Комната страха

Парень смотрел на девушку, пытаясь прочитать её, а в голове только и крутились картинки танцующей фигуры в пустом зале. Она отдавалась танцу максимально, двигалась красиво и уверенно, и хоть тот в танцах мало что понимал, но Рем мог точно заявить, что та ими занималась и у неё есть к ним физические данные. Воспоминания ярко вспыхнули в голове, меняясь вспышками, и затуманивали мысли. Рему это, естественно, не нравилось, с учётом того, что такие мысли и поведение вовсе ему не свойственны. Слегка тряхнув головой, сделав это так, чтобы не привлекать к себе внимание, всё же пытался рассмотреть в девушке настоящие эмоции. Мия не дура и понимала, что её ждёт самый жёсткий первый бой и её было по человечески жаль, потому улыбка на губах должна быть фальшивой. Но рассмотреть страх скрывающийся на дне глазниц не удалось. Мия слишком хорошо скрывала истинные эмоции и с одной точки зрения этот навык очень полезен, но с другой Рема волновал тот факт, что «читать» девушку будет гораздо сложнее и не все эмоции, проявляющиеся на лице, будут отражены в душе. Сама же девушка с лёгкостью могла скрыть весь негатив за улыбкой, ведь очень давно зарубила на носу, что чужие проблемы никогда никого другого не касаются, даже если это близкий человек. И сейчас Мия внутри ликовала от того, что большинство людей, стоящих рядом и подслушивающих разговор, были ошарашены её стойкостью и так и не смогли прочесть настоящий ужас, творящийся в глубине души. — Вот как, — отойдя от секундного ступора, который был вызван ответом девушки, Карлос почесал подбородок и, кивнув, пошёл в другой конец зала. — Слишком хорошо, — произнёс за спиной Рем, а девушка хмыкнула в ответ. — Что именно? — ухмылка расползлась на лице, и та не ожидая ответа, чем ожидала озадачить парня, пошла к углу разминаться. Нет, она никому не покажет свой страх. Даже если это очевидно и любой бы на её месте испугался. Нет, слабые места всегда должны быть закрыты под семью замками, ведь так никто не будет знать, как сделать тебе максимально больно и убить морально. Практически идеально составленный план на жизнь, если бы не одно «но». Всю жизнь Мия и делает, что молчит о своих проблемах, никогда не показывает страха и натягивает временами нелепую улыбку. Она даже не вспомнит когда плакала в последний раз, но вероятнее всего ей тогда и десяти не было. И ей не то что бы «срать» на все проблемы, но она перестала пропускать через себя всё происходящее вокруг. Иногда, это пугает даже её саму, ведь, казалось бы, её выкрали, а та и слезинки не проронила. Временами, особенно в студенческие года та даже и инстинкта самосохранения не имела, с учётом того, что она вытворяла ночами с такими же «отбитыми» друзьями в огромном мегаполисе. Даже сейчас с этими воспоминаниями в голову так же приходили вопросы: «А как же я вообще выжила?», ответа на который та не знала, и лишь верила в то, что просто рождена в рубашке. Улыбка расползлась на губах. Нет, этот бой точно будет менее опасным, нежели всё то, что Мия вытворяла несколько лет назад. Карлос вряд ли захочет её размазать по стенке, и она чувствовала заинтересованность в своей персоне и осознавала всю суть сегодняшней проверки. А поскольку мужчина лишь хочет убедиться в её способностях учиться новому, скорости схватывания информации и концентрации в сложнейших условиях, то вкладывать всю силу в удары тот не станет. Девушка усердно разминалась, пытаясь разогнать кровь, что бы дальнейшие действия ни принесли ей какой-либо травмы. Она это и так понимала, учитывая прошлый танцевальный опыт, но Едгар подчеркнул это несколько раз, потому Мия решила отнестись к разминке с максимальной ответственностью. В зале стоял дикий гул: кто-то разминался, кто-то уже тренировал удары на тренажёрах или сокомандниках, а кто-то просто пришёл сюда пообщаться с другими отрядами. У них всегда был плотный график и выходные те получали максимум один на неделе, если повезёт. Единым исключением служили великие праздники, на которые те могли уехать к родным и близким, а если таковых за пределами не было, то оставались в здании и занимались, чем хотели, в том числе общаясь с другими отрядами. Между всеми отрядами не было какой-то вражды, на общих тренировках раз в месяц они не только сражались друг против друга, но и общались, многие даже были какими не какими, но друзьями, дружбу которых часто скрепляли общие задания. Единый «Красный отряд» был отделён ото всех. Их не ненавидели, поскольку знали, сколько труда туда вложил каждый участник, помимо Рема, их уважали, возможно, боялись, но общаться не стремились. Даже сейчас вся шестёрка разминалась, Рем пропал из поля зрения, Карлос общался с другими капитанами отрядов, а Мия уже достаточно размявшись, встряхнула плечами и даже понятия не имела что делать дальше. Её взгляд зацепился за фигуру Карлоса, и она хотела было подойти к нему, но мужчина, словив на себе взгляд девушки, взял в руки мегафон и, поднеся к губам, включил его, громко заговорив в устройство:  — Стройся! Начинаем тренировку! — властный голос заглушил весь шум в помещении, заставив каждого услышать указание. И никто не смел ослушаться. Строиться по периметру зала все наёмники стали с удивительной скоростью. Мия немного даже растерялась, не понимая системы построения. Резкий хваток за руку вывел девушку из оцепенения и заставил вернуться в реальность, и перебирать ногами за тянущим её в начало строя Ремом. Он поставил её прямо за собой в самом конце и осмотрел уже почти выстроившийся ряд. Всего 30 секунд на это ушло. При Карлосе всё здесь ужесточилось в несколько раз. Но зачем же так испытывать Мию в её первом бою? Чему девочка могла обучиться за пару часов? Как стойку держать и защищаться, ставя блоки? И хорошо если это будет в её рюкзаке знаний. Карлос решил начать с самых обычных боёв среди разных отрядов, ставя одних с другими, проверяя, как те сильны не только в своём навыке, но и умеют противостоять физической силе противника. Именно поэтому и проводились подобные тренировки, где разведчики стыкались с хакерами, сапёры со стрелками и так в разных комбинациях. Все здесь были наравне, ведь бой врукопашную не был основой для какого-либо отряда. Командиры каждого отряда выводили того или иного человека, напротив вес другому, стараясь соблюсти некий баланс, чтобы бой вышел более или менее равным по силе. Иногда кто-то проигрывал, когда первая кровь проступала на теле или одежде, без перелома так же не обошлось и хруст на весь зал, казалось, удивил только одну Мию. Но всё было спокойно. Карлос что-то постоянно отмечал и записывал у себя в блокноте, чтобы в дальнейшем обсудить каждого отдельного участника отряда с их командирами и чтобы те уже на уровне замечаний составили новый план тренировок. Хоть бы кем ты ни был, но в этой «работе» каждый должен был уметь драться в близком бою врукопашную. На любом задании может произойти так, что в бой придётся вступить и сапёру, и айтишнику, и стрелку, потому драться нужно уметь и с арматурой в руках, если такая окажется под рукой, и голыми руками. И Карлос нёс на себе этот огромный груз ответственности всегда следить за данными показателями. Потому сейчас он был сосредоточен на своих заметках и «выступающих» перед ним бойцами. Девушке, продолжающей стоять в строю начало казаться, что за таким занятием, мужчина должен устать, умственная активность упасть и тот даже мог бы забыть про «бой». Неосознанно блондинка даже скрестила пальцы на обеих руках, с силой сжимая их. Как же ей хотелось избежать этой участи. Целую минуту в зале царила почти что кромешная тишина. Карлос не вызывал никого на ринг и что-то быстро черкал у себя в блокноте, сведя брови к переносице. Металлический наконечник стержня ручки с дикой скоростью скользил по листам, создавая впечатление, что на бумаге останутся скорее неразборчивые иероглифы, но никак не читабельный текст. Но Карлоса все ещё плохо знали и до сих пор многие привыкали к браздам его правления, что тому определённо не нравилось, но и как-то ускорить этот процесс не пытался. В конце концов, это он — тёмная лошадка — ему нечего бояться. Мужчина умел писать очень быстро и в отличии от многих скорописцев делать это разборчиво не только для своей персоны, но и абсолютно любого человека, который умел читать. Помимо этого навыка, тот и читал листы, практически взглядом «сканируя» каждый за какие-то жалкие пару секунд. Впрочем, персона Карлоса таила в себе ещё очень много скрытых навыков и умений, и это безусловно знали все, потому ни у кого никогда не возникало вопросов поему именно он главный в тренировочном крыле. — Мия! — разбило тишину имя, сказанное в непривычном для Карлоса манере. Это было не сухо, не безразлично, а с предвкушением, за ним словно стояло что-то интересное. И может для остальных это не оказалось таким уж подозрительным, но Рем, знающий брата более десяти лет, учуял в этом слове что-то несвойственное для мужчины. И он не был этому рад. Мию словно током ударило. Она выровнялась «по струнке», прижимая руки «по швам» и чуть задрав голову, повернула её к зовущему. Ой, сколького ей стоили эти секунды самообладания, и лишь поджатые пальцы на ногах в кроссовках могли выдать её страх. Девушка максимально пыталась абстрагироваться, но сотня взглядов буквально впивалась в каждую клеточку тела. — Выходи, — Карлос рукой указал прямо на ринг и ухмыльнулся. Мия громко сглотнула, едва удерживая страх в себе. От глаз Рема это, конечно же, не укрылось, и как только девушка решилась сделать шаг в сторону «октагона», ведь в этом зале вместо привычного всем на вид ринга с четырьмя углами, стоял восьмиугольный ринг обтянутый сеткой, он схватил её за плечо. Наклонившись к блондинке, не боясь мнения остальных, спросил:  — Если ты не можешь справиться морально — просто скажи, — девушка смотрела на парня с долю секунды, обдумывая предложение, но отрицательно помахала головой, и слегка дёрнув рукой, скинула руку Рема. Сжав кулаки до побеления костяшек, твёрдым шагом пошла к рингу. Карлос под перешёптывания и прожигающие взгляды прошёлся к средине зала и забрался на ринг, помогая войти в него девушке. Мия осмотрела территорию, пытаясь понять её размеры. Ощущался восьмигранник по-разному: снаружи казался куда меньше, чем когда стоишь прямо в его центре. Эту фишку рассказал ей Едраг, который сейчас смотрел за своей первой ученицей и впервые за несколько лет молился. Молился о том, чтобы она не подвела его, хоть в этом и не было интереса для Мии. А сама девушка знала, что должна не только проявить себя как сильного духом человека, способного на быструю «акклиматизацию», но и помочь Едгару вернуть своё место посредством того, что тот имеет навык к обучению. Потому постоянно крутила в голове их тренировку с мужчиной и уже на опыте понимала, что все его советы необходимы. Осмотрев площадь, в которой девушке придётся состязаться с её, возможно, будущим командиром и, разложив в голове всё по полочкам, касаемо пространства, Мия стала чувствовать себя более уверенно. Ринг под ногами перестал казаться едва ощутимым, и теперь девчонка стояла на нём вполне уверенно, а сжатые до боли кулаки расслабились. Чуть отойдя к левому краю, Мия глубоко вдохнула и, выдыхая всё напряжение, сразу же встала в стойку. Это было негласным знаком или сигналом для начала состязания, показывающее, что соперник к бою готов. Мия держала всё практически в точности, как ей показали, и если недочёты и были, то сводились они к её первому опыту. И Карлос уже сейчас давал положительную оценку девчонке. И всё же в людях тот никогда не ошибался. Лишь одно сбивало с ног: что хотел от неё сам командир? Он будет имитировать драку с ней, или проведёт «экзамен» по знанию и технике ударов, стоек и блоков? И эти мысли не давали девушке покоя, пока мужчина несколько секунд разминал плечи после долго нахождения в статичной позе с планшетом для бумаги в руках. Как только Карлос слегка разогрелся, ведь этого было достаточно, по его мнению, командир подал знак нападать, вытянув левую руку перед собой и повернув ладонь к верху, несколько раз согнул ровные пальцы в костяшках. И Мия знала этот жесть ещё с боевиков, поэтому сразу поняла, что от неё хотят, и слегка отрываясь от земли в ритмичных прыжках, сократила расстояние между соперником и попыталась нанести первый удар немедля. И Карлос едва его не пропустил. В нём не было особой силы, но была точность, скорость и неожиданность, которые немного сбили с толку мужчины и тот с трудом успел поставить блок. Он не ожидал, что сразу после его «жеста» девочка начнёт быстро надвигаться в его сторону и сразу же нанесёт первый в жизни удар в не совсем-то и тренировочном бою. И то, что её удар был блокированный, никак не удивило маленький по сравнению с фигурой Карлоса «ураган», который не растерялся и в ту же секунду продолжил наносить удар за ударом, меняя техники и поочередность частей тела: кулак, локоть, голень, колено. И какую же радость приносил каждый десятый удар, который не был блокированный. Какое удовольствие разливалось по телу Мии, когда она чувствовала не твёрдые напряжённые для блока мышцы, а «мягкие» уязвимые части тела, и даже немного надеялась глубоко в душе, что мужчине может, стало и не больно, но неприятно точно. И несмотря на скорость, в которой тяжело контролировать своё тело в приоре, Мия делала всё достаточно технично, соблюдала положение тела и если бы она вложила в удары ещё и силы, то точно могла бы оставить следы на коже в виде кровоподтёков под ней. И даже тут она оказалась умней. Она знала, что физическую силу сейчас никто оценивать не будет, поскольку её физ. подготовка видна невооружённым взглядом, а одна тренировка никак не могла бы на неё повлиять. Вся суть была увидеть, что сможет её внутреннее «я», насколько оно «износостойкое», насколько развита логика, умение работать над собой и слышать в первую очередь себя и своё тело, уметь работать в паре с ним. И это всё сейчас в полной мере пыталась показать Мия, стараясь использовать как можно больше техник показанных ей Едгаром на тренировке. И пусть только три человека в этом зале видели настоящие старания девушки, а самое главное силу и рвение, с которым она подходила к бою. Именно они уже подвели свои итоги по поводу её персоны, и сейчас Мия открылась для каждого с абсолютно другой стороны. Едгар был удивлён тому, с каким усердием Мия подошла к тренировке с ним и сколько смогла из неё для себя вынести. Рем был удивлён тому, что девчонка смогла абстрагироваться, выбросить из головы всё лишнее, мешающее и сосредоточиться на поставленной задаче. А Карлос не был удивлён. Он лишь ещё раз убедился в том, что никогда не ошибался в людях и если он что-то в них находит, то они способны на что-то большее, пусть и сами в это верить не будут. Поскольку Карлос уже увидел все, что ему было нужно, то следующий удар девушки то «словил» рукой, просто ухватив ту за кулак. Как он и думал, это остановило девушку и она тяжело дыша посмотрела на мужчину. — Стоп. Я доволен твоей проделанной работой, — отпустив руку девушки, он развернулся и молча спустился с октагона, держа курс на выход из зала. — Едгар, зайдёшь после ужина, — и двери за мужчиной громко хлопнули. Тренировка была окончена. Все продолжали осматривать Мию, которая с особой осторожностью спускалась с ринга и делала это весьма неуклюже. Естественно все присматривались к девчонке, ведь попасть в ряды «Красного отряда» хотели многие, а этой «мелочи» удалось это сделать без особых усилий. И не сказать, что на тренировке та показала что-то удивительное и невероятное, но ведь и немногие знали всю историю с самого её начала. В прочем, мнения по поводу Мии складывались весьма нелестные, и услышать порою грязные мысли «шакалов» девушка бы не хотела. Хотя чего можно было бы ожидать от этих людей, если их ещё и можно так называть. Здесь правила дикой природы не искоренены, а наоборот процветают и приветствуются в полной мере, где, как бы там не было, правило «Каждый сам за себя» стоит и будет стоять первым. Самое главное, какое мнение о ней сложиться внутри «Красного отряда», ведь теперь, насколько понимает девушка, тренироваться, работать, да и в общем, жить ей теперь с ними. И, конечно же, делать это будет проще, если к ней не будут относиться с пренебрежением как в их первую встречу. Хотя девушка готова к любому исходу и ей не в первой быть «белой вороной» в коллективе. — Не ожидал от тебя, — говоря это более «тепло», чем обычно общается Рем, парень встречает девушку около ринга. — Старалась, — кратко отвечает та, не скрывая еле заметной победной улыбки на губах. — Пора на ужин. Сегодня всё немного затянулось, — парень разворачивается к выходу уже из пустого зала. Ему не нравиться то, что с этой девушкой он начинает что-то чувствовать. Словно по давно засохшей земле снова начинает бежать мелкий-мелкий ручей, который немного «оживляет» земной покров. Но ведь разве не затем он целую неделю ловил эту девушку после случайной встречи на остановке? Разве он не охотился за теми самыми эмоциями, ощущения которых уже давно были позабыты? Страшно что-то снова чувствовать. Страшно открываться миру, показать, что ты не статуя, которой на всё плевать, которую невозможно пробить или сделать с ней ещё что-либо. Но ведь и жить с «пустыней» внутри тоже было Рему уже невыносимо. Он не желал такой судьбы, не хотел иметь клеймо «наследника» и быть подчинённым отцу до его смерти. Он даже не против был бы всё отдать Карлосу, если бы отец был хоть немного уступчивым в своих принципах. Но тот вцепился в «кровную связь», и какие бы успехи не были у Карлоса за спиной — он не родной сын. Даже временами Рем сознавался себе, что хотел бы поменяться местами с Карлосом. Деньги и власть нравилась парню, но не той ценой, которой они ему давались. В школе и университете за ним всегда было прикреплено клеймо «сынишки богатенького папочки». Некоторые терпеть не могли Рема только по причине его «статуса», а многие девочки бегали хвостиком ни сколько за самим парнем, хоть тот и был привлекательным внешне, сколько за этим самым «статусом». И даже Доминик не раз говорил ему просто позволить жизни плыть по течению. Ну, пусть придётся терпеть отца и его постоянные нравоучения, зато весь мир у твоих ног. Но Рему не нужен был это «мир». Мир, в который все приходят по своей воле или воле случая, в любом случае делая сложный, но сознанный шаг. Рем же сделал его неосознанно с первым глотком воздуха в родильном зале. И теперь, когда он пытается выбраться из «золотой клетки» посредством девушки, которая хоть какие-то чувства пробуждает в нём, ему становиться страшно. Тот всегда опасался лишь отца в гневе и боялся провалить тренировки, а сейчас переживает о неизвестности и о той самой свободе, за которую так истошно боролся все эти годы. ***  — Ты хотел поговорить, — к Карлосу в покои сразу после ужина зашёл со стуком Едгар. — Да, но я уверен и ты тоже, — мужчина похлопал по месту рядом с собой на небольшом диване у окна в его спальне. — Мия навела слишком много шума своим появлением, — Едгар сел на предложенное место и сразу начал разговор, чтобы не затягивать на ночь глядя. — Рената в своё время не меньше, хоть и та стремилась добиться своего места кровью и потом, — Карлос улыбнулся, вспоминая все старания девушки занять место в «Красном отряде». И сколько раз он лично тащил тут в лазарет практически в предсмертном состоянии. Именно об этом Карлос говорил, касаемо заслуги места в их отряде. — Но все знают, что она провела тут всего три недели и уже попала к нам. Какие причины этому способствовали? Она особенная? Если она девушка Рема, то пусть их отношения не будут выходить за переделы его покоев, — как только Едгар заговорил за сводного брата своего друга, его тон резко ужесточился и приобрёл весьма недоброжелательные нотки. — Не всякая «девушка» моего брата могла бы так же, и ты сам это видел, — Карлос показал кавычки при упоминании всех пассий своего брата и ухмыльнулся. — Да и она твою задницу спасла, так что можешь и ей спасибо сказать. После этих слов Едгар даже взбодрился. Неужели его план сработал и у него получиться скрыть утренний эпизод за успешной работой «ученицы». — Да, с тебя может и хороший учитель, наставник и прочие, но то, что ты не можешь сдерживать свою агрессию и введёшься на провокации, меня очень расстраивает и заставляет пересмотреть твою кандидатуру, — тон Карлоса ужесточился. Да, можно было закрыть глаза на те два случая, учитывая дичайшую вражду между Едгаром и Ремом, но держать себя «в узде» нужно при любом раскладе. Когда он переймёт на себя обязанности командира «Красного отряда», а с тем же и Мастера всего тренировочного крыла, то нервных встрясок у него будет хоть отбавляй. И это ни сколько помешает его работе, сколько психологической составляющей и продуктивности, поскольку постоянная агрессия будет выжимать все силы из мужчины. И в данном случае Карлос заботиться о друге. Все эти колкие фразы и желание задеть Едгара лишь тому подтверждение, чтобы вызвать в голове мужчины ответную реакцию и начать работать над собой. — Я тебя услышал, — настроение Едгара вмиг испарилось. — А на счёт Мии, то ты и сам видел её результаты. Да и заработать эта «малявка» может за час как мы за одну миссию, так что недооценивай людей лишь по их внешнему виду, — чтобы не заканчивать день и этот разговор на плохой ноте, Карлос решил свернуть тему в более нейтральное русло и даже улыбнулся. — Я видел и не недооцениваю. Тебе же всё равно решать. Хотя, в твоём выборе я всегда уверен. Едгар так же попытался уйти от негатива, но в голове всё равно продолжал крутить слова друга и решения, которые помогли бы в этой ситуации. Он делает это не сколько для своего будущего, сколько для родных ему людей, у которых кроме него больше никого нет.