Комната страха

— Испытание окончено? — немного отстранённо и холодным голосом уточнила Мия у Карлоса, даже не поднимая на того глаза. — Да, и ещё раз поздравляю с успешным прохождением, — Карлос видел, что с девушкой что-то не так и не ожидал подобной реакции от неё, исходя из того, что он видел и слышал минутами ранее. — С вашего позволения, я удалюсь, — обращаясь ко всем, кто находился в данном зале, девушка дважды кивнула головой в разные стороны зала, и более не поднимая головы, опустив ту глядя лишь на свои кроссовки, сжав кулаки, ушла из зала максимально быстрым шагом. Мие было всё равно на то, как она прошла испытание, и что Нейт мог умереть от её рук на самом деле. Он заслужил этого, и эту установку Мия поняла ещё в ту самую минуту, когда смотрела в его глаза последний раз. Больше всего её пугало то, что теперь все узнали ту внутреннюю боль, которую девушка сдерживала в себе всё то время. Что многим стала понятна причина и что, как оказалось, Мию можно было использовать, потому что если это получилось у кого-то вроде Нейта единожды, это получиться и в последующем. Но самым пугающим было то, что хорошо, что в какой-то момент мозг девушки спрограммировал именно Нейта, как самую главную «угрозу», а не того самого человека из-за которого всё пошло по тому самому месту очень и очень давно. Скорее всего, обида на фоне всего происходящего с Мией последнее время и главной причиной всего в лице Нейта действительно потупила ненависть к когда-то родному человеку для Ми. Все эти мысли убивали девушку, заставляя снова бежать на улицу, на свежий воздух, что бы подставить полыхающее лицо и душу прохладному весеннему ветру. Мия вылетела из здания, громко хлопая дверью и сумев вдохнуть полной грудью только подняв голову к солнцу. В последнее время Комплекс «Т3», а точнее его стены в прямом смысле душили девушку. Внутри здания той постоянно словно не хватало воздуха, было как-то душно и парко. За ней тут же вышел Рем и тихо подошёл к девушке со спины, мягко кладя руки на плечи в успокаивающем жесте. Рем, который даже на заданиях всегда ходил или бежал размерено и чётко, словно под счёт в своей голове, в этот раз сорвался с балкона и убежал вслед за Мией, даже не успев сообразить для чего и зачем. Одна мысль лишь била в гонг внутри Рема — он должен быть сейчас рядом. Именно сейчас он должен был сделать то, что сделал. И каково было удивление мужчины, когда Мия не оттолкнула и не отошла от него, а наоборот чуть качнулась в его сторону, словно спиной хотела ощутить Рема, словно одного касания рук было мало для неё сейчас. Не сумев всё ещё совладать своими мыслями и движениями, Рем впритык подошёл к Мие, впервые так сильно сокращая дистанцию между ними, и позволил их телам соприкоснуться. Руки парня медленно поглаживали Ми по плечам, потому что девушку банально трясло у него в руках. Он не понимал от чего и почему, но то, что адреналин бушевал в её крови он ощущал физически и пытался всеми силами уберечь Мию от нервного срыва. Ощутив прикосновение тела Рема к своему, пусть и через несколько слоёв их одежды, Мия поняла что дрожит. Нервная система девушки давала дикий сбой, всё это время продолжая работать на износ. Она дала слишком хороший старт и это понимали все присутствующие, но теперь удержать данные позиции было не то что не в силах Ми, а не по силам её организму. Стрессовое состояние с первого дня в Комплексе «Т3» стало для неё чем-то вроде нормы без излишнего контраста с какими бы то ни было положительными эмоциями, о которых Мия смогла уже позабыть. Конечно, не раз преодолевая трудности ещё с юного возраста, Мия, как и её мозг и организм уже привыкли к стрессовым ситуациям, но в последние полтора месяца девушка не выходила из этого состояния от слова «совсем». И сейчас под натиском негативных воспоминаний, захлёстанная волной эмоций, организм не смог больше жить в режиме «выживания». Парень, так и до конца не осознавая, что делать и как поступать, просто продолжал прижимать девушку к себе, аккуратно расположив свои руки на талии девушки, стараясь не переступать личные границы Мии. Ещё пару недель назад тот думал, что за пару счётов уложит её в свою кровать, что подчинит Ми своей власти, но, наверное, только в эти секунды, в этих «объятьях» он понял, что в непонятной ловушке, как беспомощный зверёк оказался он сам. И загнал в неё себя Рем своими же руками. И в этом нет вины Мии. Со всем прочим, она и сама была в ловушке, только клеткой служил ей Комплекс «Т3» и все понимали, на чьих плечах лежала вина за это. Но сама девушка по какой-то причине не ненавидела парня до мозга костей, как того же Нейта. Она прекрасно понимала, что Рем виноват отнюдь не намного меньше её бывшего парня, но и держать на того злобу она почему-то не могла, да и ни разу в последнее время так и не словила себя на мысли о ненависти. И сейчас ощущая его руки на своём животе, слыша сбитое дыхание в такт своему, ей и не хотелось кричать, что в этом виноват Рем, что бы он отпустил её, вывез из этого места. Она ощущала поддержку, которую как мог выражал Рем через свою извечную сухость и жестокость по отношению к остальным, и дрожь отступала, пока в голове словно бит повторялось простое: «Держись!». И разве после всего пройдённого на глазах у остальных «гиен», она может просто так опустить руки и покинуть игру? Разве её загнали в эту комнату страха не для того, что бы она разнесла её к чертям и вышла из неё с высоко поднятой головой? — Спасибо, мне лучше, — Мия хриплым голосом поблагодарила мужчину стоящего позади себя и положила свои ледяные руки на его, слегка сжимая тонкими пальцами его крупные ладони. Вытянув губы в улыбке, Ми только сейчас поняла что того барьера, которые всё время ограждал их друг от друга больше нет. Словно сейчас, оголив свою душу она растворила эту грань и теперь уровень доверия между ею и Ремом возрос в разы. И Рем это ощущал тоже. И оба понимали, что как раньше уже не будет. Не зря это испытание для каждого нового бойца в «Красном отряде» прозвали «Точкой невозврата».

***

Сидя в небольшом кресле практически напротив огромной кровати, Рем наблюдал за спящей без задних ног Мией. Утром он подорвался ещё с первыми восходящими лучами и так и не смог уснуть заново. Парень тихо поднялся и застелил свою часть кровати, ведь не любил беспорядок не только в голове, но и в окружающем его пространстве. Сев в кресло он медленно потягивал горячий зелёный чай и смотрел всё время на девушку, практически не отводя взгляда всё время прокручивая события вчерашнего дня. После испытания они так вчера и до самого вечера пробыли в компании друг друга хотя по большей части и молчали. Разговоры были лёгкими и пустыми, они не несли в себе какой-то информации о них как о людях, скорее это было что-то похожее на светские беседы, словно ради какого-то приличия, но не напрягали. Рем не хотел оставлять девушку одну, а она словно увязалась за ним, но при этом всём не бегала хвостом. Всё было слишком «гладко». Да, именно так Рем описывал у себя в голове всё происходящее вчера до того момента, как они уснули. Ему никогда не было так спокойно и комфортно, когда рядом находился другой человек. Ми не напрягала и не бесила его своим присутствием, как это было всегда с кем бы то ни было. Рем не мог находиться более пары часов с одним и тем же человеком, а тут уже прошли сутки и у него не возникает навязчивого желание избегать Мию. И это пугало его. Пугало до мурашек по коже, но при этом всём он не мог взбеситься или конкретно выйти из себя. Как огонь и лёд в нём сейчас столкнулись дикий страх и безмерное спокойствие, которого он не ощущал уже очень давно. «Неужели всё дело в тебе, Мия?» — крутилось у мужчины в голове всё это время. Нет, это не любовь. Да, она притягивает его внешне, но не более того. Привязанность? Нет, более свободолюбивого человека, чем Рем ещё поискать нужно. «Что же тогда?» — вопрос, на который ответ так и не проявился в голове за то время, как солнце полностью взошло, а чашка чая закончилась. Лучи солнца начинали ложиться на лицо девушки и освещать его, давая парню возможность лучше рассмотреть её лицо. Выражение лица было достаточно спокойным, и лишь одна складка залегла между бровей девушки, давая понимание Рему, что ей что-то сниться. Но дальше он заметил то, что ввело его в ступор. Оставив чашку на столике рядом, парень быстрым и лёгким шагом сократил расстояние между ними и всмотрелся внимательней. Нет, ему не показалось. На лбу девушки проступил пот, а на щеках появился нездоровый румянец. Аккуратно приложив тыльную сторону ладони ко лбу Мии, он резко почувствовал невероятный жар от её кожи. Рем резко отдёрнул руку, а девушка сильнее свела брови и слегка махнула головой. У Мии был жар и, похоже, её ещё и лихорадило во сне. Рем стоял над девушкой, не зная, что делать и где она могла так сильно простудиться. В это время девушка резко открыла глаза красные от полопавшихся капилляров в них и смотрела в противоположную стену с диким страхом. Ни одна часть её тела не шевелилась, губы были сомкнуты, а глаза с каждой секундой краснели всё сильнее и наполнялись дичайшим страхом. Когда первая слезинка скатилась по щеке блондинки, Рем ту же всё понял. Резко откинув одеяло от тела Мии в сторону, он сел на кровать и тут же поднял тело девушки, прижимая к себе, придерживая голову одной рукой за затылок, начиная бережно трясти её и громко произносить её имя. — Мия, проснись! — с толикой отчаянья взывал к девушке Рем, прекрасно понимая, что только что произошло. Сонные параличи нередко настигали мужчину посреди ночи и до переезда сюда стали чем-то даже обыденным для Рема. Но с того времени, как он стал спать рядом с Ми он пусть и не до конца избавился от ночных кошмаров, но так и ни разу не был застигнут врасплох сонным параличом. А теперь девушка, которая спасла его от этого ада, сама попала в ловушку и вдобавок на глазах у Рема. — Рем… — едва шепнула девушка на ухо мужчины и обмякла в его руках. Рем знал, что девушка в сознании, хотя сейчас любой другой бы думал иначе. Парень осторожно уложил тело на кровать, которое горело от температуры. Её спальная футболка была мокрой от пота насквозь, и она даже не дрожала от холода, пока Рем наново укрывал девушку. Быстро схватив полотенце в ванной, и слегка намочив его прохладной водой, парень тут же вновь осел около девушки и стал вытирать горячее лицо. Веки Мии слегка дрожали, а губы уже начали пересыхать. — Мне очень плохо… — собравшись с силами, выдавила девушка, едва шевеля губами так и не открывая глаз, которые адски пекли, словно ей под веки положили раскалённые угли. — Сейчас позову Дока, — серьёзным тоном произнёс Рем, скрывая за ним озадаченность и переживание. Закончив протирать кожу лица Мии, он вновь прополоснул полотенце в прохладной воде и вернулся, что бы положить его на лоб девушки. Смотреть на неё было больно. Обычно чёрствому и хладнокровному Рему сейчас было больно смотреть на едва живую Мию. «Сука…» — пронеслось в голове парня, и он исчез за дверью, быстрым шагом направляясь в спальню своего друга. Закусив щеку изнутри, Рем пытался отойти от этого наваждения. Нет, ему должно быть плевать. Она обычная девушка, которая хорошо себя зарекомендовала в роли бойца. Она не умирает, это обычная простуда. Тогда почему он ускоряет шаг, почему почти что бежит по пустому коридору к комнате Дока, в голове отсчитывая секунды с того момента, как захлопнул за собой двери в их спальню. Их спальню… Нетерпеливо стучит костяшками по дереву двери. Топчется на месте, уже ощущая вкус крови на языке. Ему стоит успокоиться хотя бы ради того, что бы суметь грамотно ей помочь. Хотя бы ради этого Рему стоит мыслить трезво, собрав все силы в кулаки. По ту сторону тихо, и парень уже откровенно кулаком колотит по двери, сжав скулы от злости. — Да, — слегка потягиваясь, открывает двери Док и смотрит на своего друга, которого никогда не видел в похожем обличии. Рем стоял перед ним в спальной одежде, что было видно по её мятому виду. Глаза были переполнены злостью, страхом, озадаченностью и кучей всего того, что обычно никогда не касалось глаз человека, которого Доминник знал очень и очень давно. Мужчина тут же в секунду взбодрился и выпрямился по струнке перед другом. — Мие очень плохо, — на выдохе тут же выдаёт Рем и, развернувшись на пятках, мчит в их комнату. Доминник так же толком не приведя себя в порядок после сна, хватает свой рабочий чемоданчик и летит за другом, едва поспевая. Позже тот явно обсудит это с Ремом. Док же не слеп. И слишком хорошо знает брюнета, который уже влетает в комнату и тут же садиться на корточки рядом с головой девушки, проверяя её состояние и считывая пульс на запястье. Да, они точно обсудят это. Мужчина заходит следом и сразу же начинает проверять тело девушки, осматривая всё от горла до состояния кожи на её животе. Бесконтактным термометром вымеряв температуру оба мужчины были повергнуты в шок. 40,5 по Цельсию. — Кроме температуры и того, что видно невооружённым взглядом я не нахожу этому никакой причины. Разве что это может смахивать на воспаление оболочек головного или спинного мозга. Но где она могла подхватить этот вирус, если не выходит за пределы Комплекса «Т3»? — мужчина устало потёр виски. Мия лежала неподвижно и иногда открывала глаза, что бы взглянуть в потолок и тут же с тихим стоном закрывала их. Доминник не понимал, что с ней и не знал, чем помочь, кроме того, что уколол ей жаропонижающее, которое могло сбить температуру и то, надолго ли хватит действия лекарства… — Хоть одно предположение, Доминик, — не поднимая взгляда на друга, Рем продолжал сидеть у изголовья кровати и смотреть на девушку перед ним, не отводя взгляда и изредка моргая. — Что вчера было после испытания? Как она себя чувствовала? Может это побочка на галлюциноген? — Док не мог сложить полной картины анамнеза, и это начинало бесить мужчину. Он спасал бойцов, напрямую вытягивая из того света, восстанавливал конечности, которые казались уже были безвозвратно истрощены в бою. — Вчера у неё было что-то похожее на паническую атаку. Её трясло, казалось, что нервная система дала сбой, и это, собственно, не удивительно. Ночь мы проспали как обычно, ничего за ней не замечал, но полчаса назад у неё, кажется, был сонный паралич, а потом я заметил температуру и то, что ей тяжело даже глаза открыть. Всё… — быстро и на выдохе выложил всё Рем Доминнику, в надежде, что его друг с поистине уникальными мозгами сможет вытащить Мию из этого ужасного состояния. — У неё сдали нервы. В прямом смысле сдали нервы, — сложив руки на груди, пазл в голове Дока начал складываться. — Вчера её организм работал в аварийном режиме и, как и любой механизм после такого дал сбой, выключаясь, словно по предохранителю. Всё что сейчас нужно это постоянно сбивать температуру, не давая ей сильно подниматься и полный покой. Её организму нужно отлежаться столько, сколько ему того нужно и ни минутой меньше. Если не будет и сил есть, тогда позовёшь, и я буду кормить её через катетер, но, я надеюсь, до этого не дойдёт. И принеси её чистую футболку и шорты, Мию надо переодеть, что бы пот не вызвал кожного раздражения, — Доминник ещё раз осмотрел Мию и понял, что ответ, лежавший на поверхности наконец-то был им найден. — Спасибо, Доминник, ты действительно очень мне помог, я не останусь в долгу, ты же знаешь, но я думаю, дальше смогу сам справится. Если всё будет действительно очень печально, и я не смогу накормить её нормально, тогда обязательно обращусь к тебе. Ещё раз спасибо. Доминник улыбнулся, собирая обратно свой рабочий инвентарь с чемодан. Это была ничем не прикрытая ревность со стороны друга, хотя тот и знал отношения Дока к женским телам. В первую очередь он врач, а у врача нет пола и, действительно, с этим можно было поспорить, но не когда это касалось Доминника. Мужчина быстро удалился из комнаты, всё так же не переставая улыбаться и уже намечая многообещающую встречу. Рем снова измерил температуру девушки термометром, предусмотрительно оставленным Доком. На маленьком подсвеченном экране высветилось «37,8». Рем с облегчением вздохнул и вновь протёр лицо девушки. Сейчас ему оставалось лишь переодеть ее, напоить водой, и он мог, наконец, прилечь рядом и немного расслабиться, пока температура девушки была в гранично-допустимых нормах. Подойдя к шкафу, парень нашёл первую попавшуюся футболку из своего гардероба и подошёл к кровати, присаживаясь на её край. Слегка убрав одеяло, спустив его к ногам Мии, парень с силой сжал ткань в руке. — Мне нужно переодеть тебя, — сухо произнёс парень, даже не глядя на девушку, в голове прокручивая мысль о том, что под футболкой надет спортивный топ, который не сменить он не мог, потому что тот, наверняка, и выжимать можно. — Хорошо, — тихо прошептала девушка и слегка приоткрыла глаза, глядя на парня. Температура спала и пусть совсем немного, но Мие стало легче, и она хотя бы могла открыть глаза тут же не опуская веки от дикой боли. — Прости, что доставляю тебе проблемы, — облизнув пересохшие губы, она попыталась дотронуться рукой к ноге парня, но тело плохо слушалось её, а каждая мышца тут же отозвалась дикой болью, похожей на адскую крепатуру. — В этом только моя вина, — Рем так же не глядя в глаза девушки наклонился к её телу и пропуская руки по плечи прямо за спину Ми, смог помочь подняться блондинке пусть и со стоном. — Сидеть, опираясь об меня сможешь? — ответом послужил короткий кивок, который туту же отдался в голову Мии дикой болью, словно ей дали чем-то тяжёлым по голове. Оперев уже не пылающее огнём тело девушки на себя, мужчина медленно и аккуратно подцепил края влажной футболки и с осторожностью стал поднимать её, освобождая каждую из рук по очереди. Он старался как можно меньше касаться оголённой кожи девушки, но руки, которые никогда не подводили Рема, начали плохо слушаться; пальцы едва сгибались, словно были деревянными. С особой осторожностью для состояния девушки последним Рем выудил голову из горловины и откинул вещь к углу, громко выдыхая. Взгляд тут же упал на полуобнажённую девушку, которая с наконец-то мирным лицом фактически лежала на нём и размерено дышала. На теле виднелось пара синяков и гематом, в особенности на рёбрах и на мгновение в глазах парня вспыхнула злость на того, что это мог сделать. Девушка вновь слегка простонала, и Рем понимал, что надо скорее доводить дело до конца и уложить девушку поспать. После сна ей точно станет легче. Снимать узкий топ было чревато новой волной боли для Мии и нервы Рема не выдержали бы новых стонов боли с её губ. Он винил себя за всё то, что с ней сейчас происходило. В этом только его вина. Он разрушил ей жизнь. «Сука!» — вертелось одна лишь брань в голове Рема. Достав свой нож из тумбочки рядом, аккуратно придерживая голову девушки, парень громко выдохнул и лёгким уверенным движением разрезал топ на девушке, жалея, что не поступил так с футболкой. Убрав мокрую насквозь тряпку, откинув её к футболке, Рем стараясь не смотреть ниже ключиц девушки, схватил полотенце, которым вытирал лицо девушки и вытер влажное тело от остатков пота. Тут Мия медленно открыла глаза и встретилась взглядом с мужчиной, который только и делал всё на ощупь, хотя и от этого было не легче. Сердце пропустило удар. Девушка лишь улыбнулась и вновь прикрыла глаза. Её скорее всего лихорадит, потому ей и плевать на то что происходит, Мия лишь рада была прикосновению прохладного полотенца, которое на секунду принесло толику расслабления. Но Рему от того не легче. Мия и не вспомнит этого, скорее всего, а он никогда может не забыть. Быстро и аккуратно мужчина натянул чистую футболку на голое тело Ми и уложил её в кровать, вновь укрывая тёплым одеялом. Взяв спортивную бутылочку для воды, он аккуратно наполнил её с фильтра и как смог напоил девушку. Спустя пару минут она уснула, и вновь проверив температуру, Рем наконец-то смог слегка успокоиться хоть на этот счёт. 37,0. Выйдя на балкон с сигаретой, парень тут же подставил лицо прохладному ветру, только сейчас осознавая, что оно горит. Он спал с более чем десятком девушек, женское тело его, как и большинство мужчин, возбуждало, но он мог и со спокойствием отнестись к его виду, будто бы в нём нет ничего такого. Так что же было сейчас? Нет, он не возбуждён и это абсолютно точно, но почему тогда пальцы зажимающие сигарету слегка подрагивают? Волнение за её жизнь и здоровье? Груз вины за происходящее на плечах? Вторжение в личное пространство Мии без её явного согласия? Что из этого? Что же ещё? Нет, точно не это… Нет…