Похищена с любовью

      Одри лежала на небольшом диване, украшенного цветочным узором. Настроения как и желания что-то делать не было. Усталость после тяжелого минувшего дня, а так же рой скверных мыслей, что донимали всю ночь и тем самым мешали нормально отдохнуть, выжали из нее все соки.       Тем временем за окном было раннее утро. Освещенное множеством солнечных лучей небо сияло своей голубизной и яркостью.       Помимо Одри в комнате находились также Коэн и Комэй. Оба принца еще с прошлой ночи находились рядом с девушкой, периодически сменяя друг друга на посту и отправляясь разведывать обстановку.       Одри лежала на спине, приложив тыльную сторону ладони ко лбу. Слегка склонив голову влево, красноволосая девушка взглянула в сторону окна и прекрасного по ту сторону голубого неба.       «Сегодня последний день, который мне стоит пережить».       — Он опаздывает, — прозвучал голос Коэна, сидящего на диванчике, располагавшемся неподалеку от того места, где отдыхала Одри. Принц был серьезен и, судя по лицу, спокоен. Хотя, по опыту общения с Коэном Одри могла сказать, что все было совсем не так.       — Все из-за тех мер предосторожностей, которые ему приходится соблюдать, — Комэй стоял неподалеку, задумчиво смотря в окно. На его лице так же было видно спокойствие, но учитывая то, что этот парень даже усидеть на месте нормально не мог и постоянно вскакивал на ноги, волнения его были видны даже невооруженным глазом.       Одри вздохнула. От усталости она была готова просто закрыть на все глаза и махнуть рукой, однако сама цель, что стала источником ее внутренней силы, заставляла ее и дальше принимать участие во всей этой авантюре.       Неожиданно Комэй ахнул. Сложив веер, парень быстро схватился за оконную ручку и широко распахнул его. В тот же миг на подоконник запрыгнули двое. Черноволосый Джудар — парень-маги с длинной косой и раскосым взглядом, а так же незнакомка с темно-синими волосами, одетая в бело-розовое пышное, но в тоже время пористое платье.       Комэй отошел назад, позволяя гостям зайти в комнату, и те моментально воспользовались этой возможностью. Стоило парочке выпрямиться, как Одри начала не без интереса их рассматривать.       Незнакомка была привлекательна. Имея миловидные черты лица, большие голубые глаза, тонкие брови и вытянутый носик, она напоминала куклу. Родинка, что находилась левее и ниже губ, бросалась в глаза не меньше, чем небольшой вертикальный шрам на ее левой щеке. Одежда Хакуэй имела бело-розовые оттенки, с небольшими металлическими вставками в области груди и запястий. В ее руках также был веер с белыми перьями, в котором с одного лишь взора Одри распознала сосуд джинна.       Хакуэй почтительно поклонилась своим братьям, обводя их фигуры нежным и почитающим взором. Девушка сжала левую руку в кулак, поднимая ее на уровень груди, а правую ладонь положила поверх левого кулака.       — Брат Коэн, брат Комэй, рада вас видеть.       — Может быть, — Джудар положил руку на свою шею, устало потирая ее, — мы перейдем сразу к делу? Я слишком много часов потратил на вот это все.       Хакуэй кивнула маги, не нарочно давая понять Одри, что в курс дела ее уже ввели. Тут же женский взгляд переместился с маги на диванчик, стоявший в отдалении и, в том числе, на девушку, устало лежавшую на нем.       Одри попыталась сдержать сдавленный стон. Приподнявшись, девушка медленно спустила ноги вниз и приняла сидячее положение. Ее спина машинально вытянулась, а длинные красные волосы скатились по плечам, несколькими прядями спадая вперед, а остальными прячась куда-то за спиной.       В этот момент, несмотря на всю усталость и изнеможение, Одри выглядела волшебно. Эти ее голубые глаза, белоснежная кожа, длинные пышные волосы и утонченные изгибы фигуры, видневшиеся из-под открытого белоснежного платья, были пленительные не только для принцев, но и для самой принцессы.       — Меня зовут Одри, — девушка слегка наклонила голову на бок, тем самым позволяя своей затекшей шее слегка размяться. — Я тот, кто устроил переворот в вашей империи. За это прошу простить.       Хакуэй удивленно расширила глаза, но уже спустя какую-то долю секунды улыбнулась. Поклонившись Одри не менее почтительно, чем своим братьям, девушка принцесса поприветствовала ее.       — Джудар посвятил меня в детали происходящего. Если переворот поможет нам избежать гражданской войны и полного уничтожения как империи, так и этого мира, я могу признать это вынужденной мерой.       — Вот как, — Одри сощурилась, еще более пронзительно всматриваясь в черты женского лица. — Вы приняли эту новость намного спокойнее, чем я представляла. Вас не пугает то, что ваша мать убила вашего отца, братьев, а теперь еще и пытается уничтожить целый мир?       — Как меня может не пугать что-то настолько ужасное? — Хакуэй стала серьезна. Улыбка исчезла с ее губ, а в глазах появилось напряжение, смешанное с разочарованием и маленькой толикой отчаяния. — Я все еще не могу поверить в то, что моя мать причастна к гибели моей семьи. Как и не могу поверить в то, что все это время ее тело было захвачено духом другой женщины.       — По-вашему это можно назвать облегчающим обстоятельством ее преступления? — настойчиво продолжала допрос Одри, тем самым пытаясь понять какая же на самом деле эта принцесса.       — Это можно назвать доказательством моего личного преступления, — так же серьезно отвечала Хакуэй. — Ведь все это время ей требовалась помощь больше, чем кому-либо из нас, а мы слепо игнорировали это.       Этот уверенный и решительный взор голубых глаз, говорил о том, что девушка говорила откровенно. Смотря в эти глаза, имевшие тот же оттенок, что и глаза Одри, красноволосая задумалась о том, какую родословную имеют все присутствующие здесь. Есть хотя бы малая доля вероятности, что кто-то из них является потомком ее собственной сестры? Если так, то больше всего сходств с сестрой Одри видела именно в Хакуэй. Как бы странно это не выглядело, но все от ее глаз и до манеры поведения напоминало ей сестру.       Коэн проводил свой пронзительный взгляд с Хакуэй на Одри. В этой напряженной тишине ни он, ни кто-либо еще уже не мог продолжать молчать.       Заметив этот взор на себе, Одри усмехнулась. Девушка поднялась на ноги, пожимая плечами.       — Хорошо, она мне нравится, — девушка прошествовала к Хакуэй и, положив руку ей на плечо, развернулась так, чтобы смотреть с ней в одну сторону. — Не могу позволить злому призраку захватить тело того, кто мне нравится.       Комэй раскрыл свой веер, пряча за ним улыбку. В это же время Коэн и Джудар, пусть и выглядевшие напряженно, были готовы вздохнуть с облегчением.       — Тогда, — заговорила Хакуэй, удивленно смотря на Одри, — что сейчас нам нужно сделать? Успеем ли мы?       Одри схватилась за подвеску, висевшую на ее шее. В тот же миг комнату ослепил яркий свет, предшествовавший превращению. Стоило свету погаснуть, как ребятам предстала обновленная фигура девушки с длинными голубо-синеватыми волосами.       — Успеем, — улыбнулась Одри, слегка щурясь. Ее взгляд переместился на Коэна, все еще напряженно стоящего позади. — Я попытаюсь вернуться сразу, как смогу. Если процессия начнется без меня, попытайтесь протянуть время.       Коэн сжал руки в кулаки. Ему явно не нравилось то, что девушка брала всю работу на себя, в то время как он сам не мог сделать даже главного.       — Постарайся не задерживаться.       Одри лишь усмехнулась. Его заботливый взгляд заставил ее ощутить странную смесь вины и волнения.       — А вот тут уж как пойдет.       Девушки исчезли из комнаты неожиданно. Не совсем осознавая, что происходит, Хакуэй лишь моргнула и в тот же миг ее взору предстала совершенно иная картина: никаких роскошных ковров, картин и даже прочных каменных стен. Одна лишь натяжная поверхность, напоминавшая купол шатра. Подняв голову, Хакуэй лишь убедилась в том, что это действительно был шатер. Плотная ткань стягивалась где-то наверху в конусообразную форму.       — Одри! — раздался звонкий мальчишечий голос.       Обернувшись, Хакуэй увидела маленького незнакомого мальчика, бросившегося навстречу к Одри. Его длинная темно-синяя коса, торчащая из-под тюрбана, синяя жилетка и белые штаны сразу бросились в глаза.       — Наконец-то ты вернулась!       Позволив мальчику обнять себя, Одри улыбнулась. Она быстро оббежала взглядом шатер, замечая в нем лишь подобие постели и пару столом.       — Одри? — прозвучал очередной голос из-за спины.       Обернувшись, Одри увидела фигуру Джафара, входящего в шатер. Парень в белом одеянии с темно-зеленым платком на голове взволнованно выдохнул.       — Ну, наконец-то.       — У нас мало времени, — девушка положила руку на плечо Аладдину, ясно давая ему понять, что держаться за нее и дальше не стоит. Мальчик повиновался. Направив руку на Хакуэй, девушка продолжила, — это принцесса империи Ко, Хакуэй Рэн.       — Та самая, в которую злой дух вселяется? — Аладдин задумчиво наклонил голову. В такой ситуации даже он понимал, что забавляться не стоит.       — Еще нет, — поправила Одри, — но стоит нынешнему сосуду духа погибнуть, как он сразу переместился в Хакуэй. Поэтому мы должны перекрыть все пути к отступлению.       Аладдин подошел к Хакуэй и, протянув ей свою небольшую руку, улыбнулся. Его широкая улыбка тронула принцессу до глубины души.       — Я Аладдин, маги. Возможно, могу помочь вам.       Девушка без колебаний пожала руку, улыбаясь так же радостно. Говоря о тех чувствах, что испытывала сейчас Хакуэй, сложно было назвать что-то одно. Она была напугана — безусловно, но в тоже время она была рада, что все эти трудности ей не приходится преодолевать одной. Одна также радовалась тому, что дух Арбы не может перемещаться в тела мужчин, а это значило то, что ее младшего брата — последнего самого близкого члена семьи — никто не тронет.       — Полагаюсь на тебя.       — Итак, — Одри перевела взгляд на Джафара. В это же время Аладдин проводил Хакуэй к дивану и начал что-то объяснять. — Что с моими детьми?       Джафар усмехнулся. Все это время он был серьезен и напряжен, но постановка вопроса таким образом заставила его испытать какую-то непринужденность разговора с Одри.       — Эмилия забрала их и уже покинула это место вместе с корпусом фаналисов.       — Что на счет главного алкаша и бабника местных вод?       Джафар улыбнулся еще шире, склоняя голову на бок. Сейчас, ради общего блага, он был даже готов пропустить данное высказывание мимо ушей.       — Он еще не пришел в себя после изгнания Давида.       — О, так все прошло успешно?       — Не совсем, — пожал плечами парень. — Аладдин всю ночь пытался что-то сделать и даже сейчас он не может со стопроцентной вероятностью сказать ушел этот дух или нет. Для того, чтобы в этом убедиться процедуру изгнания придется повторить.       — Так и займитесь этим, — Одри строго взглянула на Джафара. — Надеюсь, мне не надо объяснять все пагубные последствия действий данного духа в голове вашего короля. Если от него не избавиться…       — Я знаю, — со вздохом оборвал Джафар, — и, поверь, я не позволю этому случиться.       Парень взглянул на Одри. В его взоре было видно не меньше решимости, чем во взоре самой Хакуэй. Это вызвало улыбку на женских губах.       — Вот такой подход мне нравится больше. Просто не забывай, что ты и вся ваша группа генералов — это все, что у него есть.

***

      В это же время в империи Ко Коэн и Комэй продолжали напряженно ждать в своей комнате. Они понимали, что Одри быстро не вернется, и сделать ничего особо не могли.       Неожиданно прозвучал стук в дверь. Дождавшись, разрешения войти, слуга молча постоял за дверью пару минут, после чего вошел в комнату. Коэн и Комэй встретили его в гробовом молчании, подсознательно понимая, какую новость сейчас им передадут.       — Ваше высочество наследный принц Коэн Рэн и ваше высочество наследный принц Комэй Рэн, я прибыл к вам для того чтобы сообщить, что император скончался.       Коэн тихо выдохнул. Все произошло быстрее запланированного. Одна лишь эта новость сообщала о том, что главное действие уже началось.