Всего две минуты

Ему осталось просмотреть шесть из тридцати восьми имеющихся на Крангтонге невольничьих рынков. Будь это любая другая планета, можно было бы воспользоваться каталогом, электронным поисковиком и еще кучей всяких вариантов, облегчающих поиски выставленного на продажу человека. Но в этом гребаном месте упрямо торговали невольниками по старинке, указывая в открытом доступе только дату поступления товара, пол, возраст и инвентарный номер. Просто номер, потому что у рабов не должно быть имен и фамилий. Сволочи! Кроме того, эти уроды не принимали платежей через сеть, только лично и примитивными картами. Конечно, такие требования могли бы отвернуть от невольничьих рынков Крангтонга добрую половину клиентов, желающих остаться анонимными, но хитрые крангтонгцы умудрились выкрутиться и тут, безоговорочно сохраняя тайну имени покупателя, не указывая ее ни в каких базах данных. Точнее, у них просто не существовало таких баз. Поэтому их нельзя было ни взломать, ни украсть! На практике же это означало, что если кто-то тебя купил на Крангтонге, то выяснить, кто именно и откуда, было уже практически невозможно. И это убивало! Впрочем, несмотря на все, на Крангтонге обращение с невольниками было самым гуманным. По сравнению с теми адскими условиями, в которых его самого держали последние два месяца, для пленных тут был почти отель. Чистые прозрачные перегородки камер, позволяющие просматривать все пространство торговых залов до противоположной стены, сияющие хромом каркасы конструкций и зеркально начищенные трубы, подводящие в камеры воду и пищевые смеси, вполне приемлемый спальник и даже отгороженное матовым пластиком отхожее место. О боги! Обо всем этом они с ребятами в душном тесном ангаре на Новой Лимаре, связанные между собой единой цепочкой каким-то жестким шершавым шнуром, растирающим кожу в кровь в первые же сутки, даже мечтать не могли. И все же им повезло больше, потому что именно Новая Лимара оказалась первой планетой, с которой землянам после улаживания конфликта удалось договориться об обмене военнопленными и запрете на торговлю ими в качестве невольников. Поэтому он, лейтенант Юджин Элрой, уже через два месяца после пленения вернулся на родину. И сразу же, даже не пытаясь залечить раны, ринулся искать Сэба. Все пять лет службы в армии они были неразлучны. В день знакомства парни подрались, доказывая друг другу непреложное лидерство. Тут же, после публичного наказания, были отправлены на губу, где неожиданно нашли общий язык, затем подружились, а потом вдруг поняли, что не могут жить друг без друга. Их разделил бездушный механизм, тупо отсчитывающий пленных по головам. Себастьян шагнул первым, а он не успел. Автомат захлопнул клеть, и контейнер с живым товаром отправили на погрузку. Единственное, что удалось выяснить Юджину, что этот контейнер предназначался на Крангтонг. Поэтому, как только Юджин Элрой уладил все формальности после плена, он умудрился наскрести необходимую сумму и ринулся сюда. И вот уже три месяца ходил по невольничьим рынкам этой тошнотворно чистой планеты и искал, искал… По сравнению с другими планетами, цены на рабов крангтонгцы выставляли совершенно заоблачные. Видимо, поэтому покупателей на здешних невольничьих рынках было совсем немного. Хорошо разбираясь в финансовых делах, Юджин не мог понять, какую выгоду преследовали местные работорговцы, совершенно не сбрасывая цен и имея при этом минимальный оборот. Но лично для него в упрямстве крангтонгских деляг было огромное преимущество — вероятность того, что Сэба до сих пор никто не купил, была очень большой. После позорного окончания конфликта землян в этих извращенных торговых центрах (а на Крангтонге их называли именно так) было больше всех. Невольникам на продаже не позволялось смотреть в глаза покупателям, а вот сам Юджин едва находил в себе силы смотреть в лица соотечественникам. И запрещал себе думать о них, как о живых людях, потому что иначе он уже давно бы свихнулся. Юджин хотел бы выкупить их всех, но денег у него должно было едва хватить на одного. Он быстро шел по длинному проходу, успевая внимательно рассмотреть лица рабов. Камеры каждого были узкими, не больше метра, и глубокими ровно настолько, чтобы живущий в ней мог вытянуться во весь рост. Внешне эти рынки напоминали компактные боксы для скутеров или стойла для лошадей, как на картинках древних конюшен. Архаизм крангтонгцев проявлялся еще и в том, что держали они невольников в широких ошейниках из мягкой кожи на тонкой легкой цепочке. Впрочем, старинный колорит внешним видом и заканчивался, ибо эта, казалось бы, примитивная система безопасности на самом деле представляла собой сложнейший электронный механизм с датчиками нервных импульсов, карающий жестоким нейрошоком за любое неповиновение и способный заставить самого строптивого раба действовать по заведенным правилам. Юджин намеревался завернуть в следующий ряд, когда рядом с ним возник крангтонгнец на голову выше самого Юджина и вдвое шире в плечах, с нашивкой старшего менеджера по продажам. — Ищете что-то определенное? — вежливо поинтересовался он. Юджина передернуло от этого «что-то», но он сдержался. — Да, я ищу одного человека, — сквозь зубы прорычал Юджин, сделав особое ударение на последнем слове, и прошел дальше. — Возможно, я смогу быть вам полезен, — корректно улыбнулся менеджер и последовал за ним. — Опишите мне того, кого вы ищете, и я постараюсь помочь вам. Первое желание Юджина было послать воспитанного торговца людьми куда подальше, но в глазах старшего менеджера светилась спокойная уверенность, никакого подобострастного угодничества или желания покрасоваться. И Юджин неожиданно для себя передумал. В конце концов, специалисты должны быть и в этом отвратительном по своей сути бизнесе. — Это мужчина двадцати девяти лет, темноволосый, с серыми глазами. Почти моего роста. — И попал он к нам ориентировочно в конце пятого — начале шестого месяца этого года по межгалактическому времени? — предположил менеджер и по глазам клиента понял, что угадал. Улыбка стерлась с загоревшего лица крангтонгца, и оливковые его глаза посмотрели на Юджина с серьезным пониманием. Сделав короткий жест рукой, приглашая следовать за ним, он прошел почти до середины зала и остановился. — В этих четырех рядах находится товар, более всего подходящий под ваше описание. — Все черноволосые с серыми глазами, — не удержался и съязвил Юджин. Менеджер издевку понял, но никак не прокомментировал. — Нет, — спокойно ответил крангтонгнец и слегка поклонился. — Цвет волос не очень надежная примета — люди легко седеют. Но цвет глаз обычно остается прежним. В этих рядах содержатся невольники интересующего вас возраста или около того. Перед проходом Юджин на секунду замешкался. Он снова приказал себе не думать о том, что среди живого товара стоят его ровесники, возможно, даже его бывшие сослуживцы. Помочь всем он не мог! Он шел найти только одного. Как только он шагнул к проходу, сработала система оповещения, и в нужных ему рядах раздался противный звуковой сигнал. Люди в закутках зашевелились, глухо позвякивая цепочками, и стали занимать места на демонстрационной желтой полосе, отмеченной на полу на границе их камер и прохода для покупателей. Никто даже не пробовал сопротивляться — продуманная жестокая система дисциплины крангтонгцев работала безотказно. Босые, в одинаковых серых халатах, схваченных со спины слабыми липучками, чтобы можно было в случае необходимости быстро продемонстрировать покупателю товар во всех деталях. Слава богу, что невольникам нельзя смотреть на покупателя и окликать его! Иначе его душа истлела бы от чужого отчаяния прежде, чем он нашел того, кого искал. Больше всего на свете лейтенант Юджин Элрой боялся, что не узнает или не заметит Себастьяна, пройдет мимо, а тот не окликнет его. Но он его узнал. Еще не дойдя до нужного загона, задохнулся, увидев родную, чуть сутулую высокую фигуру за переплетами хромированных стоек. Сорвался с места и, подбежав, бросился на шею другу, поправ все возможные законы Крангтонга. — Сэб! Я нашел тебя… — шептал Юджин, лихорадочно целуя растерянное родное лицо. — Я нашел тебя… нашел… Невольник недоуменно отпрянул, словно очнувшись, нахмурил сросшиеся брови. А потом узнал, ахнул, подался вперед всем телом, роняя голову на плечо друга. — Ю! Живой! Живой… Сэб жался, ластился, терся щекой о щеку Юджина, прижимаясь плечами и не смея обнять: любые движения рук невольника в сторону покупателя карались нейрошоком. Время остановилось, взорвалось в наивысшей точке эмоций — такого болезненного, такого изматывающего облегчения. — Все закончилось, Сэб! Теперь все будет хорошо! Я приехал забрать тебя… Он закинул голову, подставляясь под поцелуи шершавых любимых губ, и было плевать, кто видит их в этот момент. Менеджер-надсмотрщик широко улыбнулся, и глаза его засветились неожиданно тепло. — Посчитать цену? Юджин кивнул, не в силах даже на мгновение выпустить из объятий Сэба. Он готов был унести его отсюда на руках. Крангтонгнец достал красно-желтую пластиковую карту, мазнул ею по сканеру на клетке Себастьяна. Зеленые знаки быстро замельтешили в воздухе и замерли на цифре тридцать шесть тысяч восемьсот двенадцать межгалактических марок. Серые глаза Сэба расширились почти в ужасе. — Твою мать! — только и смог произнести он. — Я столько не стою… Менеджер вопросительно взглянул на клиента, но Юджин просиял и облегченно выдохнул — он где-то так и предполагал. — Прекрасно! Я оплачиваю счет. Себастьян удивленно покосился на товарища. — У тебя действительно есть такие деньги, Ю? Откуда? — В хриплом голосе неверие смешивалось с радостной надеждой. Счастливо рассмеявшись, Юджин ничего не ответил и только чмокнул своего любимого в нос. Сумма трех кредитов, которые он каким-то чудом буквально выгрыз в банках под бешеные проценты и совершенно изуверский залог, покрывала расход. И неважно, как он будет рассчитываться после. Главное, результат того стоил! На его счету лежало тридцать семь тысяч четыреста двадцать межгалактических марок. После выкупа Сэба останется целых шестьсот, а вкупе с мелочью в двести пятьдесят на его офицерском счете они вполне смогут позволить себе приличные места в транспорте до Земли. И еще останется на праздничную выпивку! Едой он затарился вчера вечером, до дома ее хватит. Все время пребывания тут, на Крангтонге, он экономил и жил практически впроголодь, но после двух месяцев в плену это было не проблемой. Главное, у него хватит харчей в рюкзаке, что висел сейчас за плечами, чтобы немного откормить Себастьяна, сам он уж как-нибудь перетерпит. А на Земле — друзья, служба… На Земле все будет хорошо! — Я провожу вас к специалисту по оплате. Вот, еще одна фишка Крангтонгцев — быть старомодными, так уж во всем, что касается торговли рабами — расчеты производились только лично, плательщиками или их доверенными лицами. Нужно быстрее выбираться с этой гребаной планеты, задрала она его уже! Менеджер еще раз махнул красно-желтой карточкой, разблокируя привязь. Цепочка с тихим звяком соскользнула с хромированного каркаса в широкую ладонь торговца живым товаром, который, коротко улыбнувшись, вложил ее в руку Юджину. — Прошу за мной! Вести Сэба через зал на поводке, как скотину, было ужасно, отвратительно. Юджин решительно протянул цепочку другу, но менеджер мягко остановил его руку: — Нельзя! Товар не должен касаться ладонями своего фиксатора — двойной удар нейрошокера, и он может погибнуть. Выругавшись, Юджин крепче сжал цепочку. Твари эти крангтонгцы, все их старомодные примочки не более чем выпендреж, уж он-то за три месяца точно это узнал! — Да ладно! — немного нервно усмехнулся Себастьян. В глазах его уже прятались задорные искорки, но Сэб сдерживался изо всех сил, боясь неосторожной радостью спугнуть такое внезапное, такое нежданное счастье. — Эти оставшиеся пятьдесят метров на привязи я уж как-нибудь переживу. Из всех, кто таскал меня на этом ошейнике, — ты единственный, за кем я готов идти добровольно. Слова стегнули Юджина, словно розгами, и он, обхватив Сэба за талию, крепко прижал его к себе: — Теперь ты снова будешь ходить только так, как сам того захочешь и куда захочешь! — Как ферзь? — все так же нервно хмыкнул Сэб. — Да, — кивнул Юджин. Он никогда не понимал этой древней игры — зачем такие заморочки, когда есть разные компьютерные штуки — и проще, и красочней. Но Сэб любил шахматы, а потому заставил и его полюбить черно-белые клетки и фигурки. — Для того чтобы вывести этого ферзя снова в игру, — широко улыбнулся Юджин, — пешке нужно было пройти все поле до самого конца. И я рад, что смог сделать это. «И неважно, чего это будет стоить пешке. Ферзем ей точно не быть, но пешки должны жертвовать собой!» — Ты не пешка, — словно читая мысли друга, проговорил Сэб, неловко шевельнул рукой, цепляя пальцами бедро Юджина, и тут же болезненно дернулся от моментального сильного удара импульса по горлу. — Ты никогда не был пешкой, — хрипло повторил он, зажмурившись. — Ты всегда был королем! Горячий тугой комок подкатил к горлу Юджина. Нестерпимо захотелось выгладить руками, смыть поцелуями гримасу боли с любимого лица, но находиться лишнее мгновение в этом ужасном месте, пусть даже длиной в короткий поцелуй, совсем не хотелось. Потом, по дороге домой, они успеют наверстать упущенное. Поэтому лейтенант двинулся следом за менеджером еще быстрее, едва не сбиваясь на бег. Приветливая элегантная крангтонгка, любезно улыбаясь клиенту, что-то отметила в файлах. — Прошу, сэр, сюда! — мурлыкнула она, указывая на встроенную панель платежного терминала. Ю извлек из кармана кредитку, приложил к терминалу кистевой чип, затем карточку — и мелодичный щелчок возвестил, что клиент авторизирован и его личный код синхронизировали с финансовой системой безопасности банка: Юджин действительно Юджин Элрой, а значит, может распоряжаться своими финансами как хочет. Крангтонгка издалека лизнула сканером по ошейнику Сэба, электронная система ввела детализацию покупки. — Все готово, сэр, можете произвести расчет. Юджин ощутил, как вдруг напряглось тело Себастьяна, а кровь отхлынула от его лица. Полгода он терпел и пытался выглядеть достойно, полгода испытаний, унижений, боли… И вот теперь, когда все это почти закончилось, сила духа ему стала изменять. Поняв без слов, что происходит с другом, Ю обнял Сэба еще крепче, укладывая гордую голову на плечо, позволяя скрыть от окружающих отчаянное напряжение, овладевшее мужественным человеком. — Как долго будет проходить платеж? — спросил Юджин, ободряюще целуя Сэба в висок. — Две минуты, не более, сэр! — Две минуты — и все закончится, — шепнул Юджин, быстро, вслепую протянув карту к терминалу, и взмахнул ею над сканером. В первый момент он ничего не понял, лишь почувствовал, что что-то не так. И только потом сообразил, что не слышит привычного звука прошедшей транзакции. Раздосадованный задержкой, Юджин обернулся к терминалу и непонимающе взглянул на девушку. — Простите, сэр, — улыбнулась крангтонгка. — Вы, верно, не совсем удачно развернули карточку. Будьте любезны, попробуйте снова. Все еще не думая ни о чем плохом, он повторил попытку, но, когда и теперь терминал ответил на действия тишиной, сердце Элроя замерло. Что происходит? Не выпуская из объятий Сэба, он снова провел картой, но результат был тот же. Платеж не проходил. Невозможно! Это было каким-то безумием. Бредом. Минуту же назад все было в порядке! — Черт бы подрал все эти ваши терминалы! — выругался он, таращась на проклятый, не срабатывающий нанопластик. — Так не бывает! — Что-то случилось? — поднял голову Сэб. Внешне друг был спокоен, но в глазах его селевым потоком уже разливалась тревога и почти паника. Паника! У Сэба!!! Пол под ногами заходил ходуном. — Ничего страшного. Просто какой-то сбой, — ответил за Юджина старший менеджер и осторожно забрал из сильных пальцев Элроя кредитку. — Вы слишком взволнованы, сэр. Позвольте мне. Не торопясь, четко, как на показательном классе, крангтонгнец поднес к сканеру свой кистевой чип, услышал тихий характерный щелчок, удостоверяющий, что датчик работает, и лишь затем — карточку Элроя. Нет, карта терминалом не принималась. Мужчина нахмурился и вопросительно посмотрел на землян. — Терминал исправен, — сообщил он, возвращая кредитку. — Извините, но платеж не проходит, — вежливо озвучила и так очевидный для всех факт девушка. — У вас есть какая-нибудь другая карта? Юджин готов был заорать от бешенства. Да, у него были еще карты. Только вот средств на них кот наплакал. Потому что он — идиот, придурок, тварь безмозглая! — сбросил все деньги от трех кредитов на одну, именно эту, будь она неладна, карту! Видит бог, у него были причины так поступить, и он даже сейчас не сомневался, что поступил правильно, но… Финансовая группа «Зетта-трейд» действительно не числилась в списке идеально благонадежных, но откровенным претендентом на банкротство не считалась. Не могли же эти твари разориться именно сейчас! — Почему не проходит платеж? — пытаясь ничем не выдать нарастающее волнение, резко спросил Элрой. — Простите, но выяснять подобную информацию не в моей компетенции. — Крангтонгка, видимо, уже поняла, что клиент в пролете, и улыбка ее из очаровательно-вежливой плавно перетекла в вежливо-ледяную. — Ну же, Нора, тебе ведь ничего не стоит все выяснить? — неожиданно вмешался в разговор старший менеджер и игриво подмигнул. — Ты же видишь, тут особый случай! Что там с банком? Девушка покосилась на коллегу, на покупателя, замялась с кокетливым смущением, а затем стала быстро набирать запрос на проекции. Через какое-то время, показавшееся двум землянам бесконечностью, крангтонгка подняла глаза на стоящих перед ней мужчин и огорченно проговорила: — С банком все в порядке, но они заблокировали ваш счет. — Что? — не поверил своим ушам Элрой. — Почему?! — Этого я уже не смогу выяснить, — развела руками Нора, глядя не на землян, а на старшего менеджера. — Такого не может быть! — в шоке пробормотал Юджин, лихорадочно пытаясь вспомнить, в чем мог провиниться перед властями. — Я нигде не косячил! Совершенно точно! Мне не за что блокировать счет! Это стопроцентное недоразумение! Крангтонгцы многозначительно переглянулись. — Думаю, сэр, — вкрадчиво заговорил старший менеджер, — вам лучше вернуться сюда после того, как вы уладите все вопросы с банком. Мы будем рады видеть вас у нас снова. Позвольте? И он шагнул по направлению к Сэбу, намереваясь забрать цепочку у Элроя. — Погодите, — остановил его Ю, из последних сил пытаясь казаться хладнокровным. — Я сейчас все выясню! Пять минут — и я разблокирую карту! Крангтонгнец опустил руку, а Юджин, лихорадочно щелкнув по персональному компьютеру, вызвал связь со службой поддержки. — Какого черта происходит? — набросился он на высветившуюся проекцию бесцветной и бесстрастной, как замороженная биомасса, банковской барышни-оператора. — Это кредитный счет вашего же банка! Как его можно вообще заблокировать?! Не дослушав до конца гневные вопли клиента, проекция обиженно поджала тонкие губы, полистала что-то у себя на компе и с холодной любезностью молвила: — Никаких данных, указывающих на причину блокировки в нашей базе нет, сэр. Вероятно, какой-то системный сбой. Крайне редко, но такое случается. Не беспокойтесь. Наш банк корректирует подобные недоразумения очень быстро. Но в данном конкретном случае для разблокировки вам необходимо явиться в офис банка лично. Благодарю за понимание и приношу извинение за доставленные неудобства. — Биомасса омерзительно дежурно улыбнулась и отключила связь. Вне себя от бешенства и собственного бессилия Юджин обернулся к Сэбу и наткнулся на его растерянный взгляд, в котором, несмотря на понимание безысходности ситуации, все еще слабым пугливым огоньком продолжала дрожать надежда. Надежда на то, что вот сейчас все наладится и его освободят. Должно же наладиться? Правда? Потрясенный Юджин не знал, что ему сказать. — У вас ведь на планете есть официальное представительство этого банка? — в смятении обратился он к старшему менеджеру, и тот, в свою очередь, вновь призывно посмотрел на Нору. — Офис крангтонгского филиала «Зетта-трейд» находится в Седьмом деловом центре Южного сектора, — произнесла девушка через пару мгновений. Южный сектор! Будь оно все проклято! Это же другое полушарие! Но все же лучше, чем другая планета. — Три часа лета регулярным экспрессом, — быстро прикинул в уме менеджер. — Это недолго. — Часов за семь обернешься, — попытался взбодриться Сэб. Да, обернуться можно. Но экспресс стоит дорого. А вот хватит ли у него денег на дорогу? — Увы, сэр, поскольку покупка откладывается, мы вынуждены вернуть лот обратно на торги, — с сожалением прервал его размышления старший менеджер и вновь потянулся, чтобы забрать цепочку из рук лейтенанта. Юджина словно током прошибло. Он дернулся назад, прикрывая собой Сэба и судорожно стискивая цепочку в кулаке, готовый скорее умереть, чем отдать ее крангтонгцам. Менеджер понял его намерения и покачал головой. — Не стоит этого делать, сэр. — Он предупреждающе кивнул в сторону выросших словно из-под полового покрытия охранников. — Отдайте мне цепочку. Если придется задействовать охрану, у вас больше может не быть возможности выкупить своего друга. Это очень неразумно. — Он прав, Юджи, — послышался сзади голос Себастьяна. — Не связывайся с ними. Будет только хуже. Элрой резко обернулся к Сэбу. Он не представлял, как оставит Сэба тут еще на несколько часов. После того, как так долго, почти безнадежно искал! После того, как нашел! — Я быстро! Смотаюсь в банк, разблокирую счет и вернусь! — быстро заговорил он, убеждая сразу и друга, и самого себя. — Я очень-очень быстро! — Конечно! — Сэб попытался ободряюще улыбнуться Юджину, хотя губы его предательски дрогнули. — Не бойся, малыш, все будет хорошо! Я подожду, никуда отсюда не денусь! — Ракен, отправь товар обратно на место, — по-деловому отдал распоряжение менеджер кому-то из сотрудников. Словно во сне Юджин наблюдал, как цепочка перекочевала в руки невысокого щуплого крангтонгца, как тот намотал ее на кулак, как аккуратно, но уверенно потянул за собой Сэба. Сэб замешкал, ловя последние капли тепла тела любимого, и крангтонгнец дернул сильнее. Ошейник среагировал на неповиновение, и Сэб пошатнулся, зашипев от боли. — Ты что творишь, гад! — взревел Юджин, подхватывая друга, но тот остановил его жестом. — Я в порядке. Честно! — Вскинув на Элроя серые глаза, он улыбнулся и вдруг сказал неуверенно, неловко, словно стыдясь срывающихся с губ слов: — Ты только возвращайся быстрее! Юджин не выдержал, прильнул порывисто к губам Сэба, целуя страстно, отчаянно, отдавая себя, выворачивая душу. — Я люблю тебя… — Я люблю тебя, — эхом из самого сердца, а потом тихое, как последний вздох: — Я рад, что увидел тебя еще раз, Ю! Элрой оглох от этой фразы. Застыл, убитый ее смыслом. — Не смей не верить мне! — яростно прошептал он, сжимая плечи Себастьяна. — Я непременно вернусь за тобой, слышишь! — Я верю тебе, — Сэб улыбнулся спокойно и ясно, — и буду тебя ждать. Столько, сколько нужно. Он отступил назад, и грудь Юджина обжег ледяной холод. Неподалеку остановилась пара мужчин-морайцев. Они уже давно с интересом наблюдали за происходящим, а теперь провожали бывшего капитана Себастьяна Миллера откровенно оценивающими взглядами. Сердце Юджина упало в пятки! Что, если он разблокирует счет, а Сэба к тому времени уже купят! Почти за полгода не купили, а вот сейчас… Например, эти скоты-морайцы, которые, негромко переговариваясь, зашагали следом за Сэбом. — Сделайте что-нибудь! — бросился он к старшему менеджеру, указывая на наметившихся новых покупателей. Менеджер-крангтонгнец проследил отчаянный взгляд Юджина, подумал и негромко сообщил: — Вы можете отложить понравившийся товар. Но не больше, чем на три часа. — Этого очень мало, — скрипнул зубами Юджин. — Вполне достаточно, — неожиданно успокоил его крангтонгнец. — Через три часа у нас закончатся торги. В южном секторе сейчас глубокая ночь. Так что вы как раз успеете добраться к самому открытию банка. Если решите все вопросы за пару часов, то и в наш центр вы вернетесь тоже под утро. Завтра моя смена, я присмотрю за этим лотом до вашего приезда. — Я не понимаю, почему вы мне помогаете, но все равно спасибо… — протянул менеджеру руку Юджин. Никогда бы не поверил, что будет пожимать руку работорговцу. Но вот у жизни случаются странные выверты. Да и действия свои Юджин, пожалуй, оценивал сейчас не совсем адекватно. — Только помните, — серьезно добавил крангтонгнец, принимая рукопожатие, — к стоимости прибавляются затраты на содержание за каждый день. Так что завтра цена на товар увеличится. Надеюсь, у вас достаточно средств на счету? Эта новость не радовала. Совсем. Но все же минимальный запас финансов у него был. — Какой смысл постоянно повышать цену, если у вас и так покупателей не много, — буркнул Элрой, кивая на полупустой зал. — Разориться не боитесь? Странный крангтонгнец мрачно нахмурился: — Содержание невольников всегда окупается. И… Времени достаточно, но вам все равно следует поторопиться, если не хотите, чтобы интересующий вас лот забрал кто-то другой. Не думая больше ни о чем, Юджин бросился вон из невольничьего рынка. До ближайшей взлетной площадки он добрался очень быстро. Стоимость на экспресс кусалась, но все же была вполне подъемной. Пометался немного в ожидании транспорта, по дурацкой привычке посмотрел биржевые сводки, а когда загрузился в удобное кресло капсулы, приказал себе заснуть, ибо следующий день обещал быть суетливым и нервозным. Приказать было просто. А вот заснуть — нет. *** Как и говорил крангтонгский менеджер, он успел как раз к открытию головного офиса филиала этого треклятого банка. В операционном зале, выполненном, как и все на идиотской планете, в архаичном старинном стиле, царила какая-то суматоха, но Юджина приняли без задержки. Выслушав его, молодой служащий искренне удивился, успокоил нервничающего клиента, но, когда сунулся в систему, разочарованно вздохнул: — Простите, сэр, но вы, вероятно, неверно поняли оператора службы поддержки. Мы — всего лишь представительство «Зетта-Трейд». Для восстановления доступа к счету вам действительно необходимо явиться лично, но не в крангтонгский офис, а в головной офис на Земле. На Земле?! Голову Юждина сдавило, словно обручем. — Зачем? — только и смог спросить он, чувствуя, как пол уходит из-под ног. Служащий сдержанно пожал плечами: — Очень сожалею. Таковы правила. Это была катастрофа. Элрой честно пытался быть сдержанным, но тут его прорвало. В осознании происходящего было не до гордости и приличий. Он готов был разгромить эту контору вместе с ее тупоголовыми сотрудниками. Почему нельзя сделать как обычно?! Сейчас же не догалактический век! Существует же межпланетная связь, спецканалы! Почему непременно лично? Это же глупо! Но своим озверевшим видом Элрой лишь до смерти напугал служащих, и только. Он что-то доказывал, умолял, упрашивал, угрожал, но все его красноречие было впустую, и через полчаса Ю понял, что зря тратит время. А время было на вес золота, и терять его было нельзя. Даже минута могла стоить Сэбу свободы, а возможно, и жизни. Возвращаясь обратно, Юджин о сне уже даже не вспоминал. Мысли метались в голове с космическими скоростями, а тело буквально трясло от бессильной злости. Обращаться за помощью было не к кому. Всех, кто мог помочь финансами или лазейками в банке, были уже задействованы перед его отлетом на Крангтонг, когда он собирал необходимую для выкупа Сэба сумму. Да и стоимость срочной межгалактической связи стоила бешеных денег. Впрочем, Юджин отлично понимал, что ничья помощь не сможет сейчас оказаться полезной, и он был обречен на полет к родной планете. Пока экспресс нес его обратно, он попытался успокоиться и собраться с мыслями. Запросив всю необходимую информацию, он стал рассчитывать время, прикидывая, сколько его потребуется для перелета на Землю и обратно. Сообщение с Землей было хоть и не оживленным, но постоянным, и челноки на орбиту к крупным транспортникам отправлялись со всех площадок, в том числе и с третьего северного сектора, в котором он нашел Сэба. Это был большой плюс! Путешествие занимало двое суток. Долго! Безумно долго! Конечно, существовали военные крейсеры, личные яхты и левые, практически пиратские рейсы. Но они если и брали посторонних, то ломили такие цены, что Юджину с его капиталом соваться туда было бессмысленно. Значит, единственным выходом было воспользоваться легальным грузопассажирским транспортником. Даже при самом удачном раскладе он мог успеть не быстрее, чем за четыре с половиной дня. А вот если что-то пойдет не так и договориться с банком быстро и полюбовно не получится… Повлиять на ход событий за несколько миллионов световых лет от невольничьего рынка он не сможет. Значит, ему нужен помощник тут, на Крангтонге! И он уже знал, к кому обратиться. До отправки на орбиту оставалось менее пяти часов по планетарному времени. А Юджин мчался в тот самый невольничий торговый центр увидеть того самого старшего менеджера, который непонятно зачем помогал ему вчера. Расчет был, конечно, сомнительный, но этот крангтонгнец был единственным, кто мог реально ему помочь. Стоило старшему менеджеру взглянуть на взлохмаченного Юджина, как он тут же понял, чем закончилась его поездка в Южный сектор. — Ваш счет не разблокировали, — не столько спросил, сколько констатировал он. — Нам необходима ваша помощь! Пожалуйста! — Элрой шагнул ближе и схватил крангтонгца за плечо. — Я выкуплю его сразу же, как только вернусь! Но нужно сделать так, чтобы он меня дождался и не достался никому из перекупщиков или рабовладельцев. Лицо старшего менеджера вдруг приобрело удивленный вид, и он аккуратно высвободился из рук Ю. — Для нас все клиенты одинаково уважаемы, — чопорно проговорил он. — И я не вижу никаких оснований особо выделять кого бы то ни было. Коротко поклонившись, крангтонгнец невозмутимо отвернулся. Юджин замер, растерянно хлопая глазами. Сегодняшний менеджер не имел ничего общего с тем, вчерашним парнем, что, казалось бы, совершенно искренне сочувствовал ему и Сэбу. Или это была просто маска профессионального продавца? Крангтонгнец тем временем прошелся вдоль рядов и, махнув рукой уже знакомой Юджину Норе, бросил: — Я ненадолго, милая. Покурю, пока клиентов нет. Потерянно наблюдая, как старший менеджер исчезает за дверью, Юджин не сразу заметил, что Нора, изо всех сил пытаясь быть незамеченной, подает ему глазами знаки следовать за своим приятелем. Немного воспрянув духом, Элрой бросился к выходу, но тут дорогу ему внезапно перегородил немолодой крангтонгнец в шикарном бордовом костюме, всем своим видом источающий флюиды благополучия и самодовольной уверенности. Никаких нашивок на его дорогущем пиджаке не было, но Элрой и так понял, что перед ним не простой продавец. — Хотите у нас кого-то приобрести? — ослепительно сверкнул он стандартной улыбкой бизнесмена. Нора за спиной его сделала страшные глаза и отчаянно отрицательно затрясла головой. Юджин ее понял. — Эм-м… Нет. Я зашел по личному вопросу. Незнакомец внимательно пробежался цепкими глазами-сканерами по фигуре Элроя так, словно прикидывал одновременно и платежеспособность клиента, и цену, по которой его самого можно было бы в случае чего продать. Видимо, полученная сумма бизнесмена не впечатлила, и он молча проследовал дальше. Менеджера Элрой нашел недалеко от входа раскуривающим тонкую зеленую штуку, которую тут на Крангтонге дымили местные жители. Что-то наподобие синтетических сигарет. Юджин привыкнуть к ним не смог — дым был слишком пахучим и жег грудь изнутри. Иногда курить хотелось до умопомрачения, но Ю экономил скудный запас сигарет, купленный по случаю у хитрого торгаша, разламывая каждую напополам, словно устраивал себе маленькие праздники. Дешевые сигареты курить он так и не научился, а на хорошие денег не было. — На нашем рынке запрещено курить в торговом зале, — зачем-то объяснил крангтонгнец, затягиваясь. — Руководство беспокоится о здоровье товара. Достав свою сигарету, последнюю в последней пачке, Элрой повертел ее в пальцах и, так и не прикурив, стал молча ожидать, когда крангтонгнец скажет, ради чего вызвал его сюда. — Во-первых, прекратите так открыто выражать свое отчаяние и желание купить именно этого невольника, — наконец заговорил мужчина. — Если хозяин заметит, как дорог для вас именно этот лот, то непременно взвинтит на него цену до астрономической цифры. Он у нас тот еще… — менеджер запнулся, подыскивая подходящее определение своему работодателю, — …влиятельный человек. Я такое не раз наблюдал. Ваша ситуация не исключение. Бывает, что во время военных действий сюда приезжают родные, друзья, и, если вдруг находят, кого искали, хозяева торгов обирают их до копейки, устраивая аукционы с подставными участниками. Люди готовы снять с себя последнюю одежду, только бы спасти дорогого человека от участи раба. А у вас, как я понял, и так средств в обрез. К вашему счастью, вчера хозяина не было на торгах, и работники в нашу смену особо сволочными наклонностями не отличаются. — Это тот лощеный тип в бордовом костюме? Менеджер метнул на Ю внимательный взгляд. — Я надеюсь, вы ничего ему не сказали? — Нет, Нора предупредила. Крангтонгнец одобрительно кивнул. — После окончания конфликта невольничьи рынки переполнены, и некоторым удается затеряться в общей массе. Но вчерашнее прощание привлекло к вашему другу совершенно ненужное внимание. Уже несколько покупателей приходили прицениться к нему. Если бы товар не был отложен… Хозяин легко может посчитать его выгодным лотом и открыть специальный аукцион только на него. Так бывает: товар никому не нужен, а потом к нему проявил интерес один, другой — и он тут же потребовался всем остальным. Побледневший Элрой нервно помял сигарету, спрятал ее обратно в пачку и, чтобы спрятать дрожь пальцев, скинул потрепанный дорожный офицерский рюкзак с плеча и взял его в руки. — Теперь во-вторых, — продолжил крангтонгнец, прищурив оливковые глаза. — Как вы хотели, чтобы я вам помог? Озвучить придуманное было сложно, тем более что сама затея выглядела, вероятно, ужасной глупостью и грозила немалым риском. В конце концов, почему он решил, что может довериться этому продавцу живого товара? Но другого варианта у него не было. — Купите Сэба за меня! — на одном дыхании выпалил Ю. Глаза крангтонгца вылезли из орбит. — Что? Купить невольника? Мне? — Он посмотрел на Элроя, как на сумасшедшего. — Да! Я отдам деньги, как только вернусь! — уверенно заговорил Ю. — Я возьму еще один кредит и отдам вполовину больше уплаченного. Но так Себастьян не пропадет в неизвестности, и я смогу его спасти! Пожалуйста, сделайте так, как я прошу! Купите его! Старший менеджер сморгнул и, вдруг запрокинув голову, расхохотался. — Купить за тридцать шесть с половиной тысяч? Да у меня в жизни таких денег не было! — Но вы же работаете тут… — И что? Я не хозяин невольничьего рынка. — Менеджер перестал смеяться. — И у меня нет права оставить себе товар просто так, за хорошую работу. Это может только ОН. Так что тут я вам не помощник точно. Элрой прикрыл глаза рукой. — Тогда я не знаю, что делать. Надеяться только на удачу я не могу. Менеджер глубоко затянулся, мрачно глядя на Ю. — Друзей, которые могут выручить в этой ситуации, как я понимаю, у вас на Крангтонге нет? — и, увидев, как мотнул головой землянин, секунду раздумывал, а потом предложил: — Я могу отправить его на карантин. На двое суток. Все видели, как вчера товар близко контактировал с покупателем, поэтому вполне мог подцепить какую-нибудь инфекцию. Это был вариант, и Юджин не смог сдержать вздох облегчения. Он еще не знал, как ему предстоит рассчитываться с торговцем, но настроение его все равно прыгнуло вверх. — А на дольше? — Исключено! Нас с Норой не будет несколько дневных циклов, а мой сменщик сразу определит, что товар ничем не болен. Однако ближайшие дни торги в этом центре вряд ли будут оживленными, так что шанс дождаться вас у него есть. Когда вы планируете вернуться? — Через четверо суток. Ну, может быть, еще пару-тройку часов. — Вероятно, для такого дальнего перелета это хорошая скорость. И все же я бы на вашем месте не экономил на транспорте и совершил путешествие самым быстрым кораблем. — Он бросил беглый взгляд на вход в торговый зал и проговорил: — Возможно, я совершаю должностное преступление, но вы должны об этом знать. На днях мы ждем покупателей. Оптовых. — Он выразительно посмотрел в глаза Элрою и, увидев, что тот не понимает, очень тихо добавил: — Это перекупщики для глоу. Рюкзак выпал из рук Юджина, и он в ужасе уставился на продавца. Глоу были негуманоидной расой дальнего космоса. На их планетах ввиду экологических катаклизмов не хватало каких-то там элементов. Элрой никогда не мог запомнить точно каких, но главным было то, что для выживания глоу требовались аминокислоты и их соединения, которые они получали из человеческих организмов. Нет, не проводили забор необходимого материала, а просто превращали организмы в питательный коктейль, лиофилизировали его и продавали как бесценное лекарство. Раньше эти твари совершали набеги на отдаленные и мало защищенные планеты и станции, захватывая население городами, миллионами, а затем стали появляться и в центральных секторах. Глоу были ужасом из космоса. И межгалактическое Сообщество, чтобы хоть как-то обезопасить себя, умудрилось найти общий язык с этими нелюдями, а затем и заключить с глоу постыдный договор, по которому глоу обязались отказаться от налетов на цивилизованные планеты. Сообщество же, в свою очередь, «…для сохранения от вымирания уникальной цивилизации…» позволяло им выкупать определенное количество в год «необходимого гуманоидного материала». Как гласил документ, «…исключительно для научных исследований, с целью изучения человеческих аминокислотных соединений и определения их идентичности с синтезированными на планетах глоу искусственным путем…». Материал предоставлялся «исключительно по принятым в межгалактическом Сообществе единым правилам торговли, в случае его наличия и добровольного согласия продавца». На деле же за дипломатическими формулировками скрывалось отвратительное разрешение Сообщества выкупать для глоу на невольничьих рынках рабов для того, чтобы их сожрали. Конечно, благодаря этому договору была спасена не одна планета, но все равно от этого соглашения очень дурно пахло. Сами глоу редко прибывали на торги. Но в космосе всегда находилось достаточно мерзавцев, готовых поставлять нелюдям живой товар: выкупая разрешенный лимит, глоу платили колоссальные средства, не задумываясь о цене. Но даже при этом не все планеты и торговцы соглашались отдать на мясо собратьев по разуму. Хозяева невольничьих рынков на Крангтонге, выходило, были согласны, потому и не снижали цены, невзирая на отсутствие частных покупателей. Один прилет перекупщиков от глоу покрывал все их расходы. — Вы это имели в виду, когда говорили, что затраты на содержание товара всегда окупаются? — чужим голосом спросил Юджин, хотя и так уже знал ответ. — Когда они прилетят? — Не знаю. Возможно, завтра, а возможно, через неделю. И когда перекупщики глоу будут тут, вашего друга не спасет и карантин. Из легких Элроя вышибло воздух. Даже когда он остался совсем один на улице, даже когда их предали и отдали в плен шаворцам, даже мучаясь на Новой Лимаре, никогда еще ему не было так страшно. — Возвращайтесь как можно быстрее. — Крангтонгнец затушил «сигарету» и направился к входу. — Это все, что я могу вам посоветовать сейчас. Не замечая ничего вокруг, Ю подхватил рюкзак онемевшими руками и решительно зашагал рядом с менеджером. — Куда вы? — резко остановился тот, удерживая Элроя. — Он должен знать, что я возвращался сегодня! Что я не бросил его тут! — Бесполезно. Он даже не узнает вас. — Почему? — испуганно выдохнул Ю. — Прилет глоу и их перекупщиков всегда держится в секрете. Но слухи просочились. Товар начал беспокоиться. Поэтому ночью было принято решение в воздуховоды и питание добавить «Дероз-2» — мощный двухфазный транквилизатор с седативным эффектом. Он угнетает рефлексы, реакцию и восприятие. Это гуманно. Они даже не поймут, что умирают. — Но как же Сэб потом?.. — Не беспокойтесь, «Дероз» выводится из организма через двадцать восемь часов после последнего введения. А теперь — торопитесь! Если опоздаете на транспорт, вы будете жалеть об этом всю свою жизнь! — Нет! — упрямо отрезал Юджин. — Я должен его видеть. У меня еще есть время! Крангтонгнец досадливо поморщился, потом тряхнул сиреневой шевелюрой. — Хорошо. Но не вздумайте и вида показать, что вам известно о происходящем! Вы погубите всех. Ведите себя так, словно мы с вами старые приятели. В центре менеджер не повел его сразу к Сэбу, а пошел совсем к другим рядам. Крепко держа лейтенанта под локоть, он что-то говорил, куда-то указывал рукой, но Юджин его не слышал. Он только видел ряды людей, полусонных, заторможенных, обреченных на страшную гибель. Боевой офицер, он не раз видел смерть, но сейчас его стало мутить. Крангтонгнец засмеялся, потом аккуратно похлопал по щеке. — Возьмите себя в руки! — прошипел он сквозь зубы, не переставая улыбаться. — За нами наблюдают. В конце ряда стоял тот самый обладатель бордового костюма и не спускал с них внимательного взгляда. — Почему вы работаете здесь? Нужно сделать над собой усилие, умудриться улыбнуться как ни в чем не бывало. Ничего сложного, он сможет. Только вот губы свело. — Кто-то же должен тут работать, — услышал он негромкий ответ. — Уж лучше я, чем какая-нибудь сволочь, которая будет измываться над ними и стучать хозяину о появлении еще одного отчаявшегося отца или любовника. Они прошли еще пару рядов, прежде чем завернули в сторону Сэба. Его любимый стоял так же, как и вчера, на демонстрационной желтой полосе, слегка пошатываясь, глядя мутными, ничего не выражающими глазами в пол перед собой. Менеджер оторвался от Элроя, с искусно имитированным беспокойством шагнул к Сэбу и поднял его голову за подбородок так, что глаза двух парней встретились. Силы… Где же взять силы, чтобы не броситься сейчас вперед и не вырвать самого дорогого человека на свете из этого ада! От внезапно возникшей мысли кровь в висках запульсировала, едва не разрывая сосуды: две минуты!!! Всего две минуты!!! Если бы его карту заблокировали всего на две минуты позже, они с Сэбом уже летели бы домой! Купаясь в любви, растворяясь друг в друге. И он не знал бы ни о чем! Ни об этих несчастных людях, ни о глоу, ни о том, что абсолютно идеальная возможность спасти любимого человека может выскользнуть из его рук, как ртутный шарик!.. — Я люблю тебя! — почти не шевельнув губами, одним дыханием закричал Элрой. И на какой-то миг Юджину показалось, что в затуманенном взоре промелькнула осознанная мысль, узнавание, ресницы Сэба дрогнули, но в следующее мгновение крангтонгнец отпустил подбородок невольника и подтолкнул Элроя в спину. — Шагай дальше один, приятель, а у меня тут, кажется, проблема. Нора! Помоги моему знакомому выйти на воздух, у него, похоже, аллергия на дезсредства! Юджин не помнил, как оказался на улице и почему Нора вытирала ему щеки. В глазах все плыло и искривлялось, смазывая изображение, словно проекция космоса в иллюминаторе при выходе из гиперпространства. О чем она говорит? Аллергия? Ну да, у него аллергия! На изуверства, которые могут твориться в этом мире. На бездушие и несправедливость. А еще на собственную беспомощность и бессилие… В корабле он забрался в капсулу-койку и включил генератор сна на полную мощность — так, чтобы сознание вырубило до самой посадки. Лететь и думать о Сэбе целые сутки у него не хватило бы сил.