Вечерняя школа

— Это переходный возраст. Вот увидишь, пройдёт год, и ты забудешь о симпатии ко мне, — единственное, что смогла придумать Энджо после долгой бессонной ночи. Она накидывала все возможные варианты, но пришла к выводу, что всё это временно и чувства подростка — временное явление. — Вы пожалеете, что отвергли мои чувства. Ещё посмотрим, кто сможет забыть, а кому придётся помнить! — совсем не обидевшись, хмыкнул Чон, явно ожидавший такого ответа. Это Мин и настораживало — парень продумал всё до мелочей и не известно, что за мысли таились в его голове. Этим же днём приключения не заканчивались, и Энджо доставили второе письмо, в котором бывший муж был уже более многословен: «Не думай, что если за развод я платил добровольно, то и про эти деньги забуду. Это не благотворительность. На днях заеду, решай этот вопрос быстрее, чтобы не пересекаться! Ким Намджун». — Не могу поверить, — обречённо усмехнулась Мин, кидая письмо на стол, — снова письмо... Мы что, в древнем мире? Ещё бы наскальный рисунок прислал! Так сложно написать смс? Это же на много проще! И не удивлюсь, если он за эти письма потребует денег!.. — Учитель, — на пороге показался недовольный Чимин. Он довольно редко появлялся в школе, но стоило ему прийти, они сразу же спорили и устраивали драки с Юнги. Мин даже легче было, когда Пак пропускал школу, хотя так и нельзя думать учителю. — Вы бы объяснили своему тупоголовому братцу, что мне плевать на его выходки по отношению ко мне, но если он продолжит задирать Хосока, — злостно выдохнул, сжав кулаки, — я убью его! Энджо раскрыла рот, но так ничего и не успела сказать, так как Чимин сразу же ушёл, где—то по дороге ударив кулаком о стену. — Это не Чимин задирает его?.. Зачем Юнги ненавидит Хосока, если сводный брат — Чимин? В чём дело? — тихо зашептала, схватила телефон со стола и быстрым шагом вышла из кабинета. Жарким днём большинство учеников прятались под раскидистым деревом около школы, именно там Мин нашла Хосока, который одиноко сидел на земле и чем—то отличался ото всех. — Хосок. — Учитель? Вы что—то хотели? — его взгляд не был таким же холодным или резким, как у многих парней, улыбка заставляла других радоваться. — Ты не против, если я присяду рядом? — улыбнулась Энджо и под удивлённым взглядом ученика села на землю. — Я хотела поговорить... Понимаешь, Юнги и Чимин для меня не чужие, никто не знает, но мы являемся родственниками... — Эм... Пак говорил мне, — скромно добавил Чон, кивая. — Тогда ты должен понять... Я переживаю за них... Мне не понятно, почему Юнги достаёт тебя, я думала, Чимин является его врагом... — Так и есть... Когда вы бросили... Извините, — виновато поджал губы. — Но когда вы оставили Юнги, я уже был знаком с Чимином. Тогда он был одинок и пытался подружиться с Юнги, но тот был так зол на вас... он никого не подпускал к себе, из—за этого его отношения с родителями ухудшились... Я недавно понял, что Юнги просто боялся, что если кого—то полюбит, этот человек вновь покинет его. После Юнги винил во всём Чимина, а Пак в свою очередь попытался ограничить их общение, но Юнги стал доставать меня... — Почему? — Я сирота... Мои родители погибли два года назад в автокатастрофе... по вине отца Чимина... Он тогда много выпил, но всё равно сам повёз моих родителей домой... Чимин чувствовал вину, поэтому сказал, что станет моим братом. А Юнги бесится, что Чимин обрёл брата, вот и пытается рассорить нас... Я понимаю, ему просто больно видеть, как мы радуемся, это напоминает ему о вас... — Получается, все эти драки из—за меня... — ужаснулась Мин.

***

После долгих раздумий Энджо ни раз задумывалась, что действительно причастна к сложившейся ситуации, но как исправить исход битвы? Вопрос всё ещё оставался открытым. Ответы также не шли в её голову, потому что помимо семейных проблем её главной головной болью был Чонгук. Этот парень, совершенно не стесняясь окружающих, откровенно прожигал Мин взглядом, где бы она ни оказалась — Гук был рядом, куда бы ни пошла, он знал о ней абсолютно всё! И в последние дни настораживало тесное общение Чона с Юнги, которые совершенно неожиданно стали лучшими друзьями. Но так выглядело лишь со стороны, и Энджо поняла это, когда не изменяющий своим привычкам Гук подловил Мин в классе, пока она была одна. — Боже... я так долго ждал... — девушка вздрогнула от неожиданности, напуганно поворачиваясь в сторону входящего в класс ученика. Её глаза панически впились в чоновские руки, которые уверенно закрывали класс на замок. — Уже и не надеялся, что вы когда—то останетесь одна... — дерзко, уверенно, смело. Его похотливый взгляд скользнул по тонкой шее, хрупким плечам, осиной талии, стройным ногам — ему казалось, в ней может привлекать парней абсолютно всё, Энджо идеальна! — Чонгук... Зачем ты?.. — привстала, но брюнет неожиданно положил ладони на её плечи и надавил, заставляя её сесть на место. — Я пришёл сказать, что ваш брат такой душка, — рассмеялся и, убрав руки в карманы, нагло сел на учительский стол, смотря куда—то в сторону. — Я приказал ему сидеть, он сел, сказал избить одного недоумка — сделал! Из него выйдет отличная собака, — обратил внимание на реакцию Энджо и остался довольным. Мин от злости поджала губки и нахмурила брови — как с виду милый мальчишка может говорить такое, а уж тем более наводить дикий ужас на любого и заставлять выполнять приказы? Она в неком плане понимала других — сама побаивалась, но всё же... — Не трожь его, — выдохнула ломаным голосом, — он ведь здесь не при чём. — Ещё как при чём! Если бы его не было, ты сразу бы отвергла моё предложение, но так... — расхохотался и сгорбился над учителем, — некуда деваться! — Это низко! — со слезами на глазах шептала учитель, сидя на стуле, над ней нависал Чон. — Да, — хмукнул, выпрямляясь и смотря в сторону, — ты очень низко спустилась с вершины. И это всего лишь из—за того, что отказала мне. Разве сложно было поиграть роль моей девушки? — Но образование запрещает... — Это образование других школ запрещает, а в нашей можно всё! — сгорбился над рыдающей, не скрывая превосходства. Он аккуратно убрал её пряди выпавших волос за ухо, оставляя горячую ладонь на щеке. — Тебе всего лишь нужно сказать «Да». Если услышу положительный ответ, никто больше не тронет тебя... Кроме меня, — поглаживал оголённое женское колено, пробираясь ладонью под юбку. — Я обещаю, ты будешь в безопасности, — говорил шёпотом, рвано выдыхая. От переполненного чувствами кувшина наслаждение разливалось по всему телу, он соблазнительно провёл языком по верхней губе и закусил нижнюю, осторожно приближаясь к жертве. Он ждал ответа. Положительного. Воздух с каждой секундой становился горячее, между губами оставались миллиметры, когда девушка, поджимая губы, резко увернулась, роняя слёзы: — Я не могу... Я старше и должна быть разумнее, я... — Не начинай снова! — опёрся руками о сиденье стула, вплотную приближаясь к учителю. — Хватит думать о том, что думают другие и как ты должна вести себя! Это всё стереотипы! Хочешь меня — возьми. Следуй за мной, пока я не передумал! — Нет... — зарыдала, отрицательно мотая головой. — Не могу... — Запомни сюда! — схватил за подбородок и насильно поднял голову. Он старался дышать чаще и глубже, руки намеренно расслабил, чтобы не вызвать ещё большие слёзы у учителя. — Твоей главной обязанностью является послушание. Ты должна слушаться меня, как и другие учителя. Следовательно, если я захотел поцеловать тебя, ты должна с радостью подставить свои губы, если я захотел тебя трахнуть, твоё тело в моём распоряжении! Не строй из себя недотрогу, я знаю, что у тебя был муж, который внезапно исчез с любовницей. Считай, что это благотворительность. Я совершенно бесплатно подбираю тебя и пытаюсь пригреть на своей груди, — со злобой оттолкнул её лицо и вновь выпрямился, опираясь руками о талию. Он в возмущении приоткрыл рот, играя длинным языком с щекой и неоднократно закусывая губы. Парень думал. — Значит так, — приложив задумчиво руку к подбородку, — сейчас ты идёшь домой и приводишь себя в порядок, а вечером в 8 часов я подъеду. Свободна, — пошевелил ладонью, указывая на выход — У меня ещё есть занятия... — ломаным голосом запротивилась словам ученика. — Разве ты не слышала, о чём я говорил ранее? Ты слушаешься меня, как и все учителя в этой школе. Посмеешь сопротивляться, я не буду ждать вечера и трахну тебя прямо здесь, под камерами. Тебя устроит такой расклад? — Энджо отрицательно мотнула головой. — Свободна, — кивнул и повторил движения ладонью. Когда девушка оказалась на пороге, Чонгук ледяным тоном добавил: — Если посмеешь вечером спрятаться в квартире и не открыть мне дверь, я не буду таким добреньким. Последнее, что ты увидишь в жизни — я.. Энджо тихо закрыла за собой дверь и медленно направилась к выходу из здания, с каждым шагом она ускорялась и из школы уже выбегала. Убегала от преследований и нежелательных связей, хотела избавиться от назойливого паренька, но разве можно это сделать, просто убегая? Уже выбившись из сил, она прислонилась к дереву в парке и отчаянно зарыдала, спускаясь и оседая на еле прогретую ярким солнцем землю. — Почему именно я?.. Почему?.. А если... если я соглашусь на его условия, он отстанет? А вдруг всё станет ещё хуже? Он поймёт, что я легко соглашаюсь и захочет большего... За что мне такое наказание? — закрыла лицо руками. — Что мне делать?.. Оказавшись дома, Энджо ни на секунду не присела, очерчивая каждый сантиметр квартиры, то закусывала губы, то нерво сжимала и разжимала ладони, подносила пальцы ко рту, срывала до крови кутикулы и вечно о чём— то нашептывала. — Уже 7... Чем больше я думаю о времени, тем быстрее оно стремится к восьми... Это закон подлости. Обычно выходит наоборт... — по телу пробежал холодок, живот свело и так хотелось выть от безысходности, ведь Энджо до сих пор не знала, какое принять решение — в любом случае Чонгук от этого лишь выиграет... — Я не могу... Он ученик... И соседи не так поймут, они ведь не знают... — случайно заметив снотворное на тумбочке около кровати, в голову брюнетке закралась бредовая идея. — Я никогда не думала о самоубийстве даже в те сложные дни, было ведь на много хуже, но сейчас мне страшно больше, чем тогда... Просто приму их и потеряю сознание, когда он попытается прикоснуться ко мне. Нужно лишь рассчитать время, — крепко сжала в ладони заветную баночку и решительно кивнула. — Ещё посмотрим, кто выиграет...

***

Чонгук чувствовал небывалое наслаждение, уже от долгожданного предвкушения внизу живота затягивался узел и в паховой зоне невыносимо тянуло, он закрыл глаза и расслабленно выдохнул, откидывая голову. С улицы послышался громкий сигнал, Энджо уже была сонной от принятых таблеток, но пока что надеялась хорошо сыграть бодрую и стеснительную девушку, чтобы Гук ничего не заподозрил, поэтому похлопала смоченными в ледяной воде ладонями по щекам и направилась к двери. Стыдно было признавать, но Чонгук выглядел чертовски привлекательно. Но всё же это была война, и воины не должны были обращать внимание на пол. Он всего лишь противник, который умело фокусируется на цели и идёт по заданному маршруту. — Не подготовилась ещё? — изогнул парень бровь и шагнул в дом, в нос брюнетке сразу же врезался приятный аромат парфюма, одурманивая голову. Энджо стояла близко, она осознавала, что прямо сейчас завалится от слабости, поэтому уткнулась носом в мужскую грудь, расслабленно закрывая глаза. Чонгук хмыкнул, даже удивился, не ожидая такого; осторожно обвил женскую талию, пробираясь горячими ладонями под тонкую майку. От вновь нахлынувшего желания Чон шумно выдохнул в висок Энджо и хотел склониться, чтобы поцеловать, но вдруг заметил, что брюнетка падает. Вовремя прижав к себе её обмякшее тело одной рукой, недовольно приподнял женское лицо и обречённо выдохнул. — Выходит, готовилась, — разозлился. — Не хотела, чтобы её отымели и наивно предположила, что будет находиться в безопасности в таком состоянии? Со мной? — рассмеялся. — Отлично, не хочет так, будет по—другому, — взвалил Энджо на плечо и пошёл искать спальню. Бросив бессознательное тело Мин на кровать, он злостно хмыкнул и вышел на улицу, загоняя мотоцикл на территорию учителя, затем вернулся в дом, снял со связки один из ключей, спрятав во внутреннем кармане куртки и вернулся в спальню, оставаясь в дверях со сложенными на груди руками. — Стыдно ей было стать моей, но не стыдно раздеться, верно? — изогнул брови дугой и хмыкнул. Первым делом Гук снял с себя тёплую голубо—белую кофту и джинсы, оставаясь в трусах и майке. Он со зловещими мыслишками в голове забрался на кровать и сел на ноги учителя, склоняясь над ней и медленно расстёгивая пуговицы комбинезона. — Что вы говорите? Хотите показать грудь? Я не против, конечно, снимайте с себя верхнюю одежду, — рывком разорвал рубашку на груди и приподнял Энджо за талию, чтобы снять остатки вещей с рук. — Ты даже не осознала, на что нарвалась. Глупая Мин Энджо, да тебе было проще согласиться с моими условиями, чем отказаться и пожинать плоды. Теперь держись, — хриплым голосом выдыхал, отводя взгляд в сторону. — Чёрт, не представляешь, как я хочу тебя прямо сейчас трахнуть! — сгорбился и вжался лбом в женскую грудь, тяжело дыша. Он крепко сжимал ладонями её талию и водил ими вверх вниз, пытаясь унять желание. — За то, что заставила так страдать прямо сейчас, — вплотную прижался к Энджо и качнул бёдрами, издавая шипение, как змея, откидывая голову и закусывая губу, — я не прощу, — ещё несколько раз вжался бёдрами в бессознательное женское тело и, обвив её за талию, перекатился на бок, прижимаясь к Мин со спины. Тянущее чувство не прекращалось, Чон от этого злился сильнее, но с бесчувственным телом играть не интересно, ему всего лишь нужно было дождаться утра. Ночь обещала быть долгой...