Твое тело

— Адриан, — раздалось в звенящей тишине. И вдруг в эту же секунду со свистом рассекающий воздух кнут обрушился на тело рабыни, обвив ее грудь и спину. От неожиданности девушка громко вскрикнула. Ее крик стал отдаваться глухим эхом. — Я ждал, когда ты заговоришь, Маринетт. Предлагаю тебе сыграть со мной в одну игру, — сказал блондин и снова замахнулся кнутом на грудь девушки и, проигнорировав стон девушки, продолжил. — После каждого нанесенного мной удара ты должна говорить «Спасибо, сэр». Если не успеешь, забудешь или скажешь что-нибудь другое, тебя ждет наказание. Сразу же после этих слов на голое тело обрушился удар, задевший соски Мари. — Спасибо-о, сэр! — раздался стон. За ним последовал следующий, который пришелся по нижней части груди, кнут обвил тело, словно змея. — Спа-асибо-о, сэр! Четвертый удар был послан на ягодицы. — Спасибо, сэр… Далее продолжалось примерно то же самое. Каждый удар становится все сильнее и быстрее, стоны и крики девушки усиливались с каждым ударом, удовольствие сутенера усиливалось с каждым криком девушки. Спустя двадцать ударов мужчина подошел к своей жертве, рассматривая ее. Алые полосы красовались на груди, животе, спине и ягодицах брюнетки. Агрест положил левую руку на левую грудь девушки, больно сжимая ее, двумя пальцами правой руки мужчина вошел в лоно девушки, быстро задвигав в нем. Стон, сорвавшийся с губ Дюпэн-Чен, Агрест заглушил жестким поцелуем. Дождавшись, пока девушка кончит, парень оторвался от ее губ. Громкий стон брюнетки возбудил блондина, что тот до боли сжал руками ее грудь, стон наслаждения вскоре сменился стоном боли. — Думаю, пока что с тебя хватит. Открой свой ротик, — скомандовал Агрест. Дюпен-Чен тут же послушалась и открыла рот, все еще тяжело дыша. На язык Мари попала какая-то таблетка, а к губам тут же был прислонен стакан с водой, которую Адриан заливал в рот девушки. Холодная вода текла на грудь девушки, впоследствии стекая на ее живот и ноги. Через некоторое время Маринетт почувствовала слабость и потеряла сознание.

***

Проснулась девушка в теплой постели. Комната, в которой она лежала, была ей совершенно не знакома. Это было помещение средних размеров с зелеными стенами, большим окном и двуспальной зеленой кроватью. Имелся письменный стол, кресло на колесиках и деревянные шкафы: один для одежды, другой — с книгами. Напротив кровати висели большие часы с черным циферблатом, золотыми стрелками и цифрами. Часовая стрелка была на двенадцати, а минутная — на единице. Встав в кровати, брюнетка оглядела себя в зеркало, которое стояло справа от кровати. Ее голое тело было все в красных полосах, которые очень сильно болели. Вздохнув, девушка вышла из комнаты и оказалась прямо перед лестницей, ведущей вниз. Спустившись босыми ногами, Мари заметила Адриана, который загадочно улыбался и шел на нее. Брюнетка не знала теперь, как относиться к предмету воздыхания. Вспоминая прошлую ночь, он боялась его, его желаний и воплощения последних. — Доброе утро, — тихим басом проговорил парень и обнял девушку. — Ты хорошо спала? Немного ошеломленная такой нежностью со стороны новоиспеченного хозяина, Мари не знала, что и сказать. — Ну… Вроде, да, — промямлила она. — Хм… И все-таки сильно я тебя исполосовал. Ты прости, — проговорил он, отстранившись. — Я купил тебе некоторые вещи, они лежат в шкафу в твоей новой комнате. Когда оденешься, приходи в мою комнату, мне нужно обсудить с тобой некоторые моменты, раз уж ты теперь будешь жить в моем доме, — договорив, не дожидаясь ответа от собеседницы, блондин развернулся и пошел в свою комнату. Все еще немного ошеломленная, Маринетт поднялась по лестнице в свою комнату и, открыв шкаф, обнаружила в нем светлые джинсы, два свитшота: один зеленый, другой красный, — короткие джинсовые шорты, голубую и зеленую майки, белую футболку с черным принтом. На нижней полке стояли черные туфли на шпильке, белые и черные кеды. На отдельной полке лежали носки и нижнее белье. Открыв пакет с нижним бельем, Маринетт сразу поняла, что обычных белых трусиков и бюстгальтера тут не будет. Мариетт обнаружила Кружевное черное и красное белье, стринги разных цветов, а также почти прозрачный белый бюстгальтер и трусики. Также в нем лежали две пары колготок в сетку. Надев на себя черное белье, белую футболку и джинсы с белыми кедами, Мари вышла из комнаты и направилась прямиком к Агресту. Войдя, девушка увидела сидящего возле окна Адриана, беззаботно читающего книгу. Увидев Дюпэн-Чен, Агрест отложил книгу, предложив жестом руки сесть девушке на кровать, Мари послушно села, положив руки на колени. — Ты прекрасно выглядишь, — начал тот. — Спасибо. Ты хотел о чем-то поговорить? — Да, — он прокашлялся. — Понимаешь ли, Маринетт, нравится тебе это или нет, но теперь ты моя секс-рабыня. То бишь вещь, которой я имею право распоряжаться, как мне захочется. Я купил тебя, Маринетт. Но я не такой «страшный дядя», как это может показаться. Соблюдения субординации, как «хозяин — рабыня», я требую исключительно в постели, то есть в сексе. В любое остальное время мы с тобой друзья. Конечно, я понимаю, что, возможно, тебе будет сложно видеть во мне друга, как раньше, но я настоятельно рекомендую тебе это сделать, потому что тебе же будет легче от этого, — он остановился, чтобы перевести дыхание и посмотрел на девушку. Выслушав блондина, брюнетка не знала, что сказать на это. Все могло быть, конечно, намного хуже, чем это есть на самом деле, но она не могла связать и слова. — Что же касается твоей учебы. Учиться ты не будешь. Это не обсуждается, работать ты тоже не будешь, я буду обеспечивать тебя полностью, платить ты мне будешь лишь своей прекрасной натурой. — Но как же так? — пыталась было возразить Маринетт. — Это не обсуждается, — резко перебил Адриан. Чуть поежившись, Маринет потупила взгляд, понимая, что у нее не будет никакого будущего. Она никогда не сможет устроиться на ту работу, на которую хотела. — Потихоньку переходя к следующему пункту, хотел бы сказать, что ты должна слушаться меня во всем, что я буду тебе говорить, просить или приказывать. Малейшее непослушание повлечет за собой наказание в постели. Выходить без меня из дома ты тоже не можешь. Если я узнаю, что ты ослушалась меня, а, поверь мне, я узнаю, твоему телу будет очень плохо, — он посмотрел девушке прямо в глаза, отчего той стало не по себе, и она потупила взгляд. — Смотри на меня. Побоявшись ослушаться, брюнетка посмотрела в его прекрасные зеленые глаза. Почему-то она невольно вспомнила Нуара. Как же ей хотелось, чтобы супергерой спас ее прямо сейчас отсюда, как же ей хотелось быть на свободе, но о том можно было только мечтать сейчас. Стоп! Ее сережки? Где они? Неужели их сняли в борделе?! От этих мыслей Мари стало не по себе, ее взгляд стал тревожным и испуганным. — Не бойся меня, Маринетт. Просто живи по моим правилам и все, — Агрест по-своему истолковал ее поведение. — У тебя есть вопросы? — Нет, — Маринетт решила ничего ему не говорить, а разобраться во всем сама. — Сегодня я хочу лишить тебя девственности. Эти слова прошли ножом по ушам девушки. Она не готова еще и до ужаса этого боится. — Но… Адриан… — Рано или поздно я сделал бы это. Снимай трусы. Неужели этот богатенький сутенер хочет ее изнасиловать прямо здесь и сейчас. На глазах девушки стали появляться слезы, но она стала выполнять поручения. Оставшись без нижних частей одежды, она смотрела в пол, боясь пересечься взглядом с блондином. Резко нагнув тело девушки вперед и раздвинув ей ноги, он поставил ее раком и стал раздвигать пальцами ее половые губы. — Маловато смазки, — сказал он и направился к шкафу. Пребывая в шоке, девушка не могла даже свести ноги, она глухо плакала. — Встань. Послушавшись, брюнетка встала и увидела у его в руках трусики и пульт. — Они вибрируют. Надень. Послушавшись, девушка нехотя натянула их на свою попку, отметив, что размер идеальный. Через пару секунд ее лоно почувствовало вибрацию. С уст Мари слетел стон, которого она сама не ожидала. Она сжала ноги и держалась за спинку кровати. — Ты будешь носить их до того времени, пока не приползешь ко мне на коленях с мольбой о том, чтобы я тебя трахнул, — последние слова он горячо шепнул на ухо, отчего возбуждение стало только расти. — А теперь отправляйся в подвал и жди меня там.