Твое тело

Робко шагая и держась за перила, Маринетт направлялась в подвал. Ничего хорошего от этого места она ожидать не собиралась, так как помнила ту порку несколько часов назад в нем же. Ноги девушки сводило от оргазмов, которые она получала благодаря вибрирующему белью. Наконец, дойдя до заветной двери, девушка открыла ее и от нового оргазма упала на колени на холодный пол. Через некоторое количество минут перед ней встал Агрест, державший пульт в руках. — Встань и сними футболку! — скомандовал он. Вновь возбужденная вибрацией девушка поднялась и обнажила свою талию, оставшись лишь в нижнем белье. Агрест оценивающе посмотрел на фигуру брюнетки и спросил: — Ты ничего не хочешь мне сказать? Снова издав стон, от нахлынувшего чувства удовольствия, девушка сказала: — Нет. В ответ на это Адриан лишь усмехнулся и, поставив рабыню раком, припустил ее трусики. Его взору предстали набухшие половые губы, из которых капала на пол смазка. Запустив в лоно средний палец, парень сначала медленно, а потом уже быстрее задвигал им. Были слышны пошлые звуки, благодаря смазке, которая так и сочилась из влагалища Маринетт на холодный пол, и стоны, которые издавала сама Дюпэн-Чен. Доведя девушку до пика, он вынул палец, следя за ее реакцией. Ее тело выгибалось, девушка расставляла ноги шире, будто прося господина о продолжении, с ее губ срывались многочисленные стоны, которым уже не было счета. Ухмыльнувшись, Адриан поднес четыре грязных пальца к губам Маринетт, она тут же принялась облизывать их, пошло причмокивая. — Ну, что? Теперь ты мне ничего не хочешь сказать? — Адриан вынул пальцы изо рта девушки, обтерев их о спину нижней. — Возьми меня, — прошептала она с отдышкой. — Что? Я не слышу, — смеялся тот. — Выеби меня, — погромче повторила она. — Не забывай про субординацию, моя девочка. — Трахните меня, мой Господин! Услышав то, что хотел услышать, парень расстегнул ширинку и грубо вошел в девушку. Дюпэн-Чен громко кричала, а под ее крики из влагалища шла кровь. Немного подождав, Агрест начал двигаться в девушке, довольно быстро наращивая темп. Были слышны пошлые шлепки, стоны Адриана и полукрики Маринетт. Грудь Мари очень сильно тряслась, а соски болели. Время от времени блондин сжимал сиськи девушки, оттягивал соски и просто бил по ягодицам, отчего те розовели. Через несколько минут крики Мари сменились на стоны. Ей нравилось происходящее в какой-то степени, что не на шутку пугало ее. Она хотела чувствовать Адриана в себе, она хотела, чтобы его руки блуждали по ее телу по-хозяйски сжимая его. Это ее даже в какой-то степени пугало, ведь, она никогда не была сторонницей сексуального рабства, но этот Агрест будто заставлял Маринетт подумать иначе. Кончив в девушку, Агрест вышел из нее, не забыв два раза шлепнуть ее половые губы своей рукой. Маринетт, тяжело дыша, попыталась выпрямиться, но лишь ей удалось это сделать, блондин сразу же, подойдя со спины, схватил руками ее грудь и повалил девушку на матрас, тут же нависнув над ней. Он взял ее запястья в свою правую руку, держа их за головой нижней. Левая его рука блуждала по груди и животу девушки. наклонившись к ней, парень услышал ее учащенное дыхание. — Теперь ты моя, — сказал он и властно поцеловал ее. Ошеломленная его действиями брюнетка не сразу ответила на поцелуй. В ее голове было много мыслей, которые так и толпились, не желая выстраиваться в очередь. Она не знала, что делать, как себя вести. А тем временем язык Агреста властно блуждал во рту Дюпэн-Чен. Сама Дюпэн-Чен пыталась как-то играть с его языком своим, но Адриан был непредсказуем. Сжимая левую грудь, он вызвал стон у брюнетки, который, конечно, заглушался. Закончив целовать девушку, он встал. — Приводи себя в порядок и иди завтракать. Я уезжаю по делам фирмы. В доме кроме тебя дворецкий и прислуга, так что без глупостей. Сказав эти слова, блондин вышел из комнаты, оставив Дюпэн-Чен наедине со своими мыслями.

***

Девушка лежала на матрасе, раскинув руки и поджав ноги. У нее не было ни физических, ни моральных сил выходить отсюда. В голове у девушки начали проноситься последние события одно за другим. Вот она отшила Супер Кота, вспоминая о нем, девушка пустила слезу. Вот, кого сейчас не хватало! Он бы спас ее. Вот ее забирает тот странный мужчина, вот она отсасывает в борделе, а вот ее лишает девственности Агрест. Но еще недавно она собиралась учиться и работать! А что теперь? Теперь она только и будет делать то, что хочет Адриан, и все! Как же сейчас не хватает Тикки! Квами всегда помогала ей собраться с мыслями. Нет, надо однозначно найти серьги! И почему-то ей кажется, что этот блондин знает, где они находятся. Хотя, это еще не точно, ведь, нет никаких доказательств. Надо дождаться, пока служанка выйдет из комнаты Адриана, и тихо зайти в нее. Точно! Решено! Так она и сделает.

***

Ободренная мыслью найти Тикки, Маринетт, выйдя из душа и переодевшись в чистую одежду, направилась на кухню. Кухня была немаленькая: пол был выложен из черно-белых квадратиков плитки, стены были черными, в углу стоял холодильник без единого магнита, кухонные тумбы были сделаны из темного дерева, посередине стоял столик из такого же дерева. На нем уже стояла яичница и остывала чашка кофе. Горничная мыла посуду, стоя у раковины и даже не оглянулась на Маринетт. Рабыня могла увидеть лишь ее стройную фигуру, собранные в красивую французскую косу русые волосы, тонкие руки и ноги и синие платье с белым фартуком. Расправившись со своей порцией, брюнетка, не забывшая поблагодарить горничную, направилась прямиком в комнату Агреста, удостоверившись прежде в том, что русоволосая ушла совершенно в другом направлении. Зайдя в комнату Хозяина, девушка не знала с чего ей начать свои поиски. Решив, что лучше начать с ящиков, девушка начала рыться в них, но нашла только много странных, скучных бумаг, а также фотографии Леди Баг. «Неужели он влюблен в супергероиню Парижа?» — пронеслось в голове у девушки. Поняв, что тут ничего она не найдет, девушка принялась за шкафы, в которых, увы, была только одежда. — Боже, ну, что это? Неужели этот блондин не может сложить свои… Но ее монолог прервал громкий скрип открывающейся двери. Маринетт так и замерла, стоя на коленях перед шкафом, держа в руках оранжевую футболку. На пороге стоял высокий, широкоплечий мужчина. На вид ему было лет тридцать, уж точно не меньше. С какой-то странной полуухмылкой он подошел к девушке. — И что же мы тут делаем? — пробасил издевательски он. Дюпэн-Чен не знала, что сказать, поэтому предпочла молчать. Вот, что означает «попала». — Я могу все рассказать твоему «Хозяину», — он выделил последнее слово. — Но могу и не говорить, если, скажем, ты сделаешь мне минет, — его рот расплылся в улыбке. — Пожалуйста, не надо, - взмолилась девушка, но мужчина был неумолим, расстегнув ширинку и спустив штаны, он достал свой половой орган, ожидая действий от девушки.

***

— Может, ты был слишком суров с ней? — спросил квами. — Не думаю, — мужчина нервно закурил сигарету. — Ну, а все же! Ты должен ее отпустить, если ты не садист! — настаивал первый. Усмехнувшись, блондин покосился на Плагга и ответил: — В том то и дело, мой милый Плагг. Я садист. Квами лишь вздохнул и откусил кусочек камамбера. Поморщив нос от несносного запаха, Агрест посмотрел на две красные сережки в его ладони.