Mr. and Mrs. Stark

      Санса никогда не любила все эти светские рауты которые когда-то устраивал её дед, следом за ним отец, а теперь и любимый супруг. Девушка ненавидела всех этих лживых людей, что сверкали своими белоснежными и искусственными улыбками, которое скорее напоминали оскалы притаившихся хищников. Не любила их сладкие речи, которые они произносили смотря тебе прямо в глаза, пытаясь добиться твоих доверия и покорности, но стоило только отвернуться, отвлечься хотя бы на одну десятую долю секунды, – они без капли сомнения вонзали нож тебе прямо в спину, проворачивая его медленно и мучительно, наслаждаясь своей триумфальной победой в этой большой игре за власть. Все эти люди были лжецами: кто-то искусными, а кто-то нет. Кому-то из них удавалось подняться на вершину, в то время как другие срывались только начав к ней карабкаться. Впрочем, самой Сансе никогда не приходилось взбираться наверх, ведь она уже была там по праву своего рождения. Старк. Дочь Эддарда и Кейтилин – их единственная оставшаяся в живых наследница, на плечи которой в один миг рухнула слишком непосильная ноша.       Губы девушки тронула едва заметная усмешка, в то время как взгляд голубых глаз, – холодный словно сам север, – скользнул по собравшимся в зале. Практически каждого из пришедших сегодня, она уже видела многими годами ранее, и даже время не стёрло из её памяти их лица и фальшивые улыбки. Тогда, много лет назад, эти люди собирались в этом же зале, вели всё те же светские беседы, но улыбались совсем другомухозяину вечера. Ведь в том, уже казалось бы слишком далёком прошлом, этим хозяином был Эддард Старк. Теперь же, они дарили свои гнилые улыбки её супругу. Тому, кому теперь принадлежала большая часть акций "Stark corporation". Кому она добровольно отдала в руки бизнес своей семьи, что выстраивался Старками многими десятилетиями. Наверное, будь отец жив, он бы никогда ей этого не простил, но Нэд мёртв уже долгих восемь лет, как и большая часть его семьи, а значит, ей не стоило бояться его гнева или же отцовского разочарования.       Санса сделала небольшой глоток из своего фужера с шампанским, замечая, как её алая помада отпечатком застыла на хрустале. Словно она вновь прижималась к стакану со столь желанной водой разбитыми в кровь губами...       Девушка сделала глубокий вдох, не позволяя картинкам прошлого вновь проникать в свой разум. Она уже давно оставила его позади, как и всех тех людей, что в те страшные годы стояли бок о бок с ней. Теперь Санса уверенными шагами двигалась вперёд и, стоило признать, у неё это действительно хорошо получалось, впрочем, не без участия дорогого супруга. Он многому научил её в этой жизни. Он превратил наивную и глупую девочку в настоящую женщину, которая всегда знает чего она хочет. Которая всегда получает то, чего пожелает. Казалось, он дал ей в этой жизни абсолютно всё, если только за исключением того, в чём девушка на самом деле нуждалась больше всего на свете: любви и внимания.       – Миссис Старк?       Голос, раздавшийся позади, заставил девушку обернуться, в то время как её губы стремительно растянулись всё в той же лживой улыбке, котрая была свойственна каждому из гостей этого вечера.       – Мистер Ланнистер, – Санса приветливо кивнула, наблюдая за тем, как мужчина, подхватив её ладонь, подносит её к своим губам, даруя галантный поцелуй. – Я рада, что вам всё же удалось выкроить время из своего плотного графика и заглянуть к нам на "огонёк".       Джейме широко улыбнулся, отчего у его глаз и губ образовалось множество крошечных морщинок. Что ж, он уже давно не молод, но, стоило признать, даже годы не забрали у него благородной красоты и харизмы. Ланнистер всё ещё приковывал к себе женские взгляды, но ни одной счастливице так и не удалось надеть кольцо на его безымянный палец. В свои сорок шесть мужчина был всё ещё холост, и лишь приближённые знали истинную причину этого: всю свою жизнь Джейме любил лишь одну единственную женщину – свою сестру-близняшку. Вот только, она была счастлива замужем за Робертом Баратеоном, с которым воспитывала троих детей – двух сыновей и дочь Мирцеллу. Серсея никогда не отвечала брату взаимностью, и едва ли когда-то наступит тот день, когда она всё же решится на этот шаг. Ведь инцест – это то, чего никогда не примут ни окружающие их люди, ни их отец, – суровый человек, придерживающийся старых правил и носящий прозвище Старый Лев.       Что ж, стоит признать, иногда жизнь заставляет нас влюбляться в тех, кого мы на самом деле никогда не должны были позволять себе любить, и это становится одним из самых величайших наказаний.       – Я не мог отказать тому приглашению, что вы написали собственной рукой, – Ланнистер криво улыбнулся, наконец выпуская ладонь девушки из своей. – Но вы ведь и так знаете, насколько сильное влияние вам удаётся на меня оказывать. Ведь если бы не вы, я бы никогда не подписал тот столь невыгодный для моей компании контракт, что мне подсунул ваш драгоценный супруг.       Санса слегка прищурилась, но этот жест скорее нёс за собой игривый характер, чем злобный или же раздражённый. Девушка едва уловимо шагнула вперёд, заставив на доли секунды распахнуться высокий разрез на своём бархатном чёрном платье в пол. Когда она заговорила вновь, её голос превратился в шёпот, что словно шелест ветра слетал с приоткрытых девичьих губ:       – Но мы ведь оба помним, как именно я отблагодарила вас за эту сделку, мистер Ланнистер. И, кажется, по итогу вы остались ею крайне довольны.       Джейме поджал губы, ощущая окутавший его аромат духов, которым была буквально пропитана Санса. Мужчина действительно помнил и вряд ли когда-нибудь сможет забыть. После той сделки, они провели довольно таки горячую ночку в одном из самых дорогих отелей Лос-Анджелеса. Следующая повторилась спустя месяц в Нью-Йорке. И ещё одна, последняя, состоялась чуть более года назад в Будапеште, где миссис Старк отмечала годовщину своей свадьбы, а мистер Ланнистер прибыл в этот прекрасный город по приглашению старого друга. Впрочем, стоило признать, всё это было слишком спонтанно. Ни одна из их ночей не была спланирована ими специально. И ни в одной из них никогда не было ничего даже похожего на любовные чувства. Только холодная страсть. Желание заткнуть тупую боль за рёбрами, что буквально сводила с ума. И это действительно помогало. Проводя ночь с Сансой Старк, Джейме мог позволить себе забыть о Серсеи. Проводя ночь с ним, Санса наконец могла почувствовать себя действительно нужной и желанной. Ведь, как оказалось, её счастливый брак для окружающих, на самом деле никогда не являлся таковым для самих супругов.       – Этой ночью я остановлюсь в "Bel-Air", – Джейме бросил взгляд за спину девушки, после чего сделал короткий шаг назад. – Приходи, если вновь почувствуешь себя одинокой.       И больше не проронив ни слова, мужчина направился прочь, не оставив Сансе ничего другого, кроме как провожать его спину задумчивым взглядом голубых глаз. Девушка ещё не знала, примет ли она это предложение или же постарается о нём забыть, ведь больше всего на свете ей хотелось быть действитель хорошей и верной женой. Хотелось стать матерью детей своего супруга. Хотелось дарить ему свою любовь. Но Санса больше не делала ничего из этого, ведь, кажется, муж совсем не нуждался в ней. Иногда она и вовсе думала о том, что, возможно, у него тоже есть отношения с женщинами на стороне. Что уезжая на совещания, он, на самом деле, приезжает к одной из своих любовниц. Может ею была Маргери Тирелл? Или же Дейенерис Таргариен? Ведь они обе были так молоды и красивы. Они ничем не уступали его супруге, но при этом даже имели перед ней огромное превосходство: они ничего и никогда от него не требовали. Они не ждали "любви до гроба". Они не просили ничего взамен. Впрочем, кажется, Санса тоже перестала это делать, потеряв всякую надежду на счастье. В их кругах – брак по любви огромная редкость. И едва ли какому-либо браку по расчёту однажды удаётся переступить эту черту.       Девушка вздрогнула, почувствовав, как её талию обхватывает мужская рука, вынуждающая прижаться спиной к широкой груди. Низкий гортанный голос буквально обволок её с головы до ног, заставляя участиться сердцебиение.       – Скоро, как хозяйке этого вечера, тебе будет нужно произнести речь, – его горячее дыхание обожгло скулу, по которой, спустя всего секунду, он едва ощутимо скользнул губами. – Я знаю, что ты этого не любишь, но тебе придётся это сделать. Ради меня.       Губы Сансы дрогнули в нервной усмешке. Ради него. Кажется, в этой жизни она делала всё ради своего драгоценного супруга, но что же он сделал ради неё? Надел на палец обручальное кольцо? Купил тысячи ничего не значащих подарков? Свозил во всевозможные страны, показав жене весь мир? Что ж, стоило признать, этого действительно было много. Наверное, любая желала оказаться на её месте. Другая никогда не стала бы жаловаться. Вот только, Санса, не моргнув и глазом, променяла бы всю эту роскошь хотя бы на один совместный вечер. Тот, где муж не отвлекался бы на постоянные телефонные звонки. Где он не говорил бы о работе и их дальнейших планах как вывести "Stark corporation" на новый уровень. Где он видел бы лишь свою жену, где он слышал бы лишь её. Где он действительно позволял бы себе её любить, а не дарил очередной бархатный футляр и, извинившись, стремительно уходил, сетуя на то, что без него компания не может продержаться и дня.       – Я это сделаю и... – голос предательски дрогнул, – сегодня ночью я останусь на ночь у Джейни Пуль, ты не против?       Санса медленно обернулась, заглядывая в тёмные глаза супруга, надеясь найти в них хотя бы секундное сомнение. Силясь разглядеть даже крошечную каплю ревности или же недоверия. Но вместо этого наталкиваясь только на ледяную стену, скрывающую любые эмоции. Если, конечно, они вообще у него были. Ведь иногда девушке казалось, что мужчина и вовсе не умеет чувствовать. Не умеет любить. У него никогда не было того, кто мог бы его этому научить. Его детство было слишком тяжёлым, нанёсшим определённые отпечатки на всё дальнейшее будущее. Но восемь лет назад, говоря заветное "да", Санса так наивно надеялась, что у неё действительно получится научить его ощущать хоть что-то. Она думала, что её собственной любви хватит им обоим, но, как оказалось, Санса слишком сильно ошиблась, и теперь ей приходилось за это жестоко расплачиваться собственным счастьем.       Он молчал несколько долгих секунд, пока его губы не расплылись в сдержанной улыбке, а голова не склонилось в положительном, одобряющем кивке.       – Конечно. Сегодня после приёма у меня уже назначен рейс до Нью-Йорка, а значит меня всё равно не будет дома до завтрашнего вечера. Так что, если пожелаешь, то можешь пригласить Джейни к нам.       Санса ничего не ответила, чувствуя, как ладони супруга перестают обжигать её талию, и наблюдая за тем, как он отступает назад, намереваясь продолжить свою на время прерванную беседу с одним из приглашённых гостей. И когда мужчина уже начал от неё отдаляться, Санса, не выдержав, невольно подалась вперёд.       – Джон!       Он медленно обернулся, окидывая девушку холодным, и словно ничего не выражающим взглядом. Ни тепла. Ни любви. Ни ласки. Он смотрел на неё словно на незнакомку. Спустя восемь лет брака, они действительно стали друг для друга абсолютно чужими людьми. Они, чёрт возьми, даже спали в разных постелях! Джону всегда требовался отдых в тишине после тяжёлого рабочего дня, а Санса... она научилась удовлетворять себя самостоятельно.       – Да?       Санса поджала губы, чувствуя, как столь предательские слёзы начинают жечь глаза. Но она не могла позволить себе разрыдаться словно маленькая девочка прямо здесь и сейчас. Перед всеми этими людьми. Перед Джоном.       – Твой галстук, дорогой, – Санса шагнула вперёд, вскидывая руку и касаясь немного неровного узла, что сегодняшним утром мужчина завязывал себе самостоятельно. По крайней мере, ей действительно хотелось в это верить, но сознание, отчего-то, рисовало в мыслях Дейенерис Таргариен, делающую это вместо него.       Уголки губ мужчины едва заметно дёрнулись вверх, когда он почувствовал, как на доли секунды, ладони супруги скользнули по его груди.       – Спасибо.       – Пожалуйста.       Наверное, этот диалог оказался их самым многословным за последний месяц, и от осознания столь печальной правды, хотелось горько плакать, но вместо этого, губы молодых людей отражали лишь такие же лживые улыбки, как и у всех окружающих.

***

      Холодный осенний ветер заставил Сансу поежиться, когда она, облокотившись на перила балкона, задумчиво вглядывалась в даль, наблюдая с высоты двадцать четвёртого этажа за ночным Лос-Анжелесом. Город ангелов завораживал своей красотой, он был её домом с самого рождения, но сейчас девушка невольно задумывалась о том, что хотела бы покинуть его навсегда. Уехать как можно дальше. Спрятаться от прошлой жизни в небольшом городишке где-нибудь в Джорджии, и наконец почувствовать себя действительно счастливой.       Губы Сансы дернулись в усмешке, в то время как она поднесла к ним сигарету, намереваясь сделать ещё одну затяжку. Девушка старалась бросить, силилась избавиться от столь пагубной привычки, но, отчего-то, это получалось у неё довольно таки скверно. Джон никогда не любил когда от его жены пахло сигаретным дымом, но едва ли он заметит это сегодня.       Санса медленно приоткрыла губы, позволяя серому облачку выскользнуть наружу. Когда её жизнь пошла под откос? Почему она упустила этот момент? Ведь ещё буквально вчера Джон казался ей идеальным мужем: любящим, верным и нежным. Сейчас же это был словно совсем другой – чужой человек. Да, мужчина был лучшим в бизнесе, с ним компания Старков процветала впервые за долгие годы, но иногда девушка ловила себя на мысли, что лучше бы они стали банкротами, лучше был "Stark corporation" развалилась или бы оказалась поглощена кем-то более сильным, ведь тогда, возможно, у них с Джоном ещё появился бы шанс начать всё сначала.       Очередной порыв пронизывающего ветра заглушил собою шорох открывшейся двери, а после и раздавшиеся позади шаги.       Санса вздрогнула, почувствовав, как на её уже продрогшие плечи опустился тяжёлый пиджак, от которого слишком ярко исходил аромат мускуса и корицы. Она узнала бы этот запах даже из сотни других. Так пах лишь Джон...       – Ты можешь заболеть, – проговорил мужчина, замирая рядом с супругой и скептически смотря на сигарету, что она все ещё сжимала между пальцев. – Я думал ты бросила.       Санса усмехнулась, при этом поведя плечами и сделав ещё одну затяжку.       – Не всегда, то о чем мы думаем, соответствует действительности.       Джон нахмурился, переводя взгляд своих темных, а сейчас казалось и вовсе чёрных глаз, на лицо девушки, скользя взглядом по её профилю и изогнутым в усмешке губам. Она была так красива. Мужчина никогда не встречал никого красивее её, вот только, красота Сансы была слишком холодной. Будто девушка и вовсе была соткана из снега и льда. А её голубые глаза, иногда и вовсе напоминали ему две льдинки. И все чаще, единственное что мог заметить в них Джон, так это только абсолютное равнодушие ко всему окружающему. В том числе и к нему самому.       Признаться, в последние годы мужчина переставал узнавать в этой девушке свою жену. Это больше не была та Санса, которую он когда-то знал. С которой однажды обменялся клятвами в вечной любви. Наверное, эти восемь лет изменили их обоих. Сделали другими людьми. Чужими.       – Мы не должны были позволять этому случиться.       Санса обернулась, вопросительно взглянув на мужа. О чем он вообще говорит? Но позволив их взглядам столкнуться всего на один короткий миг, девушка поняла всё и без лишних слов. Теперь этот брак тяготил не только её, он стал тяжелой ношей и для Джона. Вот только, как долго они будут продолжать друг друга мучить? Ведь нельзя склеить разбитую вазу, притворившись что она вновь стала целой и невредимой.       – Но это произошло, Джон. Возможно нам не следовало затевать всего этого с самого начала.       Мужчина усмехнулся, покачивая головой и делая глоток виски из бокала, что он секундой ранее взял с одного из расположившихся на балконе столиков. Признаться, слова жены били его довольно таки сильно, заставляя ощущать тупую боль где-то прямо за рёбрами. Она считала их брак ошибкой... Наверняка, Санса даже горевала о потерянных с ним годах. Но Джон... он никогда не посмеет даже на миг подумать о том, что Санса – стала его ошибкой. Ведь он действительно любил её. Больше, чем кого-либо прежде. И никогда не перестанет любить. Всё, что делал в этой жизни мужчина, было лишь ради неё. Ради них. Но что сделала для этого брака она сама?       – И что же ты предлагаешь, Санса? – его голос прозвучал тихо и спокойно, но девушка слышала в нем стальные нотки и словно немую угрозу.       Джон никогда её не отпустит. Он не позволит ей уйти. Ведь, кажется, мужчина так наивно и так глупо продолжал верить и цепляться за ту любовь, что умерла уже очень давно. Ещё в ту ночь, когда она впервые изменила своему супругу. Когда он впервые отправился спать не в их семейное ложе, предпочтя ему гостевую комнату.       Санса судорожно вдохнула, ещё сильнее кутаясь в пиджак Джона, словно надеясь согреться. Вот только, кажется, сейчас весь холод был у неё внутри, и чтобы от него избавиться, нужно нечто большее, чем тяжелая ткань на плечах.       Мужчина же все ещё выжидающе смотрел на супругу, ожидая её ответа. Впрочем, кажется, он знал его ещё до того, как единственное слово сорвалось с губ миссис Старк:       – Развод.       Джон поморщился, словно в этот миг съел дольку лимона, впрочем, то о чём говорила Санса, действительно заставило его почувствовать горечь на своём языке. Он не мог позволить ей уйти. Только не так. Не сейчас. Что ж, возможно он и в правду был не самым лучшим мужем, но Джон был готов пойти абсолютно на всё, чтобы это исправить. Даже растоптать собственную гордость, засунув её так глубоко, оттуда будет уже невозможно достать. Впрочем, он уже сделал это трижды. Три чёртовых раза, при этом снова и снова продолжая заглушая уничтожающую изнутри боль бутылкой виски и несколькими пачками выкуренных сигарет. Бриенна Тарт была тенью Сансы. Она всегда была рядом с девушкой, чтобы обеспечить её защиту и... доложить боссу о том, где в тот или иной момент находится его супруга. Или же с кем.       Мужчина качнул головой, ещё крепче сжав в ладони стакан. Так велико было желание швырнуть его прямо на пол, заставив разлететься на сотни осколков, но нельзя это делать тогда, когда за стеклянной балконной дверью так много гостей. Для этих людей они счастливая супружеская пара, ведь иначе, налетят словно стервятники, добивая уже и так умирающих.       – Думаешь будешь нужна ему? – голос Джона прозвучал непривычно резко и Санса невольно вздрогнула, переводя на него свой взгляд.       Пальцы девушки ещё крепче сомкнулись на перилах. Так сильно, что костяшки побелели, а суставы стали болеть. Санса нервно сглотнула, но приложила все усилия, чтобы внутренний страх, что в этот самый момент сковал всё её тело, не отразился на лице и в глубине кристально-голубых глаз. Вот только, в голове неустанно крутилась лишь одна мысль: "ему всё известно".       – Мне достаточно того, что я знаю, что не нужна тебе, – и голос слишком предательски дрогнул, в один миг разрушая маску безразличия и равнодушия.       Джон на доли секунды зажмурился, словно стараясь совладать со своими эмоциями, но, кажется, ему не удалось этого сделать, ведь уже в следующий миг, хрустальный бокал разбился вдребезги, столкнувшись с мраморным полом, в то время как его осколки разлетелись по всему балкону. Санса испуганно вздрогнула, невольно отступая назад. Она ещё никогда не видела своего супруга настолько злым. Обычно, мужчина всегда был холоден и спокоен, иногда, даже слишком мрачен. Кажется, он даже не плакал на похоронах их семьи. И это был её Джон, тот кого она знала с самого детства. Но тот человек, что в этот миг стоял перед ней, едва ли им на самом деле являлся.       Мужчине сейчас стоило больших усилий, чтобы сдержать дрожь в собственных руках, но ещё сложнее было взглянуть Сансе прямо в глаза. Увидеть в них отражение её измены. Раз за разом вспоминать о том, как близко сегодня его супруга позволила себе находиться к Джейме Ланнистеру.       – Я не дам тебе развода, – глухо прорычал Джон, замечая, как девушка поджимает губы. Это было верным признаком того что она раздражена.       Санса горделиво вскинула вверх подбородок, при этом наконец расцепляя пальцы и оборачиваясь к мужчине всем телом, позволяя пиджаку соскользнуть со своих плеч, ненужной тканью падая на пол. Она замерла, ловя взгляд карих, практически чёрных глаз, своим.       – Хорошо, – холодно проговорила девушка, чувствуя, как страх отступает, а вместо него приходит злость. – Тогда нас разведёт суд. Но только не надейся на то, что он пройдёт тихо и мирно, – Санса слегка подалась вперёд, растягивая свои губы в ядовитой улыбке. – Как думаешь, понравится ли твоим бизнес-партнёрам та информация, которой я позволю всплыть наружу?       Она не без удовлетворения наблюдала за тем, как меняется выражение лица Джона, становясь сначала растерянным, а после и вовсе словно слегка напуганным. Мужчина отдал "Stark corporation" восемь лет своей жизни, буквально подняв её с колен после гибели Нэда и Робба; заставив её вновь получить значимость и силу среди мира бизнеса. Она была для Джона всем и он слишком сильно боялся её потерять. Даже больше, чем собственную жену. И от осознания этого Санса лишь позволила себе усмехнуться, прикусывая нижнюю губу.       – Хочешь сыграть по-грязному? – теперь мужчина скорее рычит, и Санса чувствует, как его пальцы смыкаются на её запястье, делая это сильнее чем следовало, тем самым причиняя боль.       И в этот момент, Джон отказывается узнавать ту девушку, что сейчас стоит перед ним. Она стала намного расчётливее и научилась манипулировать людьми. Научилась выискивать их слабые места и бить прямо в цель. Санса стала совсем другой, впрочем, другим стал и он сам. От прежнего – мягкотелого, слишком доброго и всепрощающего Джона больше ничего не осталось. Такому Джону было бы не выжить в этот мире "кровожадных акул". Он убил в себя мальчика, позволив родиться мужчине.       – А вы хотите поиграть, мистер Старк? – игнорируя боль в запястье, обманчиво ласково проговорила Санса, понижая свой голос до шёпота.       Мужчина нахмурился, отчего меж его бровей пролегла небольшая складка, а губы превратились в прямую линию.       – Сноу, – раздражённо поправил он, но перед тем как Джон успел проронить ещё хоть слово, его отвлёк шум раздвигающейся балконной двери.       Давос Сиворт – верный помощник и правая рука мужчины, несколько напряжённым взглядом обвёл представшую перед ним картину. Он заметил осколки стекла, увидел напряжённые взгляды молодых людей, и без сомнения про себя отметил, что пальцы Джона слишком крепко обвивают собою тонкое запястье Сансы. Завтра, на бледной коже определённо точно останутся лиловые кровоподтёки.       Сиворт откашлялся, наконец останавливая свой взгляд на девушке.       – Миссис Старк, гости ожидают вашего появления.       Санса кивнула, растягивая губы в широкой улыбке, сверкая белизной своих зубов и лживостью этого напускного счастья.       – Конечно.       Девушка слегка дёрнула рукой, чувствуя, как Джон послушно её отпускает, и лишь его взгляд, в этот миг, с некой обречённостью продолжил наблюдать за удаляющейся спиной своей пока ещё жены. Он скользнул взглядом по её аппетитным изгибам, которые отлично подчёркивало облегающее чёрное платье. Мужчина не знал его цены, но был уверен, что в эти выходные, с его счета была снята кругленькая сумма. Санса любила дорогие вещи. Она жила в роскоши с детства и едва ли будет готова от неё отказаться. И Джон долгих восемь лет давал ей всё это, не отказывая ни в одном капризе, но, как оказалось, этого было отнюдь недостаточно.       И когда Санса уже практически достигла двери, она услышала позади себя голос мужчины:       – Дай нам ещё один шанс.       Но ничего не ответив, девушка спешно покинула балкон, смыкая за своей спиной его двери и оставляя за ними Джона совсем одного. Сноу же, подкурив сигарету, устремил свой взгляд куда-то в даль, лишь на доли секунды скользнув им по тьме, сгустившейся внизу.       Интересно, как долог полёт с двадцать четвёртого этажа пентхауса?