Апокал

«Спорттовары», спроектированные и построенные ещё в СССР, достаточно неудобное помещение, с точки зрения современного маркетинга. Узкий коридор, чуть больше трёх метров и квадратные аппендиксы, в которых располагаются тематические отделы. Освещённость так себе, особенно, когда отключены лампы дневного света. И, всё-таки, Диана, даже в таком освещении, была прекрасна. Трикотажный лифчик сдавливал грудь и сквозь серую ткань просвечивали крупные соски. Легинсы плотно обтягивали лоно, а плоский живот совсем без жира, но при этом женский, не обременённый кубиками, призывно сверкал наготой. Распущенные волосы наполовину закрывали раскрасневшееся лицо. Профессиональная спортсменка стояла в классической позе стрелка из пистолета, широко расставив ноги. От этого я совершенно потерялся — слишком много прелестей открылось моему взгляду. Шевелится? Да ну? Приму смерть от этого прекрасного существа. Стрела просвистела у меня рядом с левым ухом. Промелькнула нелепая мысль, что пластиковые стрелы недостаточно жёсткие и похабно колыхаются в полёте, норовя пролететь мимо цели. В следующую микросекунду я рухнул на колени, заметив, что Диана уже перезаряжает арбалет. Я упёрся руками в пол и лягнул сразу двумя ногами назад. Просвистела вторая стрела. Оглянувшись, я увидел, что узкий коридор перегородила небольшая баррикада из трёх поваленных тел — двух с болтами в черепушках и одного, смачно вмазанного в пол. Эффективно. Ещё десяток зомби копошились в проходе, перестраиваясь. Пара толстых тёток, которые пошли на таран справа, уронили стойку с обувью, на которой лежала моя бита и, заодно, погребла лук. С низкого старта я рванулся в гущу зомби, сбивая плечом худого гопника и роняя его на группку из трёх качков. Параллельно моему курсу просвистела третья стрела, вонзившись в горло массивного кавказца. Тот задёргал скрюченными пальцами, пытаясь выдернуть яркий пластик за торчащее оперение. Я скользнул мимо него, роняя на пол стойку со штангами. Железо жалобно застонало. Я схватил гантель и метнул её в голову ближайшего качка, затем подобрал гриф от лёгкой штанги и, размахивая им как двуручным мечом, принялся косить, не успевших перестроиться зомби. Диана продолжала методично всаживать болты в головы мертвяков. Через минуту только куча агонизирующих тел копошилась на полу, а мы с Дианой стояли, тяжело дыша, и разглядывали друг друга. — Я… Кх… — В горле запершило, поэтому я прокашлялся. — Странно, что меня не напрягло такое количество манекенов в отделе со штангами. Да похрен!.. Я откинул гриф, шагнул к моей спортсменке и обхватил её руками. — Оох!.. Она обмякла, арбалет выпал, с треском ударившись о пол. Я запустил руки под бюстгальтер и одновременно поцеловал розовые губы. Диана закатила глаза. Я почувствовал её руку у себя на ягодице. Сука! Что ты делаешь?! Я же кончу прямо так. Продолжив ласки, я начал снимать с неё легинсы. Моя рука попала прямо к ней промежность. Млять! Она течёт. Я её трахну прямо здесь. Диана заскулила и открыла глаза. — Блядь, Даня! Он там! Она отдёрнулась и шлёпнулась голым задом прямо на пол. Я зарычал и развернулся. Чё за грёбанная мразь?! Убью, нахер! В следующем отделе низкорослый толстяк-зомби пытался открыть дверь корявыми руками. Я схватил десятикилограммовый блин и вогнал его в основание шеи мертвяку, посмевшему нам помешать. Захрустев, как раздавленный жук, он упал на пол. Я вернулся к Диане. Она сидела на коленях, прикусив пальцы правой руки и плакала. Легинсы она так и не натянула, лифчик был задран. Я нежно взял её за руки и поднял с пола. — Диана, слушай меня! Мы выберемся отсюда в безопасное место, и всё будет, как ты захочешь. Всё! Обещаю! — Аааа! — Она завыла в голос и уткнулась мне в грудь, размазывая слёзы и сопли. — Всё. Успокойся. Это мог быть не единственный лазутчик, нужно собираться и валить. Я помог ей вернуть на место непослушное бельё. Мы молча и слаженно собрали одежду для себя и Дианы-старшей, переобулись, обчистили отдел с часами и биноклями. Распотрошили прилавок с ножами. Сгребли альпинистское снаряжение. Рассортировали всё это по рюкзакам. Мне — средний, спортсменке чуть поменьше. Старшей Диане — маленький, ей ещё Даню таскать. Я прихватил небольшой туристический топорик и альпинистскую кошку, прицепив к ней короткую верёвку. Перед тем, как выйти, мы с Дианой прилипли к окнам, разглядывая в навороченные бинокли то, что творилось на улице. Небольшая группа мертвяков неподвижно стояла на противоположной стороне Компроса. Меня внезапно осенило. — Диана, смотри. Они как манекены. — Похоже. Но те, что дальше вполне себе активные. Она скептически посмотрела на меня, и я, в который раз, восхитился её красотой. — Нет, ты не поняла. Я проморгал наших зомби здесь, потому что принял их за манекены. — Ну… — Они пограничники. Диана посмотрела в бинокль. Посмотрела на меня. Посмотрела на улицу без бинокля. — Ты не понимаешь! — Она покачала головой. Очень мило. — Они не переходят некую незримую границу. Те, которые вчера не пошли дальше за мужиком, который дезертировал из группы автоматчиков. Мы на границе двух ульев. Эти, в «Спорттоварах», те же, что и вчера, те, у ювелирного — другой улей. — Погоди, это значит, что мы можем двигаться по нейтральной территории?.. — Честно говоря, не уверен. Но нужно попробовать. Например, я знаю, что можно взять из ювелирки. Потом, там рядом, аптека и продуктовый. Можно рискнуть. — Сейчас пойдём? — Сначала вернёмся. Отдохнём. Попьём чаю с батончиками. А там решим. — Отлично. Мы пошли обратно к боковому выходу. Выскользнув за дверь, моя спортсменка метнулась обратно, чуть не сбив меня с ног. — Там засада. Нас окружают. По улице, между кинотеатром и нами маршировала сотня мертвяков, вытягиваясь в тройную цепь.