Похищена с любовью

      Одри усмехнулась. Наклонив голову, она ехидно спросила:       — Если я скажу, что я внебрачная дочь императора, ты поверишь?       — Нет, конечно.       Брови девушки слегка приподнялись, а губы растянулись в улыбке, изобличая ее игриво-насмешливое настроение.       — Вот и я тебе не верю.       Незнакомец, внешность которого казалась довольно экстравагантной, молчал и не двигался. Его длинные красные волосы торчали из-под белоснежного одеяния, что покрывало даже голову. Вдоль длинного прямого носа проходили письмена на неизвестном языке, поднимаясь по лбу и скрываясь где-то под накидкой.       Мысли обоих были схожи и благодаря этому и Одри, и незнакомец одновременно сорвались с мест. Девушка уже как-то машинально раскрыла инвентарь и вынула из него копье.       В это же время ее противник направил на нее посох и зачитал заклинание. Секунда, после которой комнату осветила яркая вспышка. В ее свете стали заметны странные искры и резкие движения фигур.       Свет потух также быстро и неожиданно, как появился. Выпрямившись, незнакомец осмотрелся. Комната была пуста, и за исключением его здесь больше никого не было.       — Каким образом она сбежала? — парень взглянул на то место, куда была направлена его атака. От той магии, которую он использовал, должны были остаться последствия разрушающего характера, однако комната, как и раньше, была прекрасна, будто бы что-то поглотило его атаку. — Вытащила копье, собираясь притвориться, что нападает, а сама скрылась в потоках моей магии и сбежала? — на мужских губах появилась улыбка. Серьезность, с которой этот маг осматривал комнату, испарилась. — Интересно.

***

      Телепортировавшись, Одри оказалась в комнате, в которой находился Коэн и Когёку. Стоило девушке с голубо-синими волосами появиться в центре комнаты, как у всех присутствующих дрогнуло сердце. Одри появилась, удерживая копье в своих руках и по ее серьезному выражению лица можно было сказать, что все плохо.       Резко отвернувшись от окна, Коэн быстро направился к девушке. В это же время Одри, спрятав копье и выпустив силу джинна Картоса, приобрела свой нормальный облик и, подойдя к дивану, на котором сидела Когёку, рухнула на него.       — Как? — взволнованно, спросил Коэн, не без усилий пытаясь проявлять самообладание.       — Никак, — девушка откинула голову назад, закрыла глаза и раскинула руки в стороны. После каждого перемещения она чувствовала себя физически слабой и выжатой, как лимон. Примерно так же она ощущала себя во время использования лечения Рахмы, а потому обе эти способности следовало использовать с максимальной осторожностью.       Коэн выпрямился, сурово, как могло показаться со стороны, смотря на Одри, хотя на самом же деле его взгляд был скорее взволнованным. Парень был готов к провалу данной миссии, а потому разум все же смог взять контроль над чувствами.       — Что именно это значит?       — Когда я оказалась в комнате, я столкнулась с представителем Аль-Сармен. Они ждали появления кого-то, а потому документ скрыли явно не там.       — Это не хорошо, — Коэн приложил руку к своему подбородку, на котором виднелась короткая красная бородка. — Теперь они знают, что мы в курсе их планов.       — Еще нет, — Одри резко подняла голову и раскрыла глаза. — Арбы не было в комнате, меня она не видела, а на доставление данной информации ее приспешнику понадобится какое-то время. Пока Комэй ее развлекает разговорами, мы можем перейти к плану «Б».       Подхватив нить мысли Одри, Коэн продолжил: «Нам не понадобится этот документ, если император будет жив и здоров, верно?»       — Именно, — девушка медленно поднялась с дивана, оказываясь вплотную к Коэну. Ее взгляд был холоден и решителен. — Плясать под ее дудку я не собираюсь и заниматься поисками документа тоже. Будем поступать от противного, — девушка прошла мимо принца, отходя в сторону. — Принесем ей максимум проблем и будем действовать по той стратегии, которую она ни за что не предугадает.       — Почему? — прозвучал голос Когёку за спиной. Принцесса поднялась с диванчика, смотря на девушку каким-то заколдованным взором. — Почему ты думаешь, что она не сможет предугадать наших действий?       Одри остановилась. Обернувшись вполоборота, девушка сказала:       — Потому что на нашей стороне есть непредвиденный фактор, — ее палец оказался направлен на саму себя. — Я. Именно я являюсь ее непредвиденным фактором, который она не способна рассчитать хотя бы потому, что она не в курсе ни о моем прошлом, ни о моей силе.       Когёку замолчала. Она просто смотрела на Одри не в силах понять что руководило этой девушкой и откуда в ней было столько силы и спокойствия.       — Что сейчас с темным маги?       — Он отправился на поиски Хакуэй — единственной дочери Гёкуэн (Арбы), — моментально ответил Коэн. — Если принимать во внимание то, что Гёкуэн способна перемещаться только в тела своих потомков и только по женской линии, тогда нам стоит опасаться лишь того, что она переселится в Хакуэй.       — Нам нужно, чтобы исчезновение Джудара осталось незамеченным.       — Мы приняли это в расчет. Хакуэй сейчас находится неподалеку, так что, как только он найдет ее, то доставит сюда, и мы сможем переместить ее.       — Хорошо, что на счет сына Арбы?       — Хакурю сейчас находится во дворце. К утру будет готов приказ о его отправлении вместе с Когёку на осмотр владений империи.       — Нужно быстрее, — Одри сощурилась. — Пусть Хакурю сейчас и не поддерживает свою мать, но после того, как обо мне станет известно, Арба сможет что-то заподозрить и приостановить выпуск этого приказа. Не дай бог, она заподозрит Джудара в измене. Без него у нас будут проблемы.       — Я знаю, — все так же спокойно ответил Коэн. Он и Комэй к этому моменту уже успели продумать множество разных вариантов развития событий и, к сожалению, большая часть из них играла не в их пользу.       — Тогда, — Одри вновь повернулась спиной к Коэну. Приложив руку к медальону, висящему у нее на шее, она глубоко вздохнула и наполнила его своей энергией. Комнату ослепил свет, и уже через секунду девушка появилась в своем новом облике. — Отправляемся, Коэн.       Коэн молчал. Замерев на своем месте, он начал присматриваться к очертаниям женской фигуры и прислушиваться к ее голосу. Что-то странное происходило с Одри и он не мог понять что же именно его так задевало.       В конце концов, осознав, что времени остается все меньше, Коэн вздохнул и подошел к Одри. Девушка стояла спиной к нему не просто так. Зная, насколько проницателен бывает этот принц, она боялась, что он может заметить некоторые изменения в ее поведении.       Коэн прошел мимо девушки, направляясь в сторону выхода. Одри проводила его своим взором, рассматривая его величественную широкую спину.       — Ровно через шесть минут я буду на месте, — парень распахнул входную дверь, — не опаздывай. У нас будет только один шанс.       Прозвучал хлопок двери. Девушки остались в комнате наедине и в полной тишине. Одри глубоко вздохнула. После ухода Коэна ей даже стало как-то легче. Сердце билось спокойнее, душу не терзали сомнения, да и самый главный риск исчез так, будто его и не было.       — Ты выглядишь подавленной. Что-то случилось?       Одри оглянулась, смотря на задумчивую принцессу в длинном многослойном платье. Когёку сидела на диване, от напряжения пожимая собственную руку.       Девушка сощурилась. К собственному удивлению Одри осознала, что эта принцесса ни на секунду не казалась ей опасной, даже учитывая то, что у нее тоже был сосуд джинна.       «Неужели все в этой семейке такие проницательные?»       — Нет, — Одри натянуто улыбнулась, — все хорошо.       — Правда? — Когёку задала этот вопрос с полным спокойствием. Даже ее взгляд стал каким-то хладнокровным и внимательным. — Выглядишь так, будто узнала что-то, что узнавать не должна была.       Одри была готова вздрогнуть, но подавила в себе этот порыв. Ее самообладание взяло вверх, не позволяя ни лицу, ни телу не выдать удивления.       — Кажется, — женская улыбка стала спокойнее и теплее. — Мне пора.       В тот же миг Одри исчезла из комнаты, оставляя Когёку в полном одиночестве. Блеск, мелькнувший перед глазами, был предвестником самого переноса.       В следующую же секунду девушка увидела перед собой Коэна, стоящего посередине просторной спальной комнаты. Слабость, нахлынувшая после использования способности, заставила Одри потерять на секунду равновесие. Девушка повалилась вперед, но Коэн тут же подхватил ее и помог устоять на ногах.       — Ты как? — пусть голос принца и звучал слишком спокойно, однако во взгляде его алых глаз виднелось волнение.       — Нормально. Просто усталость после напряженного дня.       — Твой лимит перемещений исчерпан?       Одри выпрямилась и, отпустив Коэна, отошла в сторону. Взгляд ее моментально нашел постель с лежащим в ней телом мужчины.       — Еще нет. Просто до моего прибытия в Ко у меня состоялось сражение с королем Синдрии и уже тогда я потратила приличное количество энергии.       Глаза Коэна удивленно расширились, выдавая его шок, вызванный данной новостью. Больше всего его поразило то, с каким спокойствием и невозмутимостью девушка говорила об этом.       — Ты сражалась с…       — Не важно, — широкими шагами Одри приблизилась к постели императора и, опустившись рядом с ним на кровать, сощурилась. Мужчина был бледен, стар и болен. Лицо его было покрыто потом, дыхание казалось слишком быстрым, а пульс неровным. Несмотря на то, что император по возрасту был далеко не стариком, выглядел он намного старше своего возраста и причиной тому был яд в его теле.       Схватившись за худую и сухую руку, Одри положила два пальца на запястье и начала прощупывать пульс. Если слова, сказанные Картосом были верны, тогда яд в его теле появился благодаря тому, что Арба годами отравляла его.       Комнату наполнило сияние. Позволив своей силе раствориться, Одри приняла вновь привычный для себя облик, выпустила руку императора и, вынув копье из инвентаря, переместила свою силу в него. Повторное сияние позволило телу девушки перевоплотиться в его вторую форму. Красные волосы почернели, а обычное белоснежное платье сменилось на черное.       Коэн впервые видел эту форму превращения Одри и потому следил за каждым ее действием с неустанным вниманием. Странным ему казалось то, как удачно совпали ее способности с данной ситуацией. Джинн времени и пространства мог помочь в скрытых перемещениях по дворцу, а джинн жизни и смерти в исцелении самого императора. Тем временем Одри положила копье на пол и, вознесся обе руки над грудью императора, начала концентрировать в них энергию. Теплый, будто солнечный, свет озарил ее ладони, начиная перетекать с них на тело больного мужчины.       Усталость и напряжение были первым, что ощутила Одри. Ей казалось, будто она передает всю свою энергию этому исхудавшему умирающему телу и это вызывало в ней какое-то моральное сопротивление. Одри не хотела заниматься тем, чем она занималась сейчас, но для своей цели именно такой путь она избрала и потому другого не оставалось. Девушка резко оторвала руки от мужского тела, прекращая лечение. Взглянув на императора, она нахмурилась.       — Что-то не так? — прозвучал голос из-за спины.       — Все так, — девушка положила ладонь на мужскую голову. Тело императора было горячим, но постепенно его температура начала спадать. Даже цвет кожи начал постепенно принимать более живые, теплые оттенки. — Просто теперь осталось самое сложное. Заморозка его жизни.       — Но ведь потом ты сможешь привести его в чувство?       Император открыл глаза. Коэн стоял позади, а потому не мог видеть его пробуждения. Мужчина в полубредовом состоянии начал приходить в себя. Пелена перед его глазами начала исчезать, позволяя увидеть женскую фигуру с длинными черными волосами и странными, нечеловеческими глазами.       — Дьявол?       Услышав этот голос, Коэн вздрогнул. Он нерешительно сделал шаг вперед и взглянул на императора из-за спины Одри.       — Да, — ответила девушка на вопрос скорее Коэна, чем императора, — но сначала тебе бы стоит поговорить с ним.

***

      — Это все, что ты хотел мне сказать? — стройная женщина среднего роста сидела в кресле прямо напротив Комэя. У этой женщины были голубые глаза. Также у неё были длинные тёмно-синие волосы, заплетённые в две косы и скрепленные в виде петель на затылке, тонкие брови и небольшая родинка на подбородке. На ее голове был виден небольшой китайский головной убор, украшенный камнем в виде цветка, а облачена она в традиционную одежду империи Ко в розовых и белых тонах.       Принц, сидящий напротив этой улыбчивой женщины, старался улыбаться так же радостно и не проявлять своего отвращения. Для этого он использовал самые разные способы и иногда просто прикрывал лицо своим веером.       — Думаю, что да. У меня просто больше нет поводов для того, чтобы задерживать вас и дальше.       Гёкуэн усмехнулась. Поднявшись со стула, женщина ласковым голосом произнесла:       «Это был довольно увлекательный разговор. Я приму во внимание все сказанное тобой, но на будущее, лучше выбирай дневное время суток для таких разговоров. Мало ли какие слухи могут пойти после таких вот посещений в ночное время наследником престола императрицы».       То ли насмешливый, то ли расчетливый женский взор замер на лице Комэя, будто пытаясь прочитать его истинные намерения. Однако в спектакль масок Комэй умел играть не хуже этой женщины.       Поднявшись на ноги, парень почтительно поклонился. И вновь его взгляд оказался скрыт.       — Прошу прощения. Просто мне показалось, что данная информация покажется вам интересной. Возможно, я и впрямь переоценил важность данных новостей.       Гёкуэн прикрыла глаза, нежно улыбаясь. Так же поклонившись Комэю, женщина покинула комнату и уверенно направилась прочь из главного замка.       — Браконьерство на территории империи. Он и впрямь думал, что я поверю в эту чушь? — голубые глаза императрицы начали чернеть у белков и краснеть у зрачков, проявляя ее истинную сущность. — Он даже не пытался скрыть своего намерения задержать меня.       — Госпожа, — мужской голос прозвучал неподалеку.       Остановившись полуоткрытом коридоре, отделенном от сада только колоннами, Гёкуэн замолчала. Справа от нее, прижавшись спиной к одной из колонн, стоял мужчина в белоснежном одеянии.       — Как вы и предполагали, в вашу комнату было совершено проникновение.       — Коэн или кто-то из его пособников?       — Не могу судить, — парень с письменами на лице презрительно улыбнулся. — Воровкой оказалась девушка с красными волосами. Она точно не из замка и я точно не видел ее ранее.       — Значит, они уже в курсе моего плана? — Гёкуэн сощурилась. Ее наполовину красные глаза заблестели во мраке каким-то странным блеском. — Тогда Комэй задерживал меня только ради того, чтобы я не пришла в свою комнату и не застала эту воровку?       — Еще, — продолжал парень, — пока вы были с принцем, Коэн Рэн потребовал аудиенции с императором.       — Он без сознания, какая еще аудиенция?       — Стража не смогла его остановить. При этом он потребовал никого не впускать, пока он был там.       — Как долго он там был?       — Минут двадцать. Даже меньше.       — После его ухода ты проверил императора?       — Да, он в том же критическом состоянии.       Гёкуэн усмехнулась. Подобные новости даже вызывали в ней какой-то азарт.       — Узнали правду и начали барахтаться, словно рыбы на суше. Жаль, но ничего изменить они не смогут. Уже завтра император уснет вечным сном и мой план перейдет в новую фазу.       Парень, стоявший рядом, наблюдал за поведением своей госпожи. Его мысли были абсолютно схожи с ее, а потому он знал все, что должно было произойти дальше.       — Коэн, — Гёкуэн приложила пальцы к своим губам, растянутым в какой-то возбужденной от азарта улыбке. Глаза ее словно пылали. Даже белоснежная кожа в области щек покраснела от нахлынувших эмоций. — Несносный мальчишка, что же ты задумал?