И целого мира мало

Закат в Альпах был прекрасен. Эмили жила в Баварии около месяца, снимала домик в небольшой деревне и теперь, когда все ее дела здесь были наконец-то завершены, могла насладиться чудесным вечером. Она сидела на балконе, завернутая в кокон из пледа, и пила какао, наслаждаясь видом, время от времени отвлекаясь, чтобы записать в блокнот какую-то мысль. Она никогда не садилась писать статьи без нужного настроя, не потратив время на предварительные заметки. Имя Эмили Бертран было достаточно известно в издательском бизнесе, и она не могла позволить себе использовать неправильное слово. Даже если журналистика не была ее основным родом деятельности. Она вздрогнула от неожиданности, когда телефон ожил. На экране высветился знакомый телефонный номер, и девушка улыбнулась. Этот звонок означал, что ее ждет новая работа и новое приключение. — Здравствуй, Дэнни, — промурлыкала в трубку девушка. Она была рада услышать голос друга — а Дэниэл Риверс был в первую очередь ее другом. Порой Эмили ловила себя на мысли, что вполне могла бы влюбиться в него, если бы не твердая установка не заводить романов на работе. — Привет, Эмс. Как тебе нравится в Германии? — Здесь прохладно, но виды просто прекрасные. Я так рада слышать тебя после недель затишья. Есть новости? — Завтра утром езжай в Берлин, — без лишних предисловий начал инструктаж мужчина на другом конце провода, — зайди на главпочтамт, спроси пакет до востребования на свое имя. Там ключ от твоей новой квартиры и билет на вечерний рейс. Ты летишь в Лондон. — И это все? — недоуменно переспросила девушка. Она ожидала услышать больше, хотя и понимала, что Дэниэл — просто связной и вряд ли посвящен во все подробности. — Это все. Ты очень нужна в Англии. Это не телефонный разговор, я все объясню при встрече. Ждем тебя в Лондоне, детка, — и он положил трубку. Какое-то время Эмили бесцельно крутила телефон в руках. Должно было случиться что-то экстраординарное, чтобы ее вызвали в Лондон. Она была агентом МИ-6, специализирующимся на странах Западной Европы, а внутренними вопросами занимались люди из МИ-5. Похоже, в Лондоне намечается что-то из ряда вон выходящее. Она любила сложности. Все вещи Эмили умещались в небольшую дорожную сумку, и ей понадобилось совсем немного времени, чтобы собраться. Последнее время ей часто приходилось путешествовать, и она не могла себе позволить такую роскошь, как лишний багаж: только самое необходимое. Тем же вечером девушка попрощалась со своими хозяевами, милыми и гостеприимными людьми, дававшими ей кров на протяжении нескольких недель. Ей действительно нравилось здесь, в небольшой баварской деревне, затерянной в горах. Сейчас, в феврале, горнолыжный сезон был в самом разгаре, и поток туристов не прекращался. Но все равно нельзя сравнить покой и размеренность жизни в деревне с мегаполисом. Эмили нуждалась в шуме, суете и огнях большого города, хотя и признавала, что будет скучать по этим спокойным добрым людям и свежему альпийскому воздуху. Но остаться она не могла. В отличие от приезжающих в Баварию туристов, ее привела сюда работа, и теперь она же звала девушку дальше. На рассвете следующего же дня Эмили села на автобус до Мюнхена, а потом, как ей и сказали, отправилась поездом в Берлин. За окном сливались в цветные пятна леса, холмы и горы, картинка яркая, но совершенно не занятная. Девушка пыталась скоротать время за книгой, но отказалась от этой затеи, поймав себя на том, что полчаса перечитывает одну и ту же страницу. Ее мысли были далеко. Она считала себя достаточно хладнокровной личностью, но сейчас была взволнована. Что же творится в Лондоне? Этот вопрос не давал ей покоя всю дорогу. Полученный на почте пакет, в котором, как и обещано, она нашла ключи, записку с новым адресом и билет, не пролил света на это загадку. Девушке часто приходилось путешествовать, и за несколько лет она успела побывать едва ли не во всех уголках Европы, но она никогда не возвращалась в Англию. Эмили смело называла себя француженкой. Она носила фамилию аристократов Прованса, говорила и писала свои статьи на языке Рембо и Бодлера, окончила Сорбонну, работала на парижские печатные издания и, возвращаясь из своих путешествий, ежедневно гуляла по набережной Сены. И все же она считала своей родиной Англию, страну, в которой прожила большую часть жизни. Страну, которую она покинула десять лет назад, и куда на самом деле не планировала возвращаться. В Лондон Эмили прилетела поздно вечером. Девушка вышла из терминала аэропорта Хитроу и сделала глубокий вдох, наполнив легкие воздухом родной Англии. Вечный туман и выхлопные газы. Она не была слишком сентиментальной, ни в коем случае. Но десять лет — большой срок даже для такой практичной личности как она. Ее не встречали. Эмили несколько раз обвела глазами зал, но не нашла ни одного знакомого лица: ни Дэнни, ни кого-либо еще. Впрочем, это не удивило ее. Все они — занятые люди, подчиняющие строгим правилам и ставящие работу на первое место. Если никто ее не встречает — значит, так надо. Ведь Дэниэл не обещал рассказать ей все сразу же по прилету, он обязательно встретится с ней позже. Девушка плотнее запахнулась в практичное темное пальто и уверенной походкой она направилась к ближайшему кебу, вереница которых выстроилась в ожидании пассажиров. — Кенсингтон, Квин-Гейт, — назвала она адрес водителю, легко опускаясь на заднее сидение. Таксист кивнул, отмечая про себя простой, но изящный наряд и отсутствие багажа. Дипломатическая миссия, решил он. Такая молодая — наверное, атташе или просто секретарь в консульстве; им часто приходится летать налегке. — Давно не были в Лондоне, мисс? — поинтересовался мужчина скорее из вежливости, чем действительно интересуясь. Девушка оторвала взгляд от мелькающих за окном огней: жилых домов, магазинов, ресторанов, и улыбнулась уголками губ. — Кажется, целую вечность. — Откуда летите? Ответа не последовало; пассажирка снова отвернула голову окно, погрузившись в свои мысли. — Извините мое любопытство, мисс. Секрет так секрет. Она усмехнулась. — Из Берлина, — последовал ответ. А до того был целый год путешествий по Германии: Кельн, Дрезден, Франкфурт, Эссен, Гамбург и Ганновер, снова Кельн и наконец-то Берлин. Современные мегаполисы и крошечные красочные деревушки в Альпах. Люфтганза и автостоп. Слияние диалектов. Четкие линии художников Возрождения и естественная красота ландшафтов. Жаль, что не осталось ни одной фотографии, лишь воспоминания. — Надолго к нам? — Как получится, — еще одна загадочная улыбка. Ее жизнь была непредсказуемой, и Эмили даже не догадывалась, какие у судьбы на самом деле планы. Она вышла из кэба, поблагодарив водителя. Месторасположение ее нового дома радовало. Сама мысль о том, чтобы пожить в Кенсингтоне, на какое-то время остепениться и испробовать жизнь благопристойной англичанки казалась ей своего рода приключением. Все было сюрпризом, ведь квартиру она выбирала не сама, обставляли ее тоже другие люди, подготовив к приезду девушки все необходимое. Когда-то давно Эмили мечтала о собственном доме в большом городе, в который бы вложила всю душу — естественное желание человека, который меняет адреса, города и страны, словно перчатки. Правда, ей всегда казалось, что этим городом будет Париж. Впрочем, эта квартира вполне отвечала ее взыскательному вкусу. Три просторные и полные света и воздуха комнаты, светлые обои и приятная на ощупь обивка мебели, свежие контрастные детали вроде торшера и подушек на диване, дерево вместо пластика и, главное — роскошный вид из окна на сияющий город. На душе девушки стало теплее. Наконец-то сняв туфли и опустившись на мягкий диван, Эмили поняла, насколько сильно устала. У агентов Разведывательной службы нет отпусков, только короткие перерывы между сражениями, и завтра ее ждали новые цели и новые сложности.

Оксфорд, май 2000 года

Лекси, официантка маленького кафе, выскочила с черного выхода, полная праведного гнева, едва не сбив с ног свою товарку. Та без лишних вопросов достала из кармана фартука пачку сигарет и протянула подруге. Щелкнула зажигалка. — Он считает себя единственным человеком, знающим толк в кофе, — возмущалась девушка, выпуская в воздух струйку дыма, — я работаю в этой забегаловке уже пять лет, я знаю, как подавать кофе! Никто не жаловался! Тоже мне, королева нашлась! Вот скажи, Мэг, за что мне это? Маргарет флегматично пожала плечами. В отличие от подруги, она ни разу за все время работы не сорвалась, хотя клиенты в кафе попадались разные. Ее сдержанность всегда удивляла и восхищала ту, в чьих жилах текла горячая шотландская кровь. — В следующий раз скажу ему, чтобы убирался в свой Лондон и там рассказывал всем, какой должен быть кофе! — продолжала она, не замечая, что спокойствие напарницы сегодня было скорее задумчивостью. Дешевая сигаретка в пальцах Мэгги догорела почти до фильтра, прежде чем девушка обратила на нее внимание и потушила, так и не покурив. — А у тебя что случилось-то? Шеф ругался? — обеспокоенно спросила Лекси. Проработав в кафе пять лет, она по праву считала себя покровительницей новенькой и принимала близко к сердцу как ее успехи, так и неудачи. — Рассталась с Гарри, — все так же безразлично ответила та. Сигарет в пачке оставалось штуки три, как раз должно хватить на бессонную ночь. Гарри, теперь уже ее бывший, часто делал ей замечания, говорил, что Мэгги слишком много курит. И девушка серьезно была настроена однажды бросить. Но какая теперь разница? — Лекси, мне негде жить. Снова. Маргарет не стала этого добавлять, но в мыслях она упрямо возвращалась на вокзал Ливерпуля, своего родного города, откуда сбежала, едва ей исполнилось восемнадцать. Даже в столь юном возрасте она отличалась практичностью. Куда отправится, где жить и на что? Гарри был просто подарком судьбы. На то, чтобы очаровать его, девушке понадобилось совсем немного времени. Он, конечно, не был принцем, всего лишь лаборантом в больнице, не подающим никаких надежд, но Маргарет вовсе не собиралась прожить с ним всю жизнь. Только бы встать на ноги, скопить немного денег, чтобы самой снимать хотя бы комнату. Не успела. — Ну… — задумчиво протянула Лекси, — я, конечно, могу приютить тебя, но только на неделю-другую. Сама понимаешь. Моя хозяйка мне голову снесет. Неделя. Не много, но этого должно хватить. Простая до невозможности схема — найти подходящего парня, понравиться ему и переехать. Она благодарно кивнула подруге. По причине замкнутости, она редко выражала свои чувства, но действительно считала знакомство с Лекси самой большой удачей, случившейся в Оксфорде. — Но из-за чего вы разошлись? Мне вы казались такой идеальной парой! — к сожалению, при всей своей добросердечности, шотландка была совершенно слепой ко всему, что происходили между людьми. Гарри и Мэгги никогда не были не то что идеальной — даже хорошей парой. Такие стремительные знакомства редко приносят удачу, особенно, если один из партнеров смотрит на другого лишь как на средство. Гарри был ленивым, слабовольным, что не мешало ему строить грандиозные планы. Он обожал рассказывать о том, как станет всемирно известным микробиологом и получит Нобелевскую премию. На этих разговорах дело и заканчивалось. Деятельной, находчивой и целеустремленной Мэгги стоило больших усилий выдерживать парня. Но еще она ненавидела от кого-либо зависеть. Гарри считал, что для его карьеры нобелевского лауреата необходимо вращаться в более высоких кругах. И, в конце концов, счел, что официантка из дешевой забегаловки не лучшая пара для него. — Какой козел! — вновь воспылала Лекси, — выставил тебя на улицу, потому что, видите ли, ты его недостойна! Знаешь, что нужно сделать? Отомстить ему! Ты должна пойти в паб, закрутить роман у него под носом и пусть он жалеет, что упустил такую девушку как ты. Лекси было двадцать четыре, но ее восемнадцатилетняя подруга ощущала себя куда более взрослой в такие минуты. Что за глупость — доказывать что-либо бывшему парню? Она полагала, что нужно забыть Гарри, как она забывала все прошедшее и жить дальше. Да, она действительно переживала, но о своем будущем, не о разбитом сердце. В конце концов, это не конец света. Пусть теперь над ее головой вновь висела опасность остаться без крова над головой, Мэгги не впервые было выпутываться и из куда больших проблем. — Ты же знаешь, я не могу. Я иду в библиотеку вечером, — решительно отказалась она, на что Лекси лишь выразительно закатила глаза и, махнув рукой, отправилась работать дальше. Маргарет задержалась на заднем дворе, вытащила из кармана помятую пачку сигарет, еще раз пересчитала оставшиеся. Получая 6 фунтов в час, она не могла позволить себе лишнюю роскошь. Особенно теперь, когда придется искать либо нового недалекого парня с квартирой, либо свой маленький угол. Хорошо бы взять какую-то подработку, но пока не подворачивалось ничего подходящего. И приходилось цепляться за эти несчастные шесть фунтов, подносить кофе и булочки постоянно ворчащим клиентам и, сдерживая неудовольствие, улыбаться им ради чаевых. Это временно. Вечером девушка перевезла свои вещи к Лекси. Все уместилось в один рюкзак. Одно общее качество у Мэгги и Гарри все же было. Оба стремились к большему, желали достичь невозможного. Но если парень лишь собирался стать великим, рассказывал о своем великолепном будущем и грезил, то его подруга шла к своей цели уже сейчас, пусть и маленькими шагами. Она подкрасила губы вишневой помадой — плохого качества, через несколько часов скатается, но лучшего пока у нее не было. Самое прекрасное, что было в маленькой квартирке Лекси — это зеркало в полный рост. Мэгги задержалась у него, пристально глядя в свое отражение. Девушка в зеркале не отличалась так уж разительно от той, которая несколько месяцев назад стояла в задумчивости на вокзале Манчестера, раздумывая, куда бы отправится. Голубые глаза, темно-русые волосы, затянутые в небрежный хвост. Кеды, зашитые в трех местах, маленький рюкзак, с тех пор так и не наполнившийся, потрепанная куртка. Как сейчас, так и тогда она могла рассчитывать лишь на себя — холодный ум, находчивость и обаятельную улыбку. Там, на почти пустом перроне, все и началось. Молодой парень стоял, опираясь на стену, и с потерянным видом смотрел прямо перед собой. Мэгги подошла к нему, спросила, который час и улыбнулась как можно приятнее и беззаботнее. Новый знакомый ехал в Оксфорд — и девушка решила, что это прекрасное направление. За три часа она узнала о Гарри все: его любимые фильмы и блюда, его увлечения, мечты, планы на будущее, кем он работает и где живет, и что у него нет девушки. Мэгги по праву считала себя талантливой на этом поприще. Ей не стоило никаких усилий завязать разговор и поддерживать беседу, не касаясь опасных тем. Разговорить, увлечь, понравиться — эту науку она познавала с наибольшим интересом и оттачивала технику годами. Она не была из тех женщин, вслед за которыми мужчины поворачивают головы: яркой, оригинальной и соблазнительной, но не была и серой мышью. Самообман был ей не свойствен, как и излишняя скромность. Себя она считала достаточно симпатичной и очень умной, а это прекрасное сочетание. Если Гарри был лишь средством, чтобы убраться подальше из Манчестера, то Оксфорд стал первой ступенью к светлому будущему. У Маргарет не было возможности стать его студенткой, она ушла из школы в 16, да и деньги на один год обучения пришлось бы собирать вечность, но ее интересовал не диплом. Все вечера она просиживала в Бодлианской библиотеке, изучая книги одну за другой по тому или иному курсу. Литература, всемирная история, искусство, языки — все это было прекрасно и захватывало Маргарет с каждой новой страницей. В той, прежней жизни, о которой девушка не любила вспоминать, она хорошо училась в школе, но все это не шло ни в какое сравнение с теми знаниями, которые ей мог предоставить Оксфорд. Она отпрашивалась с работы и шла на открытые лекции, впитывая, как губка те крохи информации, которые могла добыть. И все равно этого было мало. — Можно с вами познакомиться? — услышала она приятный мужской голос и подняла голову, чтобы встретиться взглядом с молодым и привлекательным брюнетом, который незамедлительно сел за стол напротив нее. Студент — немедленно решила для себя Мэгги, со студентами она встречаться не планировала, у них своя жизнь в университетском городке, в которой для нее нет места. — Неразумно отвлекать девушку, которая читает о Реформации, — неловко пошутила девушка. Она ходила в библиотеку за знаниями, не знакомствами, но улыбка парня была очаровательной. — Самое время. Потом вы будете читать о Марии Кровавой, и будет поздно, — рассмеялся юноша, — Энтони. — Маргарет, — она пожала протянутую руку. Его ладонь была мягкой и очень теплой. Энтони учился на юриста, собирался специализироваться на семейных делах, уже несколько раз присутствовал на суде. «Сплошные скучные склоки», как он выразился. Он рассказывал об учебе, приглашении на работу в одну из престижных лондонских фирм. О семье, детстве, привычках и интересах, о друзьях. Мэгги уместно смеялась и широко улыбалась, демонстрируя ямочки на щеках, удивленно округляла глаза, соглашалась и задавалась наводящие вопросы. На встречные вопросы Энтони она отвечала легко и непринужденно, но разговор все равно возвращался к парню. Она рассказала, что собирается с осени изучать филологию в Оксфорде — где же еще — и пока не начался семестр, решила немного подработать в городе. Соврала, но Энтони ни на секунду не усомнился в ее словах. Спустя час он предложил перебраться в паб и девушка согласилась. Мэгги не была в числе тех людей, которые совершают что-либо, а потом лишь думают, зачем. Тем более она не была склонна поддаваться порывам, особенно связанным с противоположным полом. Энтони ей не подходил, совершенно точно. Такие мальчики встречаются с девочкой чин по чину, дарят розы, водят на прогулку в парк, в театр, а через полгода торжественно знакомят с родителями. Маргарет не имела ничего против такого сценария — в теории, на практике же у нее пока не было ни единого шанса попасть в этот идеальный мир. Как и времени на долгие ухаживания — Лекси могла предложить ей только две недели. Энтони обратил внимание на нее из-за симпатичной внешности, за ней для него нет ничего интересного для него, так что это история лишь на одно свидание. Но лучше провести вечер в пабе с Энтони и отвлечься, чем всю ночь пускать сигаретный дым, разбирая сложный паззл проблем. Мэгги не приходилось прежде бывать в Lamb & Flag, но он покорил ее с первого взгляда, выгодно отличаясь от кафе, в котором она работала и прочих заведениях, в которых ей доводилось бывать. В родном Ливерпуле и после в Манчестере девушка не заглядывала в пабы, разве что в какой-то не слишком законопослушный бар, а здесь у нее не было ни времени, ни особенного желания окунаться в общество незнакомых людей. Это был студенческий паб, но не современный — в нем куда уместнее смотрелись бы учащиеся Оксфорда 60х годов или около того. Отделанные деревом стены, украшенные символикой колледжей, деревянная мебель с мягкой обивкой: здесь все кричало о том стиле жизни, к которому Маргарет не имела отношения, но к которому отчаянно стремилась. В пабе пара встретила университетских знакомых Энтони, ничего неожиданного — казалось, половина Оксфорда собралась здесь в этот пятничный вечер. Сокурсники — будущие юристы — в бежевых и темно-зеленых свитерах отсалютовали приятелю бокалами с элем и пивом, их подружки окинули вошедшую девушку оценивающими взглядами. Мэгги возблагодарила судьбу за тусклое освещение желтых ламп; ей не хотелось остаться в памяти этих незнакомок «той, в синтетичной блузе и с плохой помадой». Еще она не могла не заметить, какой взгляд бросил ее спутник на красотку, сидящую в углу в шумной девичьей компании. Ей вспомнился утренний разговор с Меган и ее предложение отомстить Гарри, отправившись в паб с другим. Смешно — она все-таки попала в эту ситуацию, только в другой роли. Вот и разгадка. Она не возражала. Не бросится же бывшая выцарапывать ей глаза (а даже если бросится — Мэгги уж точно сможет дать ей отпор). Все равно они с Энтони вряд ли встретятся еще раз. Девушка даже не представляла, насколько была права. Энтони заказал им напитки, обернулся к спутнице с задорной улыбкой, собираясь рассказать какую-то шутку или историю, но не успел. Через миг его прошила пуля, и он упал замертво. Потрясенная Мэгги не могла сдвинуться с места. Перед глазами возникла другая картина, вместо уютного паба — темный переулок, кишащий крысами, далекие отзвуки сигналящих машин, вонь мусорных баков. И крови было больше. Из оцепенения ее вывел пронзительный визг. Кто-то звонил в полицию, кто-то — в скорую. Несколько девушек впали в истерику, рядом со стеной кого-то вырвало. Маргарет по-прежнему сидела с неестественно прямой спиной на табуретке у барной стойки, не в силах отвести взгляд от тела, лежащего у ее ног. Алое пятно расплылось по рубашке Энтони; его глаза были распахнуты, словно от удивления. Мэгги не знала, кого следует звать в таких случаях, но понимала, что медики ему не помогут. Парень был совершенно точно мертв. Полицейские прибыли быстро, вывели всех из помещения паба. Одни начали осмотр места, пока их напарники взялись опрашивать очевидцев. Маргарет лихорадочно соображала. Последнее, что ей сейчас нужно — это связываться с полицией. Допросы, выяснения обстоятельств, следствие. Слишком рискованно. Нужно уйти, как можно быстрее и незаметнее. Пусть ищут убийцу и не трогают ее. Она уже начала отступать, когда девушка, беседовавшая с инспектором, явственно указала на нее. Мэгги показалось, что до нее долетели слова «Вот она». Инспектор кивнул и направился в ее сторону. План побега полностью провалился. Все, что теперь оставалось Мэгги — выйти из этой истории с наименьшими потерями. Она поспешно изобразила на лице растерянность и испуг. — Инспектор полиции Том Говардс. Я должен поставить вам несколько вопросов, мисс… — Маргарет Джонс, — назвалась она, без энтузиазма наблюдая, как инспектор вносит ее имя в протокол. — Мисс Джонс, вы пришли в паб вместе с убитым? — Да… Подождите, убитым? — потрясенно переспросила девушка, поднимая на мужчину испуганные глаза. Ей с первой минуты был понятен исход выстрела, ей уже приходилось видеть такое. Но такая реакция только вызовет у инспектора лишние вопросы, а они Мэгги были не нужны. — Неужели ничего нельзя сделать? — Нет, пуля прошла навылет, через сердце. Он умер мгновенно. Мне очень жаль, — поспешно добавил инспектор Говардс. — Скажите, вы давно были знакомы? — Пару часов. Познакомились в библиотеке, он предложил пойти в паб… Какой кошмар! — Он не выглядел подавленным? Испуганным? Может он говорил что-то о своих врагах? Мэгги решительно покачала головой. И правда, когда бы он успел? Кто же делится с девушкой, планируя провести с ней вечер, такими подробностями. Инспектор пожал плечами, внося и это в протокол. Он изначально ни на что не надеялся, разговор с девушкой был лишь формальностью. Он снова посмотрел на нее. Бедняжка. Уж она тут совершенно не при чем, даже не знала толком парня. Той же формальностью было записать телефон и адрес Маргарет в протокол. — На всякий случай, — словно извиняясь, добавил он, — если вы вспомните что-то странное, обязательно сообщите. Девушка рассеяно кивнула, обхватив себя руками за плечи. Выглядела она до того очаровательной, потерянной и беззащитной, что полицейский, немного подумав, уточнил, все ли с ней в порядке и предложил провести. Мэгги отказалась как можно более вежливо. Том Говардс был приятным молодым человеком, но от представителей властей стоило держаться как можно дальше. Впрочем, инспектор не слишком огорчился ее отказу. В ту ночь, вернувшись в квартиру Лекси, Мэгги выкурила на кухне три последние сигареты.