Познай кто ты есть

Сердце бешено колотилось. Я не знала, что ответить Стейну, ведь на его вопрос существовало два ответа. Моих страданий Ваас, разумеется, стоил, но страданий Джейка не стоил никто в этом мире. - Не трогай отца. Я всё сделаю, - прохрипела я, вставая с пола, но свыкнуться с мыслью о предательстве у меня не получалось. Мой разум не мог такого принять. Я никогда не предавала тех, кто был мне дорог, а Ваас был. Я воровала, убивала, грабила, но не была предателем. Мысль о предательстве вызывала полнейшее отторжение. Я не давала клятв Ваасу в преданности, он не был моим родственником и так далее, и вообще, мои чувства к нему было трудно объяснить с рациональной точки зрения, ведь Ваас держал нас с отцом в плену, издевался и всё в таком духе. Но он помог мне многое понять и стал дорог вопреки всем законом логики и разума. Я просто не могла говорить про Вааса ложь Хойту, которая, возможно, ему навредит, мне было противно даже думать об этом. Но позволить страдать Джейку я не могла. Это был ужасный выбор, кошмар на яву. - Я хочу быть уверен, что ты мне не лжёшь, Тереза. Что ты поняла, что я с тобой не шучу, - произнёс Стейн со свойственным ему холодным спокойствием и надменностью. - Как мне тебе доказать, что я всё поняла? У тебя мой отец, как я могу лгать?! - в отчаянье проорала я, чувствуя, что Стейн замыслил что-то ужасное. - Я думаю, ты не до конца понимаешь ситуацию, вижу это по твоим глазам. Ты не должна мне ничего доказывать, в данный момент ты должна это просто осознать, и я тебе в этом помогу. Взять их! - приказал Стейн. Его телохранители, больше напоминавшие цепных псов с грудой мышц, бросились на нас с Джейком быстрее, чем я успела что-то сообразить и хоть как-то защититься. Я почувствовала только, как падаю от удара, от которого перехватило дыхание, и как здоровенные руки одного из псов Стейна придавили меня к полу каюты так, что я не могла вообще шевелиться и даже толком вдохнуть. - Что бы ты не задумал, прошу не надо! - сдавленно прохрипела я, предчувствуя что-то ужасное. И боялась я не за себя, боковым зрением я видела, как Джейк боролся со вторым громилой, даже раненым отец не сдавался. Но силы были неравны, второй цепной пёс Стейна обездвижил Джейка. - Убейте меня, но оставьте в покое мою дочь, - шипел Джейк, его лицо было бледным от потери крови. Отец был почти без сил. Стейн подошёл к отцу, с силой сжал его правую ладонь, зажатую в кулак, преодолевая сопротивление Джейка, он схватил его указательный палец, а затем достал охотничий нож из-за пояса. - Умоляю, не надо! Лучше мне отрежь палец! Прошу, я это сделаю, я сделаю всё. Не надо калечить моего отца! Я дёрнулась из-за всех сил и, кажется, слышала, как хрустят все мои кости одновременно, но мне было всё равно. Я продолжала бороться, уже хрипя. - Хочешь это сделать? Сделай, ублюдок, давай! Но не мучай мою дочь! - слышала я голос Джейка. Только бы дотянуться до ножа, подаренного мне Ваасом, у меня почти получилось, ещё пара сантиметров... - Аааа! - раздался крик Джейка. Я в ужасе посмотрела в его сторону, забыв обо всём на свете. Я увидела кусок пальца Джейка, с торчащей из него костью, а лежал он рядом с окровавленной кистью отца. Джейк хрипло стонал от боли с искажённым лицом. В тот момент мне стало дурно. Всю юность я потрошила людей, как кроликов, и никогда не боялась крови, но сейчас я была на грани того, чтобы отключиться. Стейн подобрал кусочек пальца и поднёс к моему лицу. - Это наказание за вашу непокорность. Я же говорил, что это только начало? Если не подчинишься, будет хуже, это всего лишь небольшой кусочек его тела, продолжишь в том же духе, таких будет много, - сказал Стейн, проведя окровавленной частью пальца по моим губам. - Чувствуешь вкус крови своего отца? Это плата за твою глупость. София тоже поступила глупо, и это привело её к смерти. - Мне плевать на твои чувства к Софии, на то, что она тебя послала, на твою ненависть к Ваасу и прочее дерьмо! Какого хрена ты отыгрываешься на Джейке?! Он ни в чём не виноват! Хочешь вымещать на ком-то злость? Сделай это на мне. Зачем ты покалечил моего отца? Дай мне ему помочь! Прошу тебя! - проорала я. - Это ещё не настоящее увечье, настоящее будет, когда он лишится руки. Я это сделаю, если будешь мне указывать. Ты делаешь своему отцу только хуже. - Чего ты от меня хочешь? Я уже сказала тебе, что сделаю то, что ты мне прикажешь. Я оговорю Вааса перед Хойтом, только оставь Джейка в покое. Умоляю, - произнесла я в отчаянье. Я была на грани того, чтобы разрыдаться, как маленькая девочка, хотя не плакала уже... я не могла сосчитать сколько. Да это было и неважно. Теперь я действительно была готова на всё, чтобы мученья Джейка не продолжились. - Вот теперь я тебе верю. Видишь, как всё просто, - произнёс Стейн с холодной усмешкой. - Если не будешь пытаться делать глупости, я отвезу твоего отца к доктору Эрханду. Старый маразматик, конечно, не врач, а химик, но обрабатывать раны и давать обезболивающие вполне сможет. Пока я не найду настоящего доктора, а это не составит большого труда. Но учти, один из моих верных людей останется с ним, если будешь непослушной, всё плохо обернётся для Джейка, - продолжил Стейн, а затем дал знак громилам, которые держали отца и меня, отпустить нас. После Стейн достал из кармана платок и бросил Джейку. - Я не хотел причинять тебе вред, старик, это вина твоей дочери, - сказал он. - Можешь подобрать мой отрубленный палец и засунуть его себе в задницу и все остальные, когда отрубишь тоже, - ответил Джейк, тяжело дыша и с ненавистью глядя на Стейна. Несмотря на боль, отец не хотел отступать. - Вижу, упрямство у вас семейная черта, хоть вы и не родственники по крови. У меня идея получше, может, мне дать приказ моим людям позабавиться с тобой? Мои помощники давно никого не имели, уже целых пару дней, они, конечно, предпочли бы женщину, но и ты сойдёшь, они не слишком разборчивы в этом смысле, в отличие от меня, - сказал Стейн Джейку. - Я лучше сдохну, чем позволю поиметь себя как бабу. Им придётся трахнуть мой труп! - произнёс Джейк с отвращением. Я знала, что Джейк не вынесет такого унижения. - Ты спятил?! Тебе придётся убить и меня тоже, но я никогда этого не позволю. Мой отец - настоящий мужчина, и я не допущу такого, - произнесла я, готовясь к последнему сражению в своей жизни, мы с Джейком не умрём так просто, им придётся постараться, чтобы убить нас. - Я вижу вам не по душе этот вариант, мои ребята тоже от него не слишком в восторге. Ты староват для них, юные девушки и парни нравятся им больше. У меня есть другое предложение, гораздо более интересное: пока ты тут истекаешь кровью на полу, я проведу время в обществе твоей дочери. Я понимаю, почему Ваас её не убил, у неё упрямый характер, самоотверженность, смелость на грани глупости и, тем не менее, наличие ума. Она остра на язык, у неё есть внутренняя сила и внешность весьма привлекательная, думаю, ей понравится со мной. - Не трогай её, выродок! - произнёс Джейк, забыв о боли и о том, что ему самому грозило. - Не нужно пустых угроз, ты ничего не сможешь сделать. Всё, на что ты сейчас способен, это истекать кровью, и я не собираюсь насиловать твою дочь, она и так на всё пойдёт, чтобы спасти твою жизнь. Верно, Тереза? - Ублюдок! Я вырву твой член и запихаю тебе в глотку! - заорал Джейк. - Неужели? Опять твои пустые угрозы. Может, ты сомневаешься в моих словах, старик? - спросил Стейн, а затем перевёл взгляд на меня и приказал. - Раздевайся! Делай, что я тебе сказал или твой отец лишится ещё одной части тела, - продолжил он, не обращая внимания на проклятья и угрозы Джейка, которые позже перешли в мольбы оставить меня в покое. - Ты серьёзно? Если увидишь меня голой, боюсь, у тебя больше никогда не встанет. В кошмарах буду сниться каждую ночь. Если хочешь посмотреть на обнажённое женское тело, сними себе шлюху. А ещё лучше найди девушку, которая разденется для тебя без принуждения и денег. Разве ты не хочешь, чтобы кто-то был рядом с тобой не через силу, а потому что ты ему дорог? И ты найдёшь такого человека, если научишься давать людям выбор. Ваас мог заставить меня сделать, что угодно, как можешь и ты, но он дал мне выбор. Он не принуждал меня убивать, я сама убивала, он мог не отпускать меня. Но знаешь что? Я хотела вернуться на остров, когда он оказался в опасности. Он мог заставить меня переспать с ним, если бы хотел, но я сама поцеловала его. Это и есть истинная преданность, её не завоюешь принуждением. Послушай, я уже сказала, что скажу всё, что ты хочешь Хойту, если ты не убьёшь моего отца. Зачем тебе унижать нас с Джейком? Ты можешь заставить меня раздеться и даже переспать с тобой, шантажируя меня тем, что причинишь вред отцу, и я соглашусь на это, потому что мой отец для меня дороже всех в этом мире, дороже моей чести и гордости, но когда ты будешь меня трахать, я просто отрешусь от происходящего и буду вспоминать улыбку Вааса, его лицо. Если тебе достаточно лишь тела, забирай, мне плевать, но не трогай моего отца, - сказала я, после чего получила удар в лицо, из носа потекла кровь. Несмотря на боль, я чувствовала радость, ведь одержала победу, небольшую, но победу. Стейн был слишком горд, чтобы получить лишь тень, он думал, что таким образом сможет унизить меня и Джейка, а заодно поиметь бывшую пленницу Вааса, но так он унизил бы и себя. Моя преданность Ваасу раздражала Стейна, а то, что я буду думать о Ваасе во время секса с ним, было для него просто невыносимым. Именно это было мне и нужно, скорее всего, Стейн убьёт нас с Джейкой в итоге. Но хотя бы я избегу унижения, противного любому человеку. Для меня принуждение было страшнее насилия. Во время насилия ты можешь сопротивляться до конца, когда тебя принуждают, шантажируя смертью близких, человек сам делает то, что ему отвратительно, сам ломает себя. Моя мать была готова принести эту жертву, когда один из тех мажоров, что убили её, угрожал нам с братом смертью, а я была готова принести её сейчас, но была несказанно рада, что Стейн не захотел её принять. - Можешь думать про Вааса сколько влезет, пока. Я понимаю, прошло слишком мало времени. Так по твоим словам Ваас благородный, а я моральный урод? Так ты считаешь? Но ты ко мне привыкнешь, как привыкла к нему. В моей постели ты думать о нём точно не будешь, я отучу тебя от этой вредной привычки. Я меняю условия сделки, в наказания за вашу непокорность, если будешь послушной, возможно отпущу тебя и твоего папочку живым и невредимым. Ваас уже поиграл с тобой, а теперь мой черёд. Он получил Софию а я получу тебя, старые знакомые должны делиться. Сейчас мы отправимся на остров на моём катере, и советую вам обоим быть сговорчивыми. В следующий раз будет ещё хуже. Я проявил к вам доброту в этот раз, но больше такого не повторится. Ты понимаешь, о чём я говорю? - спросил Стейн, глядя мне в глаза. - Это ты называешь добротой? Я не считаю благородным Вааса, тебя или себя. Мы все уроды, но терпеть не могу насильников, в том числе и тех, кто принуждает шантажом, а не силой. Одному, который пытался изнасиловать девочку, которая была под моей защитой, я отрезала член и запихала в глотку настолько глубоко, что он задохнулся, хотя до этого хотела содрать с него кожу живьём. Наверно, я была добра к нему. Ты сам говорил, что я не глупа. И прекрасно понимаю, что ты сказал. Но ты обещал жизнь и свободу моему отцу и мне, если я предам Вааса, а твоя постель в условия договора не входила. -Ты не в том положении что бы что - то решать. Хочешь сказать, что в банде, в которой ты была, не было насильников? - Их там было полно, но они быстро поняли, что не стоит даже пытаться прикоснуться к тем, кто под моей защитой и, уж тем более, ко мне, насчёт остальных было выбором ребят. Я никогда не поощряла этого, но, если честно, мне было просто плевать на то, как поступают ребята со своими трофеями. Это законы улиц. - Значит, двойные стандарты тебе приятнее? Тех, кому не доставалось твоё покровительство, можно было насиловать? - Именно так. Я больше не отрицаю своего прошлого и не оправдываюсь. Но условия нашей сделки были другими. Клеветы на Вааса тебе мало? - Я меняю его условия так, как мне хочется. По законам острова ты мой трофей и будешь подчиняться, если хочешь, чтобы твой отец был невредим. Я готов был отпустить вас без дополнительных условий, но вы устроили бунт, а бунтовщиков наказывают. Ты отрицаешь мои права и законы, которым сама подчинялась? - Нет, не отрицаю, но есть и другой закон, право на месть, если воспользуешься своим, то оглядывайся чаще, как бы тебе не умереть с собственным членом в жопе. - Ты лжец, ты обещал, что не тронешь мою дочь, если она сделает то, что ты скажешь про Вааса. Этот долбанный пират меня сильно бесил, но даже от него меня тошнило меньше, чем от тебя! - заорал Джейк. - Ей решать. Если она скажет Хойту всё, что я приказал, я не убью тебя, как и обещал, и даже отправлю домой, но отрублю тебе ноги и выжгу глаза, в наказание за вашу непокорность. Это тебе будет памятью обо мне старик до конца твоих дней. - Прекрати! Не надо мучить моего отца, я заслужила всё это, а он нет. Я могу понять, зачем тебе, чтобы я предала Вааса и говорила про него ложь вашему боссу. Возможно, великого мнительного Хойта переклинит, и он сочтёт Вааса предателем и прикажет убить Вааса, и даже, возможно, отдаст тебе его остров, и тогда ты добьёшься своей цели, но зачем тебе спать со мной? Я не София и не смогу её заменить. Пустота не уйдёт. Но что важнее, мой отец может умереть от этих ран, в таком климате развиться заражению как не фиг делать, прошу, отвези его к врачу. Я буду подчиняться, клянусь. Но не нужно делать того, что ты задумал, тебе не станет легче от этого. Просто отпусти моего отца, когда всё кончится, мне плевать, что будет со мной. Пока жив мой отец, я буду подчиняться тебе, если ты больше не причинишь ему боли. - Нет! Тереза, нет! Только не снова! - закричал Джейк - Если ты не будешь меня огорчать, твоему отцу больше не причинят вреда, - ответил Стейн. - Отнесите старика на нашу посудину, девушку я сам отведу, - добавил он, связывая мне руки, а затем продолжил, обращаясь к своим подручным. - Эта яхта громоздкая и слишком заметная. Лучше поедем на нашей лодочке. Двое громил подхватили Джейка за ноги и за руки и потащили, словно мешок с мукой. Стейн шёл позади меня, следя за тем, чтобы я не попыталась предпринять что-нибудь, он, разумеется, мне не доверял. Я шла медленно, глядя в пол, все чувства смешались: страх, боль, отчаянье медленно, но верно уступали место жажде мести, ненависти и решительности, а затем и холодному спокойствию. Пусть Стейн думает, что сломал меня, но это не так, я найду, выход я должна его найти. «Никто меня не сломит, никто», - повторяла я себе снова и снова, но знала, что это не так, знала, что не смогу вынести страдания и смерть Джейка, знала, что меня надолго не хватит. Катер разрезал водную гладь, а я украдкой смотрела на отдалённый берег, но толком не могла ничего рассмотреть, кроме тел убитых и раненых, которые казались крошечными на таком расстоянии. "Только бы Ваас и Рик были живы", - мысленно умоляла я, а мы удалялись всё дальше. - "Куда же везут нас Стейн и его подручные? Где находится этот доктор Эрханд? Что он за человек? И существует ли он вообще? Может, Стейн вообще солгал, и он везёт нас вовсе не к этому Эрханду, а в какие-нибудь тёмные пещеры, где продолжит издеваться. У меня есть нож, на катере их проще убить, пространство узкое на яхте, мне было не убить троих ножом. Слишком далеко они были, далеко друг от друга. Допустим, удастся развязать руки и зарезать одного, а затем убить второго, метнув в него нож или пристрелив из оружия убитого, но третьего убить вряд ли получилось бы… он успел бы убить меня и Джейка. Пусть псы Стейна и глупы, но реакция у них отменная, да и у самого Стена думаю не хуже. Но сейчас, когда они все так близко, это было бы намного проще, если бы не связанные руки. Мои ноги оставались свободными, но это не имело смысла, даже если каким-то чудом сброшу с катера всех троих, неуправляемая посудина понесётся чёрт знает куда, и мы с Джейком всё равно погибнем. А даже, если случится ещё одно чудо, и мы уцелеем, Джейк ранен и без помощи погибнет. У меня оставалась лишь одна надежда, сбежать, это можно было сделать только тогда, когда мы приедем в дом доктора Эрханда. Это было последним шансом на побег, если его не использовать, нас с Джеком снова разделят, и живым я его больше не увижу. Стейн не станет держать слово, он не такой, как Ваас, хитрость и отсутствие принципов его конёк. Но лишь, когда доктор-химик обработает раны Джейка, побег имеет смысл. Хоть он и не врач, но лучше чем совсем ничего. До этого мои планы безнадёжная затея. Возможно, доктор окажется не таким уж плохим человеком, и, может, он и не хочет, чтобы в его доме мой отец был, как пленник. Но я не слишком рассчитывала на это, надеяться стоило только на себя. Каким бы ни был этот доктор, невольником обстоятельств или маньяком в белом халате, я не должна была возлагать надежды ни на кого кроме себя. Дальнейшее время я провела в раздумьях над тем, как лучше устроить побег. - Вот и жилище старого пердуна, - засмеялся один из подручных Стейна, когда на высоком берегу показался довольно просторный, но, видимо, давно не знавший ремонта дом белого цвета. - У старика не все дома, но сердце доброе, в помощи не откажет. Особенно, если мы попросим, - улыбнулся второй. - Ваша задача не в том, чтобы болтать, а в том, чтобы выполнять мои приказы. Сама скоро с ним познакомишься, - сурово отрезал Стейн разговоры своих псов, как я их прозвала. Судя по их словам, было ясно, что либо у доктора не будет выбора, либо они хорошо заплатят. Слова про доброе сердце могли бы утешить, но, возможно, они были лишь сарказмом или насмешкой. Я могла лишь надеяться, что этот доктор и правда хороший человек, но даже если это так, от этого было не легче. Стейн будет решать судьбу моего отца и мою собственную, а его добрым точно не назовёшь, выход для нас с Джейком был лишь один - бежать. Будь этот доктор хоть трижды хорошим человеком, он не сможет нам помочь или это приведёт его к смерти. Причалив к берегу, громилы взяли Джейка на руки и понесли к дому, а Стейн шёл рядом со мной и рассказывал мне историю доктора Эрханда. Не знаю зачем, она оказалась печальной. Если она правдива, доктор лишь несчастный человек, потерявший дочь и бегущий от прошлого, скорее всего, до сих пор страдающий. Вряд ли он станет помогать нам с Джейком, горе и боль часто ломает людей, каждого по-своему. Это я знала по собственному опыту. Да и незачем ему рисковать жизнью ради незнакомцев. "Рассчитывай только на себя", - ещё раз повторила я себе.