Комната страха

Весь зал погряз в молчании, а тишина разбивалась на осколки тихими всхлипами Мии, которые она давила в себе как могла, но те всё равно выплескивались наружу вместе с тем, что так долго девушка держала в себе. Для всего «Т» отряда стало понятно разом всё это довольно странное поведение девушки, которая лишилась привычной жизни, попав в абсолютно другую среду обитания. Стало понятно, почему она не устраивала истерик, не брыкалась и покорно всегда следовала за Ремом, даже когда они ещё не были в отношениях, и он был её похитителем, отнявшим всё. По полочкам расставилось всё то, что до этого вызывало сомнения и даже в какой-то мере напрягло. Не мог обычный человек так легко вливаться во всё это дерьмо, принимать удары в спину, продолжая ту держать ровной, и ломаться не разбиваясь, а трансформироваться в абсолютно нового человека, подстраиваясь под новый ритм и реалии жизни. Она прошла эту школу давно, по глупости, детской наивности и чрезмерной амбициозности. Но, тем не менее, выстояла, взрастила в себе стержень и опору, и выросла. Теперь в глазах присутствующих читалось полное и действительно человечное сострадание к Мии Вебстер. Они разделяли её боль, понимали и реально сочувствовали. Даже Рената, история которой чем-то похожа на историю Мии, смотрела в пол, не в силах отвести от него взгляд. Переваривая все, что сказала Мия, Рената осознавала, что сама едва справилась с похожим в восемнадцать, а девушка перед ней пережила это в четырнадцать. Для неё это совершенно меняло впечатление о блондинке и до этого весьма холодное отношение к Мие, разрушалось прямо в эти секунды. Всегда и во всём безразличная Рената впервые за многие года разделяла чужие чувства. Сам Рем стоял и гладил девушку по едва содрогавшимся плечам, пытаясь уложить в голове всю эту историю его девушки и её прошлого, но это всё казалось таким бредом, что ему не верилось, как всё это дерьмо свалилось на плечи маленькой четырнадцатилетней Мии. Пальцы сводило в судорогах, которые хотелось сжать в кулак до такой степени, чтобы кожа на костяшках лопнула к чертям и ударить тех, кто втянул в это девочку. Теперь его девочку, за которую он разорвёт любого, кто причинит ей боль. С неё её достаточно. С головой. Мысли о мести приводят Рема к первоисточнику всех проблем Мии, которая жмётся к его груди, словно это спасательный круг. Малик Альт стал катализатором всех проблем, свалившихся на голову маленькой девочки, которая была ни в чём не виновата. Завышенное чувство справедливости в Реме запустило таймер, и мягко отстранив от себя Мию, он слегка согнул ноги в коленях, поравнявшись с ней глазами, беря горящее лицо девушки в свои ледяные ладони, чувствуя жёсткий контраст температур, начиная большими пальцами стирать слезы с её щёк. Она смотрела на него покрасневшими глазами, время от времени хлюпая носом и глотая слёзы, а Рем выдавливал из последних сил улыбку, видя, как постепенно Мия успокаивается. Когда Рем заметил, что новые дорожки от слёз не появляться на красных щеках, парень поцеловал девушку в лоб, и вмиг выровнявшись, быстрым шагом покинул зал. Мия осталась стоять остолбенев от произошедшего, всё ещё находясь в лёгкой прострации. Весь отряд посмотрел в след Рема, но тут же вернул взгляд к девушке, молча беря её под руки и отводя на улицу на свежий воздух. Всем сейчас стоило проветрить голову. Только один Едгар понимал, куда мог так сорваться Рем. И пока все остальные займутся тем, чтобы привести Мию в чувство, он займётся тем, чтобы Рем не натворил непоправимого. — Рем, стой! Не делай того, о чём потом пожалеешь! — вдогонку парню кричал в след Едгар, в тщетных попытках остановить мужчину. В ответ он получил лишь молчание и звук ускоряющихся шагов Рема. Мужчину и правда уже ничего не могло остановить. С каждой секундой тот распалялся всё сильнее, злость, ненависть и ещё более сильные чувства, которые нельзя было описать словами, бушевали в нём, а рычаг «стоп» уже был сорван. Рем нёсся наверх к тому самому месту, в котором был с Мией всего час назад. Не было уверенности в том, что Малик всё ещё был там, но, тем не менее, он сейчас был готов достать Альта из-под земли. И плевать, что он потом получит по самое не хочу. Плевать, что он переступит ту самую грань, за которую даже обладатель такого дерзкого и нравственного характера не смел себе позволить сделать шаг. Но Малик Альт заслужил. Заслужил и то, что дела, которые вёл он, часто катились в бездну, что недавно он попал в такую перепалку, в которой почти лишился ног и у него будет последний шанс на их восстановление. Карма последние десять лет ходит за ним по пятам. Малик заплатит свою цену. А Рем сейчас немного облегчит Карме эту задачу. Едгар слышит, как дверь хлопает о стену, и мужчина бежит изо всех сил, чтобы прийти к месту как можно быстрее. Мужчина перепрыгивает через две ступеньки, уже слыша злой и грубый голос Рема: — Как ты посмел! Ты чудовище, которых ещё свет не видел! Ладно, вся та кровь, в которой ты погряз… Она чужая, она не твоих близких. Но слёзы твоей родной дочери… Как ты мог изуродовать жизнь той маленькой не в чём неповинной Мии! Она это заслужила?! Она виновата в смерти Ребекки?! — Рем быстро сократил дистанцию с мужчиной, нависая над ним, возвышаясь фигурой вселяющей страх. Малику Альту действительно стало страшно. Он не скрывал этого, ведь понимал чувства парня перед ним. Он и сам был на его месте. Ребекку Вилс тот полюбил, когда ей было всего двадцать лет. Она была девочкой с достаточно обеспеченной семьи, и он заочно был знаком с её отцом. Но было у их семей одно маленькое различие: семья Альт вела свои дела с чужой кровью на руках, в то время как семья Вилс была до жути консервативной и порядочной, и все деньги были чистые, заработаны тяжёлым трудом. Они не должны были быть вместе. Им это было запрещено. Но Малик Альт хотел видеть с собой только эту девушку, совершенно откинув сотни других кандидатур, предлагаемых отцом. И он добился её любви. Украл Ребекку у её отца перед носом и женился. После рождения первенца, семья Вилс закрывая глаза и через силу мирясь с ситуацией, благословляют пару. Малик в Ребекке души не чаял, готов был положить мир к её ногам и об этом знали все. Все удивлялись как жестокий и характерный парень, который был таким с самого детства смог полюбить нежную, женственную и лёгкую как весенний ветер Ребекку. Но отрицать истинность его чувств было глупо. И теперь его дочь так же сильно полюбил Рем Альтрест. Он видел это по краснеющим глазам парня перед ним и в этот момент страх куда-то улетучился. Её полюбили так, как она того заслуживает. Бумеранг сработал в обе стороны. Кулаки Рема чесались от разрывающего его тело желание хорошенько врезать этому «отцу», что он прочувствовал хоть самую малость той боли, что довелось пережить его дочери. Того, чего она не заслужила. И Малик видел, читал по выражению лица Альтреста и глазам, что то ощущает и чо хочет с ним сделать. Это было справедливо. — Какого хрена ты молчишь! — удар кулаком по столу рядом, что бы снять хоть каплю напряжения в руках. Малик даже не дрогнул. — Потому что всё всегда возвращается сполна. Я бы уже мог вызвать охрану кнопкой на моём кресле, но как ты видишь мои руки сложены на ногах. Я давно сожалею о том, что сделал, но ведь выгрести уже не выйдет, — Малик говорил, поникнув взглядом на свои руки. — Ты знаешь намного меньше того дерьма, которое ты принёс в жизнь Мии. Она всё рассказала. Рассказала, почему продержалась здесь, почему так быстро смирилась с произошедшим. Она попала к «Камикадзе» в четырнадцать, мать его, лет! Она была той самой девочкой, которую выводят для особо важных и тяжёлых целей. И не говори, что не понимаешь то, что я вуалирую! Ты прекрасно понимаешь, как она зарабатывала на жизнь! Просто осознай это! Это твоя вина! Пусть это убивает тебя сильнее, чем мой удар! — Рем, нет! — Едгар перебил орущего и плюющегося ядом в сторону Малика Рема, схватив того за руку, боясь что он замахнется. — Я не буду его бить, Едгар, — не отводя глаза от меняющегося из состояния спокойствия до крайней степени непонимания и полной отрешённости Малика Альта, Рем тут же понизил тон и ответил Едгару, сбрасывая его руку со своей. — Жизнь его уже физически наказала. Пусть пострадает ещё и морально. Но… ему вряд ли это уже поможет. Рем ещё пару секунд упивался состоянием агонии Малика, а потом развернулся и спокойным размеренным шагом пошёл вон из кабинета, похрустывая костяшками пальцев. Теперь осталось убедиться, что Мия пришла в себя и дать ей хорошенько отдохнуть. Подставить своё плечо, если она опять разразиться в истерике или наоборот максимально отвлечь от высказанного прошлого, а потом заснуть в обнимку, накрыв своим телом, словно щитом ото всех проблем. — Ребята, мне правда легче, — Мия улыбнулась, слегка потерев затылок от неловкости, поскольку с тех пор как Рем ушёл, весь остальной отряд не отходил от девушки ни на секунду. Услышав это, когда Рем стал подходить к тренировочному полю, где «Т» отряд решил утешить девушку и отвадить мысли об отвратном прошлом, парень улыбнулся. Он заметил как девушка тёрла затылок, искренне улыбаясь, понимая, что сильнее личности никогда до этого не видел. Такая маленькая и хрупкая внешне, внутри оказалась тем ещё кремнем и кладезем ошибок прошлого. — Так или иначе, прошлое остаётся в прошлом. Из него надо выносить уроки, но ни в коем случае не оглядываться на него назад. Всё, что ни делается, оно к лучшему, даже если это полное дерьмо, — Мия сидела на прорезиненном покрытии поля, которое прогрело солнце и слегка покачивалась из стороны в сторону, подобно ребёнку, при этом говоря далеко не детские вещи. — Ты права… И мне нужно извиниться, что относилась к тебе так предвзято. Я и представить не могла, какие скелеты в твоём шкафу и что ты и вовсе никогда не была подстилкой Рема, каковой я тебя считала, — Рената взяла девушку за руки, а та, перестав раскачиваться, перевела свой взор на девушку, которую никогда не винила в ложном восприятии её персоны. — Я и сама никогда не отрицала эти слухи. Мне было проще принимать всё, как должное, плыть по течению, нежели изо всех сил пытаться поменять направление. Когда я ехала в Комплекс «Т3», я уже начинала мириться с происходящим. Чувство дежавю накрывало с головой, и бороться уже не было желания. Да, я выпускала когти, но проще было быть послушной девочкой, ведь: «хороших девочек всегда погладят по головке и поцелуют в лобик»… — Мия подняла голову к небу, вздыхая, а Рем спрятался за стволом дерева, услышав эту фразу, давая себе время на её переваривание. — Так говорил мне он. Он был хорошим манипулятором, но в его словах действительно имелся смысл. Только с возрастом я начала понимать более глубокий посыл фраз, которые он повторял мне. Я, конечно, попыталась убежать, ведь многое знала про устройство наёмных организаций, но когда попытка провалилась и мне предложили место в отряде, я пересмотрела всё от и до. Для меня это стало игрой. Игрой самой с собой. И пока я побеждаю, — Мия звонко засмеялась, а остальные поддержали девушку, давая той возможность выговориться. Рем стоял за стволом дерева и сжимал кулаки до посинения, уже заочно ненавидя того ублюдка, который все это проворачивал с маленькой девочкой. Они и сами имели несколько девушек для подобной работы, но все они здесь абсолютно добровольно, они не хотят переходить на другие должности или бросать эту работу. Но «Камикадзе», слухи о которых в их кругах ходят достаточно часто, не смотря на то, что те находятся на противоположной стороне земного шара, были весьма жестокими. Они и вправду держали едва ли не целый континент в страхе, несмотря на свою довольно маленькую численность для такого масштаба огласки их персон. — Ты единственная кто вот так вот ворвался в «Красный отряд» и смогла там продержаться, пусть и не совсем на уровне, но то, как ты быстро росла на глазах, давало нам с Карлосом понимание, что через некоторое достаточно непродолжительное время ты станешь вровень. Не знаю как, но Карлос был прав в тебе самого начала. Я же не верил до последнего, врать не буду, — Едгар похлопал девушку по плечу, вернувшись к отряду, а та улыбнулась в ответ всё ещё чувствуя себя неловко по той причине, что вылила всё это на ребят, которые теперь чувствовали ответственность за девушку. Это тоже было одной из причин скрытного поведения Мии. Её мало поддерживали: она всегда была сама для себя опорой, не ожидала руки помощи из вне, и всегда полагалась на себя и свои силы. Это было привычным для девушки, и она не любила когда кто-то ноет и, грубо говоря, выпрашивает поддержки. Но сейчас была на этом самом месте и помимо неловкости ощущала ещё и тепло, которое разливалось волнами по телу. «Вот что значит быть не одной». — Клянусь, я больше не буду такой закрытой и не стану прятать все свои скелеты в шкафу. Мы теперь одна полноценная команда и, как и любые отношения, всё должно строиться на доверии. Я редко кому открываю душу, приоткрывая двери, но вы одни из самых лучших людей, который я встречала в своей жизни. Спасибо, — Мия слегка склонила голову и приложила руку к груди, таким жестом показывая насколько сильно благодарна за всю ту поддержку, которую они ей оказали. Рем, понимая, что девушка окончательно пришла в себя, и стоило бы уже всем после изнурительной тренировки отдохнуть, потому он выдвинулся из своего укрытия, твёрдым шагом направляясь к Мие. Она словила его взглядом и тут же распылилась в самой счастливой улыбке, которую только могла выдать. Рывком поднявшись с поля, девушка направилась навстречу парню. — Я перестала переживать, когда вернулся Едгар, но зачем ты ушёл? — утонув в объятьях Рема, девушка подняла голову, смотря на парня. — Что бы ОН знал. Что бы ощущал вину. Что бы увидеть эти омерзительные глаза, молящие о пощаде, — обнимая девушку, заглядывая в её серые глаза, на душе становилось спокойнее, но огонь ярости от этого в мужчине всё равно не мог никак стихнуть, продолжая подпитывать негатив внутри Рема, от чего он говорил грубее, чем то было нужно. Но и Мия понимала его чувства. Когда-то она их полностью могла бы разделить, но столько лет уже прошло с того времени, что уже было плевать на всё то, что было тогда. Это взрастило в ней стальной стержень, это подняло её, дало бесценный опыт и, как бы там не было, жалеть уже не о чём. На такой хмурый взгляд и сталь в голосе девушка лишь слегка засмеялась и прижалась к Рему всем телом. Он имел полное право злиться. Он имел полное право высказать всё, что думает. И она знала и верила, что физическую силу тот не применил, потому была совершенно спокойна. И всё же она другая. Понимает, уступает и идёт вперёд рука об руку.

***

Мия сидела на кровати и смотрела ленту социальных сетей, в которых никогда не была зарегистрирована, но всё равно время от времени могла ненадолго залипнуть за просмотром комедийных видео. Подняв голову на звук открывающейся двери, оторвав глаза от экрана смартфона, девушка обомлела. Рем вышел из паркого душа с одним полотенцем на бёдрах, протирая волосы вторым полотенцем поменьше, стряхивая с себя влагу. Нередко парень выходил из душа именно в таком виде, и она часто видела его и удерживала на фигуре Рема взгляд, но он никогда не выбивал воздух из лёгких. Телефон вывалился из рук, тихо упав на кровать, а девушка продолжала неотрывно наблюдать за мужчиной, который в это время совершенно не обращал на неё внимание, занимаясь убиранием лишней влаги с тела. Но Рем хорошо ощущал на себе чужие взгляды и как только подсушил волосы на голове, тут же словил взгляд девушки, как-то странно улыбнувшись: — У тебя бесята в глазах скачут… — голос Рема предал его, превратившись с властного хриплого на едва ли не шепот с нотками заблуждения и непонимания происходящего. — Это плохо? — девушка ухмыльнулась, начиная подниматься с кровати. Рем слегка попятился назад даже сам того не осознав. Он понимал, к чему вела девушка, но это никак е укладывалось с тем, что он узнал утром и с теми слезами Мии, которые впитывались в его футболку, когда она утыкалась ему в грудь, тихо хлюпая носом. Он соврал бы сам себе, если бы сказал, что не хочет её. Нет. Он хотел её ещё с того самого момента, как увидел на остановке. Хотел каждую минуту, когда запах её кожи и геля для душа заполнял их маленькую комнатку в Комплексе «Т3». И сейчас, когда она была лишь в одной огромной футболке и смотрела на него таким взглядом… Но мог ли он так поступить, узнав её прошлое? — Наверное, мне стоило от тебя скрыть ту главу моего прошлого… — подойдя к мужчине, девушка пальцем провела по влажной мускулистой груди Рема, не поднимая на него взгляда. — Не смотря на то, что я должна была бы шугаться всех мужиков и десятой дорогой обходить все, что связано с сексом, но меня это не травмировало до такой степени. Многое мозг уже стёр, чтобы сохранить последние нервные клетки, а остальное затёрлось, замылилось, словно старая видеокассета. Я не считала всё то, что было за половой акт. Для меня до сих пор «первый раз» это то, что было с Нейтом, но не те разы. Поэтому я не хочу видеть замешательство в твоих глазах, — резко вздёрнув голову, Мия схватила парня за подбородок, заставляя смотреть на себя и внимать её словам. — Я хочу такого тебя как обычно. Хочу видеть то, что было до сегодняшнего дня, когда ты смотрел в мою сторону. Ты меня обидишь если не отпустишь ситуацию. Мия разжала пальцы до этого сжимающие подбородок Рема, собираясь опустить руку, но парень, почувствовав это, резко схватил её за запястье, дергая на себя, нависая над Ми, впиваясь в её губы. Второй рукой Рем подхватывает девушку за талию, придерживая прогнутую спину Мии, которая опешила от такого резкого напора мужчины. Рем углубил поцелуй, не сдерживаясь, Ми только лишь поспевала за быстрыми движениями его губ и языка лишь бы не уступать парню. И Рем бы сжёг себя заживо, если бы соврал, что не хотел её всё то время. Он бы сам облил себя из цистерны керосином, если бы начал твердить что ни разу не представлял в своей голове как развязно целует её и переходит из вертикального положения в совсем не двухзначное горизонтальное так и не разрывая поцелуя. И он бы сам черканул спичкой, если бы сейчас не сделал того, что было уже необратимым процессом. Сделав два больших шага, удерживая весь вес Мии у себя на руках в это время, Рем слегка не подсчитав силу, впечатал девушку в стенку. Но в этом всем и был тот самый «Рем» для Мии. В этой резковатости, грубости, неумения показывать то что в душе и был весь Рем. И Мия любила его таким. Таким, каким даже сам себя Рем не мог до конца полюбить. А она даже и не старалась. Свободная рука Мии тут же обхватила крепкую шею мужчины, сжав её от переизбытка тех эмоций, которые сейчас испытывала девушка. Да и не только она. Рем ощущал себя тем самым ещё малолетним идиотом, перед его первым разом. Как его разрывало желание и легкий страх первого опыта. Сейчас всё было в точности аналогично и это одновременно начинало бесить уже давно повзрослевшего и набравшегося опыта мужчину, но и возбуждало ничуть не меньше, ведь переживать подобное во второй раз в жизни было чем-то странным и удивительным одновременно. Рука Рема приподняла футболку Мии и впервые за все два месяца мужчина смог притронуться к девушке кожа к коже. Ощутить её на ощупь, ощутить контраст её горячего тела и его вечно ледяных рук. И самое главное — ощущать и понимать, что границ больше нет. Что все, что так давно хотелось, теперь можно было воплощать в жизнь. И осознавать, что девушка в его руках «его». Целиком и полностью. Он владеет ей. А она им. И впервые от этой мысли в голове Рема, он ухмыляется ей в губы, прикусывая нижнюю, что бы оттянуть, отпрянуть на долю секунды и вновь слиться в поцелуе. Рывком приподняв девушку под ягодицы, Мия тут же, словно по команде, обхватила ногами его торс, наконец-то поравнявшись ростом с Ремом. Парень отпустил её вторую руку, и теперь девушка смогла обнимать за шею парня двумя руками, время от времени зарываясь пальцами в его короткие волосы, прижимая любимого человека к себе поближе. Мия ощущала прямое подтверждение возбуждения Рема и плавилась в его руках, как звуки поцелуев в пустой комнате разорвал звук рвущейся ткани. Выделенная ей большая футболка мужского размера для сна рвалась даже не по шву, а Рем просто и не прилагая особых усилий, разрывал её прямо посредине спины, продвигаясь всё выше к вороту, освобождая её от лишнего. Мия настолько сильно и крепко вцепилась в мужчину, прижавшись к его оголенному торсу, что Рему даже не приходилось придерживать ее, и он мог с легкостью использовать две руки, чтобы разорвать одежду на Ми и не медлить с этим ненавистным для него делом. Когда Рем легко расправился даже с прошитым воротом и уже кусок ткани улетел в другую часть комнаты, Мия тут же слегка засмущалась, оставшись в одних трусиках, потому как уже готовилась ко сну и не любила на ночь надевать кучу мешающейся одежды. Рем, заметив это, тут же стал легонько водить руками по её телу, иногда даже щекотав Ми, вызывая у неё улыбку сквозь поцелуй. Но и девушка уступать Рему не собиралась, и слегка вытянув ногу, подцепила большим пальцем стопы край полотенца, резко выровняв ногу так, чтобы сорвать это чертово полотенце с её идеального мужчины. — Сучка, — тихо шепнул прямо в губы Рем. — Подобно тебе, — ухмыльнулась Мия, чувствуя, как лишается последней детали одежды, которая теперь тоже подобна половой тряпке. — Знаю, — Рем разворачивается и, поддерживая девушку за бедра, в пару шагов приближается к кровати, без предупреждения поворачиваясь и падая на неё спиной, вместе с девушкой, которая даже взвизгнуть не успела, как оказалась сидящей на парне верху. Глаза Рема светились, когда он оглядывал впервые оголённую перед ним Мию, мягко пальцами поглаживая её талию. В приглушённом свете, который так и остался включённым, он мог полностью оценить её красоту. И смотря в глаза Рема, которые с такой жаждой желания оглядывали её тело, пускай и не везде идеальное, пускай и с маленькой грудью, но то, как он смотрел на неё… Мия начинала любить себя. Щеки девушки не вспыхнули от жара неловкости или стеснения, ей наоборот нравилось это всё. Она водила ногтями по прессу Рема и уже чувствовала, как левое бедро парня дёргалось от перевозбуждения, от чего решила принести желанное им обоим. Положив свои руки на плечи Рема, Девушка опёрлась на них, нависая над парнем, а растрепавшиеся волосы начали спадать ему на лицо, щекоча его. Ми заправила одну прядь за ухо и снова оперевшись на две руки, поцеловала желанные губы, слегка заёрзав на паху Рема. Громко застонав в губы девушки, одной рукой мужчина помог убрать и придержать волосы девушки, а другой приподнял её за ягодицы, тут же аккуратно входя в неё, ощущая, что девушка полностью возбуждена. Заполняя её собой, парень сжимал рукой её попу, за которую придерживал Мию, понимая, что давно никого не хотел настолько сильно как ту, что сейчас была рядом. Мия вцепилась ногтями в плечи Рема, тихо постанывая, когда они разрывали поцелуй, чтобы вдохнуть воздуха или заглянуть в глаза друг друга, стараясь там что-то прочесть. Но даже и напрягаться для этого не нужно было, ведь и Мия, и Рем открыли друг другу душу, подобно открытой книге, и теперь понимая чувства и читая эмоции по взгляду, становилось намного проще взаимодействовать, иногда даже не используя речь. Они растворялись в друг друге. Потеряв счёт времени, находясь где-то в параллельной реальности, они просто любили. Все, что было «до» это было «совокупление». Всё что происходило сейчас — «чувства». Да и в целом, всё что было «до» стиралось в эти секунды. Всё было уже неважным, ненужным и таким далеким. Был он и она. И была любовь. Это сейчас было достаточно.