Retribution

— Невозможно…  этого просто не может быть. Он ведь мёртв. Саске убил его, или… — Вижу ты удивлён, Наруто, — без каких-либо эмоций произнёс старик. — Прежде чем ты кинешься с воплями, скверно характеризующими меня, позволь кое-что пояснить. Злость. Ненависть. Эти чувства пропитывали каждую клетку тела, заставляя тело мелко подрагивать, а мышцы напрячься, словно стальные канаты. — Все, что ты обо мне знаешь — это ложь. — Да ну? — судя по резкой смене восприятия обстановки и увеличению объёма чакры, я неосознанно перешёл в режим отшельника. Что-ж… — Видимо Орочимару ошибся, говоря о твоей смене характера. — использовав всю доступную скорость, перемещаюсь к Данзо. — Что за? Быть того не может… Это ведь сусано — кулак, предназначенный Шимура, врезается в громадную зеленую ладонь, оставляя на ней сеть мелких трещин. Ярость затмевает разум, не давая трезво осмысливать ситуацию. Сколько раз я слышал эти слова, но почти никогда не следовал им, чем сейчас и поплатился. Замахнувшись для второго удара, я не заметил другую сформированную руку, и удар, который отправил меня к противоположной стене. И несмотря на активность режима, боль во всем теле ощущалась довольно сильно. — Шисуи, кажется ты перестарался, — где-то на краю сознания я услышал отчетливый, сочащийся ехидством смешок Орочимару. — Да что тут творится, — последняя мысль, перед неизбежной тьмой. *** — Последние приготовления будут закончены завтра. Надеюсь твои люди уже готовы? — Да. Три отряда анбу уже ждут приказа, но… тебе не кажется, что мы действуем слишком быстро? Нужно было сначала подготовить жителей деревни. Не давать им почву для сомнений в своем Каге. — У нас не было иного выбора. Если они начнут действовать, всем нашим планам придёт конец, — сев в кресло, негромко произнёс Райкаге. — Кстати, о том, что Наруто исчез, было известно лишь Кибе и Сакуре, так? — согласный кивок. — Отлично, это может сыграть нам на руку. — Как? — присев на колени Райкаге, спросила Цунаде. — Повод для атаки на Туман. Он хоть и был объявлен преступником, но, все же, Наруто — герой войны, спасший их от вечного цукуеми, и тот кто победил Пейна. Они захотят отомстить. Также, сюда можно добавить и похищение Сакуры, которая, якобы, пыталась спасти Узумаки. Как тебе такой исход? — Хорошо, даже очень. *** — Это куда меня занесло? Хм. — чёрно-белое помещение было смутно знакомым. Трубы, ползущие по стенам, и небольшие лужи воды на полу. Правда кое-чего здесь не хватало, а именно громадной клетки, предназначенной для девятихвостого. — Значит меня закинуло в подсознание. Это же сколько силы он вложил в удар, чтобы вырубить меня, находясь в режиме санина. Или же это я настолько ослаб? Кажется ползучий назвал его Шисуи. Знакомое имя, только вот не припомню, где я мог его слышать. Да черт с ним. Потом с этим разберусь. Самое интересное то, как я очутился здесь. Ведь это место должно было исчезнуть после извлечения Курамы… Агрх. Резкий звон, сопровождаемый приступом невыносимой головной боли заставил упасть на колени. С каждой секундой гул усиливался. — Ты не погрузишь этот мир в иллюзию, Кагуя… — Если б не ты, то у меня бы все вышло! — Что это за голоса? Рр, как же больно, — кровь тоненькими ручейками потекла из ушей. — Ты победил… но я заберу тебя с собой… — Да что здесь творится?!  — схватившись руками за голову, я завалился на бок. — Меня зовут Узумаки Наруто, я люблю рамен и много чего другого. Моя мечта стать Хокаге, а цель — самосовершенствование. Перед глазами начали появляться обрывки каких-то непонятных событий. Коноха, первый этап экзамена на чунина. Миссия в Стране Волн. Нападение Мадары. Война… Почти ничего необычного… кроме того, что все эти события кардинально отличались от того, что происходило на самом деле. — Ты идиот. Продержись, пока я не накоплю нужное количество чакры и подумаю, как нам противостоять ему… — К-курама, — боль утихла, а вспышка света вытолкнула меня из подсознания. — Вижу ты все-таки очнулся, Наруто, — облегченно выдохнув, прошептал Данзо. — Ох, моя голова, — попытка подняться потерпела поражение. — Прошу прощения. Мой подопечный немного перестарался. — И надолго меня вырубило? — Ты пролежал без сознания два дня, — поднявшись, произнес Шимура. — Как только оправишься, я все тебе объясню. А сейчас, отдыхай. — Да, и самое первое, что я хотел бы услышать, это то, почему ты не сдох, — глаза медленно закрылись. — Как скажешь.