Кадры

Юра отнимает взгляд от экрана телефона. Пальцы автоматическим движением находят кнопку блокировки и кидают смартфон в карман куртки. Юра вскидывает голову и смотрит на тусклую витиеватую вывеску. «Бека сказал, что я могу просто пройти. Но эти громилы на входе вообще доверия не внушают» Плисецкий вздыхает. Это была его инициатива. Это он захотел посмотреть на место, где подрабатывает его парень. Это он захотел хоть раз в жизни побывать в клубе. Как-никак ему уже шестнадцать годиков. Поэтому Юра трогается с места и уверенной походкой направляется ко входу. У двустворчатых дверей маячат люди. Громилы –охранники шкафами закрываю собой любую попытку проникновения внутрь. «Люди в чёрном, блять» Юра хмыкает и смело подходит ближе. Прошибает на пот, хотя на улице далеко не лето. Всё кажется таким простым, когда он просто говорит, что он Юра и пришёл к Отабеку Алтыну. Громилы переглядываются и словно в каком-то фильме открывают одну из створок. Оба при этом молчат словно статуи, отчего Плисецкий нервно передёргивает плечами. Делает вид, что он тут частый посетитель и хмыкнув, заходит внутрь. Юре кажется, что у него на секунду треснула голова. В нос моментально ударяет чем-то сладким-сладким. А ещё алкоголем. Очень сильно. Потом ко всем у этому примешиваются десятки одеколонов, немного запаха пота и освежителя. Это только вход, а его уже вталкивает в водоворот. Голоса. Пьяный смех. Недалеко разбивается бокал. Негромко вскрикивают где-то там же. Ноги слегка слабеют с непривычки и Юра останавливается на месте, непонимающе пялясь перед собой. «Притон какой-то» В уши ударяет басами и какой-то пустой попсой. Музыка мощно и ритмично бьёт в грудь и будто забирается в голову. Глаза слепят настойчивые софиты. Вокруг ярко-ярко пестрит и мелькает то розовым, то фиолетовым, то синим, то жёлтым, то красным. Ровно бегают по стенкам кружочки диско-шара. Они петляют по людям, по полу, по барной стойке, едва виднеющейся сквозь гущу тел. И несмотря на вроде как обилие света, в клубе очень темно. Юра чертыхается и идёт вперёд, прямо в толпу извивающихся не в такт тел. Девушки в коктейльных платьях, едва закрывающих хоть что-то. Юра оглядывает парочку экземпляров и с иронией думает, что лучше бы глянул на Беку в чёрных джинсах. А собственно, кстати, где он вообще? «Бармен точно знает, где этот идиот. Он ведь тут работает» Юра с боем продирается сквозь тела. Пахнет сладким, приторным, острым, горьким и всё вбивается в нос, басы всё ещё лупят в уши и грудь, всё мощнее с приближением к барной стойке. Юра разгребает руками других людей, неосознанно касается чужой горячей кожи, потной и мягкой. Вокруг всё такое жгуче-разгорячённое, что Юра боится, как бы ему не потонуть в этом омуте разврата и алкоголя. Денег у него немного, вряд ли он сможет заказать себе что-то весомое, если ему вдруг вдарит такая идея в голову. Барная стойка словно маяк. Плисецкий усаживается на высокий стул и едва устраивает ноги на подножке. Укладывает руки на гладкую поверхность и высматривает бармена. Парень приятной наружности находится спустя несколько секунд, высунувшись откуда-то снизу. На нём заляпанная на воротнике рубашка и джинсы. — Эй, я ищу Отабека, где он? — сквозь музыку кричит Юра и поражается, как плохо, но слышит свой голос. — Он за диджейским пультом, парень! — отвечает бармен, склоняясь ближе. Он смотрит на часы на запястье, недолго что-то считает и снова открывает рот, — он закончит через пять минут, подождёшь? — Юра вздыхает и кивает в знак согласия. Бармен отсалютовывает ему большим пальцам и исчезает из поля зрения куда-то вправо. — Мне бронепоезд! — слышит Юра сбоку и фыркает под нос. Облокачивается о гладкую поверхность и осматривается вокруг. Как же тут невероятно шумно. «Чёрт, Отабек, ты бы хоть сказал, что диджеем тут подрабатываешь! Почему я не знал об этом» Юра негодует у себя в мыслях, вытягивая шею в разные стороны и пытаясь этот самый пульт найти. Ему быстро надоедает. Потому что он даже не знает как это должно выглядеть, поэтому он просто крутится на стуле и старается сильно не заскучать. Ведь пять минут это не так уж и много. На удивление, Отабек находит его даже быстрее, Юра успевает накрутить только тринадцать маленьких кругов на стуле, когда видит уверенно огибающего людей Алтына. Он непривычно улыбается и Юру тоже тянет улыбнуться, что он и делает, слезая со стула. Отабек без слов притягивает к себе и обнимает. Юра худой и тёплый. Не горячий, как большинство вокруг, а именно тёплый. Совсем по-другому ощущается подобное тепло здесь. Отабек выдыхает в шею и щекочет чувствительную кожу, на что Плисецкий инстинктивно вздрагивает и смешно фыркает в плечо. — Не сошёл тут с ума? — Отабек опаляет ухо своим горячим дыханием и Юра чуть ли не пропускает вопрос, чувствуя, как по шее бегут мурашки. Крепкие руки до сих пор на талии и Плисецкий чувствует себя словно за каменной стеной. — Не, всё супер, — уверенно отвечает Юра и вжимается ближе, — башка кружилась по началу, но потом привык, — Отабек мощный и немного разгорячённый. Юра бурчит на наушники на его шее, которые мешают ему и Алтын с готовностью снимает их. Под охреневший взгляд Плисецкого складывает в три погибели и запихивает куда-то в широкий карман толстовки. Юра моментально обвивает его шею руками и притягивает к себе. Чувствует как легко и постепенно сносит крышу от вбивающейся словно колышки в землю музыки, от всей этой пьянящей атмосферы. Даже если закрыть глаза, под веками что-то мелькает и танцует яркими пятнами. А ещё очень хочется прижаться настолько близко, чтобы чувствовать каждую клеточку сильного тела. Отабек вдруг мягко целует его, Юру, в шею и неровно выдыхает. Плисецкий усмехается и забирается пальцами в короткие волосы. Прогуливается мелкими касаниями по смуглой шее и забирается ладонями под толстовку, касаясь лопаток. Кожа горяченная. Голову кружит от жара и мыслей. Плисецкому кажется, что он никогда не чувствовал себя таким уверенным. Атмосфера пьянит. А иначе он не сможет объяснить, почему на короткий укус в шею реагирует тихим стоном, хотя вполне мог бы сдержаться. Юра смазанно втягивает Отабека в глубокий поцелуй, сразу же сплетая языки. Становится ещё жарче и в голове гудит от возбуждения. Отабек медленно разрывает горяченный поцелуй и тяжело выдыхает, смотря в ошалевшую манящую зелень напротив. — Поехали ко мне, Юр? — такая до ужаса банальная и избитая фраза, а у Юры по пояснице бегут мурашки и внизу тянет тяжеленным теплом и щекоткой от предвкушения. Карие глаза непривычно горят, и это сводит с ума. — Поехали.