Вечеринка

Сингенная пересадка — пересадка от однояйцевого близнеца либо родного брата или сестры, чей материал очень схож по генетическому строению и имеет маленький процент возможного отторжения. На подготовительном этапе, который прошел Лука длительностью семь дней подготавливается организм реципиента (Лука), родной костный мозг неспособный выполнять свои функции полностью уничтожается. Помимо этого, он получил курс антигистаминных и противовоспалительных средств. Процесс выведения родного костного мозга называется конденсированием, это тяжелейшая процедура, во много раз превосходящая по тяжести химиотерапию и представляющая бешеные дозы токсических препаратов одновременно с облучением. В это время больной находится в стабильно тяжёлом состоянии и испытывает масштабный сбой работы всего организма. Данный процесс является необратимым и чреват смертью в случае неудачной пересадки. Процесс забора костного мозга для донора абсолютно безопасен и практически безболезненно. Ранее забор осуществлялся непосредственно из кости при помощи инъекции длинными иглами с широким просветом, что оставляло неприятные ощущения в месте забора на довольно длительное время. Современные методы забора основаны на массовом временном выгоне стволовых и гемолитических клеток в кровяное русло при помощи специальных препаратов, откуда они изымаются при заборе крови, обработке её специальным аппаратом для изъятия стволовых клеток и возвращения обратно. Этот процесс называется аферез и занимает мало времени. Но в нашем случае была необходимость изъятия материала непосредственно из трубчатых костей донора провелась процедура под наркозом. Данная процедура может понадобиться, если реципиент нуждается в клетках стромы. Луке понадобились именно эти клетки. При этом биологический материал не просто засасывается специальным шприцем, а вымывается с кровью и при помощи специальной жидкости. Для Луки прошло всё отлично. Он быстро отошел от наркоза и теперь здоров. Но ему потребуется ещё некоторое лечение. А для Луны обошлось всё тяжелее. Из-за ослабленного организма и нескольких болезней. POV Маттео Четыре часа, четырнадцать минут, тридцать семь секунд, тридцать восемь, тридцать девять…  — Маттео, Лука, — все, что я услышал, прежде чем передо мной появилась голограмма. Никогда не привыкну. — Привет Маттео. Операция прошла успешно, Луна просила сообщить тебе сразу, как всё закончится. Она ещё не пришла в сознание. Но никаких угроз для жизни нет. Даже не знаю, как описать это чувство. Будто вы долго не дышали и сейчас наконец-то смогли глотнуть воздуха. За спиной я услышал несколько облегчённых вздохов.  — Мы приедем, — сказал я с серьёзным лицом, хоть мне и хотелось кричать от радости. Но я не мог радоваться, пока не увижу её. Пока не смогу прикоснуться к её мраморной кожи, посмотреть в глаза цвета изумруда и сказать, как сильно я люблю её. — Нет. Как только она придёт в себя, я сразу её доставлю домой. Ей сейчас нужна спокойная обстановка, — сказав это, он исчез. — Маттео, ты доверяешь ему? — задал вопрос Симон, который подошел сзади меня и положил руку на моё плечо. — Нет. Но если Луна ему доверила свою жизнь, тогда я послушаю его. Пока, — ответил я и наконец, присел на диван. Все эти три часа я не сидел, не стоял на месте. В первый час со мной пытались поговорить, но когда поняли, что всё бесполезно, я находился в одиночестве, всеми мыслями с Луной. Как она там, надеюсь, она не чувствует одиночества. — Маттео, может, поговорим? — спросила Нина, садясь около меня, когда после моего молчание Симон ушел. Хоть я и не заметил сразу. — О чем? — отстраненно спросил я. Последнее, чего мне сейчас хотелось бы это изливать душу. Но посмотрев на взгляд сестры, я понял, что разговора не избежать. — Маттео, ты несколько часов ждал результата операции, из-за которой твоя девушка могла погибнуть. При этом, не сказав ни слова, я уверена, что ты должен выговориться. — Нина, любимая сестрёнка. Лука сказал, что с Луной всё хорошо, значит переживать не из-за чего. Но знаешь, у меня в голове уже несколько дней одна мысли, о которой я с каждым днём думаю всё больше и больше. — Поделись со мной, — Нина взяла меня за руку, и я ещё сильнее захотел в этот момент оказаться рядом с Луной. — Не знаю, насколько непристойной говорить об этом, но мы с Луной начали встречаться почти месяц назад, и наш первый раз произошел почти сразу. С тех пор она ни разу мне не отказывала, у неё не болел живот, но её пару раз тошнило. И как ты уже можешь понять, сопоставив все факты, мне кажется… что она беременна, — наконец-то я сказал эту мысль вслух. — В первый раз когда меня посетила эта мысль, я честно говоря, испугался. Но я испугался не ребенка или ответственности, а того что буду плохим отцом. Но я очень этого хочу, Понимаешь? — Маттео, я даже не знаю, что тебе сказать. Я уверена, что отцом ты будешь хорошим, как и Луна, матерью, но не спеши с выводами. Нужно дождаться, когда Луну в целости и сохранности привезут, вы с ней поговорите, но не нужно спрашивать сразу с порога, надеюсь, ты и сам понимаешь, — Нина улыбнулась, и внутри меня распространилось тепло. В этот момент в дверь позвонили, я резко встал с дивана и побежал к двери. Не может быть, что они приехали так быстро. — Маттео, как Луна? Что произошло, рассказывай, — на пороге стояли Тини и Хорхе. Видно, что сестре стало намного лучше. — Тини, сначала рассказывайте, что вам сказали? — мы все прошли и сели в гостиной на диван. — У неё стенокардия, которая обострилась из-за стресса, — ответил за Мартину Хорхе, держа мою сестру за руку. — Но всё будет хорошо, мне выписали лекарства. Поговорим об этом потом, расскажите, что с Луной? — в комнату зашли Нина и Гастон. Амбар и Симон, наверное, отдыхают. Смит натерпелась многого. — Ей сделали операцию по пересадки костного мозга для Луки, она сама на это согласилась под угрозой смерти ведь с её здоровьем с детства проблемы. Но голограмма Луки сказала, что с ней всё хорошо и её скоро привезу. Отец уехал, чтобы узнать всё о Луке, поговорить с Викторией и уладить некоторые дела, — сказал я. *Прошло три часа* Дверной звонок раздаётся по всему дома. С кухни сразу прибежали Нина, Гастон и Амбар. Я подошел к двери, Тини, Хорхе и Симон стояли сзади меня. — Луна! — воскликнула Нина, оттолкнув меня от двери и взяв Луну за руку. — Ты Сукин сын! — Симон, пока девушки посадили Луну на диван, не удержав свои эмоции, набросился на Лионеля, который стоял впереди Луки. — Симон, не надо, — пытались мы с Гастоном убрать друга от Лионеля. Краем глаза я заметил, что Лионель со спокойным лицом стоит и смотрит на это, но через несколько секунд, что-то нажимает на своих часах и по всему дому распространяется ужасный звук, будто свистки для собак, только для людей. Я заткнул уши, лишь бы не слышать этот мучительный звук. — Парни, вы чего тут… Что с вами? Симон, Лука? — Тини стояла в шоке от того, что видела. И я не понимал, почему она была спокойна и Лука, с ним тоже всё хорошо. — Успокоились? — услышал я голос Луки, когда кошмарный звук прекратился. — Милый, всё хорошо? — спросил Лука. — Лука, ты снова включил это? — недовольно спросил Лионель, беря за руку брата Луны. — Что произошло? — спросил Гастон, прижав палец к уху, чтобы начать слышать. — Почему этот звук слышал только я, Гастон, Симон и Лио? — спросил я. — Потому что его слышат только особи мужского пола, а у меня стоят специальные приборы, чтобы не слышать это. Но главное вы успокоились и теперь можно спокойно поговорить, — как всегда спокойно сказал Лука. Я быстро прошел к дивану, на котором лежала Луна. Ох, уж эти чувства, будто моё сердце вырвали из груди, вместе со всей любовью, которой только могла быть в моей душе, и вручили ей. И теперь только она может руководить моей жизнью. Чтобы я делал без неё? Даже не хочу думать. Встав около дивана, я смотрел на неё. Она лежала с закрытыми глазами и рассказывала Нине, Амбар и Тини о том, как прошла операция. В какой-то момент Луна замолчала, подняла веки и посмотрела мне в глаза. И тогда без лишних слов, Нина и Тини встали с дивана, подошли к Амбар, что сидела на кресле и все уставились на нас. Я без промедлений, подошел к ней, взял на руки и почувствовал невероятное тепло, что распространилось по всему телу. Теперь я чувствовал своё сердце. Сейчас мы с Луной находимся в ее комнате, лежим на кровати, взявшись за руки, наши пальцы переплетены, мы не сказали ещё ни слова, но я счастлив. И не важно, что внизу наши друзья, что нужно разобраться с Лукой и Лионелем. Сейчас мы вместе. И это самое важное. POV Луна — Ты представить себе не можешь Луна, как я хочу тебя сейчас, — хриплым голосом заявил Бальсано, сжав мое колено. — Особенно, когда ты так невинно краснеешь. — Маттео, внизу наши друзья. Я после операции. Мы не виделись два дня. Ещё не решили никакие проблемы, а их у меня много, — сейчас мы лежали в моей комнате. На широкой кровати, прижатые друг к другу. Как хорошо, что мой брат дал мне какие-то лекарства, сказав, что это мне поможет восстановиться за несколько часов. И ведь правда, я уже чувствую себя, будто не переносила никакой операции сегодня, из-за которой, кстати, могла умереть. — Луна прости, просто ты сейчас такая се…- не дав ему договорить, в комнату постучали. — Эм, вы там… Простите короче если отвлекаю вас, но Лука зовёт Луну, — кажется мы с Маттео сквозь дверь смогли увидеть, как Нина покраснела. Посмотрев друг на друга, и хихикнув, мы встали и спустились вниз. — Луна, вижу, моё средство тебе помогло, будто не было никакой операции, — улыбнувшись, сказал мой брат. Я ничего не ответила, почему-то у меня плохое предчувствие. — Давайте, обсудим всё и наконец-то разойдёмся, Луке нужен отдых. Так же как и Луне, — начал говорить Лионель. — Как я рассказал Луне, у меня раздвоение личностей. Большее количество времени, я не осознаю, что делаю и последствия своих действий. Когда я начал близко общаться с Луной, во мне, что-то произошло. Мне стало намного лучше, и моя настоящая личность показалась, — брат говорил, положив руку на колено своего парня. Он выглядел намного лучше, но казалось, что что-то не так. — Лука, я тебя поддержу во всём. Не знаю, смогут ли тебя другие простить и как-то помочь, — я перестала говорить, чтобы услышать какие-то возражения, но как я и предполагала, была тишина. — И я считаю, что сейчас тебе лучше полечиться в другом городе или стране, подальше от этого города, чтобы не было никакого напоминания о твой старой жизни. Я всегда тебя поддержу, если нужно будет приеду, но сейчас мне нужно разобраться со своими делами. Мы здесь все много узнали. Нам с Амбар нужно поговорить с нашей мамой. Нужно разобраться всем со школой. Проблем у нас сейчас у всех много, — я чувствую поддержку. Он держит меня за руку, и это тепло и любовь поглощает меня полностью. Самое большое моё желание сейчас это лечь с ним в кровать и пару дней просто проваляться и отдохнуть. Я так соскучилась по Маттео. — Я… Я, да. Понимаю тебя и… Наверное мне стоит уйти. Я отключил все устройства в доме… И… Я тебе скажу куда я отправлюсь на лечение, — Лука говорил очень странно, я видела, как его глаза сузились, рука сильно сжала руку Лионеля. Надеюсь, с ним всё будет хорошо, но об этом я подумаю позже. Лука и Лионель ушли. — Луна, как ты отдохнёшь и будешь готова к разговору, мы сразу пойдём к Шарон, — сказала Амбар. — Спасибо тебе. И спасибо всем вам, я счастлива, что у меня есть такие близкие люди, как вы. — Луна, кажется мы тут самые лишние, — начала говорить Нина, но я её перебила. — Нина! Никогда так не говори, вы наши лучшие друзья и это важно. Чтобы вы всё знали. Но и самое важно это ваша безопасность. Я заметила, что с Лукой, что-то произошло и теперь я переживаю, чтобы вам не досталось из-за меня, — наконец-то выговорила я свои мысли. — Луна, не переживай мы будем с тобой, столько сколько это необходимо, — сказали Гастон и Нина. — Слушайте, не у кого нет ощущения будто, — начал Маттео. — Будто, что-то произойдёт сейчас, — продолжила Тини. Все согласились, у каждого в этом доме было плохо предчувствие. Мы решили не обращать внимания на это. За окном уже темнеет, а мы продолжаем разговаривать. Обсуждая мою операцию, то, что Тини была в больнице. Говорили о том, как Тини и Маттео будут разговаривать с Джорданом. Обсудили мы почти все события, что произошли с нами за всё это время. Время уже первый час ночи и все разошлись по комнатам. Мы решили, что Нина и Гастон поедут домой, потому что завтра у всех дела, а Нина и Гастон буду думать, что сказать в школе и как подготовиться к выпускным экзаменам. Нам с Амбар нужно поговорить с Шарон. Тини и Маттео поедут к Джордану. Симон и Хорхе будут разбираться с делами по работе Маттео, потому что нужно решать, что делать ведь вернулся Джордан, а Маттео хочет отказаться от этого дело и вовсе. Сейчас моя мечта исполнилась, мы с Маттео в комнате, в обнимку на кровати. Он водит рукой по моим волосам, и дрожь окутывает всё моё тело. POV Маттео Я самый счастливый, ведь со мной самый дорогой мой человек. Она жива и невредима. — Маттео, — я посмотрел Луне в глаза и заметил интересный огонёк. — Я слушаю тебя милая, — на моём лице появилась улыбка, как только я почувствовал её ручку на своём бедре. — Мой разум твердит мне, что нужно поговорить и решить все проблемы, но тело и душа сейчас хочет только одного, — и в этот момент мои глаза загорелись ярко - красным цветом. Я стянул с неё лифчик, и её юная, небольшая, но такая «сладкая» грудь открылась моему взгляду. Я стал играть с её сосками — языком, пальцами, губами. Луна сладко и тихо застонала, покусывала губки, выгибала спинку. Я одной рукой проник ей в трусики. Мокрые, хоть выжимай, стянул их. Развёл её прекрасные ножки, посмотрел в её закрытые от ожидания глазки и вошёл в неё тремя пальцами, сделав пару поступательных движений. Луна издала сладкий стон и выгнула спинку. А я, продолжая ласкать её пальцами, губами впился в её губы. — Тебе нравится? — спросил я шепотом, на секунду оторвавшись от неё. Тихий стон — ответ положительный. Луна смотрела на меня и покусывала губки. Меня это заводило ещё сильнее. Я устроился между её ножек и вошёл в неё. Стон в полный голос и её руки на моей спине. Я стал целовать её и медленно двигаться. Мне не хотелось, чтобы от стонов проснулись все в доме. Теперь, чуть заглушенная моими губами, тихо постанывая и мурлыкая, гладя руками мою спину, а ногами обхватив мой пояс. Но воздух в лёгких предательски заканчивался, и нам приходилось на мгновения отрываться друг от друга, что бы пополнить запасы кислорода. Тогда и её, и мои стоны обретали громкость. Рука Луны зарылась пальцами в мои волосы на затылке. Я всегда теряю контроль над собой после её прикосновений. Я стал двигаться быстрее и жестче, и уже забывал закрывать ротик любимой поцелуями. Несколько минут таких резких толчков, и у Луны по коже побежали мурашки, она издала громкий стон и изогнулась всем телом. — Маттео… — шептала она, потеряв всякий контроль над собой и извиваясь подо мной в экстазе. — Маттео… Ещё несколько толчков, и я тоже получил мощную разрядку. Я поцеловал мексиканку, уже блаженно расслабившуюся и прикрывшую глазки, покрепче прижал её к себе. — Не отпущу, — прошептал я, зарываясь лицом в её волосы. — А я не и не хочу.