О демонах и мечах

      С первых секунд разговора у меня появились определённые предчувствия относительно того, чем он может закончиться. И сейчас они полным ходом воплощались в реальность.       – Ваши права что-либо требовать от меня начинаются там же, где и заканчиваются, – процедил теневик. – Красный может вылезать из своей шкуры в попытках добиться этого, но по своей воле я помогать не собираюсь.       – Ты забываешь своё место, выродок!       – Реви сколько хочешь, меня это не волнует, – отмахнулся он. – Можете меня пытать, вместе со своей ручной зверушкой. Я могу даже подыграть. Но вы на это не пойдёте.       В иной ситуации я бы не упустил случая восхититься воистину стальными яйцами пойманного демона. Умение отбрить Драйга дорогого стоило; что говорить, я бы и сам не отказался от такого. К сожалению, сейчас оно лишь порождало проблемы.       О чём шла речь, догадаться было просто. Помощь демона такого уровня могла бы значительно облегчить дальнейшие поиски меча. Продемонстрированная сила была весьма многогранна, в пику моей однобокой заточенности на прямое столкновение, а накопленные знания пришлись бы как нельзя кстати.Беовульф, о котором теневик так пренебрежительно отзывался, и впрямь был не особо наблюдателен – его заботила только собственная власть и набитый живот. С теневиком дело обстояло совершенно иначе. Даже его развитие в направлении скрытности свидетельствовало скорее о том, что он вряд ли пропускал любые значимые события в башне.       К сожалению, переговоры с ним зашли в тупик. Любые наши доводы он отбивал утверждением, что оказался заточён в Механизм против своей воли и, следовательно, не имеет никакого желания помогать своим тюремщикам. Даже угрозу того, что Драйг может его сожрать, он встретил хладнокровным "чтоб ты сдох от несварения". Построить рабочие отношения в такой ситуации было, мягко говоря, затруднительно.       Что говорить, он даже имени своего не назвал, так и оставаясь для всех просто теневиком. Демоном, живущим в тени.       Силовое решение было бессмысленно, обещая только проблемы. Это с Беовульфом было просто: стоило ему увидеть пропасть, разделяющую его и Драйга, и для полузвериного разума этого оказалось достаточно – он быстро принял своё положение и больше вылезать не пытался. С теневиком всё иначе. Если мы просто заставим его сотрудничать, вероятность чего откровенно невелика, не было никаких гарантий его верности в дальнейшем. Кто мог сказать, что его информация верна, и что он не подведёт в ответственный момент? В текущей ситуации заполучить ненадёжного союзника было хуже, чем быть вообще без него. И теневик отлично это понимал, игнорируя бессильные нападки Драйга.       – Может, хватит уже выяснять отношения? Вы мне всю голову заездили своими криками, у меня голова уже болит.       – Нечему там болеть.       – Эй!       – Даже не начинай. Надо быть совершенно безмозглым, чтобы затащить в Механизм такого ублюдка.       – Да как ты...       – Что дракон, что его сопляк-тюремщик, оба не отягощены здравым смыслом.       – Слушай...       – Вот видишь?       – ЗАТКНИТЕСЬ, ЕСЛИ НЕ ХОТИТЕ ПОЗНАТЬ МОЙ ГНЕВ! – даже Беовульф высунул голову из своей ямы. Его тоже достала свара, не прекращавшаяся с момента входа в портал.       – Молчи, животное. Ты всегда был самым большим и вонючим среди всех этих идиотов, называвших себя лордами Темен-ни-гру, – припечатал теневик. – Сколько раз мы говорили тебе мыться хотя бы перед собранием?       – ТЫ!!! – радостно взревел Беовульф. – КАК Я ДАВНО ЖДАЛ ЭТОГО МОМЕНТА! ДА БУДЕТ-кхр...       Удар чешуйчатого хвоста прервал его радость от воссоединения с демонической роднёй.       – Да у меня скоро крыша поедет от вашего дурдома!       – Это не тянет даже на ежегодное собрание лордов башни, – пренебрежительно отреагировал теневик.       – А ты вообще молчи, покойник! – я не мог не возмутиться. – Проиграл, так проигрывай с честью, блин, а не выедай мне мозг!       – Честь, – фыркнул он. –Она только сковывает бессмысленными правилами, не давая ничего взамен. Оставь эту глупость для ящерицы и его кумиров.       – Не с твоей мерзкой пастью поднимать голос на наших богов!       – ХА-ХА! НАКОНЕЦ-ТО Я УЗНАЮ ЦВЕТ ТВОИХ КИШОК,-кххх.       Происходящее всё больше начинало напоминать мне ток-шоу, где истина доказывалась перекрикиванием своего оппонента. За прослушиванием «Иссей и его голоса в голове» время тянулось, словно старая жвачка. Я уныло покрутил головой по сторонам, но повсюду была та же серая пустота межпространственного тоннеля.       Перемещение не оправдало ожиданий. Вместо обыденного уже моментального переноса из точки в точку, круг на вершине забросил меня в узкий проход, при одном взгляде на стенки которого начинала кружиться голова. Далеко впереди был виден выход, похожий на пятно света, но приближались мы к нему с черепашьей скоростью.       Наверное, я бы мог даже заснуть. Я словно парил в воздухе, поддерживаемый со всех сторон неощутимой силой. Она же не давала отклониться от центра трубы и прикоснуться к стенкам – не то чтобы у меня было желание соваться туда.       Мог бы, если бы не...       – Молись о быстрой смерти! – громыхнул Драйг, заливая огнём теневика, из-под которого тот, впрочем, скрылся за секунду до попадания.       – Бездарная курица.       – Фальшивка!       – Тщеславный болван.       – Да вы достали! – рявкнул я. Состояние на границе сна и яви выбросило меня в Механизм, и я увидел парящего над озером тьмы дракона, извергавшего потоки пламени. Тьма отвечала множеством щупалец, но обмен ударами проходил безвредно, пока крик не заставил их ослабить бдительность. Атаки неожиданно нашли цель, и несмотря на то, что оба они пока не дрались всерьёз, я не сомневался, что это было больно.       Зря я так поступил.       В меня упёрлось сразу два разъярённых взгляда, и я оцепенел. Перед глазами замелькали картинки невыразимо жестоких смертей, среди которых расчленение было относительно милосердным способом умереть. Каждый из них хоть и длился долю секунды, но успевал оставить свой след, чтобы тут же смениться следующим. И в каждом умирал я.       Картины хороводом кружились перед глазами, их становилось всё больше, а способы – всё изощрённее. Древние монстры будто соревновались, кто первым вскипятит мне мозги. Однако, сопротивляться этому было проще, чем я мог бы ожидать: в стремлении показать свою силу что дракон, что демон наращивали давление, начиная всё больше мешать друг другу. В итоге, красочные картины растворялись, и вместо этого мне казалось, что кто-то пытается вскрыть мне голову тупым ножом       Мучительные мгновения спустя, два чудовища прекратили давить своим недовольством, и я рухнул на колени. Одновременно с этим, озеро начало развеиваться струйками темноты, а дракон презрительно пыхнул пламенем и развернулся прочь, оставляя меня одного. Воздух наконец наполнил сведённые судорогой лёгкие, и я лихорадочно переводил дух. В груди расцветала совершенно неприличных размеров радость, что я смог выдержать давление сразу двух могущественных сущностей, справится с которыми не имел не малейшего шанса. Пусть никто из них не показал и доли истинной силы, я всё равно считал это достижением, которым могу гордится. Кроме того, дракон с демоном прекратили выяснять отношения, и в Механизме стало тихо.       Может быть, найти им общего врага? Что может объединить двух противников лучше этого?       Я передёрнул плечами. Пока что всё шло к тому, что этим общим противником могу стать я сам.       – И ты здесь, червь? Какая удача! Я узнал все ваши секреты и теперь моё могущество неоспоримо! Подойди ближе, чтобы я мог получить долгожданный реванш!!!       – Иди нафиг, – буркнул я. В только что очухавшемся от профилактического подзатыльника Беовульфе здравомыслия было ещё меньше обычного.       То есть, не было совсем.       

***

      Вопреки подкрадывающимся сомнениям, конец у трубы всё же нашёлся. Пятно света в конце разрасталось, пока не закрыло собой поле зрения. Я зажмурился, а в следующую секунду почувствовал резкий толчок. Приоткрыв глаза, я увидел быстро приближающуюся поверхность, обещавшую встречу через пять, четыре...       Я отчаянно закувыркался, неожиданно поняв, что лечу вниз головой. Даже величайшему герою будет затруднительно спасать мир со сломанной шеей, что уж говорить обо мне. Лишенный точки опоры, я мог лишь беспомощно размахивать конечностями. Инстинктивно выпущенные крылья непостижимым образом смягчили приземление, и вместо сломанной шеи я отделался более лёгкими повреждениями. Не то чтобы я не ценил свой нос, но это было лучше возможной перспективы глупой смерти от неудачного выхода из портала.       Отряхнувшись, я огляделся. И, надо сказать, зрелище меня удивило.       Прямо в пустоте, ничем не поддерживаемые, плавали острова, То тут, то там можно было увидеть предметы разнообразной формы и назначения: осколки громадных колонн, пятна земли, где росли странные перекрученные деревья, пластины замысловатой формы и многое другое.       – А вот и он, – неожиданно подал голос теневик. – Тайник Спарды. Сколько веков было потрачено... И я оказываюсь здесь только потому, что меня поймали в ловушку душ. Ты даже не подозреваешь, как сильно я хочу убить тебя, отродье.       – Почему? – ляпнул я, спустя секунду пожалев о сказанном. В ответ мне прилетело такое количество убийственного намерения, что я счёл за лучшее не продолжать разговор.       – Ты омерзителен, – процедил он. – Лучше просто молчи.       Дальнейшие поиски Аркама сильно затруднялись зашкаливающим количеством разнообразных сигналов. Практически в каждом уголке скрытого пространства ощущались какие-то источники силы, и каждый из них в чём-то да отличался от других. Я чувствовал эманации демонов, улавливал эхо артефактов, зародившиеся в результате всего этого хаоса магические аномалии... Если б я имел возможность, я бы тут надолго задержался. Спарда создал в своём пространственном кармане целый маленький мир со своими обитателями, и я мог бы неплохо поживиться на местных сокровищах – зуд собирать ценные предметы всё больше проявлялся во всей драконьей мощи. К сожалению, Аркам вряд ли будет отвлекаться, когда его цель так близко, и я не мог позволить ему добиться своего.       Если не знаешь, что делать, доверься интуиции, советовала мне мама.       Я вздохнул. Случись это на экзамене, я бы так и поступил. Я мог бы угадать и получить заветную оценку. Или не угадать и прийти в следующий раз – когда-нибудь же должно повезти? Но сейчас так не получится.       Заглянув за край своего каменного островка, я почесал голову. Сигать прямо в пустоту не хотелось. Но никаких порталов или врат переноса я не заметил. Да и кому может понадобиться устанавливать разветвлённую сеть порталов посреди парящих в пустоте островов. На всякий случай создав из превращающегося фрагмента верёвку, я привязал её к камню, обвязав другой конец вокруг себя, и спрыгнул вниз.       Как выяснилось, летать здесь всё-таки можно.Перебравшись таким способом подальше от места высадки, я уселся на землю поудобнее и приступил к поискам.       Даже интересно, как будут перебираться дальше не умеющие летать сыновья Спарды.       То, что я хотел сделать, было импровизацией, так как у меня не было возможности познакомиться со своими новыми возможностями в нормальных тренировочных условиях, ни на что не отвлекаясь. Я собирался вогнать себя в состояние на грани транса, чтобы развернуть сенсорику на полную. Однако, проблема была в том, что её пределы до сих пор были для меня загадкой. Вдруг моя чувствительность увеличится до пределов, которые я не смогу контролировать? Что если я начну чувствовать вообще всё, вплоть до насекомых, и в итоге свалюсь с инсультом от перегрузки?       На секунду я представил, как Риас кормит меня, скрюченного как Стивен Хокинг и вдобавок пускающего слюни, с ложечки, и нервно рассмеялся.       Но мысль не была лишена возможности успеха – в конце концов, драконы лучше всего познавали свои возможности в экстремальных ситуациях, как Драйг в своё время успел прожужжать мне все уши. Что-то в духе «Только поставив на кон всё, вплоть до жизни, ты вынудишь противника раскрыться».       – Смерть милостива лишь к тем, что может развлечь её дольше остальных, – раздражённо встрял в течение мыслей дракон.       – Да-да, типа того, – отмахнулся я.       Так что, скорее всего, со мной ничего не случится. Наверное.       – Твой подход в корне неверен. Сомневаясь, ты уже приближаешь своё поражение, – не вытерпел Драйг.       – Эта ваша людоедская идеология мне уже в печёнках сидит, – пожаловался я.       – К твоему сведению, одними людьми мы не ограничивались, – недовольно отметил он, пропустив намёк мимо ушей.       Я не стал продолжать бессмысленный спор, вместо этого глубоко вздохнув, подготавливая себя. Воображаемая сфера, символизирующая область чувствительности, начала медленно расти, одновременно углубляясь в себя. Метр за метром, ощущение всего, что находилось в области восприятия, становилось всё более отчётливым и ясным. Сильнейшие здешние демонов, выделявшихся в этом месте как дерево посреди пустыни, начали обращать на меня внимание в ответ на грубое вторжение. Множество разбросанных артефактов нещадно фонили, смазывая тонкую цепочку следов Аркама, но я был настойчив. Сфера продолжала расширяться, и вскоре я зацепил край, за которым не было вообще ничего – девственная пустота, мало напоминающая даже междумирье. Я присмотрелся ближе, невольно привлечённый парадоксальным отсутствием всего, и неожиданно ухватил тонкую нить…       Донёсшаяся откуда-то из-за края пространства волна тёмной энергии чуть не свалила меня навзничь, грубо оторвав от исследования краёв компактного измерения. Я ошарашенно затряс головой, поднимаясь на ноги и пытаясь снять с себя остатки энергии, покрывшей землю тонким слоем. То, что она была похожа на тухлую болотную жижу, лишь больше мотивировало от неё избавиться.       Теневик едко засмеялся:       – Кажется, кое-кто опоздал.       Я не ответил. Перед глазами раскрывалась невозможная, казалось бы, картина падающего неба. На самом деле, это, конечно, было вовсе не небо, а заменявшая его белая субстанция, выполнявшая роль стен, но мысль была настолько неожиданна, что вызвала кратковременный ступор. Напрягая чувства, я ощущал, что вязкая энергия въедается в купол, делая его хрупким и ломким. С величавой неторопливостью разломы на куполе ширились и пересекались, образуя сеть, в центре которой вскоре обещал оказаться прорыв... куда?       – Драйг, ты засёк источник?       – Сюда, – кратко ответил он. Вместе с его словами у меня в голове появилось чувство направления, ведущего к источнику, продолжавшему пульсировать и извергать энергию.       Это мог сделать только Аркам. Вряд ли кто-то обладал такими возможностями. А будь тут существа, способные на это, они давно сбежали бы отсюда.       Но зачем ему понадобилось разрушать пространственный карман? Скромноеподызмерение, куда Спарда, очевидно, сбрасывал встреченные им диковинки и в котором на склоне лет решил запереть свой меч?       – Или на самом деле всё не так, как нам кажется, – проворчал дракон. Всё-таки, сложенная нами картина основывались на обрывках знаний Беовульфа и словах вампирши. И если в честности первого имелось мало сомнений – трудно лгать с таким стимулом, как огромный красный дракон за спиной, только и ждущий лишнего повода отыграться за столетия заточения, – то вампиршу говорить правду ничто не обязывало. Более того, всё сказанное ею могло оказаться ложью.       Добравшись до нужного места, я остановился.       – Партнёр…       – Да.       Словно по команде, на островок дождём начали падать статуи причудливых форм, спрятанные на близких островах и скрытые пологом невидимости. Земля отчётливо задрожала под ногами, и я чертыхнулся. Оставалось только уворачиваться, дожидаясь, пока у небес закончатся снаряды. Наконец, окружённый со всех сторон каменными изваяниями, я превратил свой Фрагмент в огромный молот и бросился в бой.       Этот противник был мне знаком. Некоторое время я ломал голову над тем, кому в полной демонов башне могли понадобиться големы, к тому же несущие на удивление небольшое количество демонической энергии. Если бы их создавали сильные демоны, они бы физически не могли вложить настолько малое её количество. А слабые демоны были слишком озабочены выживанием, чтобы тратить силы на такие поделки.       Вопросов ещё прибавилось, когда я осознал их неожиданное сходство с шахматными фигурами; признаться, в тот момент меня разобрал смех от встречи с очередной аллюзией на шахматы в сверхъестественном мире, за что, зазевавшись, немедленно получил каменным посохом по голове.       Как же Драйг зубоскалил над тем, что посох об неё сломался.       Тем не менее, шахматные големы встречались нечасто, и я перестал о нём думать, списав его на очередную тайну Темен-ни-гру. В конце концов, они могли бы быть тюремными стражами, до того, как Спарда устроил свою авантюру с перемещением. Однако, то, что они находились прямо здесь, охраняя созданный Аркамом источник разрушительной энергии, могло значить лишь одно. Скорее всего, именно он и создал големов. В эту версию укладывалась и малая доля демонической силы в них, и нечастые встречи, которыми Аркам, вероятно, тестировал свои создания и получал обо мне информацию, и даже то, что они были оформлены именно в таком виде – учитывая, каким позёром Аркам себя показал, големы в виде шахматных фигур вызывали мало удивления.       Хотя, нужно признать, что они изменились с прошлых встреч. Големы ближнего боя, кони и пешки, уменьшились и стали заметно проворнее, тогда как слоны и ладьи, наоборот, выросли и стреляли с гораздо большим энтузиазмом, чем раньше. Да что говорить, у них даже цвет камня из белого стал тёмным.        Я поймал на древко каменный меч и низким ударом подбил основание статуи, заставляя её с грохотом упасть. Как оказалось, вместе с усовершенствованием они получили просто возмутительную стойкость к огню. Простые огненные шары были практически бесполезны – для нанесения серьёзного вреда требовалось что-то помощнее. Например, высокотемпературное пламя, которым я сжигал вампиршу. Но не зная, что ещё мог подготовить Аркам, так выкладываться было чистой воды самоубийством.       – Да чтоб тебя! – выдохнул я, отмечая, как поверженный голем собирается по кусочкам. Невосприимчивости им было мало, теперь ещё и бессмертными стали?       Всё больше ускоряясь, я плясал между между противниками, пытаясь заставить их количество играть себе на руку. Но и здесь они не оправдывали ожиданий – вместо того, чтобы столпиться вокруг, мешая друг другу, каждый момент времени на меня наседали не больше пяти големов, остальные же прикрывали стрелков от внезапного нападения или стояли неподалёку, ожидая своей очереди.       Я отшатнулся в сторону, избегая внезапного таранного удара сверху, которым ферзь пытался сбить меня с ног. Скала под ногами вздрогнула под всей массой обрушившейся с неба статуи, едва не опрокинув меня. Защищая королеву, остальные фигуры удвоили натиск, и мне удалось лишь коротко бросить в неё сгусток огня, безвредно соскользнувший с её головы.       Драйг, есть мысли? Они сильно изменились, не говоря уже о тактике боя.       «Раньше у них не было командования» – глубокомысленно заметил дракон. Я фыркнул, уклоняясь от очередного взмаха меча.       Хочешь сказать, ими издалека управляет Аркам?       «Может быть, но дело не в этом».       Ты можешь хотя бы сейчас нормально сказать, в чём дело, пока меня тут не нашинковали?       «Партнёр, оглядись по сторонам» – я практически кожей почувствовал, как дракон закатывает глаза. – «Если я говорю, что у них раньше не было командования, это следует понимать в прямом смысле».       Я затормозил на секунду, пытаясь понять его слова, заодно ловя длинный рог, которым конь пытался меня проткнуть. Вот серьёзно, зачем ему понадобилось приделывать коням рога?       Раньше у них не было командира. Раньше они вели себя почти как полуразумные демоны, пытаясь навалиться кучей без оглядки на специализацию.       Теперь командир появился. Хм…       Я захотел стукнуть себя по голове, но в одной руке был молот, а другой я удерживал коня – это могло привести только к очередному недоразумению. Давать ему ещё один повод потешаться над дубовой головой Иссея Хёдо не хотелось. Пехотинец за спиной хотел было помочь мне в моём стремлении, но удар молотом заставил его и дальше собираться с мыслями.       Любой отряд, даже самый профессиональный, будет сражаться лишь в часть от полной силы, если лишён адекватного командования. Если выбит тот, кто отдаёт приказы, отряд будет фактически обезглавлен и может пойти на сдачу.       И в шахматах эту функцию выполняет король.       Учитывая всё, что со мной было, то, что я не мог понять роль короля так долго, могло бы показаться смешным, и если бы не эти самые големы, я бы с удовольствием посмеялся. Ближайшая цель была определена, оставалось только попасть к королю.       Я охватил поле кратким взглядом. Вырваться из плотного окружения будет нелегко. Пешки контролировали каждое движение на земле, а стоило подняться в воздух, за мной начинал гоняться ферзь, которого поддерживали огнём слоны – попробовав этот ход, я с удивлением и болью узнал, что по прямой ферзь меня перегоняет, а заложить вираж мешал плотный огонь слонов. Больше я не рисковал.       Несколько раз едва не проворонив опасные моменты, я окончательно перешёл в защиту, лишь выискивая возможность для стремительного броска вперёд. Полёт отбрасывался, значит, нужно прорываться здесь. Ударом молота вызвав маленькое землетрясение, я воспользовался кратким замешательством големов, чтобы выйти из окружения. Петляя среди статуй, уклоняясь от клинков и рогов, я сближался с целью, чья корона возвышалась над головами подчинённых. На несколько секунд я был уверен, что у меня получится, пока передо мной, прожигая насквозь неудачливых големов, не скрестились алые лазеры ладей, выжидавших своей очереди.       Кажется, я двигаюсь в правильном направлении, если они настолько не хотят, чтобы я к нему попал.       Радости, впрочем, открытие не прибавило: я изогнулся в немыслимом направлении, смутно ощущая какие-то щелчки и всем телом чувствуя отчаянный скрип доспехов, не предназначенных для таких издевательств. Прокрутившись на одной руке, я приземлился за пределами опасной черты, но это было ещё не всё – впереди зажглись ещё несколько линий. Движимый одним инстинктом, я опёрся на меч ближайшего голема, схватился за рог коня, и одним движением забросил себя наверх. После чего побежал прямо по шлемам пехотинцев, перескакивая с одного на другой. Позади яростно взвыл воздух, рассекаемый ферзём, впереди зашумели десятки огненных шаров, выпущенных слонами, и ноги не могли спасти от грядущей встречи.       Лучше и придумать нельзя.       Я выбросил перед собой руку и сжал её в кулак, фиксируя файерболы на месте. Подчиняясь торопливым жестам, множество огней объединились в один большой, продолжая лететь на меня. Промчавшись рядом и обдав волной жара, огненный шар исчез за спиной, и я позволил себе выдохнуть. Сзади грохнуло, подбросив вперёд волной воздуха, а я перевёл дух, ускоряясь по прямой к королю.       Эту карту я приберегал до решающего момента, как только стало ясно, что от огня мало толку, если только не в абсурдных количествах. Возможность использовать её была, когда я пытался гоняться наперегонки с ферзём, но тогда файерболы были слишком рассеянны. Теперь же ситуация была идеальной.       Пехотинцы попытались разбежаться, но с нейтрализованным ферзём я просто продолжил двигаться на бреющем полетё, задевая землю кончиками крыльев. Впереди, почти перед королём, соткалась сеть из лазеров, и я сжал зубы. Эти уже не перехватишь.       Я сложил крылья и скрестил руки, в последнюю секунду сделав из превращающегося фрагмента нечто вроде покрова и накинув его сверху. Магический огонь, сжатый в узкую полосу, неприятно обжёг даже сквозь покров Экскалибура, сразу напомнив о вязкой энергии, разъедающей здешнее небо, но контакт длился считанные мгновения. Последние метры до короля и стоящих рядом слонов я преодолевал, катясь по земле.       Я вскочил, мысленно поблагодарив, пожалуй, самый полезный осколок Экскалибура, и бросился вперёд. Отбросив град огнешаров в сторону, я прыгнул, занося сформированный молот и почти коснулся короля, как его глаза сверкнули багрянцем.       В следующее мгновение я понял, что лечу, кувыркаясь, назад. Лечу в самое скопление пешек, если судить по сенсору, явно заранее подготовившихся для этого. И почти наверняка попаду в очередной лазерный барьер, от которого не имею уже никакой защиты.       – Дай мне доступ к механизму, – раздражённо скрежетнул голос теневика. – Или предпочтёшь поджариться?       Не удивляясь неожиданно проснувшемуся демону, я подчинился. Плохо скрытая тревога в голосе убедила, что он вряд ли хотел чем-то навредить.       – Будешь должен, – бросил он напоследок.       Или же он гениальный актёр, пришла запоздалая мысль, который только что получил возможность подстроить подлянку.       Но мысленный разговор длился доли секунды, и долго раскаяние не продлилось. Дальнейшее произошло так быстро, что я ничего не успел понять.       Я остановился. Или двигался. Или завис на месте. Или меня растаскивало в противоположные стороны. Разом навалившиеся ощущение смещения куда-то вкупе с головокружением не позволяли понять точно. Однако, я ещё не попал в мясорубку, и это однозначно было хорошо. Тонкая плёнка тёмной силы, отделившая меня от големов, тем не менее, была прозрачна, позволяя наблюдать за происходящим.       И я наблюдал за происходящим словно в обратном просмотре. Я рывками приближался к королю, явно восстанавливающегося после дорого давшегося выброса сырой силы. Слоны медленно, слишком медленно поднимали свои огненные посохи, а от ладей неспешно тянулись новые лучи.       Поздно.       Оказавшись над королём, я запоздало схватился за молот, поначалу отвлёкшийся необычным видом, и занёс над головой. Пузырь энергии лопнул, дополнительно поддав инерции, и я, наконец, обрушил заискрившийся молот точно на макушку короля, превращая его корону в серое крошево вместе с головой.       Словно по волшебству, – впрочем, именно что по волшебству, – только что горевшие жаждой битвы големы застыли на место и будто обмякли. Я резко взмахнул молотом, распыляя несколько слонов сразу и мысленно вытер пот со лба.       

***

      – Всё-таки это было весело, – заметил я.       Пыль и куски уничтоженных големов надёжно покрывали землю толстым слоем. Я не жаловался – вид поверженных буквально в прах противников вызывал в душе глубинное удовлетворение. Было что-то первобытное в бескомпромиссном уничтожении.       – Мне особенно понравился момент, когда тебя швырнули, словно котёнка.       – Кто же знал, что так будет, – буркнул я.       – Кто мог знать, что командир таких големов и сам способен дать сдачи? – саркастично повторил Драйг. – Партнёр, с каждым таким случаем я думаю, что видел вершину идиотизма, однако ты ставишь всё новые рекорды.       Порой его сходство со старым брюзгой поражало воображение – в моём представлении, сформировавшемся из сказок на ночь и игр, драконы были либо мясом для гринда, либо древними мудрыми существами, причём первое не отменяло второго. Первое время после активации Механизма я ещё наивно распространял это представление на Драйга, пока оно окончательно не было погребено под грузом тяжёлого характера.       Я вздохнул. Доказывать ему что-либо было бесполезно.       – Зато мы знаем, чего ожидать в следующий раз, если они появятся. Кроме того, я думаю, что Аркам выбросил здесь последние резервы, и больше нам шахмат не встретится. Ты же видел, сколько их было. Разве похоже, что у него что-то могло остаться?       – Что требуется для их производства – неизвестно. Если магу они ничего не стоят, впереди может ждать целая армия големов.       – Что, разве так легко получить големов, устойчивых к драконьему огню? – скептично уточнил я.       – Мы этого не знаем, – раздражённо повторил дракон. – В мои времена создание кукол, подобных этим, требовало мастера, времени и материалов. За прошедшее время многое могло измениться. И ты забываешь, что этот мир отличается от нашего.       То, что ситуация изменится и в том случае, если Аркам сможет найти и подчинить меч Спарды, подразумевалось само собой.       Я машинально взглянул на тающий купол, в котором уже появилось небольшое отверстие.       Если он уже этого не сделал.       – Ну хорошо. Есть идеи, что может ждать за порталом? – я ткнул пальцем в исходящую миазмами дыру в пространстве, зная, что Драйг сможет прочитать жест. – Может, у тебя завалялось какое-нибудь разведывательное заклинание на такой случай?       – Нет, – нехотя признал дракон. – У него есть похожие закономерности с нашими, но их слишком мало для гарантии верного анализа. В идеальном случае мы сможем определить вектор выхода, не больше.       – Запертый дракон и мальчишка. На что вы могли надеяться, пытаясь завладеть сокровищами Спарды? – Драйг гневно всхрапнул, но на удивление, промолчал.       – Здравствуйте, доброхот-сан, – колкость вылетела сама собой. Однозначно, я подхватываю те привычки дракона, от которых страдаю больше всего, – Как же вы сподвигли себя на подвиг моего спасения, не могли бы поделиться?        – Не стоит думать, будто твоя жизнь для меня что-то значит, – с отчётливым раздражением ответил теневик. Я закатил глаза, услышав этот старый, как аниме-индустрия, пассаж истинной цундере. К счастью, только Драйг мог читать мои мысли свободно, будучи изначальным обитателем Механизма. – Если я умру здесь, я растворюсь в небытие, что меня вполне устраивает. Но твоя смерть только отправит эту клетку странствовать дальше, до тех пор, пока не появится ещё один смертник, чья душа не развалится от её присутствия. И ты знаешь, – его голос приобрёл змеиные нотки. – Мне кажется, что до того, как ты устроил здесь бордель, такие люди ещё могли найтись.       – То есть, моя жизнь для тебя всё-таки важна? – с любопытством осведомился я. Новость, что наличие подселенцев может заставить Механизм разрушать души потенциальных будущих носителей, требовала обсуждения, и явно не с теневиком.       Прилетевшая волна злости ответила лучше всяких слов, и я довольно кивнул.       – Не рассчитывай, что твоё положение что-то изменит. Моё желание выносить твоё общество простирается не дальше этого.       – Мне большего и не надо.       Пока, во всяком случае. Телепортация была именно тем, чего я так долго хотел. Пусть даже она будет способна работать только на короткие расстояния, одно её наличие перевернёт всю тактику боя. Например, я бы мог сразу переместиться к королю и превратить бой в прогулку буквально одним ударом. А насколько жизнь станет легче, если она дальнодействующая…       Я отогнал от себя картинки гавайского пляжа сразу после школы. Нет, конечно, меня бы могла переместить и Риас, если я её хорошо попрошу, но одно дело просить об этом, тем более девушку, а другое уметь самому. Надо как-то раскрутить теневика на телепортацию. Пусть даже сейчас он упёрся рогом, позже ситуация может измениться – демоны живут долго, драконы ещё дольше, я же буду и тем, и другим. Когда Риас снова переродит меня в демона, надо будет зайти к дедуле Таннину за консультацией, как такому же драконическому демону… Демоническому дракону… Драконо-демону… Гхм, по поводу возможных выгод сочетания преимуществ демонов и драконов, вот.       Я поднялся с крупного осколка, оставшегося от голема, и подошёл ближе к порталу. Закинул для пробы камешек, но тот, как и ожидалось, бесследно исчез. И непонятно, чем Аркам мог обложить портал на той стороне.       Покосившись на разрастающуюся дыру в небе, за которой уже начинало что-то виднеться, я сделал ещё один шаг.