Просто дыши

      Когда оба Лэнса прикасаются к Киту с двух сторон под крики остальных, следует вспышка. Та прорезающая всё вспышка разносится по кабине, и разряды так и искрятся по месту прикосновения к плечу Когане.              Все замирают.              Никаких криков больше не следует. Лишь потрясение. Шок. Смятение. Замешательство. Испуг.              Вся кабина будто окрашивается тем бело-синим светом, пронизывая каждый участочек и заполняя собой всё.              — Что? — сипло выдавливает из себя второй Кит и подносит руку к месту на плече, где с задней стороны прикасался его Лэнс, где именно что чувствовалось прикосновение, тяжесть, тепло.              Он докасается осторожно, притрагиваясь кончиками пальцев, а после медленно поворачивается.              Боязно.              Панически.              — Нет... — шепчет он, когда сталкивается с теми глазами. — Лэнс...              Руки не отнимаются, руки замирают, замирает и он и сердцем, и душой. Замер и Ханк, замер и Лэнс, замер на мгновение и Кит, который в тот миг видел не только их лица.              Он видел, то напуганное, незнакомое лицо будто другого, но Лэнса, Лэнса, готового в тот момент словно расплакаться, Лэнса, который не понимает, боится, хочет убежать, но даже не может двинуться и с места или хотя бы открыть рот.              Классифицировать же те эмоции на лице своего второго я Кит даже никогда бы и не сумел, как бы ни старался. Он и не пытается. Оно настолько многогранно, что в душе всё ноет, трепещет и скручивается лишь от одного того всего лишь выражения лица.              Кит видит, как они смотрят друг на друга.              Как не могут раскрыть и рта, чтобы сказать друг другу что-либо.              Как не могут осознать.              Как не могут поверить.              Как боятся.              И как у них в душе всё переворачивается от того, что они друг друга видят. Что рядом. Что понимают. Что прикасаются.              Так или иначе, Когане видит всё это, но также он видит, как спустя всего пару секунд начинает трястись рука Лэнса их реальности, прижатая к груди старшего Кита. Красный паладин, будучи поражённым тем зрелищем действительно на самом деле видимого второго Лэнса, сметает то наваждение и быстро приходит в себя. Он всё равно пытается осознавать ситуацию, так как тот Лэнс важен, чертовски важен, важен и этот момент, но главным важным сейчас было и другое.              И Кит не имеет права медлить. Только не сейчас. И только не он.              Как бы это ни было больно, но у них просто нет времени.              Как Когане почувствовал всё больше ослабевающее тело и почти пропавшее дыхание на шее, он резко выкручивается, сметая хватку и своей копии, и ослабшие руки шокированного Ханка. Парень сметает всё и с силой отпихивает Лэнса с кресла.              Синий паладин, будучи в высшей степени отрешённым и правда никаким, не успевает сориентироваться и с силой ударяется о приборную панель. Казалось, что он был в прострации настолько, что и не придал этому значения.              Падает следом и лев, теряя управление и доставляя всем встряски и грохота в голове. Однако это будто вырывает всех из той иной царящей сейчас в кабине реальности.              — Лэнс!!! — кричит Кит, кидаясь к парню и хватая его за загрудки.              Всё происходит слишком быстро, та магия пропадает сразу же, мимолётный образ второго Лэнса тут же исчезает, словно его здесь никогда и не было, а остальные лишь промаргиваются в непонимании. Нынешний же Лэнс не смотрит никуда, ни на кого, он лишь сидит с пустующим и отсутствующим взглядом, пока Кит трясёт его и пытается хоть как-то достучаться.              В итоге Кит ударяет его по щеке наотмашь.              — Лэнс, ответь!!!              — Эй, — начинает синий паладин мягким голосом, будто всё ещё пребывая не здесь. — Всё вышло, да?              Кит опешивает, когда смотрит в его по-непонятному нежные глаза.              — Мы и правда хорошая команда. — МакКлейн качнул головой. — И всё же вероятно… — спутано добавил он и выставил перед ним палец, — в обморок я сегодня упадуууууу…              Когане хотел треснуть его, серьёзно треснуть в этой ситуации, потому что какого чёрта он так непосредственно это произнёс, какого чёрта он улыбнулся так мягко и какого просто чёрта он опадал сейчас с уже закрывшимися глазами на панель?!              — Чтоб тебя, Лэнс!!! — вопит Кит и сгребает его в охапку. — Блю, немедленно дай нам выйти! — орёт он во всё горло, прижимая к себе невероятно слабое и холодное сейчас тело. Почти неживое.              В душе разрастается невыносимая паника, Кит боится, он понимает, что Лэнс дышит и не умер, но всё равно боится. Происходит что-то непонятное, и Когане может думать сейчас лишь о том, что Лэнса срочно нужно отнести к криоподу.              Ни о какой нынешней ситуации или о том, что только что произошло.              Лишь о том, чтобы ничего не ухудшилось.              Пожалуйста...              Ханк и другой Кит, казалось бы, испугались, поразились настолько, что до сих пор толком не понимали, что здесь только что произошло и что происходит сейчас. Они даже боялись пискнуть, будучи настолько сбитыми с толку. В особенности растерянным был старший Кит, всё ещё странно вглядывающийся то на место, где его Лэнс пропал несколькими секундами ранее, то на нынешнего уже бессознательного.              О том, каково сейчас было ему, наконец увидевшего его и осознавшего, что он есть, в каком-то роде жив, не умер, не исчез, рядом, красный паладин этой реальности боялся даже представить. Тот взгляд говорил о слишком многом, но никогда не смог бы рассказать обо всём. Не после того столь долго охватывающего его отчаяния, и не после того, как ему удалось увидеть хоть какой-то проблеск в поглощающей его тьме.              Не после всего того, что произошло.              Когда в следующий миг львица утробно рычит и склоняется, Кит рычит тоже и подхватывает под колени Лэнса, бросив напоследок:              — Скажите Аллуре приготовить криопод.              — Я... — кое-как произносит Гаррет и дёргано кивает. — Да.              Красный паладин цыкает и оборачивается к инертному сейчас телу синего. Кажется, Лэнс стал легче с прошлого раза или Киту всё это просто почудилось от абсурдности ситуации. Неважно. Сейчас даже вес даже собственного тела в должной мере не ощущается. После того, как Когане поудобнее обхватил чужое тело на руках, он невольно хрипнул, чувствуя лишь давление на израненные и болезненные мышцы.              Однако больше он и не пискнул.              — Больной придурок, — буркает он и срывается с места, как только рот львицы раздвинулся.              С трапа Кит почти слетел, насколько старался быстро бежать.              — Я ожидал подобное, но больной придурок, ублюдок, козёл, козлина, тупица, — бормочет паладин, огибая коридоры.              Кажется, его коммуникатор звонил. Может, это была Аллура. Может, Широ. Плевать. Сейчас ему на всё плевать, что не позволит бежать быстрее.              — Ты говорил возможно, но не что ты действительно потеряешь сознание!              Кит бежит со всех ног, напрягая себя до максимума, выжимая до предела, заставляя не обращать внимания на ту другую боль от ран, полученных в недавней схватке. Его физическое состояние волновало сейчас в последнюю очередь и было настолько, по его мнению, незначительным, что Кит без труда отогнал те множественные садняшие и гулкие ощущения, отзывающиеся по своему телу. Он ссылался на то, что ему — не в первой, а полутрупное состояние Лэнса — более чем.              Пару раз Когане спотыкался, но, упираясь ногами, перекручиваясь и лишь прижимая к себе еле дышащее тело, продолжал бег. Он не смел ронять Лэнса, он его и не отпускал.              — Больной ублюдок, зачем я вообще на это согласился…              Он качает головой, из-под чёлки смотря на то столь безмятежное сейчас лицо. Это непривычно — видеть то спокойное лицо, когда обычно Лэнс шумел, вопил, кривлялся и улыбался. Это осознание в тот же момент словно удушало, потому что паладин понимал, отчего оно такое. От приступа, от их попытки, от последующего после этого высасывания сил, от него, от него другого и от себя.              — И только попробуй, урод, забыть и этот наш момент связи, — говорит Когане осевшим голосом, а потом резко вскидывает голову, не смея сейчас смотреть вниз или быть слабым.              Когда он вбегает в зал, Кит видит уже ждущую его нахмурившуюся вторую Аллуру и оставшихся паладинов из его команды. Другая часть старших паладинов в тот момент должна быть на другом конце галактики и, похоже, ещё не вернулась.              — Этот? — напугано подаёт Кит голос, мотнув головой в сторону открытого криопода.              Аллура просто кивает, не сводя напряжённого взгляда с красного паладина. С её помощью он запихивает Лэнса туда осторожно и трепетно, боясь потревожить лишний раз его столь хрупкого и задерживая пальцы на нём чуть дольше положенного.              — Больной ублюдок…              Когане стискивает зубы и сжимает кулаки, когда капсула закрывается.              А потом Аллура вцепляется в его горло.              — Эй!              Пидж и Широ тут же обеспокоенно приподнимаются с места.              — Ты что там натворил?! — угрожающе цедит Аллура. — Зачем ты атаковал их, ты что вообще!!! — рычит она, убивая взглядом и только крепче сжимает рукой его горло.              Когане брыкается, вжимает свои руки в чужие, стараясь отстранить от себя, оттолкнуть, он не может нормально дышать, его горло стискивают, сдавливают, оно болит, он паникует. Парень лишь сдавлено что-то хрипит, но то ли из-за испуга, то ли из-за ноющего во всех местах тела, то из-за перекрытого горла не выходит ничего.              Кит ожидал, что его будет ждать выволочка, но сейчас ему банально страшно от подобного. Его инстинкты вопят, что Аллура не шутит и она, отчаявшаяся и уже потерявшая один раз собственную семью, в ярости. Возможно, её старшая копия и рассказала ей что-то, отчего вина и инстинкты защищать своих паладинов у Аллуры возросли в геометрической прогрессии.              — Аллура! — кричит вбегающий в помещение второй Кит.              — Аллура, хватит, — спокойно говорит Широ.              Он кладёт ладонь ей на предплечье и пристально вглядывается в глаза. Пусть мужчина произнёс слова и без повышения тона, но даже у Кита прошли мурашки по телу от силы голоса лидера.              Широ продолжает давить на неё взглядом, его хватка усиливается, в то время как у принцессы неосознанно ослабевает. В следующую секунду Аллура моргнула, будто смывая ту дымку неконтролируемой агрессии, и Когане валится на пол, стараясь отдышаться. Он кашляет, держит своё горло, потирает его и пытается прийти в себя, согнувшись пополам и уперев лицо в пол.              — А, я... — нервно и ошарашенно начинает Аллура. Она отшатывается в опаске на шаг и растерянно оглядывает обоих паладинов. — Извините.              Кит, к которому тут же подскочил Широ, просто покачал ей головой. Он и так понимал, что могло твориться у них в душе после их передачи со льва и особенно после вида полумёртвого Лэнса. Парень удивлён, как на него не набросились вообще все и почему Широ столь успокаивающе поддерживает его. Также Когане слышит шаги сзади и искоса поднимает взгляд на своё встревоженное второе я, уже почти подошедшее к ним.              — Я так понимаю… — звучит голос красного паладина иной реальности, — он ни в чём не виноват, — добавляет он и, присаживаясь рядом, мягко похлопывает свою копию по спине.              Ему благодарно кивают.              — Да Лэнс из-за него!.. — выдавливает из себя Пидж, злясь до невозможности.              — Это не из-за Кита, — отрезает Гаррет, вбежавший в помещение почти единовременно с старшим Китом лишь из-за заминки последнего вначале. Ханк качает головой, вставая рядом с не менее ошарашенной этой ситуацией Пидж. — Я, если честно, до сих пор в шоке, и вау, и это бред, но да ладно.              Его никто не понял, потому все, кроме Китов, лишь посмотрели на него растерянными взглядами.              — Да, Аллура, — вмешался второй Когане. — Нет нужды убивать Кита.              Он вместе с Широ обхватил вышеназванного за плечи, помогая подняться ему ещё трясущемуся и до сих пор не до конца выровнявшему дыхание.              — А кого? — проговорила принцесса сквозь зубы.              Старший Кит после этих слов просто стал пристально вглядываться в глаза поравнявшегося с ним своего второго я.              — Я тоже хотел бы узнать ответ на этот вопрос, — красный паладин иной реальности старался говорить спокойно, старался таковым и выглядеть, но рука, лежащая на плече его копии, всё равно дрожала.              Нынешний Кит сглотнул и отвёл глаза. Сейчас он понимал, что не может больше выдерживать того просящего, молящего, растерянного и напуганного взгляда, ровно и как держать себя в руках.              — То... — сказал старший Когане сухим голосом.              — Я не знаю, — жёстко бросил другой Кит, отстраняясь. — По крайней мере, я не уверен. Он знает больше, — он мотнул головой в сторону криопода. — У него и спросите.              Кит говорил, отходя, прикасаясь спиной и прижимаясь ладонями к криоподу, в котором в безмятежности лежал Лэнс.              — Что там произошло? — спрашивал Широ.              Красный паладин пропустил вопрос лидера и лишь продолжил гнуть своё.              — Я прошу у тебя прощения, Кит, за то, что ударил в живот, лицо, снова в живот, и вроде ещё несколько раз, и у тебя, Ханк, что заехал в нос.              Гаррет поёжился, припоминая недавно произошедшее.              — Мгм, ничего, если это… — он сглотнул и прочистил горло, — было необходимо.              — Теперь вы понимаете для чего, — твёрдо сказал Кит и вздёрнул подбородок. — Всю вину за нынешнюю ситуацию я беру на себя, так как я сам этот план…              — Да что там произошло, расскажите, чтоб вас!!! — вопила раздражённая Пидж, вскидывая руки.              Кит и её не слушал.              — Лэнс хотел лишь как лучше, его вины здесь не...              — За очередное наплевательство по отношению к своему здоровью — есть, — второй Кит метнул взгляд на Лэнса за спиной своей копии. — И по отношению к твоему тоже.              Когане этой реальности цыкнул.              — Это неважно.              — Возможно, я тебе что-то сломал в грудной клетке, у тебя должна быть куча ушибов, Аллура тебя чуть не задушила, и это неважно? — выдавил другой Кит и зло сузил глаза.              Кита же нынешнего такие устрашающие факты, казалось бы, удивили более чем, так как он не чувствовал на адреналине боли в груди как таковой.              — Оу, — выдал красный паладин и прикоснулся к груди.              И в тот момент будто весь его адреналин, вытягивающий запал, сошёл на нет, а то давящее чувство навалилось, не позволяя и вздохнуть. Он скорчился от боли, шикнул и пошатнулся.              — Я... — проговорил Кит сбивчиво и хотел сказать что-то ещё, но слова не вязались и банально больше не могли вырываться.              — Ладно, мы тебя поняли. Пока он не очнётся, ты ничего не расскажешь, — старший Когане мотнул головой и яростно хрипнул что-то. — Тогда, Аллура, вот этого в криопод тоже.              — Что?! — только и смог что пикнуть другой Кит и отшатнуться в испуге.              — Кит, я искренне прошу у тебя прощения за свою неприкрытую агрессию, — начала спокойным голосом Аллура. — Мы все на взводе от сложности ситуации, прошу меня понять. Произошедшее мы после обсудим, но пока тебе действительно стоит отдохнуть.              — Вы не посмеете, вы!..              И, не слушая никаких пререканий и не внимая брыканиям, Кита заморозили тоже.