Сын маминой подруги

Через наушники в мозг вливается какая-то сопливая песня, популярная на уровне тринадцатилетних пиздострадательниц. Но, к моему ахую, в последнее время я стал часто слушать подобную хуйню, мне она даже начинала нравится. Что, блять, со мной не так? Где-то в районе затылка, конечно же, сверлится мысль, что эти перемены со мной творятся благодаря одному кареглазому мудаку по имени Руслан, по которому я пиздострадал уже месяц. С той странной прогулки в парке, во время которой я его два раза чуть не засосал, мы не виделись. Через Совергона он передал, что заболел. Поэтому на следующий день в кино мне пришлось пилить одному, смотреть какую-то романтическую хуйню и умирать от скуки - все мои спутники были заняты друг другом. Пятый лишний, хули. Хотя, стоило мне представить, что Руслан сидел бы тогда на соседнем кресле и сверкал бы своими глазами в мою сторону, как у меня пересыхало горло и совершенно не мужественно подрагивали коленки. В чем причина я, кстати, даже и не пытался разобраться, потому что Тушенцова не видел. А Тушенцов тем временем нагло лежал дома и нагло болел. Хотя, если бы я попытался покопаться в себе и понять, что же меня смущало в поведении моего... кхм... друга, то все было бы предельно ясно. Я приостанавливаю ход своих мыслей на пару секунд, чтобы переключить песню. До прослушивания Крида я пока, к счастью, не докатился. Все. Так вот. Если покопаться так глубоко, то я все понимаю. Мне просто по жизни не особо-то и везло в плане романтических отношений - никто сильно не нравился, а те, кто нравились, на меня не обращали внимания. Поэтому я уже как-то смирился, что девушки у меня, скорее всего, не будет. И вот теперь я просто не мог поверить, что такой красивый, привлекательный парень, мог не только оказаться... человеком нетрадиционной ориентации, но и влюбиться в меня настолько же сильно, как я в него. Ну не может мне настолько повезти! А все эти взгляды, прикосновения, намеки... Я предпочитаю думать, что мне все это кажется, чтобы когда выяснится обратное мне не было так больно. Утомленный всеми этими размышлениями и трудовой неделей (сейчас утро субботы, можно и отдохнуть), я, не выдернув наушников, разваливаюсь на кресле и отхлебываю из кружки, открыв на телефоне ютуб. Это полиция забывания о дне рождения своего парня Вы превысили лимит ;) От громкого сигнала сообщения кружка с чаем в моей руке переворачивается и ее содержимое щедро разливается по столу. Остатков горячей жидкости хватает, чтобы устроить неплохую такую лужицу. Я тихо матерю неизвестного отправителя, судорожно вытирая стол салфетками, кое-как схваченными с края. Устранив потоп, я беру телефон, гадая, кто же так неожиданно решил мне написать. Только не говорите, что... Миха, блять! Только не говори мне, что я опять не вовремя, высветилось на экране. Я грустным взглядом оглядываю комок мокрых салфеток и, вздохнув, набираю ответ.

Тогда буду молчать

Почему?

Ты попросил не говорить

Блять Ну не могу же я ВСЕГДА быть не вовремя? Ну как так, эй :(

Можешь, Миша, можешь Это будет твоей суперспособностью У кого-то лазеры У кого-то молот А ты всегда появляешься нихуя не к месту

Пидор

Кто обзывается тот так и называется, нахуй иди Так, стоп. Что там про парня? Какая нахуй полиция?

У РУСЛАНА СЕГОДНЯ ДР, ТЫ ЕГО ПОЗДРАВИЛ? Нет Почему? Потому что у него напоминалки ВК нет Так что готовься, через час мы за тобой заедем Идем к нему

А сам Руслан-то в курсе?

Пфф, нет конечно В чем сюрприз иначе? Надень, кстати, синие джинсы и футболку И поехали поздравлять возлюбленного! И пропадает из сети, оставив непрочитанными десяток сообщений с чистейшим четырнадцатиэтажным русским матом. - Ну ты и пидор, конечно! Таким восклицанием я встречаю Совергона, едва выскочив из подъезда дома. Он высоко поднимает брови, от неожиданности потеряв способность говорить на секунду, и хлопает глазами. Я торможу около него, не глядя пожимая руку Ренделлу - Пидо-ор, - тяну я ему, как умственно отсталому. Миха наконец въезжает и открывает рот. - Так, что ты имеешь против ЛГБТ? - спрашивает он, пряча ухмылку в шарф. Ренделл кивает и обнимает этого засранца за талию. - Ничего не имею, мне на это похуй! - Это ты при живом парне говоришь? - весело парирует Совергон. Я аж давлюсь воздухом, кашляю с огромными глазами. - ЧТО?! - Да ладно тебе, я-то в курсе, - посмеивается Миха. Рэнделл тоже хитро блестит глазами. Я непонимающе гляжу на них, пытаясь что-то сказать, но у меня получается лишь выдавать отдельные местоимения. - Вы... Мы... Я... И он... Да блять, нет у меня парня, отъебись! - Пиздишь как дышишь, а дышишь ты часто, - парирует Миха на уровне пятиклассника, - Во-первых, я сначала просто шутил, ты нахуя завелся-то сразу, а? Значит, правду говорю. А во-вторых я смотрел видео. Ну, которое после той ноябрьской вечеринки вы с Тушенцовым отсняли. Рэнделлу пока не показывал, но пересказал. Оч-чень познавательный ролик, знаешь. Спасибо вам, правда, за пруфы. Он подмигивает, а я холодею. На той вечеринке были камеры? Хотя нет, Миха говорил что-то про "отсняли", "с Тушенцовым". Су-ука. Вот же... - Какое... - лепечу я, беспомощно оглядывая друзей. - Идем, все увидишь! - перебивает Миха, хватает меня за локоть и тащит к машине. - Подарок ему от твоего лица мы уже купили, ты только, блять, вручи нормально. Поехали, Даня с Лизой там ждут! Сонный и растрепанный Руслан в футболке и джинсах открывает нам дверь только через пятнадцать секунд беспрерывного звонка в его дверь. Отчаянно зевая, он трет глаза, и, едва открыв их, так и замирает - с открытым ртом. Увидел, значит, нашу компашку во всей красе. Ты смотри, от красоты не ослепни. - С Днем Рождения! - первым верещит Совергон и кидается на шею к Тушенцову. Сам Миха в машине снял куртку и шарф, щеголяя сейчас во взрывной красной толстовке, таких же штанах и кросовках. На голове у него восседает шляпа а-ля пират, а к правому плечу прикреплен попугай, переодически извергающий фразы типа "Пиздуй нахуй", "Засунь свое мнение себе в задницу" и "Дрочи мой хуй себе в рот". Где Миха добыл такое чудо - история умалчивает. - Что здесь нахуй происходит? - мямлит Руслан, упорно пытаясь проснуться. Неудачно. - С Днем Рождения поздравляем, причем тебя! Ты ж раньше про него не говорил, мудила, поэтому пришлось завалиться без предупреждения. Не бей только, мы хорошие. Руслан приподнимает бровь и окидывает взглядом нашу компанию. Едва он замечает меня, его улыбка становится шире. Но мне, как обычно, кажется. - Ну допустим... - говорит он, - Ладно, бить не буду. Сегодня. - Ура! - коротко восклицает Миха и сует ему в руки ярко-красный подарочный пакет, - Потом посмотри, тебе понравится. И да, где у тебя поссать можно? Пиздец прямо, я с утра на ногах, выручай, дружище! Его измученное лицо вызывает смех Дани с Лизой. Я тоже усмехаюсь. Руслан смотрит на меня и улыбается сильнее. Хотя, из-за неровного света мне кажется. Наверное. - Первая дверь слева, - хохотнув, отвечает Руслан. Миха смывается моментально, под улюлюкания Рэнделла. - Короче, я тебя тоже поздравляю, все дела, - протискивается к Руслану Рэнделл в чернильно-фиолетовых толстовке и джинсах. На его лбу очень неровно нарисован шрам-молния Гарри Поттера, а из заднего кармана штанов торчит волшебная палочка. Вспомнив пятую книгу об этом волшебнике и слова Грюма о количестве магов, пострадавших от привычки таскать палочку в заднем кармане, я фыркаю. - Так что всего хорошего, счастья там, удачи в личной жизни, - на этих словах Руслан почему-то опять косится на меня, - Здоровья, ага, не болей опять так долго, ну и все дела. В руки Руслана приземляется объемный фиолетовый сверток. - Спасибо... Он проскальзывает под локтем у именинника и исчезает где-то в недрах квартиры. Тушенцов лишь в легком ахуе провожает его взглядом, на автомате прижимая к груди подарки. Но потом расплывается в улыбке. Засмотревшись на улыбающегося Руслана, я пропускаю мимо ушей поздравления Лизы в солнечно-желтой попытке косплея бабочки (куда очень удачно вписалась желтая бутылка из-под "Гаража") и ядовито-зеленого Даню, косящего под Буратино, судя по колпаку и паре золотых монет, прикрепленных к рукаву толстовки. На меня, к слову, Миха напялил синюю толстовку с изображением Русалочки. Сама же толстовка была неоднородной, как море, с пенными шапками и волнами. Короче, я сегодня за русалку. Когда ребята отдают ему подарки и скрываются в квартире, я, наконец, понимаю, что надо было идти первым. Потому что Я Остался С Русланом Один. Блять. - Ну короче, - мямлю я что-то нечленораздельное, пытаясь пройти мимо парня, у которого как-то подозрительно сверкают глаза, - С Днем Рождения, всего тебе хорошего, ммм... Счастья, верных друзей... Я протягиваю ему синий подарочный пакет и пытаюсь протиснуться мимо Руслана, умышленно или нет заслонившего почти весь проем. Блыщ! Его рука резко припечатывается к косяку, заслоняя мне проход до конца. Прямо перед моей грудью. Пизда рулю. Нерво сглотнув, я медленно поворачиваю голову и встречаюсь глазами с пристальным взглядом Руслана. От выражения на дне его зрачков мне, если честно, становится пиздец как не по себе. Больше всего он сейчас похож на хищника, загнавшего добычу в угол. Ахуенно, блять, меня сейчас сожрут. - Не торопис-сь... Локтем руки с подарками он подталкивает меня, и я практически влетаю в прихожую. Дверь за мной захлопывается. Не успеваю я съебать в соседнюю комнату, откуда доносятся голоса ребят, как за спиной раздается стук, будто что-то опустили на землю - скорее всего подарки - а через секунду чьи-то руки максимально мягко, но пиздец крепко прижимают меня к стене. Из-за полумрака мне видно плохо, но глаза Тушенцова сверкают так же - опасно и пристально. Его тело прижимается к моему - ох нихуя он похудел - и я обнимаю его в ответ, как бы двусмысленно эти объятия не выглядили в темноте. Признаю, соскучился. - Я соскучился, - горячо шепчет он мне в ухо. Такое совпадение с моими мыслями меня чуть напрягает, но уже через секунду я расслабляюсь и утыкаюсь носом ему куда-то повыше ключицы, не заметив, как у него подскочил пульс. От Руслана пахнет... Не знаю чем. Я вообще в запахах плохо разбираюсь. Но пахнет вкусно. - Я тоже соскучился. - я медлю пару секунд, чтобы решить, правильно ли будет это добавлять, но в итоге говорю чуть тише, - Очень... Он чуть рвано выдыхает, и я чувствую, что он улыбается. Атмосфера накаляется. Я слышу учащенное дыхание Тушенцова над ухом, а его руки, кажется, скоро прожгут дыру в ткани толстовки. В груди снова поднимается эта тягуче-сладкая волна от его прикосновений. - Юл-лик... Его голос подрагивает, непривычно робок. Я только сейчас осознаю, что до сих пор лежу на его плече, дыша в его шею. Я, как ужаленный, подскакиваю, но становится только хуже - Руслан сантиметрах в пяти от меня. Это, знаете ли, не прибавляет здравомыслия. Больше всего сейчас мне хочется переложить руки с его талии ему на шею, приблизиться... - Я... Хочу тебе кое-что сказать. А я хочу тебя поцеловать, и что? Завали ебало, Руслан, не порть момент. Я прекрасно знаю, что ты сейчас, как всегда делали девушки, начнешь говорить, что мы просто друзья, что это ничего не значит... - Юлик, я в те... Шум смываемой воды, столь резкий и неожиданный, заставляет нас подскочить. Заливая светом коридор, дверь за спиной Руслана открывается. - Ухх! Молодежь обжимается. Вздох Руслана тяжеленный, а голос пропитан ненавистью. И, если честно, я так же сильно хочу задушить этого пиздюка, закончившего ссать в самый неподходящий момент. - Совергон, бля-ять... - Та-ак, - уже почти ноет Миха, - Ребят, ну не говорите, что я опять... - Да, блять, Миша, ты совершенно не вовремя! - Ладно, ладно, съебываю... - голос Михи исчезает где-то в глубине квартиры, но момент мы успешно проебали. Руслан с тяжелым вдохом отстраняется от меня и приседает, подбирая брошенные подарки. Я, в растрепанных чувствах, приседаю тоже, чтобы снять кроссовки. - Руслан? - пытаюсь разрушить неловкую тишину я. - Да? - не отрываясь от подарков, отвечает он. - Что ты хотел мне сказать? На несколько секунд он замирает, только рука, поднимающая очередной сверток, словно окаменела. Наконец, он, с тяжелым вздохом, отмирает. - Уже неважно, Юлик. Уже неважно... Мы входим в гостинную, насколько я понимаю. Ребята вовсю готовят помещение к празднику - к стене Даня прикрепляет - вернее, пытается - плакат с поздравлениями, Лиза развешивает шарики, которые притащила с собой, Миха накрывает на огромный стол непонятно откуда взявшиеся салаты, а Ренделл... Рэнделл пританцовывает под музыку из колонки. Вот такая работа мне по душе. - Так, именниник, съебись! - властно командует Совергон, словно позабыв о недавнем инциденте, - Вот, посиди пока с Юликом в другой комнате, пообщайтесь и... - он многозначительно прокашливается, - И пообщайтесь. А, вот, переоденься еще. К Руслану в руки летит сверток. - Хотя одно другому не мешает. Миха, засранец этакий, подмигивает, пока Рэнделл выпихивает нас из комнаты. - А теперь давай, рассказывай, что тут вообще происходит, - говорит Руслан, едва дверь закрывается. - Как будто я сам понимаю... - вздыхаю я, но пускаюсь в примерные объяснения. - Мы решили поднять тебе настроение, вот и устроили что-то вроде костюмированной вечеринки с элементами радуги, - я почесываю затылок. - Поэтому ты выбрал голубой, - по-доброму усмехается Руслан. У меня округляются глаза. - Это синий, идиот дальтонический! Дверь приоткрывается. - Голубым сегодня будешь ты, Тушенцов! Хотя... - Миха делает вид, что задумался, - Ты у нас по жизни голубой... - Совергон, блять, съеби отсюда! - рычу я. - А то что? - спрашивает этот засранец, нагло сверкая глазами. - Я сегодня водоплавающий, утоплю нахуй! В унитазе. Совергон сворачивается пополам от хохота, кивает, не в силах ответить, и закрывает дверь. Наконец-то. - Предлагаю пойти в мою комнату, - говорит Руслан, - А то спокойно рядом с этими... радужными мы не поговорим. Я киваю. И через секунду Тушенцов хватает меня за руку, сплетает наши пальцы между собой и куда-то тащит. Я ахуеваю на миг от тепла его пальцев и силы захвата, но иду за ним. У прикрытой двери - видимо, его комнаты - Руслан тормозит. Я в недоумении перевожу взгляд на него и вижу, как у него бегают глаза, будто он судорожно что-то соображает. - Э-э... Юлик, подожди тут пару минут, окей? Там это, ну, срач полный, я приберусь быстро, ладно? - Да что такого-то? - добродушно отвечаю я, моментально заинтригованный, - У меня дома постоянно бардак, ничего страшного. Или ты там труп прячешь? Я коротко хохочу и не слышу, как Руслан тихо отвечает. - Уж лучше труп... И, уже громче, продолжает. - Да не труп, просто фотки там всякие, мелочь... Я же вас не ждал. Он моментально исчезает за дверью, и через пару секунд я слышу его судорожные чертыхания. Я прислоняюсь плечом к стене и достаю телефон, проверяя ленту "ВКонтакте" на наличие новых мемов. Их там не оказалось. Жаль. Прошло пару минут и дверь распахивается, впуская новый мат и Руслана, собственно, его извергающего. - Еб твою... - шипит он, потирая ушибленный еще до моего входа средний палец. Но тут он видит меня и скривленная рожица становится улыбчивой. - Заходи, Юлик, располагайся. Я захожу в комнату, с интересом оглядываясь. Все очень минималистично, чем-то даже напоминает мою комнату. Белые стены и потолок, черный пол. Кровать, заправленая синим бельем, шкаф, стол, стул. Шторы синие. На столе чернеет выключенный ноут. А рядом высится куча бумаг, прикрытая сверху куском черной ткани. Разумеется, она сразу приковывает мое внимание. Не это ли скрывает Руслан? Если да, то что же там такого, что не достойно моего внимания? Да, мы близко знакомы не так уж и давно, но моему любопытству это не мешает. - Садись, - плюхается Руслан на кровать и показывает на место рядом. Я немного скованно сажусь и устремляю взгляд на парня. Тот широко улыбается. - Рассказывай, как там в универе? Как сам? Как жизнь? Как... Даша? На последнем вопросе его лицо омрачается, но я этого не вижу, озадаченный ответом на предыдущие. - В универе... В универе как обычно. Кстати, если надо, то лекции могу потом принести списать. Руслан кивает, не сводя с меня глаз, а потом вдруг моментально передвигается еще ближе ко мне, отчего наши тела соприкасаются, и ме-едленно, до жути аккуратно, кладет свою голову мне на левое плечо, правой рукой опираясь около моего правого бедра. Я с великим трудом собираю волю в кулак и пытаюсь говорить дальше, будто ничего не случилось. Но голос - вот же сука! - подрагивает, выдавая волнение. - Ребята в универе по тебе скучают...   Руслан разворачивает голову, отчего он дышит отчасти мне в шею. Я моментально покрываюсь мурашками. Ободренный, я продолжаю таким же тоном. - Преподы тоже про тебя спрашивали... Руслан перемещает руку и она оказывается у меня на талии. Подавляя полувздох-полувсхлип, дрожащим голосом пытаюсь закончить фразу. Но все слова вылетели из головы, поэтому придется импровизировать. И, блять, лучше бы я молчал. - Я тоже по тебе скучал... И, сука, лучше бы я не продолжал. - Очень... Я чувствую, как Руслан поднимается с моего плеча, ме-едленно до дрожи. Я в полнейшем ахуе молча сижу, пытаясь переварить то, что я только что сказал, как Тушенцов разворачивается ко мне и улыбается. - Я по тебе тоже. Сильно. У него глаза ребенка, которому только что подарили самый большой подарок в жизни - счастливые, горящие, восторженные. Влюбленные? Да не-е... Он обхватывает мое плечо ладонью,а второй берет за руку. Мой пульс опять подскакивает, а дыхание сбивается. Его лицо приближается или мне кажется? Господи, лишь бы мне не казалось. Я, сгорая одновременно от стыда и желания, тянусь, чтобы положить руку ему на шею. Но в самый последний момент, когда кончиками пальцев я уже коснулся его кожи, я судорожно отдергиваю руку, заливаясь краской, и отстраняюсь. Вернее, пытаюсь отстраниться, потому что Руслан быстро перемещает руку, обхватывая меня за талию. Я хлопаю глазами, слишком сильно тупя, пока он притягивает меня поближе. - Тш-ш... - видя, что я хочу что-то сказать, шипит он. Я не сопротивляюсь, затыкая себе рот. Вижу, как он прикрывает глаза, сокращая расстояние между нами до миллиметров. Я, не думая, следую его примеру и кладу ему руку на щеку. Но, когда я начинаю чувствовать его дыхание на губах, дверь в коридор с оглушительным грохотом распахивается. - Так, ну у нас все уже готово, можете идт... Тут Миха видимо соображает, в какой момент он решил припиздеть. - Ребя-ят, - знакомым жалобным тоном тянет он, - Я опять... Руслан утыкается носом мне куда-то в шею и рычит. Я почти следую его примеру, но в самый последний момент передумываю. - Миха... - выдыхаю я злым тоном, сверля парня глазами. - Ну что, а? - жалобно отвечает он, - Я ж откуда знал, что вы именно сейчас пообжиматься решите? - А стучаться не учили? - разворачивается лицом к Совергону Руслан. - Учили, - с готовностью отвечает он, - Я забыл просто. Тушенцов качает головой, поджимая губы. Я только сейчас понимаю, чем мы тут почти занимались и заливаюсь краской. Утыкаюсь лбом в плечо Руслана, пытаясь сообразить, что же все-таки произошло, пока парень ругается с Мишей. Это можно считать за попытку поцелуя? Или просто стечение обстоятельств? Или... Розыгрыш? Шутка? Или я опять все не так понял из-за своей влюбленности в этого кареглазого мудака? Меня передергивает и Руслан автоматически рукой обнимает меня за плечи. Не задумываясь, легко, но крепко. Я опять смущаюсь, понимая, что Миша, возможно, все видит... Все видит. Этот пидор еще и бровь приподнял. - Ладно, ребятки, мы вас ждем. Не задерживайтесь надолго. Он отворачивается и собирается уходить. Руслан только зарывается носом мне в волосы, как Совергон, что-то вспомнив, возвращается. - О-оу... Ладно, я не смотрю, - нарвавшись на злой взгляд Тушенцова, парень демонстративно закрывает глаза рукой. - Русла-ан, тебе еще переодеться надо. Все в свертке. Юлика только постарайся при этом не раздеть. И очень бодро удаляется, подгоняемый летящими вслед подушками. А Руслан ничего такой, меткий. - Хорошо, надо бы реально переодеться, а то эти пиздюки снова завалятся. С неким неудовлетворением я встаю с кровати, поджимая губы. Вот, блять, Миха, опять все испортил, сукин сын... - Посиди тут немного, я этому еблану вмажу за его шуточки, - рычит Руслан и пулей вылетает из комнаты. Ого. Бедный Миха. Я, тем временем, скучающе оглядываюсь и мое внимание привлекает та самая стопка, которую так упорно прятал Руслан. Если я гляну... Одним глазком... Через секунду я уже вертел в руках несколько бумаг. Так-так... А вот тут я ахуел. Со всех бумаг, скрытых тканью, на меня смотрел я. Фотографии, рисунки, какие-то распечатки - и везде я. Смеюсь. Курю. Бегу. Живу. Зачем все это Руслану? Не спрашивать же, он просил не смотреть. Не любуется он на эти фотографии, наверное, просто нужны были, вот и распечатал. А мне не показывал потому, что стыдно. Ага. Грустно, правда, но это суровая жизнь. Руслану я нахуй не сдался. За дверью слышаться шаги и входит Тушенцов. Я в последнюю секунду успеваю убрать все фотки обратно и даже прикрыть тканью. - Не побил я его, а жаль. Я согласно киваю, все еще думая о своем. - Ну что, Юлик, переодеваемся? - спрашивает Руслан. Я в ахуе поворачиваюсь к нему и вижу на его лице широченную ухмылку. - Э-э... Ну... Я думаю, что... Ну... Ты и без меня справишься... Я что-то мямлю, спиной двигаясь к двери. Нет, я все понимаю, но, блять, на Руслана-без-футболки я не подписывался! Не выдержу я. - Да ладно, чего ты, оставайся! - он хватает меня за руку, - Поможешь. Вот тут я совсем путаюсь, смущаюсь, и, красный как рак, вылетаю из комнаты. И не слышу, как Руслан тихо выругивается. - Блять, спугнул! - Вы что, уже? - деланно удивляется Миха, когда мы с Тушенцовым входим в комнату - я его все-таки подождал. - Я очень быстрый, - самодовольно заявляет Руслан. Остальные, после секундной тишины, сгибаются пополам от хохота. Тушенцов сначала недоуменно косится на Даню, который от смеха опасно наклонился, грозясь наебнуться со стула, а потом соображает, в чем дело. - Да переодеваюсь я быстро, озабоченные, - бурчит он, но улыбка все-таки проскальзывает. - Ага... - хрипит Лиза, держась за живот, - Мы так и поняли! И снова комната оглашается ржачем уже подвыпивших - судя по бутылкам - ребят. - Идиоты, - шепчет Руслан, продвигаясь к столу с выпивкой. Я согласно киваю и следую за ним, но тут выскакивает Миха. Чертик, блять, табакерочный. - Подождите вы пить! Руслан, я настаиваю, чтобы ты сначала мой подарок открыл. Уверяю (взгляд на меня), он тебе понравится. Юлику тоже. Наверное. Я прищуриваюсь. Не помню нихуя, что он там говорил утром. Что-то про видео? Они там с Рэнделлом домашнее порно сняли? А я при просмотре нахуй тогда? Совергон кидает Тушенцову красный подарочный пакет. Видимо, в прихожей подобрал. Или еще где. Парень пожимает плечами, бросая взгляд на меня, и садится, чтобы вставить диск, выуженный из пакета, в дисковод. Экран компа загорается. Руслан ставит на паузу, чтобы все расселись. Я плюхаюсь на диван, остальные занимают места вокруг стола. Лиза шипит в сторону Кашина, чтобы тот перестал качаться на стуле, но тот ее не слышит, потихоньку угарая. - Мих, пятерка уже за название! Я автоматически перевожу взгляд в левый верхний угол экрана и тоже улыбаюсь. "Не компромат, а КОМПРОМАТИЩЕЕЕ". Ага, забавно. Что же внутри? Руслан снимает с паузы и тут же садится рядом со мной. Руку он закидывает на спинку, отчего она оказывается подозрительно близко ко мне. Ну ничего, потерплю. Но как же приятно... Экран вспыхивает картинкой и вот тут я ахуеваю. Бутылка виски в руке (пустая, судя по всему), красные щеки, широкие улыбки. И мы с Русланом. На весь экран. Я судорожно оглядываю фон и узнаю спальню Михи. Ага, то есть это было после праздника. Как раз в то время, когда память мне отказала. Интересно, конечно, что же было, но что я, блять, вытворял, пьяный в дерьмо? Я, который на экране, несу какую-то бессвязную чушь про взаимоотношения и (пиздец!) гейство. Руслан иногда вставляет пару словечек, но чаще просто пялится на меня, расплываясь в широченной улыбке. Тот Руслан, который не на экране, похоже просто ахуел. Остальные, в принципе, тоже - вон, все замерли, даже Кашин перестал на стуле качаться. - Мам, если ты это смотришь, то я не гей, я пидорас! - лепечет Руслан, едва удерживаясь от хохота. - Мы не геи, - подтверждаю экранный я, наклоняясь к Тушенцову. Экран гаснет за секунду до того, как наши губы должны были соприкоснуться. Оглушительная тишина. Никто не рискует шевельнуться первым. И тут попугай с плеча Совергона щелкает клювом и выдает. - А я вам давно говорил, они пидор-ры! Смех ненадолго разряжает обстановку. Я кошусь налево, пытаясь рассмотреть лицо Руслана, но не успеваю - слово берет Даня. - Ну-у... - тянет он, покачиваясь на стуле, - В принципе, от вас, пидорки, это и ожидали. - Мы не пидорки! - Ага, пидорасы, - бурчит Тушенцов. Я резко оборачиваюсь к нему и успеваю заметить промельк улыбки на его губах, как вдруг видео воспроизводится дальше. И тут мне становится не до выяснения отношения Тушенцова к геям (а то вдруг шанс есть?). Камера, наверное, была брошена Михой где-то в углу на той вечеринке. Потому что я просто сижу и в полном ахуе вижу, как экранный я под "Выдыхай" притягиваю к себе Руслана и целую. И стоп-кадр - наш поцелуй под медляк. Вот тут видео заканчивается совсем, оставляя темный экран и полный разлад в душе. Мне страшно смотреть на Руслана. Страшно до колик в кончиках пальцев и холодных мурашек на спине. Потому что шутить про "я не гей, я пидорас" - это одно, а вот так... При всех... Вот теперь у него есть полное право выкинуть меня из дома, послав предварительно на хуй! Причем даже не на свой. И тут Кашин все-таки наебнулся со своего гребанного стула. Все разом выходят из транса, побежав выяснять, не пизданулся ли Данечка головой... И головкой. Данечка, ахуев от такого напора, просто размахивает руками и посылает всех в пешее эротическое. Остаюсь сидеть лишь я. И Руслан. Я, еще не въехав, что, собственно произошло, сижу с остекленевшими глазами, пока Тушенцов не решает ко мне обратиться. - Эм... Юлик? Может, обсудим? Эти слова служат мне сигналом - я срываюсь с места и со скоростью звука лечу в прихожую. Руслан, судя по звукам, особо не отстает. Так, дальше все должно быть быстро. Натянуть кроссы, открыть дверь, выскочить из квартиры, закрыть две... - Стой, блять! Дверь изнутри практически вышибает, отчего я даже зажмуриваюсь. На секунду. Потому что мне становится интересно, что за местный Халк у нас тут завелся. - Юлик, блять, стой! А-а, то есть Халк меня остановить пытается? Ну ладно, посмотрим, будем останавливаться или нет... - Юлик! Руслан? Ну нахер, пацаны, съебываем. Что-то я не очень хочу выслушивать "Ты меня прости, но я не пидор..." и реветь потом неделю в подушку. Мне еще сессию сдавать. Желательно в живом виде. - Да стой, еб твою мать! Руслан на лестнице все-таки ловит меня, хватая за руку. Я пытаюсь вырваться, но хватка у парня крепкая. Толстовку жалко, если порвется, красивая. - Ты чего съебать решил, а? Я кошу глазами куда-то в угол и невнятно мямлю. - Ну... Ты меня прости, я тогда напился сильно... Не соображал почти... Не хотел... - Подожди, что?... Его глаза настолько широки и встревоженны, что я пускаюсь в сбивчивые, но более-менее понятные объяснения. - Не хотел я на той... Вечеринке тебя целовать. Напился. А потом вижу - ты и так не помнишь ничего, вот и говорить не стал... - Погоди. Кажется, что на глазах у Руслана только что убили его родителей. Или откуда тогда такая боль? - То есть ты все помнил? Этот... Эти поцелуи? И ты мне ничего не говорил? - Ну да. Мы же просто напились. Зачем тебя смущать? Я выворачиваю руку из захвата и отступаю вниз на ступеньку. Но Руслан, кажется, этого не видит. Он смотрит на меня так, будто весь его мир только что прямо на его глазах обрушился. - Я пойду, ладно? С праздником еще раз! Я взмахиваю рукой и бегом выбираюсь из злополучного подъезда. До дома я добегаю с той же скоростью - звука. И только там позволяю себе разрыдаться, оплакивая все шансы того, что Руслан мог в меня влюбиться хоть когда-нибудь. Я не слышу, как Руслан раз за разом повторяет "Мы же просто напились". Не вижу, как он со всей дури ебашит предметы в стену. Не чувствую, как он рыдает, раз за разом пересматривая видео, когда гости уже разошлись. Я этого всего не вижу, потому что сам веду себя не лучше.