Апокал

Красномордый дпсник в неопрятной форме и натянувшемся на пузе бронежилете с хлюпаньем втянул в себя остывший растворимый кофе. — Значит отсиживался? Он поводил глазами по стенам. Молодая женщина, вроде прапорщик, в чёрном мундире с калашом на груди смотрела в сторону, пытаясь прогнать с лица эмоции. Молодой парнишка, тоже в чёрной униформе, переводил взгляд с дпсника на женщину. — Да, видите же, у меня частично парализована правая сторона, я заперся в квартире у знакомого, там и взял ключи от Спринтера и нож этот охотничий. — Мне насрать. Малой отведи его к полковнику. Он поковырял в носу и захлюпал кофе. Парнишка уставился на женщину, как бы спрашивая у неё подтверждения. Та незаметно помотала головой и обратилась к дпснику: — Товарищ капитан, разрешите мне его отконвоировать. — Ну иди, — капитан, похоже потерял всякий интерес ко мне. Прапорщик мотнула автоматом в сторону двери. Я вышел, она двинулась следом. Ворота, через которые меня впустили проверял пожилой охранник. В огороженном бетонным забором дворе стояли два уазика — козлик и буханка, гаишная четырка и блестящий, практически новый Рейндж Ровер. Это радует. Не может не радовать. — На первом этаже временная комендатура, — неожиданно пояснила женщина, — на втором оборудовали жилые комнаты, выше склады и арсенал. — Понятно, вас не осаждали зомби? Она остановилась и прямо посмотрела на меня. — Здесь их, почему-то, нет. Они все или в сторону Компроса, или за железнодорожными путями. Полковник потерял людей на Октябрьской площади, и сейчас мы сидим здесь тихо. Мы вошли в здание, прапорщик ткнула пальцем вправо, я повернул по пустому коридору. Все двери по левую сторону, там, где окна выходили на улицу, были тщательно закрыты. Справа из одной комнаты на пол падал слабый электрический свет. Мы вошли в неё. У зарешеченного окна, вразвалку, сидел бугай с перебитым носом, он небрежно вертел на пальце пистолет. У стола в в выглаженное униформе стоял седой подтянутый офицер с узким лицом. Перед ним на стуле, вжавшись в спинку, сидела Оксана. Та, которую я вытащил из башни смерти. Увидев меня, она широко распахнула глаза, но сдержалась и промолчала. Я растерянно улыбнулся, изображая смущение. — Здравствуйте. — Волченок! Что это? Ударение на «о», интересная фамилия. — Товарищ полковник. Гражданин задержан, точнее он сдался сам, у ворот. — Вот как. Вы ранены? В его тоне не было ни капли интереса. Чисто формальный вопрос. — Нет, это последствия травмы. — Хорошо. Какая у вас профессия, в чём разбираетесь? — Спортивный специалист, хорошо разбираюсь в медицине. — Хорошо у нас сильная медицинская секция. Он прошёлся по комнате, сцепив пальцы за спиной, чисто принц Уэльский. Я незаметно кивнул Оксане, она расширила глаза изображая ужас и тихонько покачала головой. Понятно. Значит, не всё в порядке. — Товарищ полковник, разрешите, я отведу Оксану наверх, пусть они подготовятся. Прозвучало двусмысленно. Как и обмен взглядами женщины и малого в домике охраны. — Она сама может подняться. — Простите, я думаю, инцидент с лейтенантом не до конца исчерпан… — Мне всё равно, — полковник даже не глянул на побледневшую Оксану, — рано, или поздно… Ну ладно… Он взял дорогую перьевую ручку со стола и попытался пристроить её в карман кителя. Бугай у окна широко зевнул. Волченок и Оксана вышли. Собственно у меня несколько возможностей. Но я не зевнул вслед за бугаём. Значит ли это, что я социопат? Или мне просто нравится то положение, в котором я оказался? — Полковник. — Слушаю? — Если вы растолкуете мне, какой у вас тут порядок, я смогу сказать насколько я на вашей стороне. — Меня не интересует ваше мнение… На таких уродов я насмотрелся в прошлой жизни, поэтому я не дал ему закончить. — Я понял, что у вас маленькие яйца, потому что вы согнали женщин в концлагерь и боитесь даже инвалидов. Он опешил, а бугай перестал крутить пистолет. Я продолжил. — Дайте угадаю, у вас в распоряжении пятеро вооружённых мужчин, которым вы не доверяете. Если я убью вас, они даже не попытаются меня наказать, а отпустят с теми, за кем я пришёл. Он покраснел и задёргался. Бугай у окна встал и передёрнул пистолет. — Заткнись, сука… Но я не дал полковнику договорить. Ручка, очень удобно торчавшая из его кармана, вошла ему в глаз с тихим хлюпаньем. Придержав его плохо слушающейся правой рукой, я снял гранату с его пояса левой, выдернул кольцо зубами и уронил её на пол. Потом сделал четыре шага назад и вышел за дверь. В коридоре стояла прапорщик. — Оксана уже должна всех предупредить. Депаса я беру на себя. Ты должен убрать лейтенанта. С ним трое вооруженных мужиков, они на четвёртом этаже. Она развернулась, громыхнул взрыв, я побежал на лестницу. На втором этаже в коридоре стояла Оксана из комнаты справа вышел тощий молодой человек гомосячьего вида, за ним Оксана-фармацевт, они были одеты в псевдовоенную форму. Из следующей комнаты выбежала Диана с Даней на руках и Диана спортсменка. Сука. Мне захотелось упасть и заплакать. — Так, быстро, какая комната с окнами на улицу открыта? Диана-врач побежала к последней комнате по коридору. Я заклинил массивную дверь, отделявшую коридор от лестничной клетки с помощью металлического стула. Диана-спортсменка остановилась, пропуская гея и фармацевта и крикнула: — Где Саечка? Из дальних комнат высунулись женщина и мужчина. — Не знаю, — ответила Оксана, она вышла раньше. Я вошёл в комнату вслед за Дианой. — Отлично, — распахнув окно, я выглянул наружу, — Диана, прыгайте в сугроб и бегом к белому микроавтобусу. Диана-врач чмокнула меня в щеку и, не задумываясь, сиганула с подоконника. За ней последовали Оксана-фармацевт и тощий пацан, он смешно взвизгнул, когда приземлился. В коридоре послышались удары, видимо, выламывали дверь, я хотел выглянуть, но тут в комнату влетела черноглазая тощая девушка. — Диана, саматри, я сапиздира гаранаты! Господи, это моё проклятие из прошлой жизни, она-то здесь откуда? Раздались выстрелы. — Живо, прыгайте и бегите! — заорал я и схватил гранаты из рук Саечки, — марш отсюда! Когда младшая Диана приземлилась, старшая уже садилась в Мерседес. Отлично, я, не глядя, швырнул две гранаты в коридор и сиганул вниз. Приземление отдалось болью, но я обрадовался — лучше боль, чем невозможность управлять телом. Пока ковылял до автобуса придумал сто способов себя убить, но, похоже, пресловутый лейтенант, или совсем тупой, или нарвался на гранату. Да. Я влетел в автобус. За рулём сидела Диана, Даню она отдала Оксане. Ну правильно, титьки у той, что надо. — Что дальше? — Диана придавила газ и мотор загудел. — Руль до упора влево и тарань автомобили задним бампером. Ворота распахнулись и оттуда выехала патрульная «буханка». Кажется, мой план сработал. Я припарковал Спринтер на правой стороне проезда, середина которого была забита припаркованными машинами. Слева оставалась узкая колея, по которой и понеслась «буханка», стремясь нас обогнать. — Газу! Не жалей машину! Нас повалило на пол. Меня на гееобразного пацана, а Диана-спортсменка приземлилась на нас. Схватив её за зад, я на мгновение потерял ориентацию. Быстрее бы добраться до музея. Мерседес уже рванулся вперёд. — Диана, у «Пятёрочки» притормози! — Хорошо! Я глянул назад. Из завалившегося набок уазика выползали мужики в бронежилетах, один из них уже бежал к Рейнджику. Понятно. Я пробрался к водительскому месту и, когда Диана притормозила, дал два длинных сигнала — «просто отступаем», как мы заранее договорились. К нам уже неслась бегом Диана с автоматом, а из двора выехал Оксанин крузак. Отлично все в сборе. — Кто это? — ревнивым тоном спросил гей, когда Диана забралась в Спринтер. — Потом познакомимся. Диана! — чёрт, как неудобно, все Дианы разом посмотрели на меня. — Езжай к кинотеатру, где всё начиналось. Мерседес рванул вниз по Куйбышева, крузак пристроился сзади. Мы пересекли трамвайные пути. И промчались прямо до «Спорттоваров». — Сейчас с разгона на площадь перед кинотеатром! Нас затрясло. Мерседес и крузак встали рядом перед нелепыми металлическими статуями. Из крузака выскочила Оксана. — Всё в порядке? — Она раскраснелась и трясла растрёпанными чёрными волосами и калашом. — Всё в порядке. Так, слушайте. Саечка и Оксана-фармацевт, в крузак быстро. Ты, — я ткнул пальцем в гея, — брысь обратно в Мерс. Диана. Да, блин, все три Дианы в Мерс тоже. Саблю мне дай. Я протянул руку и Оксана вложила в неё мою боевую подругу. Что же с именами делать? Пронумеровать их, что ли? — Ты куда? — пискнула Оксана, которая держала Даню. Даня смеялся. Конечно, ему то это как цирк. — Пойду разберусь с этими уродами. Я развернулся и пошёл к боковому входу в кинотеатр, напротив которого лежал на боку дианин кроссовер. — Ты опять один собрался. — Рядом со мной бодро шагала Диана-спортсменка. Что же, логично, вместе начинали, вместе и закончим. — Куда я без тебя? — И без всех. Она саркастично ухмыльнулась. — Не преувеличивай. — Да нет, тут Саечка рассказала кое-что. — Она не могла знать, что это именно я. — Она сказала, что только один человек способен на такие глупости. И угадала. Мы стояли посреди улицы и спокойно болтали, хотя к нам подъехал рейнджик, и из него выползли давешние мужики в бронежилетах. — Оксана тоже рассказала, как ты её похитил и навсегда украл… Ну, это было явно не сердце. — Она была не против. — Я тоже. — Зато я был не готов. — Могу понять. Сейчас ещё двух баб притащил. — Они меня спасли. — Признайся там ещё есть? — Трое. — Уже? Или на очереди пока? — Даже не думал на эту тему. Один из мужиков демонстративно передёрнул затвор автомата Я глянул на него, как на кусок дерьма. — Слышь, лейтенант, или как там тебя? У тебя совсем яиц нет? Иди сюда, я сделаю тебя женщиной. И подружек твоих заодно. — На мужчин перекинулся? — ехидно заметила Диана. — Нет, это я так унижаю трёх бесполезных ублюдков. Диана, ты любишь детей? — Не очень. А что? — Хочешь заведём? — Давай. — Тогда пошли. Мы повернулись и двинулись к остальным, взявшись за руки, потому что сотня энергичных детей из детского сада бодро разматывала дымящиеся кишки бесполезных ублюдков по асфальту.