуточно, не уставая нисколько, забыв о своих тусовках, сигаретах и прочем, — музыка. Но и это не устраивает его мать и отца, ведь "музыкант — не профессия". На каждое такое заявление он лишь закатывает глаза и вздыхает, стараясь поскорее уйти на свою подработку или ещё куда-нибудь, пока это не переросло в скандал. Единственной причиной для Юнги, по которой они общаются с Чимином, является то, что их родители дружат и всячески пытаются подружить своих детей, но Юнги только фыркает на очередное высказывание матери, какой Чимин хороший, а он такой сякой и раздолбай. И Мин сам бы с удовольствием поверил, что Пак такой белый и пушистый, если бы не одно "но".       Юнги сидел на полу, опираясь спиной на стену, на очередной андерграудной тусовке и разговаривал с другом, как вдруг услышал стук в дверь. Вообще было странно, что он смог услышать его через гогот и разговоры других, а также через оглугающую музыку. Хозяин сразу же пошёл открывать её, и, так как Мин сидел напротив выхода из этой комнаты и квартиры тоже, он смог разглядеть, кто пришёл. И он подавился сигаретным дымом и сильно закашлялся, а на глазах выступили слезы, когда он увидел приветствующего других Чимина, который был одет не как обычно в аккуратную рубашку и хорошие брюки, и прическа тоже не была идеальной в отличие от остального времени, хотя это и причёской было назвать сложно. Вместо этого волосы его были растрепаны по все стороны, но тем не менее он не выглядел так, будто забыл расчесаться после того, как помыл голову. Скорее это выглядело как-то даже мило и по-детски, но это контрастировало с его одеждой, в которой он выглядел как-то слишком уж сексуально, по мнению Юнги. Чимин надел драные джинсы, которые уж очень сильно облигали его стройные, но вместе с тем накачаные ноги, кофту, которая была бесформаенной и огромной настолько, что, если бы он вдруг начал танцевать, она бы задиралась довольно сильно, обнажая его идеальный торс. Юнги видел его пару раз такого, не сказать, что он смущался этого, но и комфортно себя не чувствовал в этот момент. А, если сказать точнее, его жутко бесило, что этот образ стоял у него в глазах ещё достаточно долго, и вёл себя так по-блядски, что у Юнги из-за этого неоднократно вставал, и он дрочил долго, резко, стиснув зубы. И вот сейчас его немного подбешивало то, что он снова залип на этого "идеального сына", который, пока не замечая его, весело переговаривался с кем-то и отпивал из бутылки пива. Но вместо гримасы гнева, на его лице появилась ухмылка, а в глазах какой-то огонёк. — Кого я вижу! — сказал он, смахивая пепел с сигареты. — Ты? Что ты тут делаешь? — Чимин вдруг смотрит испуганно и гневно одновременно. — Тут более уместен вопрос: что ты тут делаешь? Разве ты не должен быть на подготовительных сейчас? — приподнимает бровь, смотря на него. — Неважно, — Пак смотрит в сторону и молчит ещё секунд пятнадцать, будто размышляя над чем-то, но потом снова поднимает взгляд на старшего. — Что ты хочешь за свое молчание? Он спросил настолько спокойно, что у Юнги чуть глаза из орбит не вылетели, хоть внешне он и оставался спокойным. Как он мог предлагать ему, что угодно за молчание, зная о его некоторых выходках и похождениях? У Мина это тоже не укладывалось в голове, но не только эта мысль крутилась там. Что-то ещё с левой стороны, вероятно, так и подначивало попросить как минимум отсос, но Юнги молча смотрел на него с полминуты безразлично, стряхивая пепел с сигареты. — Ничего мне от тебя не нужно, — фыркает Мин и возвращается к ещё незаконченному разговору с другом, а Чимин смотрит на него обиженно потом весь вечер, и с его мамой ещё неделю в гости не ходит к ним, будто Юнги глубоко оскорбил его своим ответом.