Живи или умри

Почему жизнь такой отстой в квадрате? Нет, даже в кубе! И именно ему перепала сомнительная честь ей наслаждаться. И раньше как-то проще было. Конечно, он задумывался о том, что маслом ему в этом мире ничего не намазано, но терпимо было. Живи и не жалуйся. А сейчас?.. Да будь все проклято! Никогда он так сильно не жалел о том, что на свет родился, даже когда отец его проявлял повышенное внимание к его существованию, лишний раз проводя воспитательные работы, заканчивающиеся нестерпимой болью. Это все она виновата! Не появись эта девушка в пределах его поля видимости, все было бы отлично. А не до жути противно от себя самого. Только о ней и думает, словно помешанный. И чем ближе она, тем хреновей. А она? Она вообще не одупляет своим женским мозгом, что ей не следует водиться с ним. Доверчиво смотрит на него… Глаза как у любопытного олененка… Да лучше б она олененком была! Пристрелил и дело с концом, а эта – груби не груби, все равно тянется. Он че ей диковинка какая? Объект, бля, для исследований? Все время жестче пытается быть, чтоб отвадить. А не хрена, все равно какая-то дебильная забота о ней лезет изнутри. Да что препираться – он готов с нее пылинки сдувать. Вот только она же будто из фарфора сделана. Неверное движение – сломается, разобьется и все. А кто виноват? Он, только он. Грубый, неотесанный… Вообще в ее сторону дышать не должен. Понятия не имеет, как с такими как она вести себя. И оно ему нужно? Видать нужно, раз так парится из-за этого. Вот же… И как быть? Из головы не выкинешь, и путей к ней нет. Узнает... Вообще на него смотреть не будет. А не это ли ему нужно? Как же прекрасно, что она свалила, правда отпускать не хотел, волновался за здоровье. «Ну и кому мы врем?» - противный внутренний голос. Ладно, просто не хотел. Привык к ее присутствию и своим мукам, видимо. Ее выходка с рыбой даже не сильно его расстроила. Нет, поначалу-то расстроила, а потом он просто над собой поржал. Сам же ее с собой взял, виноват даже больше чем она. Прекрасно осведомлен о ее пристрастиях и отношению к охоте и прочему пресечению жизней. Но она так просила… Слабохарактерный идиот, отказать естественно не смог. Наорал, потом нажрался от своей трагедии помешанности на ней и утром голова только и болела. Нихера не помнит, че было. Но, судя по тому, как она ему таблетку заботливо протягивала, от нее не утаилось, что он вдрызг бухой был. Вот же память вышибло. До дома добрался не помнит как и как отрубился тоже. Но после этого девушка свалила, что-то наплетя про то, что дома какие-то цветочки не политы и вообще, она обнаглела, что его добротой пользуется и еще какую-то хрень. Ах, еще и чмокнула его в щеку, сказав, чтобы он ее не забывал. Вот же юмористка! Забудешь, ага! А он был бы рад забыть… А потом он сюрприз в шкафу обнаружил, она шмотки свои оставила. Часть, не все. И записочку, почерком с закорючками, красивым таким. «На случай если я опять попаду в лес и меня будут преследовать таинственные Чупакабры» - значилось в ней. И че он теперь должен следить, чтобы она в лесу не заблудилась днем и ночью? Или это какой-то тонкий намек, смысла которого он не понимает. Охренительно просто! Кто б ему расшифровал… Еще и какое-то чувство, что той ночью, после которой она свалила, что-то произошло, не покидает его. Вот только что? В пьяном бреду, он мог всякое наплести: от чистосердечного про шрамы, до каких-нибудь сопливых признаний. При чем «про шрамы» ему как-то больше импонировало рассказывать, чем в чем-то признаваться. Шрамы она видела, это точно, но сделала вид, что байк ей приглянулся. Вот только в глазах от байков шока не бывает… - Братуха, я вернулся! – с шумом отворяется дверь и в дом врывается Мэрл. – А че с домом? – он крутит головой, удивляясь порядку. - Делать нечего было, - бурчит Дэрил. - Ну, нифига се, у меня брат оказывается домохозяйка. Какой еще скрытый талант в тебе прячется? – он кидает сумки на диван и проходит к брату на кухню, садится перед ним и бутылку пива отнимает. – Че как в воду опущенный? Наезжал кто, пока меня не было? Так ты это, скажи, кто тебя трогать посмел. - Какая тебе разница? Даже если и трогали, тебе-то какое дело? – грубит младший старшему. - Эй, ты чего? – тычет его в плечо Мэрл. – Ты ж мой брат, мне есть до тебя дело. - Да? – язвительно спрашивает Дэрил. – Че-то особо не заметно. Ты обещал со своей наркотой завязать. Пускай нигеры этим занимаются. - Че? С дубу рухнул, это ж бабки! Нигеры? Да пошли они. - И цента твое слово не стоит! - Да когда я его давал? А если и давал, то минимум по обкурке, - допивает бутылку Мэрл. – Ну, завяжу я с этим делом и че дальше? А так бабло всегда есть. - Ты просто загремишь опять в тюрягу… - А я смотрю, ты этого только и ждешь! – чуть ли не орет на него брат. - Ничего я не жду! - Слушай, я понимаю, что ты моими делами не доволен. Но че мне еще делать? У меня сроки за спиной, в этом городе ни одна шваль на нормальную работу не возьмет, да и в другом тоже. К тому же пахать как проклятый за мизерную плату – да пошло оно! Сами пусть пахают, без моего участия. - Да катись ты, придурок. - Охуенно просто! Не с той ноги встал, так на брата зубоскалишь? Да я тебе сейчас все мозги по стене размажу, чтобы дерьмо это из головы выкинул. - Да размажь! Может легче станет! - Слушай, ты чего под кайфом что ли? – с подозрением спрашивает Мэрл. - Постоянно! – огрызается охотник. – Вы с батей – два уебка, что мне жизнь сломали нахрен! Лицо Мэрла буквально вытягивается от этих слов, вырвавшихся из уст брата. Пальцы сжимаются в кулаки. - Че? – сверкает глазами реднек. – Ты меня в один ряд с этим козлом не ставь. Я тебе жизнь сломал? Да если бы не я - ты бы сдох давно! На ноги поставил, жизни научил, мужика из тебя сделал, а ты бочку на меня катишь, щенок! - Да пошел ты, - пытается уйти с кухни Дэрил, но его брат не дает ему этого сделать. Грубо хватает за ворот и сажает на стул. - Хрен куда пойдешь, сука неблагодарная! Говори, че у тебя накипело, пока я еще слушать тебя готов, а там порешу, че с тобой, уродом, делать. - Она достойна лучшего, зачем ей со мной общаться? – отрешенно произносит Дэрил. - Че? Кто? Ваще не понимаю ход твоих мыслей. - Даяна… - Тыры-пыры пассатижи, ты че все еще не выкинул ее из своей башки? - Не могу… И она нос не воротит… - Слушай, болезный, какая муха тебя цапнула? Где ты, блин, воду пил, что тебя лихорадит сраной любовной лихорадкой? У тебя был шанс ее прижать, ты его профукал! Теперь страдаешь… Не мужик, а баба! Трахнуть девку не можешь… - В том-то и дело, что трахнуть ее нельзя! – идет к холодильнику Дэрил и, открыв дверцу, достает бутылку холодного пива. - Не понял? С какого это перепугу? У ней там че пояс верности что ль? Или как эта хрень зовется? – призадумался старший брат. - Да нет у ней там ничего… - А ты почем знаешь? Лазил уже что ли? – играет бровями Мэрл, ехидно ухмыляясь. - Нет! Видел… - Видел? Когда это? - Когда из леса приносил… Бля, вот че ты пристал! - Я пристал, это ты ко мне пристал! Хрень всякую несешь, вместо того, чтобы девку какую-то нагнуть! - Она – не какая-то! И трахнуть ее нельзя так просто! - Слушай, че ты тогда хошь, я не пойму! Залип на ней, трахнуть не хочешь, но при этом все мозги мне проел своей зазнобой! - Кто сказал, что не хочу? - Господи, дай мне сил выдержать это! Так если трахнуть хочешь, че не трахнешь? - Ну… С ней нельзя так, в общем. Она не такая, как те, что подле нас ошиваются. И доверчивая она, добрая… Подвохов в этой жизни не замечает. Она как наивный ребенок, у нее душа есть и чистая она вся. Мэрл потер виски. Дэрил… чтоб его с его одержимостями! - Ой, ну прямо такая уж чистая. Еще святой ее назови, и я точно в дурку тебя сдам. Будь она таким невинным ангелочком, не приперлась бы тогда на вечеринку и не стала бы лакать алкоголь как заправский… как наш папаня, в общем. И тебя не обвинила ни в каком домогательстве, хотя дождешься от тебя… - махнул Мэрл на этого безнадежного типа, что оказался по какой-то чистой случайности, практически несправедливости, его братом. – И вроде на тебя как на человека смотрит… А ведь такие дамочки как она, что жизнью не побиты и в плохую компанию не вхожи, смотрят на нас как на чмо. А значит, никаких проблем я не вижу – зажал в темном углу, получил чего нужно и оклемался, избавившись от своей хандры. - Да чего ты несешь?! Я же тебе говорю - нельзя с ней так, а по-другому я не знаю как! - Твоя Даяна ни чем не отличается от Синди, это я как спец говорю… Только че-то с последней у тебя таких заморочек нет. - Сравнил, - сплюнул Дэрил. - Да че там сравнивать – баба она и в Африке баба, ну если белая, естественно. Еби в свое удовольствие… - А отношения? - Кто ты? Куда ты дел Дэрила? – ужаснулся Мэрл, смотря на это непонятное существо, смутно имеющее сходство с младшим Диксоном. - Придурок… - Не, я ему помочь хочу, а он меня придурком обзывает. Я пребываю в шоке! – рассмеялся Мэрл. – Отношения? Ща я тебе пример отношений приведу! Как сказочку деткам неразумным, – чуть ли не с угрозой произнес реднек. Но угроза «сказки» оказалась реальной. – Жила была на свете девушка, до охренительности из какой приличной и богатой семьи. Родаки души не чаяли в своей дочурке. И все у ней было и ничего ей за это не было. Фактически принцессой росла. Любая шалость с рук сходила. Но, как и любая принцесса, мечтала она о принце, - понесло реднека. – И такой принц объявился, правда, он скорее не принцем был, а нищим. Но сердцу ж не прикажешь. Начали они тайно встречаться, родители девушки бы не потерпели такого безрассудства от своей дочери, поэтому ничего не ведали. А нищий, все больше опутывал принцессу своими чарами. Тайно они обвенчались, но все тайное рано или поздно наружу всплывает. Прознали родители девушки о вопиющем поведении дочери и повернулись к ней задом. То есть - кто такая знать не знаем, ведать не ведаем. А девушка-то привыкла к отношению особому, да в достатке жить, но что нищий ей мог дать кроме любви? Ничего! Хуй, как говорится, - не удержал себя Мэрл. – Ну, по первому-то времени не расстраивались они. Нищий как нигер-раб плантаторов батрачил без сна и отдыху, чтобы все окей у них с девушкой было. Но требовательной оказалась она. Все не так ей было. От нищего шла озлобленность во все стороны, семейный бюджет уходил на залоги в участках, куда тот за драки попадал. В конце концов, начал он срываться на ненаглядную свою, что, по его мнению, как вампир какой, кровь из него сосет. А она терпела, думала, что все еще наладится. Может, надеялась, что родители оттают? А тут сюрприз – ребеночек. Нищий еще больше батрачить должен, чтобы всех прокормить. Еще злее становился. Принцесса по-тихому пристрастилась к винцу, надо же как-то несправедливость вопиющую заливать. Да покуривать начала, когда благоверный стал вдрызг пьяный домой являться. А где-то между вечной руганью и побоями, которыми нищий «любовь всей жизни» одаривал, умудрились они еще одного зачать – не чета первому, конечно, но тоже вроде ничего такой получился. В доме все вверх дном – орет мелкота, жрать давай… Нищий уже на все забил, достала его такая «малина», принцесса кровь пить продолжает – ей двоих сытыми держать нужно, на ней все держится, а муженьку посрать на них всех вместе взятых… - Довольно, Мэрл! – не выдерживает Дэрил «сказку» брата. - Че «довольно», я еще не закончил. - И не нужно… - Да подожди, там же самое интересное начинается! Но так и быть, буду краток – допилась своего вина и докурилась сигарет принцесса… - Заткнись! – врезал брату Дэрил, не желая больше слушать то, что и так знает. - И че стало причиной? Отношения! Твою мать родную сгубили эти бредни и злобные твари из высшего общества, что породили ее на этот свет и отвернулись! А она отца довела нашего до хуже некуда! – тычет в него Мэрл, что и глазом не повел от удара, войдя в раж в своем желании направить брата на путь истинный. – Тоже так же хочешь? Как родители наши? Думаешь, твоей цветочнице будет достаточно того, что ты приносишь? Им всегда мало! - Она не такая как наша мать! - Да че ты помнишь? – махает на него рукой Мэрл. – Не такая… Накручивай себе бред и домыслы! К отцу наведайся, спроси про «отношения», он тебе расскажет, а уж по-хорошему или по-плохому - это в каком состоянии ты его застукаешь. Вот верно, наведайся к бате – тут же вся дурь из тебя выйдет. - Блин, толку от тебя как от холостого патрона – нулевой! - Я тебе говорю, как нужно поступить, чтобы хандра спала, а ты бараном уперся! – дает Дэрилу подзатыльник Мэрл. – Трахни и все само пройдет. - А если нет? - У всех проходит, а у него почему-то не должно, - скривился реднек. - Ну, а вдруг? - Тогда, брат, я не знаю, на какой ты планете родился. У тебя же, как я погляжу, все признаки жажды обладания – так удовлетвори их и забудешь, что Даяна на свете есть. - А если не забуду? Вдруг все серьезно… - Че ты заладил – если, вдруг… Попугай какой-то, черт. Ты прекрати, как целка какая-то себя вести. Будь мужиком, а не размазней сопливой. Нагни эту суку, а я, так уж и быть, по случаю твоего выздоровления после этого помогу тебе твоего оленя выследить. Да я даже готов Чупакабру с тобой отыскать, лишь бы ты ныть прекратил по бабе своей! - Но она не моя… - Ты меня затрахал! – бьет кулаком по столу Мэрл. – Весь мозг мне с дороги вынес и никак не угомонишься. Че ты вообще хочешь? Даяну? Так я тебе сказал, че делать нужно. - Но… - Где там у меня ружье? Либо тебе, либо себе пора мозги вышибать! Ты покруче любой бабы мозги выносишь, а они у меня единственные, чтобы ты знал. Поимей совесть, не донимай брата такой ерундой. Дэрил тяжело вздохнул, для Мэрла все ерунда. А Мэрл покачав головой, прошел к полке, на которой его сокровище хранилось. После такого изнасилования серого вещества требуется что-то покрепче пива. Но, открыв ее, он ничего там не обнаружил. - Я не понял, а где мои залежи виски? – повернулся он к брату, что в задумчивости своей палец покусывал. – Ты чего тут втихаря спиваешься? – нависла над Дэрилом гневная тень реднека. - Я это… так легче… уснуть, чтобы не думать… - Вот счастье-то, в батю, паразит, пошел, такой же алкаш! А все в мать да в мать, нихера не в мать ты! Тьфу, аж противно. Из-за бабы убиваешься. Но че еще хуже, даже жалко тебя. - Нехер меня жалеть! – орет вскочивший Дэрил на родственника, что лишь ухмыляется. – Достало все! – бросает парень и берет куртку и ключи от пикапа. - Куда намылился, серенады петь своей девке? – с сарказмом произносит мужчина. - Куда надо туда и намылился! – дотронувшись до ручки входной двери, он повернулся к Мэрлу. – К Синди… - И чего я тут на тебя время убивал, еще меня патроном холостым обозвал. Сам холостой. Тебе не к Синди нужно, а к другой - к цветочнице. А то так будешь и дальше хандрить, да меня донимать. - С ней легче… проще. Нет ответственности… - Да, а еще под рукой барная стойка. Вот же наградили братом! Поехали, прослежу, чтобы не набедокурил. - Не надо со мной… - Давай, шагай, - толкает его Мэрл на выход. – Слушай, а Даяне-то твоей сколько лет? - Восемнадцать, а что? - Да так, ради общего развития. А родители? - Нет у ней никого… - Сирота, значит. - Тебе на кой хер это все знать нужно? – спрашивает Дэрил садясь за руль. - Планирую убийство. Ты от дороги-то не отвлекайся, - указывает вперед реднек. - Ты сейчас же пошутил, да? – от Мэрла чего угодно ожидать можно. - Едь и не донимай меня больше! Уже досталось от тебя сегодня – ты мелким не такой занозой был. Даже ностальгия того времени прихватила. А еще подумал, что сестра из тебя куда лучше, чем брат, так что с этого момента тебя звать Дэрилина и никак иначе! – оперся локтем о дверь машины Мэрл, смотря куда-то вдаль. - Чего? - Того! Нехер мне мозг выносить, сестричка, - довольно произнес Мэрл, смотря, как брат дуется на него. – Вот действительно, будь ты девкой, я бы даже не обратил внимания на твои заскоки, паникерство, излишнюю жалость ко всяким и прочие штуки, но ты почему-то пацаном родился, я же на такое не подписывался, когда тебя на ноги ставил. Скажи мне лет двадцать пять назад, что мне такой сюрприз с дороги выдадут, придушил бы этими руками, чтобы мое спокойствие не нарушалось… Слушай, а может у тебя ПМС? - Что у меня? - Ну, я откуда знаю, это женская фигня какая-то, вот ты мне и расскажи. - Да пошел ты, - сплевывает Дэрил и достает сигарету из пачки, что валяется в машине. - Не, ну, правда, Дэрилина, давай не ломайся, - ехидничал Мэрл. - Отвали! - Ладно, раз так… Чтобы завтра мне предоставил отчет о том, что такое ПМС, в противном случае лук свой больше не увидишь, а если задержишь еще на день – прощай арбалет. - Совсем совести нет! – стиснул зубы Дэрил, сдерживая себя, чтобы не вытолкать эту тушу из пикапа. - Не, ну а че такого? Лишние знания лишними не будут. По-хорошему не хочешь, будем по-плохому, - улыбался до нельзя довольный реднек. Больше Дэрил не решался с ним заговорить. Никакого путного совета не дал, еще девкой обозвал… Может, он прав? Нет, не в том, что девка, а в том, что поведение у него как у бабы… - Что у тебя с Мишон? – не выдержав гробовой тишины на вышке, спросил у брата охотник, которому порядком надоело вспоминать прошлую жизнь. - Ты это о чем? – покосился на брата, по непривычному молчаливый после собрания реднек. Мэрла тяготило решение Рика все-таки пойти на переговоры с Губернатором, причем, если надобности не возникнет, пальбу шериф устраивать не будет. А ведь такой шанс – угробить гниду и дело с концом. Но нет «по чести» решил действовать. Какая блин честь в «Зомбиленде»? Нихера жизнь этого копа не учит! А ведь реднек ему все при все рассказал про делишки Филиппа и то, какие методы у него. Толку? Видимо ему посрать на семью и группу. Обзавелся БТР и типа как за каменной стеной. Да пока они ворота не сделают, БТР каждый, кто в его вождении хоть че-то смыслит, угнать может и все – вой на Луну от такой несправедливости. Еще говнюк его на встречу брать не хочет. Ладно, Мишон не берет, она-то точно кокнет Губернатора без лишней тягомотины, но Мэрл-то еще поиздевается над Вудберийским королем и его свитой, прежде чем преподнести Рику его голову в аквариуме. Но нет - выпала участь за младенцами и бабами следить, а так же инвалидами, контуженными и с головой не дружащими. - Эй, Мэрл, ты где? – Дэрил начинает махать рукой перед лицом брата, чтобы привлечь его внимание. - Да тут я, а че надобно-то? - Я у тебя про Мишон спросил, что у тебя с ней? – повторяет Дэрил свой вопрос. - Не понимаю, к чему ты, блин, клонишь? Общаюсь я с ней, а че тут такого? Или ты че-то там увидел из серии сопливых романов, что пока с этим стадом возился, почитывал? - Да ничего такого я не увидел, это Рик… Но после его слов, я стал присматриваться к вам… Общаетесь? – вскинул бровь Дэрил. – Ты же нигеров терпеть не можешь. - Я пересмотрел свои взгляды на некоторых представителей черножопой расы, - буркнул Мэрл. - А еще ты убить ее хотел… - Ну не убил же! Вот пристал! С ней нормально, по крайней мере, она не косится на меня, как на выродка какого-то. А ты завязывай с этим, нехер ко мне приглядываться. К себе лучше приглядись, папаша… Ребенка че пугаешь за зря? - Да это пару раз-то было и то по случайности, - фыркает охотник, пытаясь припомнить, когда он при Мэрле Кэйт пугал. - Ага. Буквально недавно, мало того, что на баб наорал, так еще и зверька своего вниманием обделил. А она, чтобы ты знал, крысу поймала, голыми руками, при этом я и представитель узкоглазой расы чуть ли не сдохли, гоняясь за этим грызуном. Даже не похвалил! - Я не в настроении был… - А на детей эта фигня распространяться не должна! Не будь нашим батей! - Че правда голыми руками? – вздохнул Дэрил после минутного молчания и обдумывания своего поведения. - Да, мелкий Диксон охотник подрастает, - горделиво произнес Мэрл. – Ты в ее возрасте только сопли разводил. - Не разводил, - покачал головой охотник и сплюнул вниз с вышки. – Не преувеличивай. Странно, а Даяна крыс и мышей боится. - Ну, может по внешности она и в мать пошла непутевую, а вот все остальное ей от нас досталось. Так что ладно, так и быть не буду тебя по поводу того, что девка у тебя уродилась гнобить. Дэрил возвел глаза к небу. Ну, надо же - какая милость! А в следующею секунду на его голову обрушился подзатыльник. - Ты чего? – с яростью уставился на брата младший Диксон. - Это за байк и я только начал, - гаденько ухмыльнулся Мэрл. – Не уследил, вот и будешь от меня до конца дней своих неожиданные сюрпризы получать. - Справедливо, - смиренно произнес Дэрил. – Еще и арбалет жалко… Без него прямо как-то я не я будто бы. - На арбалет мне как-то посрать, а вот за байк твои мучения только начинаются. И это, возьми себя в руки, с Кэйт помягче будь. Не хватало мне еще одну мелочь Диксоновскую на себе тащить. - Дэрил! – крик Мегги снизу. - Че? – смотрит он на фермерскую дочку. - Рик зовет, что-то срочное. Охотник кивнул и начал спускаться со смотровой вышки. - Иди-иди, подотри сопли шерифу, - скривился Мэрл, крикнув брату вниз. Реднек рассмеялся, когда брат продемонстрировал ему средний палец, что был показан им без поворачивания в его сторону. «Значит, уже что-то у меня с Мишон подозревают, вот же…», - сплюнул Мэрл, присматриваясь к вездесущим ходячим, что неторопливо суетились в районе тюремной территории.