my hands down your pants (no homo)

– Я предложу Куки съехаться со мной. Хосок закашлялся в свой кофе. После того, как Тэхён пришёл к нему для неожиданного визита, он не думал, что это было для того, чтобы объявить... это. – Что? – спросил он в перерыве между попытками откашляться. – Или скорее, типа, съехаться с ним, – невозмутимо продолжил Тэхён. – Я не собираюсь выпирать Чимина из его собственной квартиры. Хосок скривился. – Н-но вы встречаетесь сколько, два дня? – Пять месяцев. И мы уже практически живём вместе, так что... Хосок уставился на Тэхёна, не зная, какое выражение лица у него сейчас должно быть. – На... верное? – И я хочу иметь возможность ебаться без надобности выгонять Чимина. Или быть выгнанным им. Или возвращаться и видеть Намджун-хёна, сосущего ег... – Хорошо, остановись сейчас же. – Разве Намджун-хён не твой сосед по комнате? Хосок тяжело сглотнул. – Ээ. Да? – он надеялся, что Тэхён не спросит его, не надоело ли ему то, что его постоянно выгоняют на время секса, потому что невозможно быть выгнанным на время секса, если ты постоянно не у себя дома. Хосок проводит всё своё время у Юнги. Что, как только что сказал Тэхён, является хорошим поводом предложить кому-то съехаться. И Хосоку не удалось занервничать, думая о том, чтобы съехаться с Юнги. Хотя он должен во всю паниковать, верно? Но первое, о чём он подумал – это просыпаться в одной кровати каждое утро и делать кофе для них обоих в смехотворно роскошной кофемашине Юнги, которую он чуть не сломал дважды. – Разве ты ещё не видел его член? – А? – красноречиво спросил Хосок, выдернутый из своих домашних грёз. – Чей член? – Намджун-хёна. Хосок отчаянно заныл. – Какого чёрта мы говорим об этом? – Ты выглядел таким оскорблённым тем, что я зговорил о Намджун-хёне, сосущем Чимину... Хосок раздражённо простонал. – Фильтры, Тэ. – В дружбе нет никаких фильтров, хён, – сказал Тэхён с каменным лицом. – Если страдаю я – ты страдаешь вместе со мной. Хосок приложился лбом к столу, слегка перестаравшись и поморщившись. – Ну, к сведению, лучше бы я не видел член Намджуна. – А! Так ты можешь понять мою ситуацию! Хосок посмотрел на Тэхёна, щека всё ещё прижата к столу. – Наверное. Тэхён хмыкнул. – Так разве ты не предпочёл бы видеть член Юнги-хёна каждый день? О нет. – Обязательно говорить это так? – Не знаю, хён, я пытаюсь говорить на твоём факбойском языке. – Ой, завались, – Хосок нахмурился. – Подожди, почему ты говоришь о том, чтобы я съехался с хёном? Тэхён моргнул. – Ээ. Просто. Так. То есть, я хочу видеть член Гука каждый день. Я это имел в виду. Да. Вот дерьмо. Хосок почувствовал, как начинает серьёзно паниковать. – А, а хён что-то говорил о том, чтобы съехаться? Тэхён уставился на Хосока, слегка приоткрыв рот. – Ээ. Нет. Вот блять, он точно говорил. – Не говорил, не говорил, – повторил Тэхён, что только послужило доказательством того, что Юнги говорил об этом с Тэхёном, и Хосок нервничает. Погодите. Он... не паникует. Он должен был бы, ждал абсолютного ужаса, который обычно наступал каждый раз, когда кто-то упоминал такого рода обязательства... Но он не наступил. Агх, он ненавидит это. Правда в том, что со странного происшествия с "я люблю тебя", Хосоку стало сложно вспомнить, почему он должен волноваться. Он не может вспомнить, почему не хотел связывать себя обязательствами, или говорить о чувствах, или подобных вещах. Он просто знает, что ему следовало бы, но не нервничает. Тэхён громко вздохнул, снова обращая внимание Хосока на себя. – Может, я не настолько спокойный, как мне хотелось бы. Это немного страшно, мне нужна поддержка. Хосок отодвинул все свои странные мысли о панике в дальний тёмный угол своего разума, и решил сосредоточиться на отношениях Тэхёна. Он положил руку Тэхёну на шею и стал гладить. – Зачем тебе поддержка, Тэ? – Хосок правда был удивлён, ибо Тэхён и Чонгук не разлей вода, и, кажется, не могут насытиться друг другом. – Затем! – Тэхён медленно расслабился под прикосновениями Хосока. – Затем... что он мне очень нравится? Что, если он испугается, прямо как ты? Хосок открыл рот, чтобы ответить: "Я изменился", но тут же закрыл его. Ох, блин. Изменился ли он? Да. Почему он подумал об этом так естественно? Он прочистил горло и сказал своим самым ровным голосом: – Ну, Чонгук же не как я. – Но что, если он просто... скажет "нет"? Что, если это создаст неловкость между нами? Хосок покачал головой. – Я не думаю, что такое случится. Вы и так уже почти живёте друг с другом. Что изменилось бы, на одну зубную щётку больше в ванной? Тэхён надул губы. – У него дома уже стоит моя зубная щётка. Хосок прыснул. – Ну вот. Тэхён слабо улыбнулся своим рукам, и затем шире – Хосоку. – Спасибо, хён. – Не парься. Тэхён улыбнулся и положил голову Хосоку на плечо. – Как ты в последнее время? Противоречиво? Паникует, потому что всё, что связано с Юнги, чувствуется правильно, и хорошо, и легко? На грани того, чтобы говорить "я люблю тебя" каждые пять минут просто потому, что он постоянно думает об этом, даже не зная, почему он чувствует себя таким образом? Коробит от самого себя из-за навязчивых домашних мыслей о Юнги? – Хорошо. Как всегда, – сказал Хосок. – Найс, – очень серьёзно сказал Тэхён, затем сел прямо, чтобы посмотреть Хосоку в глаза. – Я рад за тебя. Хосок тяжело сглотнул. – Ты говоришь так, будто я сделал предложение и он сказал "да", – о боги. Нет нет нет. – Мы просто ебёмся. Тэхён преувеличенно раздражённо простонал. – Ой, я тебя умоляю, вы не просто ебётесь. Тебе не нужно вести себя по-факбойски со мной. Смех Хосока вышел сдавленным. Он знает, что ему не нужно притворяться с Тэхёном, но не уверен, пытается ли он "вести себя по-факбойски", чтобы соблюдать с ним приличия, или для себя. – Хён, ты выглядишь посеревшим. Хосок безрадостно фыркнул. – Я не выгляжу посеревшим. – Ээ, ты точно выглядишь бледным, – теперь Тэхён выглядел обеспокоенным. – Тебе не нужно съезжаться с Юнги-хёном, если ты не готов. – Так он говорил с тобой об этом, да? Несколько секунд Тэхён ничего не говорил, потом отвёл взгляд. – Не говорил. Хосок снова приложился лбом к дереву. – Что тебе сделал этот бедный стол? – Я бы хотел, чтобы он меня вырубил. – Ну, он не виноват. Бейся сильнее. Хосок прыснул, на этот раз более искренне. – Спасибо, Тэ. Тэхён кивнул. – Всегда на страже бедных невинных столов. – Десять минут назад ты сказал, что Чонгук выебал тебя на своём кофейном столике, как раз перед тем, как ты понял, что хочешь съехаться с ним. Ты осквернил тот бедный столик. – Мм, ну да, ты прав. Хосок улыбнулся, затем в его мозгу пронеслась мимолётная мысль. – Почему? Тэхён моргнул. – "Почему" что? – Почему кофейный столик? Тэхён нахмурился. – Ээ. Он был под рукой? – И это заставило тебя задуматься о том, чтобы съехаться с ним? Тэхён выглядел оскорблённым. – У нас с Чонгуком высококлассный, крышесносный, поджимающий пальцы секс. Тебе не понять. Теперь была очередь Хосока оскорбляться. – Это мне не понять? Ты видел задницу Юнги-хёна? Тэхён приподнял брови. – Ты видел бёдра Чонгука? – А бёдра Юнги-хёна ты видел? Тэхён открыл рот, закрыл, задержал дыхание и медленно выдохнул. – Ладно, это не соревнование. Но да, помимо других вещей, потрясающий секс заставил меня подумать: "Он – тот самый, я предложу ему". Хосок посмотрел на Тэхёна в благоговении. – Правда? – Ну, с учётом того, что он чертовски горяч, и очень добрый, и глубокий, и мы постоянно смеёмся вместе над тупой фигнёй, и он считает милым, когда я кричу на овервотч, если он зависает, и из-за этого я проигрываю... Хосок закивал: – Да, да, хорошо, но хороший секс тоже считается, так ведь? Тэхён посмотрел на него очень серьезно. – Естественно. Это очень хороший секс, хён. Хосок промычал в знак понимания. Это может стать решением его текущей проблемы. Хосок не факбой. Он должен был занервничать при звуке "я люблю тебя". Ожидалось, что он поспешно сбежит, когда люди говорят о такого рода обязательствах. Но его мозг, казалось, теперь не совсем против. Ну или типа того. Хосок и так это понял, спасибо большое. Ну и что, что он привязался к Юнги больше, чем к кому-либо когда-либо? Это классно. Классно. Он не паникует, но в то же время волнуется потому, что не паникует. Факбойское поведение было утвердительной определённостью в такие тёмные времена сомнений. Он не может поговорить об этом с Юнги. Ну, он может, но он бы наверняка умер от стыда. И он против того, чтобы быть мёртвым, так что. Нужно сделать так, чтобы Юнги поднял эту тему сам. Ему это нужно, потому что с того самого ебучего "я люблю тебя", которое Юнги сказал в шутку, Хосок не чувствовал себя самим собой. Эта штука грызла его, он думал об этом всё время, и ему нужно выкинуть это из головы. Но он не может упомянуть об этом сам. Ни за что. Однако... если Юнги говорил об этом с Тэхёном, то у него есть шанс. Ему нужно дать Юнги толчок, чтобы тот предложил ему переехать. Судя по всему, хороший секс сработал просто отлично у Тэхёна с Чонгуком, поэтому ему просто нужно сделать так, чтобы Юнги кончил очень сильно, и подождать, пока он сам предложит. Хосоку придётся постараться и заставить Юнги кончить так сильно, что он увидит звёзды и предложит ему переехать к нему. Хосоку нужен новый подход. Что-то, чего они ещё не делали – это очень порадует Юнги. Хорошо. Он может сделать это. Хосок взял телефон и быстро написал Юнги сообщение. В дождливые дни Юнги нравится ходить гулять. Гулять не, типа, в парке, а ходить в кино с Намджуном, зависать с Тэхёном в модном музее, или ходить на кофе с Чимином. Он смотрел на конденсат на окне кофейни, наслаждаясь серыми оттенками снаружи, когда Чимин вдруг спросил: – Так как долго у вас с Хосоки-хёном? Год? Юнги скривился, слегка приоткрыв рот. – Что за чертовщину ты несёшь, прошло около шести месяцев, максимум, – семь месяцев на следующей неделе, но он лучше сдохнет, чем признает вслух, что считал. Чимин задумчиво кивнул. – Всё равно, это долгое время для старых людей как ты. Юнги прищурился. – Ты что, пробуешь "докопаться до подкорки Юнги-хёна за рекордное время" челлендж, или что? Чимин добродушно рассмеялся всем телом, балансируя на стуле. – Прости, хён! Просто... – улыбка Чимина стала более нежной. Любящей. – Ты хорошо повлиял на Хосоки-хёна. Юнги попытался не слишком прельщаться комментарием. – Мм? В каком смысле? Чимин казался рад предоставить больше деталей. – Он всё так же одевается как факбой, но внутри он стал серьёзным бойфрендом. Он правда только о тебе и думает, это почти противно. – Говорит тот, кто постоянно метит территорию на Намджуне. Чимин покачал головой. – Не. Он просто такой милый, я не могу устоять перед прикосновениями к нему. Юнги преувеличенно поёжился. – Гейство. Чимин снова засмеялся. – Хосок-хён, изыди! Юнги прыснул. – Я набрался от него столько же, сколько и он от меня. Тогда Чимин улыбнулся, той же мягкой и нежной улыбкой, что и ранее. – Определённо. Он кажется более стабильным. Юнги вздёрнул бровью. – Неужели? – Точно! – сказал Чимин, и тогда Юнги увидел. Крохотную долю энтузиазма, которая означает, что Чимин что-то скрывает. – Мм. Например? – спросил Юнги, изображая непринуждённый интерес. Чимин пожал плечами, фыркнул, прочистил горло. Он точно нервничает. Чимин в совершенстве знает, как вести себя и обманывать, так что то, что он скрывает, должно быть достаточно значительным. – Ну? – настоял Юнги. – Как я и сказал, – Чимин формулировал речь так, будто тщательно обдумывал свои слова, – он кажется более стабильным. Правда думает о тебе, и не потому, что должен. Будто он перерос своё факбойство. Юнги постарался не говорить Чимину, что он повторяется. Он наверняка нервничает. Юнги попытался сделать так, чтобы ему было комфортнее, с помощью шутки. – Я не умею творить чудеса. Чимин прыснул, сосредоточился на конденсате на окне. – Что ж. Может, ты умеешь? Он кажется более стабильным, будто он может... хотеть остепениться. Понимаешь? – он осторожно посмотрел на Юнги боковым зрением. Погодите. Здесь какой-то намёк? Юнги нужно читать между строк? Потому что это достаточно большие, сука, строки, с большим количеством места, чтобы читать между ними. Чимин непрозрачно намекает, и Юнги не тупой. Значит ли это... что Юнги стоит поспособствовать остепенению Хосока? – Чимин-а, давай ближе к делу. Хосок... – Юнги прочистил горло, пытаясь выглядеть уверенным, – Хосок на что-то такое намекал? Чимин посмотрел на свои ногти, затем на витрину с тортами на другом конце помещения. – Погоди секунду. Юнги нахмурился, надув губы. Это не похоже на Чимина – уйти посреди серьёзного разговора. Он вернулся с двумя кусками торта – клубничного и тирамису. – Я видел, как ты смотрел на него, когда мы вошли. Юнги уставился на тарелку, которую Чимин поставил перед ним. Каждый раз, когда кто-то уделял ему такое внимание, он испытывал приятное смущение. – Мм. Спасибо, Чимин-а, – однако у него всё ещё нет больше деталей о том, говорил ли Хосок с Чимином об остепенении или нет. – Он делает тебя счастливым? – спросил вдруг Чимин. Юнги взял маленькую блестящую ложку и принялся за десерт. – Ну, да. – Тогда почему ты не взял его раньше? Юнги пожал плечами, удерживаясь от того, чтобы замычать с ложкой вкусного кофейного крема во рту. – Не знаю. Изначально я не за этим пришёл. Чимин улыбнулся, кладя в рот кусочек своего торта. – Так... может, тебе просто нужен был маленький толчок. Ты не думал, что хочешь его, но на самом деле хотел, и это делает тебя счастливым! Юнги моргнул. – Подожди... это метафора? На этот раз Чимин запихнул в рот большой кусок своего торта. – Мф? Не фонимаю, фто ты имеефь ффиду. Юнги забеспокоился от одной только мысли о том, чтобы упомянуть что-то, звучащее как обязательства, при Хосоке. Он настолько же напуган, насколько и взволнован. Ему правда нравится этот факбой, привязался, и всё такое. Верно, Юнги не особо задумывался об их отношениях в начале, просто наслаждался естественным ходом событий. Но теперь он явно видит Хосока как серьёзного парня. Кого-то, кому он посвятил себя. В конце концов, Хосок очень ему нравится, он даже проболтался об этом в первый раз, когда они занялись сексом без презерватива. Он даже не понял, что сказал это, пока Хосок не разбудил его посреди ночи, просто чтобы убедиться, что Юнги шутил. Так... не слишком ли рано спрашивать Хосока о чём-то, связанном с обязательствами? Он склонен к тому, чтобы легко начать паниковать (что, честно говоря, то ещё преуменьшение). Может, ему стоит сначала сделать шаг поменьше. – Я подумаю об этом, – сказал он Чимину низким, но серьёзным голосом. Чимин кивнул с ободряющей улыбкой. – Знаешь, пока ты поступаешь благоразумно, и не ешь целый тирамису сам, ты не почувствуешь себя плохо в конце. Нет нужды спешить. Чёрт, эта метафора с тирамису сработала очень хорошо. Юнги посмотрел в свою тарелку и кивнул сам себе. Тирамису замечательный. Не страшный. Юнги его не боится, и у Хосока явно нет причин его страшиться. Юнги просто нужно показать ему, что это нормально, дать ему тот маленький толчок. Это просто кусок торта со вкусом кофе. Что ему сейчас нужно, так это узнать, что было бы куском тирамису для Хосока, а не целым страшным, ебучим тортом. Телефон Юнги мягко прозвенел и Юнги быстро посмотрел на уведомление. Факбой♥ [отправлено в 16:12] Милый, как насчёт особой ночи вместе сегодня? Юнги прыснул и тайком напечатал ответ. Я [отправлено в 16:13] Ууу Давай поподробнее Факбой♥ [отправлено в 16:15] Я принесу соджу и смазку Остальное с ю р п р и з (｡•̀ᴗ-)✧ И снова Юнги пришлось сдерживаться, чтобы не признаться в шутку. Агх. Я ну если смазку Тебе предоставлен доступ в мою спальню Факбой♥ [вставить заставку открытия секретной двери Зельды] Я Ёбаный придурок Факбой♥ ( ˘ ³˘)♥ Обычно первые разы неловкие. Слишком долгие или слишком быстрые, чтобы не вызывать дискомфорт, они непременно заставляли Юнги хотеть поёжиться. С Хосоком было по-другому. Юнги гадал, делает ли его первоклассным садистом то, что он видит, как Хосоку сложно, и всецело этим наслаждается. – Знаешь, ты не обязан это делать, – беззаботно сказал Юнги, пытаясь скрыть улыбку как в своём голосе, так и на лице. К счастью, Хосок был слишком занят тем, что пялился на член Юнги так, будто это маленький монстр-инопланетянин с восемью глазами и крохотными щупальцами. – Я хочу. Юнги приподнял бровь, всё более и более забавляясь. – Ты уверен? Хосок склонил голову набок. – Твой член милый. Юнги моргнул. – Он точно такой же, как и твой, только больше. – Он куда милее моего, – невозмутимо ответил Хосок. – Поэтому ты пялишься на него так, будто хочешь укротить его силой мысли? Потому что сила твоего рта может сработать луч... – Шшш, хён, я сосредотачиваюсь. На этот раз Юнги не удержался от смешка. – На чём? Челюсть Хосока решительно сжалась. – На том факте, что это член, такой же, как и у меня, поэтому я должен знать, что делать. Ну, это хороший подход, честно говоря. Юнги не особо хочется, чтобы Хосок ему отсасывал. Ну, вообще, да, но не прямо в эту минуту. Нет, прямо сейчас ему очень хотелось скакать на Хосоке, пока он не упадёт в обморок от удовольствия, или изнеможения, или и того, и другого. Однако Хосок настолько же упёртый, насколько красивый. Что значит, что Юнги приходится терпеливо ждать, голым и сидя на краю своей кровати, с разведёнными по сторонам от Хосока ногами, сидящего перед ним на коленях, пока Хосок на что-то решится... даже если он начал замерзать. – Сок-а... Хосок поднял руку в воздух, чтобы заставить Юнги замолчать, и Юнги бы напомнил, кто здесь старше, если бы Хосок не поместил другую руку на член Юнги, лаская медленно, но правильно. За последние несколько месяцев Хосок многому научился, если говорить о касании членов. Касании члена Юнги, если точно. – Блять, мне нужно было обращать больше внимания на то, как ты это делаешь, чем на то, как хорошо это ощущалось... – проворчал Хосок. Юнги улыбнулся от смущения. – Но в этом и смысл. Так что спасибо, – он вздохнул. – Хосок, если ты не начнёшь ничего делать в течение следующих десяти секунд, я использую своё гейское вето, чтобы отсрочить этот минет. Хосок заныл. – Тебе легко говорить! Юнги закатил глаза. – Тут не нужно быть гением! Ты берёшь его в рот и сосёшь! Хосок посмотрел на него с предательством в глазах. – И всё? – Нет, я забыл сказать тебе о секретной гейской волшебной формуле, которую мы поём перед каждым минетом, – Юнги щёлкнул Хосока по лбу. – Да, "и всё", остальное – практика, и язык, и оу. Хосок взял в рот головку члена Юнги и начал медленно посасывать. Вот дерьмо. Юнги, блять, почувствовал, как из его члена сочится смазка с каждым движением Хосока. Если его член и становился мягче, пока они дурачились перед этим, то теперь он возвращался к жизни с новыми силами. Чего ему не хватало в плане искусности и техники, Хосок восполнял энтузиазмом и пламенной решимостью. То, как он долго и сильно сосал головку члена Юнги, было ужасно эффективным. Излишним, но эффективным. – Тебе нравится? Юнги моргнул, чтобы снова сфокусировать взгляд на Хосоке. Его губы были чуть более красными и блестящими, а рука – всё ещё на члене Юнги. – Мне правда нравится, Сок-а. У тебя хорошо получается. – Агх, – Хосок скривился. – Не льсти мне. Юнги закатил глаза. – Хотел бы я, чтобы кто-то сказал многим из тех, с кем я перепихивался, что во время минета, вообще-то, нужно сосать, – он добавил мягче: – Серьёзно, у тебя хорошо получается. Мне нравится, – наконец, его лицо приняло каменное выражение: – И я реально восхищён, что ты до сих пор не сделал замечание по поводу вкуса. Хосок не ответил. Он изучал лицо Юнги в течение нескольких секунд, и, должно быть, не нашёл в нём того, что искал, потому что он продолжил сосать член Юнги, двигая головой вверх и вниз, начиная делать поступательные движения. Он делал только основные движения, но некоторым людям, с которыми Юнги спал, стоило бы вернуться к этим основам. Хосок сейчас делал ему минет лучше, чем некоторые релизовавшиеся геи, с которыми был Юнги, кому были важнее шоу и слюна, чем, собственно, доставить ебучее удовольствие партнёру. Пальцы на ногах Юнги поджались во время одного очень своевременного движение. Он постучал пальцем ему по плечу. – Сок-а, хочу оседлать тебя. Хосок выпустил член Юнги с характерным звуком и провёл языком по нёбу. – Странно. – Ага, член странный на вкус, можно я оседлаю тебя, пожалуйста? – Н-но, – спросил Хосок в замешательстве, – разве ты не хочешь кончить мне в рот? Юнги моргнул. Оу вау. – Ээ. Как бы. Мы определённо можем это попробовать. Когда-нибудь. Не сегодня. Хосок надул губы. – Почему нет? – Потому что, – медленно сказал Юнги, – я думаю, это было бы немного слишком для первого минета. Хосок нахмурился. – Но в чём тогда смысл, если ты не кончишь? Юнги вздёрнул бровью. – Оу. Так ты имеешь в виду, что все разы, когда я тебе отсасывал, не имели значения, если ты не кончал? Выражение лица Хосока быстро сменилось на панику, и Юнги попытался не выказывать своё веселье. Чёрт, Хосока так легко дразнить. – Что? Нет! Ты волшебник со своим языком, всё, что ты делаешь, потрясающе, о чём ты говоришь, хён? Юнги улыбнулся в ответ на комплимент. – Что ж, спасибо. И позже я научу тебя, как стать властелином языка, но давай не будем торопиться, хорошо? Хосок надулся, явно недовольный. – Почему? Юнги слегка нахмурился. Он знает, что Хосок может быть немного упёртым, когда речь заходит о новых опытах, но как только Юнги убедил его принять, что он не может стать ценителем гейского секса за одну ночь, Хосок пришёл в себя и послушался Юнги. Пока что всё было отлично, Хосок быстро учится. Он в любом случае хороший секс-партнёр. Все формальности о девочках или мальчиках не так уж важны, если речь идёт о них двоих, даже если Хосок иногда думает обратное. Однако сегодня поведение Хосока другое. Он странно настойчив для кого-то, кто только что сосал член впервые в жизни. – Сок-а... опять что-то с твоими анализами? – Ч-что? Юнги облизнул губы, пытаясь осторожно подвести к теме. – Ну, то есть. Тебе не нужно, ээ. Восполнять что-либо. Восполнять нечего. Я в порядке. Хосок моргнул. – Не уверен, что я поспеваю. Юнги раздражённо простонал, его член снова начал опадать. Ёб твою мать. Не заставляй его есть целый тирамису, Мин Юнги. Только маленький кусочек. – Я имею в виду, что ты вроде как занервничал на днях, думая, что я захочу съехаться с тобой, потому что ты сдал те анализы. Хосок приоткрыл рот. – …оу. Юнги вздохнул. – Всё нормально. Тебе не нужно волноваться об этом. Между нами всё хорошо. Плечи Хосока немного опустились, но он выглядел... не облегчённым, скорее поверженным. Какого чёрта? Юнги понятия не имеет, как на это реагировать. Он знает, что ему стоит что-то сделать, но прямо сейчас не имеет понятия, что именно. – Сок-а? – Да! Между нами всё нормально, – он тяжело сглотнул. – И ещё ты обещал объездить мой член. – Обещал, – ответил Юнги, но Хосок встал, запутался в собственных ногах и упал на кровать рядом с Юнги. – Бля, хён, я не чувствую своих ног! Юнги посмеялся. – В следующий раз я дам тебе подушку. Хосок обернул руку вокруг талии Юнги и посмотрел ему в глаза. – В следующий раз? То, как Хосок смотрел на него, открытый и красивый, заставило что-то в груди Юнги сжаться. Что-то тёплое и трепещущее. Хосок сделал какой-то акцент на своём вопросе и, хотя Юнги не уверен, на что намекает Хосок, он знает, что это сделало его голос немного напряжённым из-за эмоций. – Миллиард следующих раз. Дерьмо. Может, ему не стоило это говорить. Зачем он сказал это? Он становится сентиментальным, или что? Он обещал Хосоку не быть навязчивым или властным. Однако ответ, кажется, порадовал Хосока. Он притянул Юнги к себе и натянул на них обоих одеяло. – Можешь оседлать мой член завтра утром, – сказал он в макушку Юнги. Юнги тоже прижал его, стараясь не поддаться тому тёплому чувству. – Не могу дождаться, – сказал он, и его голос почти не дрогнул. Это правда. Он не может. Не может дождаться, чтобы провести ещё миллиард утр с Хосоком. Но внезапно ему понадобилось напомнить себе не спешить. Эх. Возможно, он мог бы предложить ему оставить зубную щётку. Освободить одну из двух полочек для него, чтобы он не таскал вещи Юнги постоянно. Да. Именно так он и сделает. Первая попытка Хосока провалилась. Конечно, он чувствовал себя поражённым, когда Юнги сказал, что ему не стоит волноваться о переезде. Но ещё он сказал "миллиард следующих раз", что явно было подтекстом совместного будущего, что означает обязательства, что означает чувства и совместное проживание. Это значит миллиард следующих раз, когда Хосок сделает так, что у Юнги снова случится осознание, и он скажет ему, что любит его, в момент слабости. Да. В субботу они встретились с друзьями в баре, и пьяный Юнги – ещё и дикий Юнги в постели, так что это очередной повод попробовать что-то новое, что снесло бы Юнги крышу. В какой-то момент вечера Хосок завалился в тулет бара, хихикая как идиот из-за каламбура о членах, который выдал Намджун. Он нашёл Чимина и Тэхёна, оба в одной кабинке, наверняка настолько же в мясо, как и он. – Вау, – промямлил Чимин. – Мой член стал больше. Хосок снова хихикул и зашёл в следующую свободную кабинку. Тэхён прыснул. – Во-первых, это мой член. Хосок тут же вышел обратно. – Какого хуя вы творите? Чимин раздражённо простонал. – У меня эмоциональный припадок. Я уже скучаю по своему новому члену. – Пытаюсь ссать не тем членом, – сказал Тэхён так, будто это очень серьёзное занятие. Хосок прищурился. – И с хуя ли вы в одной кабинке? – Мне нужно было с ним поговорить, – пояснил Тэхён, будто это является абсолютно нормальным поводом для справления малой нужды в один туалет в одно и то же время, хотя остальные туалеты не заняты. – Чувак! – заныл Хосок. – Что? – заныл в ответ Тэхён. – Ну! – Хосок вытянул руки, чтобы указать на них обоих. – Это! Чимин и Тэхён уставились на него, а потом Чимин сказал: – Оу, точно, – он закрыл дверцу и громко прошептал: – Нужно дать ему спокойно поссать. Хосок уставился на дверь. – Знаете, я вас слышу, вообще-то! И суть не в этом! – Конечно, хён, никакого гейства! Хосок издал звук, напоминающий завывание китов, перед тем, как пойти в кабинку, чтобы пописать в одиночестве. – Так, – услышал он голос Тэхёна. – Что я говорил? Это абсурдно. Хосоку нужно будет спросить у Намджуна, нормально ли для геев идти писать в одну кабинку, просто чтобы не прерывать разговор. – Я не знаю, Тэ, две минуты назад я даже не знал, какой член мой, – Чимин хрипло хихикнул. – О, да, члены! – сказал Тэхён на манер "Эврика!". – Я думаю, я спрошу Куки сегодня. Чимин ахнул. – О том, чтобы съехаться? Вот дерьмо. Это уже интересно – О боги, ты должен сделать это сегодня, Тэ! – сказал Хосок с энтузиазмом. – Хён, разве ты не знаешь, что это очень по-гейски – говорить с другими мужчинами, когда ты писаешь? – Чимин хихикнул. – Знаешь, что ещё более по-гейски? Сосать члены. И я это делал, – и он чертовски горд. – Я отлично пососал член Юнги-хёна, – блять, он такой в говно. Он прыснул и заправился обратно в штаны перед тем, как пойти помыть руки. – Поздравляю, хён, ещё один штамп на твоей гейской призовой карточке! – сказал Тэхён, присоединяясь к нему, чтобы тоже помыть руки. – Тэ, ты должен сделать это сейчас! Тэхён моргнул, его руки были покрыты мыльной пеной. – Я признателен за поддержку, хён. Особенно от нашего местного факбоя. Хосок быстро высушил руки, возвращаясь затем к Тэхёну, взволнованно пружиня на носках. – Сейчас! Предложи ему сейчас! Чимин широко улыбнулся, его руки были всё ещё мокрыми после того, как он ополоснул их. Он начал имитировать Хосока, попутно посмеиваясь. – Ура! Тэхён посмотрел на них с большой квадратной улыбкой. – Хорошо, но почему вы так взволнованы? Хосок взволнован потому, что если Тэхён спросит сейчас, он бы позаботился о том, что Юнги услышит. Затем они пошли бы домой и занялись охуенным сексом, а потом Юнги подумает: "Оу, мне нужно съехаться с этим парнем", и вуаля! – Я рад, если ты рад! Разве это не естественно? – сказал Хосок с огромными глазами, слегка надув губы. Тэхён кивнул. – Нет, ты прав, это естественно. Ладно, я сделаю это. – Хорошо, я закажу праздничные шоты! – сказал Чимин, вываливаясь из туалета. – Я найду Юнги-хёна! – сказал Хосок, следуя за Чимином. К счастью, Юнги был в том же месте, где и Чонгук, поэтому это будет легко. – Зай! – сказал Хосок, слишком громко, чтобы это звучало естественно. Юнги пьян и улыбается, весь счастливый, поэтому ему, похоже, всё равно, громкий ли Хосок или нет. Он не стесняясь издал что-то вроде писклявого, довольного звука, и крикнул: "Хосок-а!", прежде чем оставить смачный поцелуй на щеке у Хосока. – Я скучал, – промурчал он пьяно Хосоку в ухо. – Пойдём. Я хочу выебать тебя на диване. Оу, блин. Оу, это заманчиво. – Минуту, хён. Хён не слушал. Хён посасывал его мочку при людях, закинув одну ногу Хосоку на бедро. – Хён, пожалуйста, – Хосок увидел, как Тэхён заметил Чонгука за их столиком, и начал идти с решительным выражением лица. – Хён, хён, смотри внимательно, – Хосок для верности хлопнул Юнги по руке, чтобы он смотрел. Юнги недовольно простонал, но всё равно поднял взгляд. Тэхён взял руки Чонгука в свои и смотрел на него тем очень напряжённым взглядом, которым Тэхён мог пялиться на вещи. – Гук-и. Чонгук посмотрел на него большими удивлёнными глазами, но быстро улыбнулся, со своими передними зубами, прищуренными глазами и сморщенным носом. – Хён. Юнги издал тихий звук, будто его сейчас стошнит. – Это будет какое-то слащавое дерьмо? Хосок шикнул на него. – Я люблю проводить с тобой время, – сказал Тэхён почти без выражения. Хосок научился понимать разные версии отсутствия какого-либо выражения лица, которые демонстрировал Тэхён. Эта значит "напуган до усрачки". Чонгук, однако, похоже, не догоняет. – Я тоже, хён. Это хорошо, когда ты встречаешься с кем-то. Тэхён серьёзно кивнул. – Так и есть. Поэтому, знаешь, раз уж нам обоим нравится... проводить время друг с другом... – ...С таким же успехом можно и... сэкономить на аренде? – закончил Чонгук. Юнги присвистнул и Хосок ткнул его локтем в бок. Тэхён активно закивал. – Да! Именно! Одни преимущества! – Поздравляю! – крикнул Чимин, подходя с подносом зелёных шотов. – Да здравствуют тэгуки, – сказал Юнги, хватая шот и одним махом глотая его. – Теперь мы можем идти? Хосок удовлетворённо кивнул. – Конечно! – он взял свой шот и опрокинул его в себя перед тем, как помахать всем на прощание. Он не может дождаться, когда они доберутся до квартиры Юнги, и он сможет привести свой безотказный план в действие.