И целого мира мало

Эмили привыкла мало спать и вставать рано, часов в шесть, даже если с утра не было никаких дел, искренне не понимая, как можно до полудня валяться в постели. В спокойные времена, как сейчас, ее день начинался с кофе и круассана — эту привычку она привезла из Франции. Она села на широкий подоконник, потягивая кофе и наблюдая за редкими в это время прохожими. Ни от Дэнни, ни от кого-либо другого все еще не было вестей, и Эмили оставалось только ждать. Она не любила тратить драгоценное время впустую, но, с другой стороны, если ей предстоит работать в Лондоне, не стоит отправляться в штаб-квартиру МИ-6 и вообще лишний раз появляться на набережной Принца Альберта. Пока же у нее было время, чтобы разобраться с тем, что произошло в мире за те две недели, которые Эмили провела в немецкой горной деревушке практически без связи с внешним миром. Быть в курсе всех событий — одно из основных ее правил, всегда нужно знать о том, что тебя окружает. Читала про новые поправки к законодательству о труде, разлад среди лейбористов и коррупционный скандал. Но куда больше времени девушка потратила, листая страницы, посвященные художественным выставкам — живопись была ее страстью, даже в своих путешествиях Эмили пыталась улучить минутку, чтобы попасть в галерею и полюбоваться на работы известных мастеров. Когда десять лет назад Эмили прилетела в Париж на свое первое задание как оперативного агента МИ-6, она влюбилась в город с первого взгляда. Но чтобы остаться в нем дольше, чем на несколько недель, ей было нужно слиться с толпой, стать ничем не выделяющейся парижанкой. Ей тогда было девятнадцать, а что может быть более обыкновенным для юной девушки, чем быть студенткой? К тому же, Эмили всегда хотела изучать искусство и литературу и Сорбонна подходила для ее планов лучше всего. Многие считали, что совмещать работу в МИ-6, все связанные с нею поездки и исчезновения на недели, с учебой не получится. Оглядываясь назад, Эмили и сама не могла понять, как не сошла с ума, постоянно пребывая в напряжении. Это не было легко, но определенно стоило того. Окончив университет, юная искусствовед устроилась обозревателем колонки культуры в крупное парижское издательство и вытянула счастливый билет. Она могла путешествовать по всей Европе как угодно часто, не вызывая никаких вопросов. Даже в МИ-6 признавали, что лучшего прикрытия для Эмили нельзя желать. Сложно сказать, когда прикрытие переросло в неотъемлемую часть работы. Руководство МИ-6 стало замечать, что офицер Бертран особенно эффективна, когда ей приходится работать с миром искусства и высшим светом, и использовало это на благо Британии. Эмили очень быстро поднялась по карьерной лестнице, превратившись из рядового обозревателя еженедельной колонки в одного из самых известных редакторов Парижа. Это открыло перед ней новые двери. Эмили слегка нахмурилась, читая последнее письмо пришедшее на ее электронную почту. Ее парижский редактор, Сесиль Вуле прислала приглашение на благотворительный аукцион, который должен был состояться в Лондоне через неделю, писала, что ждет полного отчета о картинах, которые будут выставлены на торг и о людях, которые будут эти картины покупать. Эмили было не впервой присутствовать на таких мероприятиях, вот только мадам Вуле никак не могла узнать о том, что ее подчиненная прилетела в Англию. Это знали только в МИ-6, а, значит, за приглашением тоже стоят они. В эту же минуту, по удивительному стечению обстоятельств, ожил телефон, и Эмили бросилась отвечать, в надежде получить долгожданные объяснения. Звонила Дэйзи — хрупкая улыбчивая девушка с глазами, как у Бэмби, по совместительству, ведущий аналитик Британской разведки. Несмотря на ее милый, почти детский голос, приказ явиться в Темз-хаус, штаб-квартиру МИ-5, был предельно ясен. А Эмили, как оперативный агент разведки, умела выполнять приказы. И хотя она все еще не была посвящена в дело, которым ей предстояло заниматься, она поняла — игра началась.

Оксфорд, май 2000 года — Дарджилинг и яблочный пирог, — озвучил свой заказ молодой человек за четвертым столиком. Мэгги кивнула, сделала пометку в блокноте и понесла заказ на кухню. В раннее субботнее утро клиентов было немного: пожилая пара, которая всегда завтракает в кафе через дорогу, двое влюбленных, прогулявшие всю ночь и теперь согревающиеся крепким кофе, несколько одиноких посетителей, хмуро глядящих в свою тарелку или утреннюю газету. Особо рассчитывать на чаевые до обеда не приходилось. — Очень интересный, правда? — «поймала» подругу Лекси возле раздаточного окошка. В отличие от своей новой соседки, она прекрасно выспалась и теперь просто лучилась хорошим настроением. — Кто? — Да что с тобой такое, Мэг? — удивленно вскинула рыжие брови Лекси, удобнее перехватывая в руках поднос с грязной посудой, — ты всю ночь не спала, что ли? Парень за четвертым столиком! Эти глаза похитили мое сердце! А какие скулы, ты только взгляни! Маргарет повернулась к посетителю, у которого несколько минут назад брала заказ. Ее напарнице нравились такие мужчины: высокие, аристократы, немного не от мира сего. Ей — не слишком. Аристократы еще хуже студентов юридического факультета; они знают себе цену и не опустятся до официантки. Возможно, говорила себе девушка, оценивать людей по тому, насколько они могут быть полезны и неправильно, но что ей оставалось? Нужно как-то держаться на плаву. — Хочешь обслужить его? — безразлично поинтересовалась она у подруги, но та только покачала головой. — Слишком хорош. Мэгги фыркнула. В этом была вся Лекси. «Слишком хорош». Она улыбалась, ставя на столик номер четыре чайный набор и тарелку с яблочным пирогом. — Не составите ли мне компанию, мисс Джонс? — спросил клиент, и улыбка исчезла с лица официантки, будто ее стерли салфеткой. На бейдже значилось «Маргарет», откуда человеку, которого она никогда не видела, знать ее фамилию? — Из полицейских отчетов, — пояснил он, словно прочитав мысли. — Меня заинтересовало вчерашнее происшествие, через знакомых я ознакомился с протоколами, увидел там ваше имя. Найти место работы было проще простого. Так вы не составите мне компанию? — Мне нужно работать, — резко ответила девушка. Она-то надеялась, что со вчерашним разговором ее участие в деле прекратилось! — Я рассказала инспектору все, что знала. Прошу меня простить, приятного аппетита. — Я полагаю иначе, — молодой человек подхватился с места следом за уходящей Маргарет. — Полиция ничего не выяснила, у них нет никаких зацепок. Слепцы! Вы можете помочь! — Не могу. Мне нечего добавить. — Популярное заблуждение. — Мне нужно работать, — нетерпеливо повторила она, мысленно проклиная ту минуту, когда подошла к злополучному четвертому столику. — Хорошо. У вас через полтора часа перерыв, верно? Я подожду, — он вернулся на свое место, всем видом выражая покорность и терпеливость. Мэгги в голове впрок прикидывала отговорки и способы сбежать из кафе, но что-то подсказывало ей, что ускользнуть будет непросто. — Я все видела! — горячо зашептала Лекси, в ее темных глазах плясали черти. — Он определенно в тебя влюблен! Мэгги не удержалась и закатила глаза. Наивность подруги и ее вера в красивые истории поражала. Просто невероятная глупость. Невероятной глупостью было и то, что в свой перерыв она вышла на задний двор и сама подошла к ожидающему ее там молодому человеку. Он достал из кармана пачку сигарет, молча протянул ее девушке. Она клацнула зажигалкой, некоторое время оба курили в тишине. Незнакомец — задумчиво, Маргарет — раздраженно, пока наконец-то не решила прервать это молчание — Так что вы хотели? И как вас зовут? — Мое имя Шерлок Холмс, — наконец-то представился он. — И здесь я из-за вас. Видите ли, мисс Джонс, и вы, и полиция утверждаете, что вы ничего не знаете о личности Энтони Мердока. Так вот, я в это не верю. Мердок пришел в паб вместе с вами; вы считаете это случайностью? — Вы никогда не знакомились с девушкой, мистер Холмс? Ни я, ни полиция не находим ничего необычного в том, чтобы пригласить понравившегося человека в паб. — Именно поэтому я пришел сюда. Мне было интересно взглянуть на вас, составить собственное мнение. Из того, что я узнал об убитом, вас сложно назвать девушкой его круга или хотя бы девушкой в его вкусе. От неожиданности Мэгги поперхнулась дымом и закашлялась. В его словах, конечно, была правда, но формулировка была столь резкой, что никак не сочеталась с общим амплуа сдержанного и тактичного аристократа. Впоследствии ей не раз приходила в голову мысль, что это был лучший момент, чтобы попрощаться с Шерлоком Холмсом. Не ввязываться в это частное расследование. Но она не ушла. — Там была его подружка, бывшая подружка, по крайней мере, мне так показалось по тому, как Энтони на нее смотрел. Так что, можно считать, он пригласил меня ей назло. Лицо Шерлока оживилось, словно у охотничьей гончей, почуявшей добычу. — Отлично! Берите вашу сумочку, я подожду, только быстрее! Вы хорошо запомнили лицо той девушки? Сможете опознать? — Простите, мистер Холмс, вы хотите, чтобы я пошла с вами? — Разумеется, и чем скорее, тем лучше. Нам нельзя терять ни минуты! — Вы кое-что забыли, — нахмурилась девушка, — я вообще-то на работе. Мне платят за обслуживание посетителей, не за помощь начинающим детективам в расследовании. — Но у вас сейчас перерыв, — Холмс выглядел донельзя удивленным, будто бы ему и в голову не приходило, что кто-то может желать провести свободное время, не бегая за преступниками. Мэгги почувствовала, что начинает злиться. Во-первых, ей совершенно не нравился сам Шерлок — бесцеремонный, самоуверенный. Во-вторых, она не хотела потерять работу — возможно, не самую лучшую, но стабильную — ради какой-то прихоти совершенно незнакомого человека. И, наконец, она дала себе слово держаться как можно дальше и от преступного мира, и от сил правопорядка. Ей не нужны были проблемы, вчера чудом удалось избежать долгих бесед с инспектором. Мэгги не считала себя трусихой — но осторожной, и не хотела рисковать вновь, ввязываясь в сомнительную авантюру. — У вас на глазах убили человека, и вы не хотите помочь найти убийцу? — Пусть этим занимается полиция! — резонно заметила Маргарет, хотя на самом деле не верила в силу полицейских. Шерлок Холмс тяжело вздохнул; видимо, убедить случайного свидетеля помочь оказалось куда сложнее, чем он предполагал. — Просто укажите мне на ту девушку, которая была тогда в пабе, — он немного промолчал и, словно неожиданно вспомнив, добавил, — пожалуйста. Это все о чем я вас прошу. Укажите мне бывшую девушку Энтони Мердока, и вы больше меня никогда не увидите. Мэгги не была уверена, почему именно она согласилась.

Лондон, февраль 2011 года

Они с напарниками покинули Темз-хаус под проливной дождь. Каждый перебирал в голове услышанное в штаб-квартире МИ-5, продумывал следующие шаги. Вот уже несколько месяцев МИ-5 боролась с террористической организацией, называющей себя «Сыновья Гая Фокса». К сожалению, пока удалось только предотвратить несколько терактов на улицах Лондона, в том числе и в непосредственной близости от парламента, Букингемского дворца, Вестминстерского аббатства. Очевидно, действия преступников не были направлены на причинения реального вреда — по крайней мере, так считали аналитики МИ-5, осторожно добавляя «пока». Но «Сыновья Гая Фокса» успешно подрывали спокойствие в стране и сеяли панику. Сомнений в том, что вся эта история уходит корнями к международным террористам не было. И тут в игру вступали агенты МИ-6. Эмили подняла воротник своего изумрудного твидового пальто и взяла Дэниэла под руку, прячась под его зонт. Время, которое в Баварии было зимней сказкой, в Лондоне превратилось в бесконечный дождь и грязь. Дэйзи тоже дрожала от холода, поплотнее закутываясь в пушистый шарф. Пол — темноволосый коренастый мужчина, которого все с первого взгляда принимали за морпеха или атлета, не подозревая, насколько внешность может быть обманчива — с сожалением покосился на здание МИ-5 за спиной. — Может быть, сходим в паб, отметим встречу? Сколько мы уже не собирались все вместе, полтора года? — предложил он. Хотя они все считались командой, работать вместе приходилось редко — чем больше агентов задействовано в операции, тем рискованнее. Но работа — не единственное, что связывало Эмили, Дэниэла, Пола и Дэйзи. Они были друзьями — и что куда важнее, теми людьми, которым не нужно врать. Если Эмили по кому-то и скучала, то только по ним. Выбранный Полом Армстронгом паб встретил друзей сухим теплом и звуками джаза. Это было так необычно — сидеть за столом с друзьями, пить настоящий британский эль и свободно рассказывать друг другу о своей жизни. За соседними столиками так шумели, что подслушать не смог бы даже самый талантливый шпион. Вроде одного из них, да. — Как дела у Карен? Она присоединится к нам? — спросила Эмили у Пола. Тот грустно покачал головой. Его жена тоже была агентом разведки, работала в Британском посольстве в Гааге. Они с Полом поженились несколько лет назад, вскоре после того, как Карен пришла в МИ-6. Эмили считала чету Армстронгов самой красивой на свете, хотя и не понимала, как им удается сохранить отношения на такой работе. — А Ричард? — Эмили продолжала задавать вопросы, казалось, будто бы она была без связи с командой не несколько месяцев, а, по крайней мере, несколько лет. Живя постоянно во Франции она была немного оторвана от всего, что творилось в жизни ее друзей. Ответом ей была тишина, куда более красноречивая, чем любые слова. Эмили закрыла рот руками, ее сковал первобытный страх смерти, в голове не было совершенно никаких мыслей. Работая в МИ-6 нужно быть готовым, что кто-то может пострадать, но прежде смерть не затрагивала ее близких. Ричард был — думать о нем в прошедшем времени было странно — старшим агентом, человеком, посвятившим всю свою жизнь служению стране. Эмили не могла представить свою команду и МИ-6 без него. — Что… Что случилось? — Автомобильная авария, — быстро ответила Дэйзи, — две недели назад. — Вообще-то… — начал Пол, но осекся, поймав предупреждающий взгляд Дэйзи, — перестань, Ди, она имеет право знать. Эми, ходят слухи, что эта авария была подстроена. Пока ведется расследование. — И нам нельзя это обсуждать, — добавила девушка, поспешно моргая, чтобы скрыть слезы, выступившие у нее на глазах от воспоминаний о Ричарде. Эмили всегда удивляло, как в этой хрупкой девушке сочетались чувствительность и полная преданность работе — Еще ходят слухи, что это не первое убийство агента, представленное как несчастный случай. И что в МИ-5 тоже происходит что-то подобное. Я не посвящен в детали — как и все мы, ну, может, кроме Ди. Но как я понимаю, под подозрением все. Под подозрением все. Эмили повторила эти слова про себя, они звучали ужасно и неправильно. Неужели руководство полагает, что за этим стоит кто-то из них? Да, похоже на то. Принять такую мысль было сложно — все равно, что представить, будто за этими преступлениями стоят Дэйзи, Пол или Дэниэл. Нет, ерунда какая-то! Конечно, в агентстве могла завестись крыса — все правительственные организации регулярно проходят через это, но эта крыса точно не в их команде. Эмили бессильно опустила голову на руки. Гибель Ричарда потрясла ее, иначе и не скажешь. Ее злила та беспомощность, с которой она была вынуждена принять эту новость, необходимость и дальше оставаться сосредоточенной на своей работе, в то время как мир вокруг ее медленно рушился. Что, если тот, кто стоит за аварией, не остановится? Если Пол прав, и Ричард не был первым, он не будет последним. Кто пострадает следующим? Эмили не могла допустить даже мысли, что это будет кто-то, сидящий с ней сейчас за столом. Ладонь Дэниэла легла на ее предплечье, чудесным образом придавая сил и спокойствия. Напоминая, что сейчас лучшее, что может Эмили, это хорошо делать свою работу. Как всегда. Террористы не будут ждать, пока агенты МИ-6 решат свои проблемы — так он всегда говорил, этими словами заставляя подругу взять себя в руки, когда она была готова сдаться. И Ричард хотел бы именно этого — чтобы все его агенты продолжали работать, защищая Британию, как он делал десятки лет. Что можно было наверняка сказать о всех международных преступных организациях, так это то, что они никогда не обходились без политиков и юристов. Первые были по части Дэниела, ему легко удавалось входить в политические круги — сказывался опыт работы в посольстве. А целью Эмили в этот раз были Оуэн и Питер Кэмпбеллы — двое братьев, управляющие компанией «Кэмбэлл и сыновья». У аналитиков не было сомнений в том, что кто-то из них покрывает «Сыновей Гая Фокса», и задачей Эмили было добыть доказательства. Следующие дни она посвятила тому, чтобы составить свой план действий, полностью сосредоточившись на Питере и Оуэне Кэмпбеллах. Девушка понимала, почему для этого задания выбрали ее — она умела легко и быстро завоевывать доверие других людей. Она читала судебные протоколы процессов, в которых участвовала «Кэмпбелл и сыновья», разбираясь в специфике их работы и надеясь найти какую-то отправную точку. Она пересматривала страницы в соцсетях самих Кэмпбеллов и их ближайших друзей, пытаясь понять их жизнь, вкусы, привычки, склонности. В таком тонком деле была важная любая мелочь. Она рисовала планы, графики, схемы, продумывая все до мельчайших деталей. Вначале ей показалось, что младший брат Питер — более простая цель, на всех фотографиях он выглядел дружелюбным и открытым человеком. Эмили ни минуты не сомневалась, что такой человек все же может быть преступником, но ей было бы удобнее использовать его в качестве отправной точки, чем вечно серьезного Оуэна. К сожалению, на всех этих фотографиях Питер Кэмпбелл был не один. У Эмили была не самая лучшая память на лица, но она сразу же узнала Джулию Флинн, в девичестве Пиро. Рано или поздно в жизни каждого агента наступает момент, когда он сталкивается со своими прошлыми операциями — неприятными последствиями или людьми, которых хотел бы забыть. Эмили много раз предупреждали об этом, и она была уверена, что готова к такому повороту судьбы. Правда, она надеялась, что это будет не Джулия. Два года назад они были хорошими подругами. Эмили прекрасно помнила залитые солнцем улочки Турина, утопающее в зелени садов поместье семьи Пиро, домашнюю пасту и апельсины. Еще она помнила большой скандал, разразившийся тогда, коснувшийся и Джулии. Нет, Эмилине было стыдно — она понимала, что все сделала правильно, и каждый участник скандала заслуживал тех последствий, которые получил. Но итальянцы — бомба замедленного действия, сегодня они рады тебя видеть, а завтра подарят нож в спину. И синьорина Пиро была худшей из них. За эти два года Джулия успела перебраться в Лондон, выйти замуж за известного медиа-магната, развестись с ним с оглушительным скандалом и стать невестой Питера Кэмпбелла. Дочь человека, который занимался отмыванием денег, выходит за подозреваемого в терроризме. Нет, в такие совпадения Эмили точно не верила. Впрочем, насколько она помнила Джулию, та никогда не отличалась острым умом, и Эмили была совершенно уверена, что сможет вновь стать ее подругой. Друзья в доме Кэмпбеллов ей не помешают.